10. Те, кто не должны были встретиться (1/2)

Вваливаюсь в нашу комнату, хрипя и пытаясь хоть как-то нормально дышать. Плечо раздирает от боли, и кажется, что за всё время, пока я ковылял до постоялого двора, рана вообще не начала заживать. Будто я вовсе не обладаю никакими способностями, а являюсь самым обычным человеком.

Без понятия, почему так. Может, сказался сильный стресс, а может, эта сука чем-то измазала свой кинжал. Чем-то, чего я не знаю, но, по-видимому, реагирую на него.

Только как она могла знать, на что моё тело начнёт отзываться подобным образом, если она и кто я такой не имела никакого понятия? Может, всегда мажет какой-то гадостью оружие или мне просто так повезло? Ага, прям как утопленнику.

Хлопаю дверью и прислоняюсь к ней спиной, чтобы точно её никто не мог открыть с другой стороны.

Всю дорогу, пока я бежал сюда, казалось, что меня кто-то преследует. Наблюдает за мной. А вдруг она вовсе не сбежала, а отпустила, дабы я привёл и показал, где живу? А я как последний дурак попался и тут же направился к себе, решив, что мне дают шанс вот так просто уйти.

«Отлично, Элиан. Возможно, ты сделал только ещё хуже!»

А что мне ещё было делать? Остаться там и истечь кровью из этой чёртовой, никак не желающей заживать раны? Или, может, надеяться, что Каэль начнёт беспокоиться от того, что меня как-то долго нет, и каким-то чудом сам найдёт, где искать? Сам догадается, в каком чёртовом доме я сижу и рыдаю, ожидая, пока прекрасный принц в кожаных доспехах наконец-то придёт и спасёт меня?

Да они, блядь, все одинаковые! Я сам еле понял, в панике, в какую именно сторону мне сейчас нужно идти. А он-то вообще не в курсе, что я решил уйти с рынка и помочь этой стерве донести эти дебильные книги!

И вообще его здесь нет! Этот придурок ещё на задании!

Чёрт!

Понимаю, что у меня началась истерика. Ещё бы ей не начаться, если какая-то сумасшедшая баба проткнула меня кинжалом, и кровь не хочет никак останавливаться. Течёт и течёт. Со мной такое впервые. Да, я и раньше уже получал травмы, но не так глубоко, и они сами собой всегда заживали, а сейчас…

Прохожу в комнату и начинаю рыться в припасах наёмника. Большую часть он носит с собой, ведь это его могут на задании ранить, а не меня. Я-то вообще-то неуязвимый. Почти. Так что должен, в теории, обходиться вообще без всего. Да вот что-то как-то не обходится.

Конечно же, тут осталась одна лишь чушь. Пара капсул с усыпляющим порошком. Каэль их сам не использует, но сказал, что бывают моменты, когда нужно кого-то очень быстро вырубить, и тогда такие вещи незаменимы. Несколько маленьких пузырьков с противоядиями и один большой – притупляющий боль. Что ли им хотя бы воспользоваться? Какие ещё у меня варианты?

Ещё есть бинты, слава мне, что сказал ему запастись ими побольше. Я в тот момент руководствовался воспоминаниями о последствиях стычки с ламией и боялся, что в следующий раз, когда придётся его бинтовать, их может снова не хватить, ведь в прошлый раз приходилось их экономить.

Ну что ж, я оказался прав. Бинты и правда пригодились, вот только не ему, а мне.

Сажусь на кровать и пытаюсь судорожно обмотать плечо. Оказывается, это не так-то и просто, когда делаешь это сам себе. Не представляю, как Каэль с этим справляется, он ведь обычно путешествует один, а судя по количеству шрамов на его теле, ранят его довольно часто и много.

Дурацкие бинты путаются в моих трясущихся пальцах, и я, перепачканный в собственной крови, просто не выдерживаю и начинаю плакать. Да, совсем как маленький ребёнок. Знаю! Имею сейчас на это полное право!

И именно в таком виде меня застаёт шокированный наёмник, когда наконец-то возвращается с задания. Застывает на месте, просто не понимая, что со мной произошло и почему я плачу и весь в крови. Пялится пару минут, даже не моргая, и только когда я не выдерживаю и снова громко всхлипываю – оживает. Сразу кидается ко мне, начиная крутить со всех сторон, пытаясь понять, откуда льёт кровь.

— Она твоя? — рычит, моментально взбесившись и перейдя в защитный режим, готовый рвать и метать, только сам ещё не понимает кого. Пока что не меня, и на этом спасибо.

