Бонус 1. С днём рождения, Мороженко! (2/2)

Миён тоже получает свои заслуженные поцелуи в щёчки и носик. Чонгук крепко обнимает своё сокровище, перехватывает поудобнее, чтобы омега могла обхватить его шею и подбородком упереться в плечо. Они могут подолгу так стоять и обниматься, их это успокаивает.

Тэхён смотрит любовно, с лёгкой полуулыбкой. Он часто ворчит на альфу, что тот всё внимание дочери перетягивает на себя, когда появляется в поле её зрения, однако на душе ему хорошо оттого, что у этих двоих такие прекрасные отношения.

— Как у тебя дела? — спрашивает Тэ.

— Почему сегодня этот вопрос волнует буквально всех? — усмехается Чон. — Всё отлично.

— Я про то, что ты провёл сегодня часа три с моим отцом наедине, и вы на удивление не побили друг друга.

— Не преувеличивай, мы нормально провели эти три часа.

— Отец, — внезапно отстраняется Миён и во все глаза смотрит на альфу, — вы же мне кукольный домик подарили, а про куклы забыли. Когда мы поедем их покупать?

— Что? — Чонгук переводит удивлённо-хмурый взгляд на Тэ, который в свою очередь тоже не понимает, о чём речь.

— Мороженко, какие куклы, у тебя их дома полно.

— У них есть дом — наша квартира. А для нового домика нужны новые жители, — объясняет девочка, смотря на папу, будто тот какую-то глупость сказал.

— Принцесса, — зовёт её Чонгук, — давай переселим твоих кукол в новый домик, он лучше и комфортнее для них.

— Ты не хочешь мне покупать куколок? — дует губки, строя свои обманчиво невинные глазки.

— Чонгук, не вздумай! — строго цедит Тэхён.

Альфа смотрит на двух омег, его разрывает изнутри от понимания, что нужно отказать дочери, и от осознания, что сделать он это никогда не сможет. Заламывает брови, резко выдыхая:

— Хорошо, купим.

— Ты хоть раз можешь сказать ей нет, — убийственный взгляд омеги не сулит ничем хорошим.

— Ураааа, — а вот Миён своего добилась, — спасибо, отец, люблю тебя, — целует, всеми конечностями обвивая родителя.

Маленькая лиса.

— Прости, — тихо проговаривает Чон, свободной рукой приобнимая Тэ, на что тот лишь в привычном жесте закатывает глаза и цокает.

Чонгук уже хочет потянуться за примирительным поцелуем, как вдруг их оглушает громкое:

— Чоны, где моя племянница?! — причём такое возмущённое, словно они прячут девочку от всех.

— А вот и твой любимый брат, — обречённо произносит Гук, опуская малышку, которая тут же бежит к самому лучшему на свете дяде.

— Он тебе нравится, — посмеивается омега, пользуясь возможностью, прижимается всем телом к альфе.

— Больше всего мне нравишься ты, — обжигает своим дыханием чужие губы и наконец касается их своими.

Они целуются медленно, смакуют друг друга, наслаждаясь уединением, которого им не хватало сегодня. Языками сплетаются, тихо мычат, углубляя поцелуй…

И снова крик снизу:

— Ким Тэхён… — секундная пауза. — Чон Тэхён, прекращайте заниматься непотребствами на дне рождения собственного ребёнка и выходите.

Чонгук отстраняется с недовольным рычанием:

— Покоя не будет даже двух минут.

***

Внутренняя часть двора окутана ярким солнечным светом, за длинным столом, уставленным разнообразными блюдами, уже как часа два царит атмосфера праздника. Альфы и омеги делятся смешными историями, спорят на различные темы и чокаются бокалами, произнося тосты-пожелания для маленькой именинницы.

Сама виновница торжества заскучала среди взрослых и ушла веселиться с друзьями. Неподалёку звучит ритмичная музыка, некоторые дети выжидают свою очередь, чтобы на их лицах нарисовали каких-нибудь милых зверюшек, другие прыгают на батутах, а кто-то резвится, перебрасываясь мячом и беззаботно хихикая.

