XXVII. Лабиринты, миражи и стакан, который наполовину полон (2/2)

— Ещё немного, и я бы вызвал полицию, — насупившись, сказал Чэд.

— Чего-о-о это? — Эш отошёл в сторону кухни, потому что буквально нигде больше в квартире не было места, где в кадр бы не попали брошюры и листовки со счастливыми беременными женщинами или парами с новорождёнными, папками, содержимое которых выдавали логотипы с присутствием пробирок и спиралей ДНК, целая маркерная доска с планом до лета и пока всего тремя галочками и прочие атрибуты людей, которые что-то тайно замышляют.

— Тебе перечислить странности? В ответ на мои сообщения ты отвечал односложно или не отвечал вообще, просто отправляя фотографии Эмбер, что, безусловно, прекрасно, и будь у меня собака, я бы тоже так делал, но довольно неинформативно, когда тебя спрашивают, в порядке ли ты.

— Да не может быть, что я только Эмбер отправлял.

— Может. Один раз ещё еда была. И ты даже не ответил, что это такое было, а мне реально интересно! Пришлось гуглить и выбирать между предположениями, что это хэшбраунз или топливный диск из коровьего навоза.

— Думаю, ты в конце концов угадал правильно.

— И ты всё ещё не отвечаешь.

— Так не было никакого вопроса.

— Ты в порядке?

— Конечно! С чего мне быть не в порядке, странный ты человек?

— Мне кажется, мы так отвыкнем друг от друга. Будем всё меньше разговаривать, у нас исчезнут общие темы, видеться мы и так уже не видимся…

— Я понял, кто тут не в порядке.

— Ну… может быть, — Чэд потёр под носом, что не сделало его хаотично растущие усы более уложенными. — Мэри-Энн прививку поставили, я вот жду, говорят, есть шанс дождаться в апреле. А ты?

— В очереди. Как и ты, после всех. Слышал про новый вариант вируса? Думаешь, эта прививка поможет от него?

— Мэри-Энн говорит, надо ставить, что есть… Давай встретимся, а?

— Очень неразумно обсуждать такое сразу после новости о мутации вируса.

— Наш спортзал открыли. Там по записи, но попасть можно.

— О, мы с Фабианом обсуждали бани. Интересно, открылись ли они?

— Отличная идея! Сейчас посмотрю!

— Э-э-э, Чэд?

— Что? Ну да, смотри, всё с ограничениями, но работает! Вот, спа и массаж — звучит расслабляюще.

— Ну, мы, типа, не такие сауны обсуждали, а бани.

— Это сейчас какой-то намёк был? А, я понял! Надо в поиске в начале поставить слово «гей». Готово! Тоже работают. Две штуки.

— Спасибо, что выяснил.

— Ну что, идём?

— Какое ещё «идём»? Ты там случайно так составил вопрос, что он стал звучать так, будто ты тоже идёшь.

— Ясное дело! Иначе зачем это всё?

— Звучит очень странно.

— Знаешь что, Фишер, эти твои попытки не пускать меня во всякие интересные места не характеризуют тебя с хорошей стороны!

— Ну и пойдём! Не жалуйся потом!

— Зачем мне жаловаться? Ты очень странный. О, там ещё и экспресс-тест на ковид можно сделать! Идеально.

— Идеальнее некуда. Завтра вечером?

— Не угадал. Это круглосуточное заведение, так что едем сегодня.

— Фабиан спит уже.

— Я расстроен этим фактом, но не сокрушён. В который из двух?

— Тебя нельзя так сразу в Lime пускать, так что…

— Ура! Тёплое место, Эш и очередное заталкивание зонда в носоглотку — этот вечер вдруг стал волшебным!

Насколько часто Эш совсем недавно сокрушался от того, что никуда нельзя пойти, настолько же сложно ему было сейчас выйти из машины. Крошечная неоновая вывеска розовым просвечивала сквозь плотно падающий снег, на парковке стояло всего пять машин, а он думал о том, надевают ли маски в сауну. Но вот уже подъехал Блинкен и пришлось покинуть зону комфорта, чтобы тут же очутиться в плену Чэдовских рук, которые, кажется, собирались обнимать его целую вечность.

— Пошли уже, а то подумают, что мы геи, — проворчал Эш.