Киваю, подтверждая. Из-за слёз не могу вымолвить ни слова.

— Какого хрена? Как?

— Она не останавливается, — тыкаю на рану на плече.

Его зрачки сужаются, и он тут же бросается к флаконам, разбросанным по столу, ища хоть что-то толковое, что могло бы остановить мою кровь.

— Чёрт! Это чёрный яд! Как он вообще в тебе оказался? — шипит, беря флакончик с антидотом, который я по глупости чуть ли не выкинул в окно, истеря и думая, что он мне не поможет.

Ну конечно же яд. Что же ещё могло вызвать такую реакцию. Сам бы догадался, не будь в такой панике.

Да ещё и не просто абы какой, а чёрный. Будь я обычным человеком, то он бы убил меня в течение двух минут. Кровь бы перестала сворачиваться в первые секунды. Потом бы начала чернеть и постепенно превратилась бы в вязкую густую субстанцию, которая бы закупорила все вены и сосуды. Страшная смерть. Болезненная и мучительная.

Да эта сука явно не планировала брать меня живым.

Каэль подходит ко мне, хватает за подбородок, открывая мне рот, и сам вливает весь флакончик антидота.

Не знаю, подействует или нет. Обычному человеку бы точно не помогло. Ничего бы не помогло. От подобной гадости вряд ли есть какое-то средство. Я, во всяком случае, о таком никогда не слышал.

Смотрим несколько минут друг другу в глаза. Я – в его мрачные, пылающие гневом. Он – в мои заплаканные и испуганные. Напряжение такое, что воздух вокруг нас густеет, и кажется, что его можно зачерпнуть ложкой и попробовать на вкус.

— Вроде бы помогает, — выдыхает облегчённо, вновь осматривая меня. — Цвет лица становится нормальным, и рана вроде бы кровит чуть меньше. — Кивает мне на плечо, дабы и я тоже мог убедиться, что точно не умираю.

— Как ты понял, что это? — шмыгаю носом и пытаюсь перестать так дрожать.

— В первые несколько секунд люди выглядят именно так, как и ты, — вздыхает утомлённо и потирает перепачканной в моей крови рукой лоб, от чего тот тоже становится грязным. — У тебя, видимо, дальше не позволяла пойти твоя регенерация, но справиться сама не могла с подобной заразой – вот ты и застрял где-то посередине процесса отравления крови.

Снова подходит к столу и на этот раз берёт бинты. Вернее, то, что я оставил от них. Садится рядом со мной и прижимает чистую ткань к моей ране. Обрабатывает молча под мои тихие всхлипывания и только когда замечает, что я хоть немного начал приходить в себя, опять говорит:

— Не знал, что тебя берут яды.

— Я тоже не знал. Может, только этот, — хочу пожать плечами, но шиплю от боли тут же, как дёргаю ими.

Я хоть начал наконец-то исцеляться, но не думаю, что смогу это сделать так быстро. По-нормальному такое ранение смогло бы у меня затянуться через часов шесть. А сколько это займёт в данной ситуации, я и вовсе не знаю.

— Предпочитаю не проверять, какие ещё могут на тебя оказать действие, — стреляет в меня глазами, будто это я сам решил вот таким необычным способом проверить, насколько же я всё-таки неуязвим.

Пододвигается поближе и снова берёт за подбородок. Водит моей головой то вправо, то влево, и я понимаю, что он рассматривает моё лицо. Мне нормально так досталось от этой эльфийки. Представляю, какой я сейчас красивый.

— Расскажешь, что случилось? — спокойно спрашивает, но я-то вижу, как в его глазах снова начинает разгораться гнев.

Стыдно признаться, что меня так сильно отделала мелкая девчонка. Даже задумываюсь на секунду, не наврать ли, что это был здоровый амбал. Но нет. Вдруг она снова вернётся и в этот раз будет уже куда более подготовленная. Надо, чтобы Каэль знал, что здесь есть кто-то, кто хочет моей смерти.

— Я сам виноват, — дарю ему грустную, извиняющуюся улыбку понимая, что когда он узнает, как глупо я подставился, то, скорее всего, разозлится. — Решил помочь донести книги девушке до дома. Она была такой маленькой и хрупкой, а они казались такими тяжёлыми...