— Ёнджин, бросай уже, — канючит девочка из-за того, что её друг долго дразнится.

Мальчик заливисто смеётся, и наконец мяч летит в сторону Миён, который она успешно ловит. Правда, больше ничего не успевает сделать, так как за спиной слышит недовольный голос Сумина:

— Я вырасту, женюсь на тебе, и ты больше не сможешь играть с другими альфами.

Миён по щелчку пальцев меняется в лице, становясь серьёзной и поворачивается к альфе.

— А ты сначала женись, — вздёргивает подбородок, смотря на Сумина чуть свысока.

— Женюсь! — упёрто стоит на своём, топая ногой и бросая суровые взгляды на притихшего Ёнджина.

— Для этого тебе нужно понравится моему отцу, — заявляет омега, довольно кивая на Чонгука, который не отрывает всё это время глаз от Сумина, что слишком близко подошёл к его принцессе.

Шестилетний альфочка разворачивается, встречаясь взглядом со старшим и как-то нервно сглатывает. Дядя Чонгук кажется ему добрым, но иногда вызывает неприятный страх, если оказаться рядом с его дочерью.

Сумин ещё немного смотрит на мужчину, после чего поворачивается обратно к Миён, уверенно и твёрдо выдавая:

— Вот увидишь, я очарую Чон Чонгука.

Девочка и рта не успевает раскрыть, как альфа берёт её ладошку в свою, ровным шагом направляясь в сторону родителей.

Тэхён увлечённо общается с омегами за столом, узнаёт последние новости, но не может погрузиться в разговор полностью, потому что чувствует напряжение, исходящее от мужа, так же, как и его усилившийся аромат шоколада. Краем глаза он замечает, куда так усиленно смотрит Чон, и решает прекратить этот цирк.

— Чон, это всего лишь дети, хватит уже, — раздражённо шипит Тэ, дёргая супруга за локоть.

Мужчина будто и не слышит, продолжает сидеть как на иголках и поедать Сумина взглядом.

— Чонгук! — омега едва сдерживает в себе порыв прикрикнуть.

— Долго он так близко к ней стоять будет? — непонятно, это был вопрос к Тэхёну или просто в пустоту…

— Не веди себя как идиот, они дети, — вновь напоминает об очевидных вещах.

— Ага, сегодня дети, а завтра он придёт просить руки моей принцессы, — по-детски ворчит Гук, даже не планируя смотреть Тэхёну в глаза.

— Будет прекрасно, если ты прав, — мечтательно улыбается омега, — мне нравится Сумин.

Чонгук каменеет, медленно поворачивает голову, с глухим рычанием произнося:

— Не отдам свою малышку, — и сразу болезненно морщится, получая ощутимый удар по ноге.

— Ты выглядишь сейчас как ревнивый муж, если ты не забыл, то это мы с тобой в браке, а Миён — твоя дочь, — строго шепчет Тэ. — Она вырастет и когда-нибудь влюбится.

— Ни-за-что, — чётко, по слогам, громче положенного проговаривает Чон.

— Чонгук, не переживай ты так, — в своеобразный диалог Чонов врывается Джиён — папа Сумина. Они с мужем сидят рядом и уже откровенно посмеиваются над реакцией альфы. — Нашему сыну нужно для начала пойти в школу…

— После её закончить, — подхватывает Лихван, — затем универ, поиск работы, а только потом женитьба, — перечисляет, пряча рвущуюся улыбку. — Не воспринимай всё близко к сердцу, никто Миён у тебя пока что не забирает.

Чонгука пытаются успокоить, словно он малое дитя. Его поведение глупое, но забавное. Понять альфу тоже можно. Он любит свою дочь, не желает ей зла и не хочет, чтобы кто-то ей навредил. Просто нужно поубавить пыл мужчины, потому что он доводит подобные ситуации до абсурда.

Их разговор перебивают неожиданно появившиеся дети. Сумин, крепко держа за руку Миён, становится напротив Чонгука и в голос сообщает:

— Господин Чон, хочу, чтобы вы знали, в будущем я женюсь на вашей дочери, потому что она мне очень нравится!

