Ч. XX. Эксперимент 22 (2/2)

– Я бы на самом деле хотела стать одним из посланных туда агентов.

– Забудь. Ты – мой ассистент. Будешь помогать мне с исследованиями и...

– ...и приносить кофе? – я хмыкнула. – Не особо позитивное будущее.

– Возможно оно тебе таким кажется после стольких дней в бреду. Но поверь – я позабочусь о твоём комфорте. Настолько, насколько это вообще возможно.

– Кстати о комфорте. Что с ”Гнездом”?

Аур смотрел сквозь меня с застывшей улыбкой. Я повторила свой вопрос, хотя и знала, что он меня прекрасно понял:

– Что с беглецами в вентиляции?

Аур протёр свои очки и убрал их в нагрудный карман.

– Ладно, время посещения уже подходит к концу, – он встал. – Навещу тебя через пару дней. Надеюсь за это время твоя рука полностью восстановится.

Я проводила его взглядом. Как только дверь закрылась я откинула одеяло. Текущее положение меня абсолютно не устраивало. Даже без Ирвина – я не позволю больше превращать себя в тестовый объект. По крайней мере не для Аура. Я вышла из палаты прямо в тапках и больничной одежде.

– О! Вы же ассистент номера 79.

Медсестра в коридоре быстро и слегка с испугом приветствовала меня в коридоре.

– Куда же вы направляетесь?

– Мне гораздо лучше благодаря вашим трудам. Сейчас я бы хотела получить свою одежду и выписаться. Мне нужно в юридический отдел.

– Но...

– Я не хочу впустую тратить ваше и своё время. Так что давайте его не растягивать друг для друга, хорошо?

Я изобразила доброжелательную улыбку, но медсестра, кажется, перепугалась ещё больше. Однако никто мне не препятствовал, на некоторых лицах я даже видела облегчение. Видимо наличие сотрудника человека из ”высшей” лиги всех порядком нервировало. Одевшись я тут же направилась в юридический отдел, прихватив по пути полулитровый стакан кофе. Процедура мне предстояла долгая.

Около двух дней и всех имеющихся у меня на счёте средств за всё время работы мне потребовалось, чтобы подготовить всё необходимое для нового заседания суда. Весь юридический кабинет бесконечно опрашивал меня, стараясь докопаться до каждого нюанса. Пришлось пройти несколько проверок на детекторе лжи, рассказать не самые лучшие о своих приключениях подробности, но всё было не напрасно – суд успешно принял моё дело к рассмотрению.

Знакомый зал, знакомые судьи. Вот только стояла я уже на месте Аура, а он, скрестив руки, стоял на возвышении в нескольких метрах от меня. Волнения не было. Это просто корпоративный нюанс, необходимый для выживания. Хуже мне не будет и терять абсолютно нечего.

– Итак, номер 22. Вы обвиняете номер 79 в превышении должностных полномочий, угрозе жизни сотрудникам и допуске незарегистрированного лица, то есть вас, на этажи с ограниченным доступом?

– Да, ваша честь.

– Также вы обвиняете его в ложном увольнении номера 26 из-за фальсифицированных доказательств?

– Так точно, ваша честь.

– И, заявив это всё, вы требуете... уволить вас с должности его ассистента и назначить вас главой распущенного отдела ”Сорпа”?

Второй судья посмотрел на меня поверх очков.

– Вы же понимаете, что это фактически понижение в должности?

– Да. Я уверена, что вы внимательно ознакомились со всеми предоставленными мной документами и знаете, что я за время своей работы совершила множество нарушений протокола безопасности. Я вредила сотрудникам, воровала, исследовала запрещённые секции, укрывала важные данные о своей аномалии, фальсифицировала приём лекарств. Я недостойна такой высокой должности.

– Но... вы же могли просто попросить своего увольнения, – растерянно пробормотал третий судья. – Зачем же вы потратили столько времени и сил?

– Я хочу вернуть к работе Сорпа, так как считаю, что он приносил безусловную пользу всей Башне. Служба оперативного реагирования должна как можно скорее возобновить свою работу, поэтому я хотела бы при вашей помощи и с показаниями свидетелей доказать, что роспуск отдела был ошибкой. И что я – лучший кандидат на роль главы отдела.

Судебный процесс длился две недели. Используя свой ключ я проникла в старый кабинет Сорпы и, скопировав данные с наших компьютеров, составила увесистый список людей, которым мы успели так или иначе помочь. Каждый день, правда, уже без участия Аура, проходили слушания показаний от свидетелей. Феру не шутила, когда говорила, что создание отдела – сущая боль. Я просыпалась, на ходу выпивала кофе и бежала на очередной заседание. В перерывах же обзванивала и обходила возможных свидетелей. По счастью мне удалось наскрести около пятидесяти человек, так что судьям лишь оставалось выслушивать их оценку работы распущенного отдела. Были, конечно, и не слишком довольные, но большинство всё же высказывалось в нашу поддержку.

С Ауром я перестала как-либо контактировать после первого же заседания. Говорить тут было нечего – мы просто перестали разговаривать или пересекаться. Оно и к лучшему, мне хотелось находиться так далеко от этого человека, насколько это вообще было возможно.

В ночь перед вердиктом суда кто-то открыл мою незапертую дверь. Две стройных тени крадучись подошли к моей кровати и я, приподнявшись, приветствовала их широкой улыбкой, даже не пытаясь включить свет.