— Ближе к делу, Элиан, — хмурится, давая понять, что не хочет сейчас слушать мои оправдания. — Она заманила тебя в ловушку? Сколько человек там было? Ты смог с ними всеми справиться или кто-то сбежал? — Напряжённо смотрит мне в глаза, и от этого становится как-то некомфортно.

— Она была одна, — стыдливо смотрю вниз. — Но такая быстрая и ловкая. Даже используя силу, я с трудом с ней смог справиться.

— Ты убил её?

Вздрагиваю от этого вопроса, абсолютно не ожидая подобного. Как он вообще мог подумать, что я способен на убийство, особенно в отношении девушки? Да, в качестве самозащиты, но всё же.

Конечно, понимаю, почему он это спрашивает. После того, что я сделал в лесу с сектантами, это выглядит самым логичным. Но нет. Не убил. И их бы не стал, если бы мог тогда себя контролировать.

— Нет, конечно, я бы не смог, — в ужасе отшатываюсь от него, мотая головой. — Я бы никогда не... Я правда...

— Тш‐ш‐ш, малыш, я тебя ни в чём не обвиняю, — начинает успокаивающе поглаживать меня по голове.

Видит прекрасно, что я и без того сейчас не совсем в себе. Дрожу, как лист на ветру. Пытаюсь сжаться. А как только чувствую его прикосновения, то дёргаюсь, не сразу понимая, что он просто хочет меня успокоить.

— Просто мне бы было спокойней знать, что она тебя больше не тронет, — объясняет, спокойно прижимая к себе, и я тут же зарываюсь носом в его широкую грудь, желая спрятаться от всего мира. — Но не волнуйся. Я и сам смогу с ней разобраться. Скажи, ты ведь запомнил, как она выглядит? Сможешь сейчас её описать?

Киваю, не отрываясь от него, и несколько минут собираюсь с мыслями, чтобы начать о ней рассказывать.

— Да. У неё очень необычная внешность. Я думаю, что она эльфийка или что-то вроде этого. У неё острые кончики ушей.

В голове тут же появляется нежный и обманчиво хрупкий образ. Её белоснежные длинные волосы, бледная кожа и огромные ярко-зелёные глаза. Такую и правда не составит труда вычислить из толпы.

— Она невысокая, примерно мне по подбородок, — показываю рукой, докуда приблизительно она мне доставала. — Очень худенькая, вообще без женственных форм. Больше похожа на подростка. А, и да! Она альбиноска. У неё очень длинные...

Каэль тут же вздрагивает и аккуратно отстраняет меня от себя за плечи. Смотрит прямо в глаза, пытаясь что-то в них разглядеть.

— Альбиноска?

Не совсем понимаю эту его реакцию. Видимо, он просто не знает этого слова. Иногда забываю, что он из простой рыбацкой семьи и в детстве не получил никакого образования. Даже читать, как я понял по его рассказам, он научился сам уже в сознательном возрасте.

— Да, это люди с белой, как молоко, кожей и волосами, — решаю объяснить этот термин. — Говорят, такие рождаются с недостатком жизненной силы. Хотя именно об этой девушке тяжело сказать что-то подобное, — добавляю с усмешкой, ведя раненым плечом.

Да кому-кому, а ей сил точно хватает. Я бы сказал, что их у неё даже с излишком. Никогда не видел прежде, чтобы кто-то мог двигаться с такой скоростью.

Наёмник снова становится серьёзнее. Встаёт резко с кровати, при этом нечаянно задевая меня локтем по больному плечу.

Ойкаю, но он этого даже не замечает. Начинает осматривать свои вещи, что-то ища. То берёт в руки меч, то снова его кладёт. И так несколько раз, будто сам не понимает, пригодится ли он ему или нет.

— Где именно вы встретились? — наконец-то снова произносит.

— На площади у прилавка с амулетами. Я помог ей выбрать подарок для отца. Хотя теперь-то понятно, что это она специально придумала, дабы меня заговорить, — грустно вздыхаю, осознавая, что это и правда было всё как-то странно. Но это-то я знаю сейчас, что никакого отца и в помине не было, а тогда мне казалось всё абсолютно нормальным. — Думаешь, она ещё раз появится? Она ведь испугалась моей силы, и к тому же я упомянул в разговоре тебя. Может, она побоится снова нападать? — с надеждой спрашиваю.

Каэль резко разворачивается и смотрит на меня так удивлённо, словно я сказал сейчас что-то странное.

— Вы говорили обо мне? Что конкретно?

Нервно теребит обмотку на мече. Весь какой-то дёрганный. Непривычно его видеть таким. Обычно он всегда сохраняет спокойствие, но не сейчас.