Мальчик сказал это настолько громко, что застывают все, прекращая как-либо шуметь. На мгновение проскальзывает неловкость, а осторожные взгляды бросаются на всё ещё молчаливого Чонгука. Невероятно, даже Миён теряется, но быстро приходит в себя и, пока у отца в голове происходит явная перезагрузка, она молча тянет на себя Сумина и, косо поглядывая на родителя, уходит.

Проходит минута, все взрываются хохотом, кроме Чона, у которого сердце ухает в пятки, когда шестерёнки наконец становятся на места.

— Теперь ты понимаешь, какая у меня была реакция на тебя, когда ты заявился на пороге моего дома в качестве парня Тэхёна, — смеётся Сохён.

Эти слова вообще вот не вселяют спокойствия, потому что Тэхёну было семнадцать, когда Чонгук пришёл впервые знакомиться с родителями своего омеги. А Миён только исполнилось шесть… Какое ещё замужество?

— Поздравляю, ты только что обзавёлся зятем, — ржёт Юнги.

Чонгук чувствует, как к его лицу приливает кровь от негодования, правда, никто на это не обращает должного внимания, кроме его мужа.

— Ну уж нет! — сквозь зубы цедит Чон, порываясь встать.

Тэхён реагирует тотчас, цепляется за плечи альфы и крепко прижимается к его губам.

— Ооооооо, — звучит протяжное от друзей.

В конце концов, под чарами мужа Чонгук сдаётся, забывает обо всём, приоткрывая рот и сминая сладкие губы, которыми никогда не будет в состоянии насытиться.

⁎⁎⁎

Вечер вступает в свои права, гости и не собираются расходиться, ведь праздник в самом разгаре, да и торт всё ещё никто не видел и не пробовал. Компания друзей из восьми человек отошли чуть подальше, чтобы поболтать наедине…

— Я тебе говорю, что не полечу никуда, — раздражённый тон Тэхёна доходит до ушей каждого.

… Ну или поспорить. У них это дело привычное.

— Ты будешь сидеть в Корее до конца беременности? — Джин, знаете ли, тоже не в настроении из-за упёртости брата.

— Да! Можно я спокойно рожу, а потом полетим все вместе отдыхать? Девять месяцев для тебя какая-то проблема?

Остальные смиренно стоят, слушают, влезть в диалог братьев даже не пытаются. Пусть выплеснут эмоции, им это необходимо. Чонгук лишь на всякий случай придерживает Тэ за талию, пока Намджун крепко приобнимает Джина.

— Ты невыносим, Тэхён! Мы давно не отдыхали все вместе, а ты упёрся своими рогами и все планы мне портишь.

— Я не виноват, что ты строишь свои дебильные планы, заранее ни у кого не спрашивая.

— А может, просто по магазинам вместе пройдемся на следующих выходных? — скромно заговаривает Сохи, видимо, желающий больше всех остановить бесполезную перепалку братьев.

— Кстати, отличная идея, — поддерживает его Чимин, незаметно подмигивая Со.

— Не-не-не, — машет руками Мин, — я не пойду с вами никуда, не собираюсь торчать весь день в торговом центре, чтобы после выйти из него ни с чем.

— А обязательно что-то покупать? — вскидывает брови Чим. — Шоппинг создан, чтобы погулять, поболтать и поднять себе настроение.

— Прости, булка, но если я иду в магазин — это значит, что я иду в магазин. Не болтать или гулять, а купить то, что мне нужно, — и только Чимин заносит руку для удара, как Юнги ловит его запястье, победно улыбаясь. — Потерял ты свою былую ловкость… Айщ, мммм, — руку поймал-то, но забыл про имеющиеся ноги.

— Не расслабляйся, кот.

— Есть такой вариант, — игнорируя предсмертные звуки друга, начинает Хосок, — вы идёте на шоппинг, — указывает на омег, — а мы в сауну.

— Точно! — резко подбирается Юнги.

— Если ты идёшь в сауну, то я иду по магазинам с твоей картой, — Чимин своему мужу не даст порадоваться хоть минуту.

— Я так понимаю, в нашем случае схема та же? — тихо спрашивает Чонгук своего супруга.