– Привет, Нике, Кель. Какими судьбами?

– Зима подходит к концу, – сказал Кель заметно возмужавшим голосом. – Ланты больше нет, но мы после визита тех гадов нашли новое место для укрытия. Часть они забрали, но мы хотели тебя порадовать, что малышка Лю всё ещё с нами.

– Мы попробуем мигрировать так далеко, как только возможно! – радостно подхватила Нике. – Уже набрали запасов. Как только достаточно потеплеет – свалим куда подальше. Может где-то за пределами города есть другой штырь? А может в этот раз будет полегче? Нужно попробовать! Второй раз точно никто не пробовал сбежать. А головная боль... ну, она же проходит у тех, кто достаточно долго живёт в Башне. Так что логично предположить, что можно попробовать и наоборот. Мы украли целую коробку обезболивающего!

– Всё лучше, чем всю жизнь прятаться, – Кель с серьёзным видом кивнул. – Так что мы пришли попрощаться. Надеемся, что навсегда.

Я обняла обоих.

– Удачи вам.

– И вам, – ребята обняли меня в ответ.

– Мы слышали, что у вас там происходит, – Нике хмыкнула. – Дорогу-то все уже знают. И Кель сказал, что победа точно будет за вами! Они просто не вынесут ещё двух недель заседания, чтобы попытаться оспорить ваш запрос.

– Надеюсь.

Помахав мне руками, ребята вышли, тихо прикрыв за собой дверь. Как они и пообещали – больше я никогда их не видела. И каждый день я надеялась, что они смогли найти себе то, что искали.

О тётушке Инне я тоже не слышала. Разве что раз в год, с первыми заморозками в начале зимы, мне случалось находить уютный вязаный свитер на своём пути. Это стало легендой Башни. ”Аномалия первого снега”, так я в последствии записывала данное явление в отчётах. Считалось, что аномалия сама выбирает, кто заслужил свитер, а кто – нет. И чем ярче свитер и больше в нём цветов, тем больше удачи будет способствовать нашедшему его сотруднику.

Эта версия стала со временем так популярна, что вошла в новое печатное издание пособия по аномалиям, которое с каждым годом лишь расширялось.

Меня же по итогу назначили главой воскресшего из короткого забвения отдела. На финальное слушание Аур также не пришёл, поэтому процесс увольнения и перевода прошёл задним числом без его участия. Дело оставалось за малым – набрать себе сотрудников. Благо у меня были на примете три кандидата.

Феру, Марьианна Павловна и Цинк сразу же согласились на сотрудничество, стоило лишь им увидеть на пороге моё лицо. Уж не знаю чем я им понравилась.

– Я знала, знала, что ты не злопамятная! – Феру бросилась мне на шею, едва не задушив своими объятиями. – Пойдём отсюда скорее, меня достало сидеть в палате. Я же не какой-то кролик!

– Да что ты говоришь, – ухмыльнулась я.

Марьианна Павловна ничуть не удивилась, услышав новости о своём сыне. Она взглянула на меня даже с некоторым облегчением. Слёзы застыли в её старческих полуслепых глазах.

– Понимаешь, милочка, я знала, что он не хочет меня видеть. Ведь именно я его сюда притащила. Молодая была, глупая. Думала, что они его смогут вылечить, и мой мальчик снова станет нормальным. Но сделала по итогу только хуже. Сначала ухаживала за ним как медсестра, но он так злился и кричал на меня, что они перевели мой статус в уборщицы. С тех пор я и мою полы, выношу утки. Всю жизнь. Думала, что так однажды увижу его в коридорах. Но если ты говоришь, что он ушёл на свободу, то это... хорошо. Хорошо же, верно?

Её сухое тело тряслось в молчаливых рыданиях. Обняв старушку, я осталась с ней сидеть до тех пор, пока она не успокоится. А затем пригласила в свой отдел.

– Мыть полы вам больше незачем. А вот ваш опыт и знание всех и всюду могут пригодиться.

– Давай, – она шмыгнула носом. – Надеюсь, что чай у вас вкуснее, чем те пакетики, что дают в столовых.

Про Цинка и рассказывать нечего. Его перевели в подсобные рабочие, и он вроде как даже неплохо общался со своими коллегами, когда я вошла. Под ”общался” подразумевалось, что они все, громко подбадривая друг друга, по очереди проводили соревнования по армрестлингу.

Увидев меня, мужчина победил очередного оппонента, кивнул всем присутствующим, затем повернулся и сказал простое:

– Да. Пойдёмте.

Так и продолжилась работа Сорпы. Каждый день я по крупицам собирала любую возможную информацию, чтобы найти наиболее удачный способ пробиться в агенты и попасть на острова. Но данный проект был под таким мощным заслоном спекуляций, сплетен и глупых слухов, что отличить правду от вымысла не мог никто кроме самого высокого руководства, доступ к которому у меня был практически обрезан.

Но тем не менее я не сдавалась. Почти каждую ночь мне снился тот цветущий остров. Время шло, а Ирвин каждый раз приветствовал меня там, активно раскрывая все свои руки для объятий.

И каждый день я просыпалась с мыслью, что стала на шажочек ближе к тому, чтобы воплотить свою мечту в реальность. Пусть цель и казалась невыполнимой, но разбив её на тысячу маленьких кусочков хрустального пазла, я постепенно собирала его воедино.

И, пускай руки порой были в порезах и крови – в своём успехе я ни капли не сомневалась.