— Да почти ничего. Только как давно мы дружим.

— Дружим? — недоверчиво переспрашивает, и на его лице отображается какое-то непонятное выражение.

Да, теперь, когда я это сказал вслух, мне и самому кажется это определение немного странным. Дружбы между нами точно нет. Однако и другие слова тоже как будто не совсем уместны. Знакомые? Любовники? Просто люди, путешествующие вместе, периодически занимающиеся сексом друг с другом?

— Ну не мог же я сказать девушке, что сплю с другим мужчиной, — тут же, покраснев, отворачиваюсь, пытаясь не задумываться, в каких мы с ним находимся отношениях.

Может, как раз он мне сейчас объяснит, что я должен был ей тогда сказать.

— Да, наверно, лучше уж использовать термин «дружим». Хотя... — задумывается, начиная стучать пальцами по подоконнику.

Смотрит с прищуром куда-то в сторону виднеющихся верхушек крыш более благополучной части города, словно пытается там что-то разглядеть. Интересно, о чём он сейчас думает. Надеюсь, не о том, как убить эту эльфийку. Не хотелось бы, чтобы он вымарал свои руки в крови представителя высшей расы.

Будь моя воля, я бы вообще запретил бы ему хоть кого бы то ни было убивать. Но эльфы... Их и так никто не видел уже долгое время. Многие считают, что они все вымерли. А тут мне посчастливилось повстречаться с их представительницей вживую. Да, при сомнительных обстоятельствах, но всё же.

— Завтра с утра отведёшь меня в тот дом, куда тебя привели, — наконец произносит. И по голосу, и по суровому взгляду тут же понимаю, что это не просьба и не пожелание, а именно что приказ. Который я не могу оспорить.

***

На утро Каэль сам меня разбудил, как только встало солнце, и, даже не дав толком проснуться, всунул вещи в руки и сказал одеваться. Всю дорогу, пока мы идём к вчерашнему дому, постоянно озирается по сторонам, выискивая кого-то глазами, словно ждёт, что на нас обязательно нападут.

— Я тут подумал, — решаю начать разговор. — Может, мне стоило бы сменить одежды на что-нибудь более незаметное. Все, с кем я общаюсь, сразу понимают, что я из храма, а что если, и она так меня вычислила...

— У меня пока что нет денег тебе на новые вещи! — как-то резко и раздражённо перебивает, даже не дав мне договорить.

Косится на меня, будто я ляпнул глупость. Но разве я не прав? Если есть те, кто за мной охотится, то им куда легче меня выследить, когда я привлекаю на себя внимание. А я и правда привлекаю. Белые монашеские одеяния никак не вписываются в простой стиль, что носят местные люди. Даже наёмник в кожаной броне и весь увешанный оружием выглядит тут куда менее заметно, чем я.

— Да, я понимаю. Просто подумал...

— Это он? — поднимает руку в сторону дома, абсолютно игнорируя мои слова.

— Да, — киваю, видя, что Каэль совсем не в настроении сегодня для длительных разговоров.

В помещении оказывается абсолютно пусто, и, обойдя все комнаты, приходит понимание, что уже достаточно давно. На всех поверхностях лежит толстый слой пыли, а цветы в вазе давно уже завяли. Их лепестки опали на когда-то белую скатерть и засохли. Только библиотека, в которую меня привели, выглядит более-менее прилично. Неужели она убралась перед тем, как меня в неё заманить? Или, возможно, и раньше сюда заходила, чтобы почитать, а другие комнаты ей попросту были не интересны.

— Она сказала, что этот дом принадлежал её поклоннику, — решаю рассказать всё то немногое, что успел от неё выведать. Вдруг эта информация как-то поможет её найти.

— Ну конечно, — раздражённо хмыкает, проводя пальцами по припорошённым пылью полкам.

От него так и исходит какая-то агрессивная, злобная аура, которую тяжело не почувствовать, стоя рядом.

Не понимаю, почему он такой раздражённый. Причём ещё со вчерашнего вечера. Вот как пришёл и увидел моё ранение, так и злится всё время. Ко мне вчера не притронулся. Возможно, дело в моей ране, что окончательно затянулась только под самое утро, или же в том, что он винит себя в моём нападении. Ведь сам отправил меня погулять одного. Сказал тогда, что тут мне точно ничего не угрожает, а оказалось всё же, что это не так.