— А ты догадливый, — клюёт альфу в уголок губ.

— Не волнуйся, Джин-и, я бы тебе и так свои деньги дал, — с гордостью говорит Джун.

— Это даже не обсуждается, — хмыкает омега.

— Ну тогда решено: альфы в сауну, мы в торговый центр, — заключает Сохи, укладывая голову на плечо своего мужчины.

— Но про поездку на море всё равно не забудьте, — успевает сказать Джин, прежде чем ответить на звонок телефона.

Он разговаривает буквально секунд десять, блокирует смартфон и на радостях восклицает:

— Сейчас будет сюрприз! — и убегает.

Чонгук с Тэхёном переглядываются и вопросительно смотрят на друзей.

— Ну что, ждём шоу? — усмехается Юн, чем ещё больше озадачивает Чонов.

По просьбе Джина курьер переносит огромную коробку в центр двора, и пока он её смешно тащит, а точнее толкает по зелёному газону, множество глаз устремляются на него и на уж слишком радостного омегу рядом. Гости настолько заинтригованы происходящим, что постепенно начинают подходить ближе. Джин, отблагодарив альфу и попрощавшись с ним, гордо встаёт рядом с сюрпризом и громко орёт:

— Мороженко, иди к дяде, — от таких децибел Тэхёну, который подходит вместе с Чонгуком очень близко, приходится рефлекторно закрыть уши и зажмуриться.

— Здесь нет глухих! — цедит Тэ, пуская молнии в брата.

Джин игнорирует младшего, замечая, как на всех парах к нему несётся именинница. Он присаживается на корточки и ловит её в свои объятия.

— Крошка моя, — ласково отзывается Ким старший, поглаживая девочку по спине.

Умиление от такой картины переваливает за тысячу, Тэхён расслабляется, мягко улыбаясь, пока Чонгук любовно кладёт свою ладонь ему на талию, прижимая к себе.

— Ты такая уже взрослая, я не успеваю насладиться тобой, — продолжает Джин, немного отстраняясь от племянницы, заглядывая в её обсидиановые глазки. — Помню, как ты была у папы в животике и била его своими ножками… Помню, как родилась, как впервые начала ползать, а после ходить, как сказала первое слово «отец», — слёзы наворачиваются у всех, особенно у Чонгука, который вспоминает, как много он упустил из жизни малышки, когда они с Тэхёном разъехались. Это бьёт мужчину под дых, он сильнее сжимает мужа, а тот, ощутив сильный аромат шоколада, поворачивается и оставляет лёгкий поцелуй в районе челюсти.

Им не надо говорить, чтобы понять чувства и мысли друг друга… Жаль, раньше этого не осознали.

— Ты принесла в дом каждого из нас счастье, радость и любовь, — омега нежно проводит пальцами по гладким щекам малышки, смотря, как та смущается и хлопает своими длинными ресницами. — Я знаю, что так сильно ты хотела в свой день рожденья и что твой упрямый папа не позволил, — Джин бросает укоризненный взгляд на напрягшегося Тэхёна и медленно встаёт, берёт маленькую ладошку в свою и подходит к коробке.

Тэ начинает догадываться, что, а точнее, кто там, поэтому радость улетучивается мгновенно, внутри всё прошибает негодованием. Джин поднимает девочку на руки и вместе с ней открывает крышку с массивным красным бантом, коробка раскрывается, её стенки падают, а оттуда появляется маленькое пушистое четырёхногое создание с милой чёрной бабочкой на шее. Он издаёт своё первое: «Гав», и Миён резко перестаёт дышать, когда её ставят обратно на землю, ладошками прикрывает рот, во все глаза уставляясь на идущее в её сторону чудо.

Присутствующие успевают только охать и ахать от неожиданности, большинство достают смартфоны, начиная снимать и фотографировать малышку и её нового друга. А вот Чонгуку некогда, он изо всех сил пытается удержать закипающего мужа, делая хватку в несколько раз сильнее.

Юная Чон, присев, забирает шпица на руку, поднимается, смотрит на него, а в её глазах искорки зажигаются, она наполняется безграничным счастьем, улыбка не сходит с лица, пока она что-то тихо шепчет под нос.

