7. В пределах нормы (1/2)

На кухне пахло чаем и чем-то подгоревшим — кажется, край хлеба задел спираль тостера. Окно запотело, в раковине капала вода.

Лисей стоял на прохладной плитке, держал кружку двумя руками. Свет лампы бликовал на стекле, не давая разглядеть улицу.

Тишина была такая, будто дом затаил дыхание.

Телефон завибрировал неожиданно тихо, но он всё равно вздрогнул.

Не от звука — просто внутри уже что-то знало. Тревога пришла раньше.

Он не ждал.

Но догадался сразу.

Сжал пальцы, почувствовал, как хрустнули суставы. Только потом нажал «принять».

— Я у подъезда, — сказал голос. Хриплый, сквозь ночь и сигарету. — Не хотел звонить в дверь. У вас же все спят.

— Поднимайся, — тихо ответил Лисей.

Открыл входную дверь и стоял, прислушиваясь. Шорох. Ступени. Потом шаги.

Когда Неон поднялся, Лисей уже держал дверь.

Бледный, с припухшими глазами — то ли простыл, то ли не спал. Куртка в каплях, худи сбилось под молнией. В пальцах мятая пачка сигарет, почти пустая.

— Ты охуел? — без всяких прелюдий спросил Лисей.

Неон чуть склонил голову, дёрнул уголком губ:

— А я тоже рад тебя видеть. Пустишь? Или теперь святой, по квартирам не принимаешь?

На лице всё то же: усталость, дерзость, и что-то, что держалось на соплях.

Лисей не ответил, стоял, глядя на него в упор.

— Ты два дня не появлялся в унике. Я думал, ты сдох.

— А я думал, ты не заметишь, — пробормотал Неон, опуская глаза. Смешок выдал себя сам — сухой, почти беззвучный.

Пауза зависла между ними. Влажная, давящая.

Лисей шагнул в сторону, дернул подбородком:

— Заходи. Только обувь сними. Мать орёт, если грязь тащим.

Неон прошёл внутрь. Ботинки сбросил небрежно, но аккуратно. Дальше прошёл, будто знал дорогу с закрытыми глазами.

В комнате всё на месте: кровать сбоку, рабочий стол, диван.

Он не спрашивал, сел сразу привычно. Глаза бегают, но фокус не ловят.

— Чё, тест у нас будет? — кинул он через плечо. — Видел в беседке. Я, кстати, вообще не готов. Как обычно.

— О, ты прям удивил, — буркнул Лисей. — Я, кстати, думал, ты болеешь. А ты, получается, просто был мертв внутри.

— Ну, ты ж сам говорил: я нестабилен, но харизматичен, — фыркнул Неон. — Одно лечит другое.

— Ни то, ни другое не лечится.

Он прислонился к столу, опёрся ладонями о край. Сделал вид, что смотрит в сторону, но краем глаза ловил детали. Молча, пристально.

Неон словно не замечал. Или делал вид.

Плечи чуть подняты — не от холода. Пальцы подрагивали. Глаза блестят.

Лисей шумно выдохнул:

— Короче. Если ты и правда проебался – я тебе шпору напишу. Только не тупи: положишь её аккуратно, а не как в прошлый раз, под бутылку.

— Это забота или угроза?

— Я ещё не определился. Пока пиши как заботу.

Лисей на несколько минут скрылся из комнаты. Вернулся с чашкой в руках и поставил перед ним. Неон бросил на неё взгляд, будто не сразу понял, что это для него.

— Без сахара, — сказал Лисей, уже опускаясь на место.

— Без сердца ещё скажи, — пробормотал Неон, потянувшись за чашкой. — Где проявления нежности, забота, вот это всё?

— В этом доме всё выдаётся по запросу. Форму заполни – рассмотрю, — отозвался Лисей, вытаскивая из рюкзака мятую распечатку с заданиями.

Неон криво улыбнулся. Сделал глоток неловко, на автомате. Обжёгся.

Выдохнул сквозь зубы, рванул рукой. Пальцы всё так же дрожали. Не сильно, но достаточно, чтобы стакан дёрнулся. Лисей заметил — по глазам, по микропаузе, но ничего не сказал.

— А ты сам-то… как? — спросил Неон, глядя в пол.

— В смысле?

— Не задолбался ещё… со мной?

Лисей приподнял бровь.

— Что за трагедия?

— Просто спросил.

— Возиться – громкое слово, — отозвался Лисей, спокойно, почти мягко. — Я в пределах нормы.

Неон фыркнул, но без смеха. Его начинало подташнивать. Не сильно, но противно тянуще. В голове шумело, как от слишком долгого бега, хотя он весь день лежал. Он снова взял чашку, обхватил её обеими руками.

Лисей проследил глазами. Не прямо, уголком, как будто пытался не спугнуть.

— Ты точно не заболел? — спросил наконец.

— Да просто у меня организм нежный. Всё время умирает.

— Мда, — коротко отозвался.

Он вернулся к листку, но движение бровей выдало: не до конца поверил. Что-то в его лице становилось чуть жёстче, когда он волновался.

— Я тебе скину материалы по контрохе, — пробормотал он.

— Ты сам-то уверен, что сдашь?

— Нет. Но я хотя бы не выгляжу так, будто в соседнем подъезде меня пытаются воскресить.

— Ладно тебе. Буду жить.

Неон снова глянул на него. Долго, словно хотел что-то вычитать с лица простое, нужное. В голове уже всё мешалось. Гул, страх, комок где-то под рёбрами.

— Слушай, Лис… — начал он.

Тот поднял глаза. Неон сбился, сглотнул.

— …если бы я, ну… если бы я вдруг что-то…

Он замолчал, провёл рукой по лицу.

— …блядь. Забей. Ты бы всё равно ничего не понял.

Неон вымученно усмехнулся.

Почти сразу пожалел — потому что Лисей не отводил взгляда. Ни на секунду.

Он смотрел прямо. Слишком внимательно. Слишком мягко.

— Думаешь? — тихо спросил он.

Тот ничего не ответил. Только воздух между ними стал плотнее.