— Там будет фейс-контроль? Мне надо подмигивать вышибалам или как-нибудь по-особому стоять?

— Пожалуйста, не пытайся делать ничего из перечисленного, потому что фейс-контроль проверяет на трезвость и адекватность.

— Понял. Давай я тебя приобниму.

— Не надо.

— Можем держаться за руки. — Эш так на него посмотрел, что Чэд спрятал руки в карманы.

Внутри на вопрос, общая раздевалка или отдельная комната, Блинкен уверенно заявил, что хочет в общую, чтобы всецело почувствовать атмосферу. Эш слегка закатил глаза, но спорить не стал.

В раздевалке Чэд вызвал недоумённые взгляды, когда громко со всеми поздоровался. Фишеру очень хотелось начать оправдываться чем-то, вроде «Простите его, он немного слишком гетеро», но Блинкен уже отошёл к своему шкафчику, насвистывая, почти разделся, и, судя по всему, его никто больше не осуждал. Эш по скорости раздевания отставал, так что ему успели продемонстрировать икроножную мышцу и спросить, видит ли он прогресс. Он спихнул ногу Чэда с лавки, убедился, что полотенце держится надёжно и пошёл на выход. Чэд как-то слишком пристально смотрел на его руку.

— Чего? — Эш завернул в освещённый лиловыми лампами коридор. — Нет, у меня не появилось кольцо.

— Да нет, просто… Я узнал о тебе кое-что новое.

— Мне уже страшно.

— Я не считаю, что это как-то подрывает твою маскулинность.

— Не поверишь, но я понятия не имею, о чём ты, — Эш открыл дверь в первую сауну, где в клубах пара сидела одинокая фигура, никак не отреагировавшая на их появление.

— Я знаю про вашу кодовую систему, — понизив голос, прошептал Чэд, усаживаясь слишком близко.

— А я нет.

— И теперь я не знаю, куда деть ключ, — Блинкен покрутил на пальце резинку с ключом.

— Я тебе сейчас скажу куда.

— С одной стороны, инстинктивно, я бы на правую надел, но я не хочу, чтобы ты подумал, будто я пытаюсь продемонстрировать своё доминирование, так что…

— О боже. Где ты этого набрался? Я надел на левую, потому что держал в правой! Ничего это не значит!

— На ногу надену, — кивнул Чэд.

— Так только сабмиссивы делают, — покачал головой Эш.

— Ты же сказал…

— Да давай его сюда! — Эш забрал у него ключ и надел на правое запястье, после чего поднял обе руки и сказал: — Если тебе так сильно хочется знать, вот так стало ближе к правде.

— Спасибо за доверие, — Чэд похлопал его по плечу.

— Сколько угодно. А теперь давай уже соблюдать правила этикета и помолчим хоть сколько-то.

— Давай, — согласился Блинкен. Он закрыл глаза и начал размеренно дышать. Это продолжалось довольно долго — минуты три. Потом он кивнул третьему присутствующему и сказал: — Отличные тату, вам очень идёт. — Тот в ответ на это пододвинулся чуть ближе и начал рассказывать про свои татуировки. Эшу стало скучно уже на 50% левой руки, он сказался перегревшимся и вышел.

Далеко он уйти не успел.

— Мне сложно молчать, — вздохнул Блинкен. — Я иногда неделями молчу. Мэри-Энн всё время на работе, а с наступлением холодов соседи перестали сидеть на заднем дворе — мы хоть через забор с ними переговаривались раньше. Я разговариваю с посудомойкой, стиральной машиной, лобзиком и даже картошкой, когда её режу.

— Зачем тебе лобзик? — Эш оттащил Блинкена поближе к стене, чтобы их меньше задевали проходящие мимо.

— Ну, я там полки в гараже делаю, скамью ещё под окно… Но с молотком и степлером говорить менее интересно.

— Кхм… Чэд, насколько ты расстроишься, если я скажу, что позаимствовал одну твою идею? Ты сильно не любишь плагиаторов?

— Какую? Ты всё-таки следишь за моим Инстаграмом? А где тогда твои лайки?!

— Да я не про это. Пошли в лаунж-зону — не хочу, чтобы ты падал от неожиданности на этот пол — он и правда слегка липкий.