— Правда, он милый? — развернувшись к родителям, спрашивает Мими.

Чонгук уже было хочет ответить, как его перебивают:

— Ким Сокджин! — яростно шипит Тэ, встречаясь с расслабленным взглядом старшего. — Иногда мне кажется, что мы не кровные братья.

— Ты в этом не один, мне тоже порой так кажется, — вздёргивая подбородок, отвечает Ким. — Это же надо подарить ребёнку, который так давно мечтал о собаке, велосипед и кукольный домик, — возмущается Джин, складывая руки на груди.

Тэхён и Чонгук действительно ещё утром подарили дочери подарки, однако всё, что перечислил Джин, Миён тоже хотела и просила, возможно, не так яро, но всё же.

Все замолкли, моргнуть боятся, пока братья Ким пристально смотрят друг на друга, молча кидаясь матами. Юнги единственный, кого забавляет эта стычка, альфа давит широкую улыбку, мечтательно бубня под нос:

— Как же я хотел увидеть, как Джина убивают, просто жил этой мыслью, — и получает заслуженный удар от рядом стоящего мужа. — Всё-таки я подам на тебя в суд за избиение, когда родишь нашего кроху, — Чимин на это лишь усмехается, продолжая нервно посматривать на друзей.

Сохён тяжело вздыхает и уже хочет остановить своих неугомонных сыновей, как снизу слышится грустное:

— Папочка, не ругайся, это я попросила дядюшку о собачке, знала, что ты не разрешишь, — признаётся девочка, опустив голову, но щпица держит крепко, будто боится, что отберут.

— Тэхён, — шепчет на ухо Чонгук, сжав бок омеги, чтобы привести того в чувство.

Тэ наконец отвлекается от брата, опускает взгляд на поникшую дочь и прикрывает веки, делая три глубоких вдоха, а после опускается вниз, чтобы быть на одном уровне с малышкой.

— Мороженко, прости, я не всерьёз злюсь, просто твой дядя делает иногда такие вещи… — бросает мимолётный рассерженный взгляд на всё ещё довольного собой Джина, а затем возвращает ласковый на дочь. Двумя пальцами он цепляет подбородок девочки, поднимая слезливые глаза на себя. — Я знаю, что ты очень сильно хотела собаку, понимаю, что это твоя мечта, но, Миён, это такая большая ответственность, — омега смотрит серьёзно, пытается донести свои слова правильно. Он не против ещё одного члена семьи, но, зная дочь, Тэхён уверен, что следить за ним придётся ему.

— Я буду следить за ним, папуль, — дует губки, жалостливо заламывая брови.

— Мороженко, тебе надо будет просыпаться, чтобы выгулять собаку, убирать за ним дома, кормить, ухаживать и воспитывать. Это не кукла, он живое существо, требующее к себе огромного внимания, — делает попытки достучаться до дочери, замечая, как та ещё крепче ухватилась за собаку. Хочется смеяться от забавных попыток защитить щенка.

— Я обещаю, что буду всё-всё выполнять, честно-честно, только прошу, давай оставим его, — лицо Миён принимает самое невинное выражение, заставляя остальных удивляться её мимике и таланте так упрашивать родителя.

Чонгук, который всегда слаб перед своей принцессой, присаживается рядом, нежно проходясь по волосам омеги, а после смотрит на идеальный профиль мужа.

— Тэ, давай оставим собаку, я обещаю, что буду помогать первое время нашей Мими, вот увидишь, проблем не будет, — уверяет альфа, а Тэхён просто терпеть не может, когда эти двое объединяются, пытаясь уломать его на что-либо.

— Нечестно, Чонгук, — негромко произносит Тэ, поворачиваясь к мужчине. Он тонет в этих глазах и выплывать не намерен. — Ладно, ваша взяла, пусть остаётся, — вздыхает омега.

Хлопки и свисты взрываются рядом, Миён падает в самые надёжные и безопасные объятия своих родителей, проговаривая слова благодарностей, а после Джину достаётся персональный поцелуй в щёку.