Хочу хоть как-то его задобрить. Успокоить и объяснить, что со мной абсолютно ничего страшного не случилось. Может, если мы найдём ту эльфийку, то он хоть немного расслабится?

— Мы могли бы расспросить соседей и... — начинаю предлагать варианты, что делать дальше.

— Иди домой. Я сам здесь со всем разберусь, — рыкает, прерывая мои слова. Причём вижу, что пытается говорить спокойно и не выдавать своего дурного настроения, но у него, конечно же, ничего не получается. Впрочем, как и всегда.

— Но...

Хочу его образумить, объяснить, что мог бы помочь в поисках, но он обжигает меня таким злым взглядом, что я сразу понимаю: спорить дальше абсолютно бессмысленно.

***

Он провёл в том доме весь день и вечер, вернувшись под самое утро. Проспал полдня и снова ушёл, не сказав мне и двух слов.

Не хочу ему сейчас мешать и злить тоже не желаю, поэтому просто послушно сижу в комнате и жду его возвращения. Надеюсь только, что он быстро со всем разберётся, и мы сможем снова проводить время вместе, как и раньше.

Возвращается уставший и разбитый, и я понимаю, что ничего своей вылазкой не добился. Подхожу к нему, надеясь как-то утешить, но он лишь раздражённо отмахивается. Сидит в комнате теперь и никуда не выходит. День сидит... Второй... Третий. Мрачнее тучи и только листает книгу, которую стащил с той проклятой библиотеки.

Забавно, кстати, что нас двоих заинтересовала одна и та же. Та самая про мифы и демонов, которую я надеялся почитать, пока эта сумасшедшая не накинулась на меня и не захотела порезать на куски.

Я тоже с удовольствием бы пролистал пару страниц, но Каэль мне её не предлагал, а просить у него что-то самому, когда он в таком состоянии, я попросту не хочу. Поэтому мне больше ничего и не остаётся, как просто сидеть и смотреть на недовольное лицо напротив.

Тяжело с ним в моменты его перепадов настроения. Я бы куда-то ушёл, чтобы не сидеть с ним в этой маленькой затхлой комнатке один на один. Да вот только нагулялся уже. Спасибо. Больше не хочется.

Постепенно начинаю закипать. От того, что молчит, а когда спрашиваю что-то, то отвечает односложными предложениями. От того, что делает вид, будто всё нормально, хотя вижу прекрасно – это не так. От того, что вообще меня не замечает и, видимо, давно бы забыл обо мне, если бы я его периодически не доставал вопросами.

Наконец не выдерживаю и решаю с ним поговорить.

— Мы можем куда-нибудь выйти? Хоть бы ненадолго? — подхожу к нему вплотную, дабы не сделал вид, что снова не расслышал.

— Мы не развлекаться сюда приехали, — бурчит, перелистывая страницы.

Я уже книжку эту ненавижу. Передёргивает от каждого шелеста страниц. Кто бы знал, что смогу испытывать такие негативные чувства к источнику знаний, но, клянусь, ещё пару таких дней – и я самолично вырву её из его рук и сожгу.

— Да, но не запираться ведь теперь в четырёх стенах. Сколько нам ещё ждать отправления корабля? Ты действительно хочешь всё это время просидеть здесь?

— Почему бы и нет? Тут на тебя точно никто не нападёт. Да и денег сможем сэкономить.

Ну вот что на него опять нашло? То он психовал и злился в начале, теперь вдруг резко упал в какую-то апатию. Неужели всё ещё переживает из-за нападения? Не думал я, что его это может так сильно задеть.

Однако в любом случае мы не можем тут сидеть всё время. Сам же меня за это осуждал, а теперь делает ровно то же самое, что и я.

— Да, но не ты ли сказал, что это единственный мой шанс нормально пожить? Когда мы доберёмся до храма, то я уже не смогу вот так просто выйти к людям или посидеть в таверне. Эль мне там уж точно никто не позволит пить, — улыбаюсь, пытаясь его уговорить.

На самом деле я бы был не против провести все эти дни, сидя в одной комнате с ним наедине, вот только не когда он в таком состоянии. Он стал более раздражённый и нервный, и его напряжение волей-неволей начало передаваться мне. Может, если мы выйдем куда-нибудь, то он сможет немного расслабиться и стать таким же, как и раньше.

— Ладно, мы можем пойти выпить немного, — наконец сдаётся, закатывая глаза и захлопывая книгу.

Может, надеется, что я там от него отстану. Или вариант «выпить» всё же ему пришёлся по душе.