54. Перекличка (1/2)

— Зорин, блядь!

Лисей даже не успел нормально повернуть голову — в плечо влетела ладонь, тяжёлая, знакомая, и голос прямо в ухо:

— Ты чё, с концами? Я уж думал, в Сирию уехал! Или в монастырь.

Артём. Кеды, термос, вечная громкость, как будто у него внутри батарейка на максимум и кнопки ”тише” нет.

— Военкомат, — коротко ответил Лисей. Увереннее, чем ощущал себя.

— А-а, — понимающе протянул Артём. — Ну ты жёстко попал, раз выдрали посреди семестра.

Он сощурился, покручивая крышку на термосе.

— Категорию что-ли выбивал?

— Ага. Надо было полежать. Там по старой справке не прокатило.

Артём цокнул, кивнул с уважением:

— Ну это да. Я бы тоже отлёгся где-нибудь недельку. Ещё и законно.

Потом, с ухмылкой: — Хотя стрёмно, когда это всё по-серьёзу. Ты где был, в госпитале?

Лисей поймал себя на том, что не вдохнул. Он открыл рот — и закрыл.

— Я…

И тут кто-то задел его папкой по локтю.

— Ой. Прости.

Эмма.

Она втиснулась боком, слишком близко, как это бывает в коридорах. Посмотрела не на Лисея, а куда-то ему в грудь, мимо лица.

— Я тебе… — она вытащила из-под мышки тонкую стопку, края неровные, закладка из жёлтого стикера торчит. — Конспекты. Ты же… просил.

Он перехватил папку, зажал под рукой.

— Спасибо, — выдохнул он. — Очень надо.

Эмма кивнула быстро. Потом ещё раз — уже медленнее, как будто вспомнила, что кивками ничего не объясняется.

— Там я пометила, что на экзамене будет. Если что-то не разберёшь… напишешь.

Артём рядом молчал. Это было редкое.

— Ты как? — тихо спросила Эмма.

— Норм, — выдал Лисей сразу.

Эмма посмотрела в лицо буквально на мгновение. Будто проверила, совпадает ли слово с видом. Ничего не сказала. Просто снова кивнула, мол ”ладно, я не лезу”.

— У нас сейчас пара будет с Ширяевым, помнишь, да? — она махнула в сторону коридора.

Сделала шаг, потом вспомнила про Артёма, бросила ему короткое:

— Привет.

Артём проводил взглядом её спину, потом снова на Лисея:

— Баба твоя?

— Нет.

— Ну зря. Нормальная вроде.

Лисей дёрнул уголком рта — ровно настолько, чтобы это сошло за реакцию. Артём щёлкнул крышкой термоса, развернулся, уже на ходу пробурчал что-то в пустоту и растворился в коридорном шуме так же быстро, как появился.

Лисей остался стоять посреди холла.

Возвращение — почти завершено.

Он сказал, что надо.

Он здесь.

Зашёл почти последним. Как только показался в проёме — шум чуть съехал, но не замолчал. Перекосился. Дверь хлопнула за спиной громче, чем хотелось. Кто-то сбился на полуслове, оглянулся и сделал вид, что не оглядывался.

Он не искал лица. Смотрел мимо — в доску, в ряды, поверх голов. В движение, от которого успел отвыкнуть: слишком много рук, курток, голосов. Всё живое, плотное. Теснее, чем помнил.

Не останавливаясь, поднял взгляд к окну. Туда, куда обычно.

Место у батареи, вечная щёлка в раме, старый подоконник.

Их место.

Там уже была Эмма. Она ковырялась в сумке, вытаскивала пенал, на секунду замерла, поймала его взгляд — и неловко улыбнулась.

Внутри кольнуло — не остро. Просто факт.

Лисей не стал задерживаться, пошёл туда.

— О-о, возвращение блудного философа, — выкрикнула Кира, когда он проходил мимо.

— Лисей! — Лера помахала ему. — Мы уже думали, ты нас бросил.

— Я ставила на то, что сбежал из страны, — хмыкнула Кира.

Он улыбнулся — натянуто, но вовремя.

— Спасибо, что кидали лекции, — сказал он, усаживаясь за стол перед ними.

Эмма тут же сдвинула тетрадь, локоть убрала, освобождая ему место — аккуратно, без слов.

— Ну а как же, — Лера пожала плечами. — Мы ж не звери.

— Как дела то? — Кира крутанулась со своего ряда. И, не дожидаясь ответа: — Тебя Марков вспоминал. Прям вслух. ”Зорин вообще существует?”.

— Спасибо. Очень трогательно.

— Откосил? — Кира не отставала.

— Решал дела, — ответил он.

Девочки переглянулись.

— А… где Валера то? — спросила Кира, прищурившись.

— Я ему писала – тишина, — подхватила Лера. — Последний раз видела его недели две назад. И всё. Ты не в курсе, чё у него там такого случилось? Тоже ”дела”?

Он медленно повернул к ней голову.

— Спрашивай у него.

— Говорили, в академ ушёл, — мягко вставила Эмма. — По семейным обстоятельствам, что-ли…

Несколько секунд — ни звука. Он чувствует: смотрят. Не прямо, не в упор — но ждут.

Лисей пальцем разгладил угол папки — раз, ещё раз, пока угол не перестаёт топорщиться.

— Я не знаю, — тихо.

Лера покосилась на Киру, потом обратно на Лисея. Та едва заметно пожала плечом.

— Мы просто… ну. Вы ж как… — она замялась, не подобрала слово и сдалась. — Короче, странно.