— Как хоть назовём? — спустя пару минут спрашивает Тэхён, глядя на притихшего щенка в руках девочки.

Миён ненадолго задумывается, поглаживая пушистую мягкую шёрстку собаки, а после выкрикивает:

— Ёнтан!

Тэхён аккуратно берёт в свои руки крохотное существо, что любопытно стал принюхиваться к вкусному аромату омеги. Выпрямляет локти, держа собаку перед лицом, и спокойно говорит:

— Добро пожаловать в семью, Ёнтан!

***

— Будь добр, ускорься, — с указкой произносит Джин, посматривая в окно. — Моя племянница ждёт.

— Тебе вообще лучше помалкивать, пока в твоё красивое лицо что-то тяжёлое не прилетело, — нарочито спокойно отзывается Тэхён, пытаясь презентабельно расставить свечи на торте.

Танцевать, общаться, слушать анекдоты от Мин Юнги и делать вид, что они до ужаса смешные — это, конечно, интересно, но время плавно подошло к самому главному. Миён почти целый день спрашивала о своём праздничном тортике, хотела поскорее загадать желание и задуть свечи. Тэхён с братом и Чимином ушли всё подготавливать, пока маленькая омега со своими друзьями была занята распаковкой некоторых подарков.

— Отойди, — Джин несильно пихает младшего в сторону, принимаясь самостоятельно зажигать свечи.

— Я тебя сегодня точно убью…

— Спокойно, он нам живым нужен, — Чимин тут же оказывается возле друга, быстро убирая нож, который лежал на столе. На всякий случай…

Джин отмахивается от Тэхёна, словно от назойливой мухи, и как ни в чём не бывало со всем заканчивает, неохотно передавая торт в руки младшего.

Кондитерское изделие небольшое, шоколадное и имеет три нежных слоя, пропитанных также шоколадным кремом. Верхняя часть покрыта гладкой глазурью и украшена ягодами малины и черники, а в центре красуется съедобная фигурка Микки Мауса. Тэхён несёт торт осторожно, пока во дворе приглушают свет от лампочек и в воздухе раздаётся щемящее ожидание. Глаза маленькой Чон наполняются удивлением и восторгом, пока все близкие вокруг неё тихо напевают строчки: «Happy Birthday to you».

Миён подбегает поближе, перед ней будто разворачивается настоящая волшебная сказка, она с замиранием сердца смотрит на папу, который присаживается на корточки напротив неё и шепчет:

— Загадывай желание, Мороженко.

Омега складывает ладошки вместе, собираясь прикрыть глаза, как вдруг что-то вспоминает и оглядывается по сторонам, растерянно спрашивая:

— А где отец? Я не буду ничего делать без него.

Гости в непонимании переглядываются, действительно не зная, куда делся Чон, ведь буквально минут десять назад он был здесь. Тэхён отдаёт торт Юнги, решая пойти посмотреть в доме, однако, обернувшись, он видит мужа, который идёт прямо к ним с шикарными цветами.

Чонгук глядит в ответ, протягивая один из букетов, который побольше: любимые красные розы омеги с среднем стеблем без шипов, тут не меньше ста одного цветка, перевязанных снизу бежевой лентой. Тэхён дрожащими руками забирает свой ароматный подарок, пряча половину лица в цветах, скрывая пунцовые щёки.

— Малыш, я так сильно благодарен тебе за наше общее солнышко, за нашу Мороженку, — начинает Чон, обхватывая одну ладонь мужа. — Ты настоящая любовь моей жизни, я буду ещё миллион раз просить у тебя прощения за то, что два года назад не остановил тебя, дал всему случиться, позволил нам двоим утопать в тоске. Прости, что тогда на Кипре тоже отпустил, не вселил в тебя уверенности.

Воспоминания накрывают не только супругов, но и их друзей, которые не остались тогда в стороне, стараясь помирить двух влюблённых. А Хосок будет всю жизнь благодарить себя за то, что набрался сил и поговорил с Чонгуком, хоть и перед Тэ до сих пор стыдно за свою трусость.

— Но спасибо, что сказал мне дважды «да», спасибо за Миён и нашего будущего малыша. Я больше не отпущу вас, клянусь, — и Тэхён, сгорая и воскресая на месте, верит, потому что видит изменения в Чонгуке, знает, как тот старается для их будущего, поэтому тут нет места сомнениям, и омега просто притягивает мужа в пылкий, но не пошлый поцелуй.

Они лишь сминают губы друг друга, оставляя на них свои самые сокровенные чувства.

Когда Чоны отстраняются, вбирая побольше воздуха, альфа оставляет невесомый поцелуй на лбу любимого и поворачивается к не смеющей мешать родителям дочке. Мужчина присаживается, отдавая ей маленький букетик из белых ромашек, которые в последнее время полюбила Миён, и притягивает поближе к себе.

— Моя девочка, ты представить себе не можешь, как безумно я тебя люблю. Восьмое мая навсегда останется самым лучшим днём в моей жизни, ведь на свет появилась ты, кроха, — за весь день Миён впервые роняет слёзы, которые Чонгук с трепетом стирает с детского лица. — Маленькая, красивая, полностью похожая на меня, — улыбается Гук, вспоминая, как Тэ устроил истерику на следующий день в роддоме, увидев Миён. Он так возмущался, что рожал он, а дочь — копия Чона. — Сегодня тебе пожелали твои близкие люди разного, а я лишь добавлю: иди только вперёд, не оглядывайся, я всегда буду стоять позади тебя, не позволю тебе упасть, малышка. Я мир положу к твоим ногам, если это сделает тебя самой счастливой. С днём рождения, Мороженко, — альфа заключает в крепкие объятия заплаканную дочь и поднимается на ноги вместе с ней.

— Я люблю вас больше жизни, — одними губами проговаривает Чон, смотря на растроганного мужа.

Вокруг тишина, омеги едва слышно пускают слёзы, пока альфы успокаивают их, сами с трудом сдерживая собственные эмоции. Юнги быстро реагирует и подносит торт, где по новой приходится зажечь шесть свечей. Миён внимательно смотрит на родителей, затем прикрывает глаза и задувает огонь, загадав одно заветное желание: «Чтобы родители никогда не расставались». Все радостно визжат, крича хором поздравления, пока именинница получает одновременно в обе щёчки поцелуи от её самых важных людей.

***

Солнце давно покинуло небо, постепенно окрасив его в чёрный цвет. Праздник подошёл к концу, большинство гостей разъехались, ещё раз поздравив малышку и поблагодарив Чонгука с Тэхёном за чудесный день.

Оставшиеся друзья и родители помогают сейчас убирать посуду, чтобы после разойтись по комнатам отдыхать.

— Пап, — окликает Тэ родителя, — идите с отцом и Мистером Чоном в дом, там на первом этаже достаньте для всех постельное бельё, пожалуйста, — просит он, складывая грязные тарелки.

— Оно в спальне, в шкафу? — уточняет старший и, получая кивок, удаляется.

Тэхён тем временем забирает немаленькую горку посуды и тоже идёт внутрь. Да… Спасибо тому человеку, который придумал посудомоечную машину, иначе омега с ума сошёл бы всё это мыть вручную.

Он преодолевает длинную прихожую, проходит мимо одной ванной комнаты и заходит на кухню, замирая почти в проходе. Тэхён огромными глазами смотрит на картину перед собой, не находя адекватных слов.

Жаль, что материться нельзя… Миён забралась на высокий стул и поедает остатки торта, который Чонгук унёс в дом по настоянию Тэхёна… Вот только омега не был в курсе, что тридцатилетний альфа додумается оставить его на столе, а не спрятать в холодильник!

Миён выглядит очень сосредоточенной, брови сведены, её рот испачкан шоколадом, пока она сама кормит с ладошки Ёнтана, который, счастливо виляя хвостом, расположился на столе.

— Мими, что ты делаешь? — Тэхён находится в таком шоке, что и не сразу слышит шаги позади себя, которые резко прекращаются, и из-за его спины выглядывают Джин, Чонгук, Чимин и Юнги.

— Тан-и был голоден, я решила его покормить, — буднично отвечает девочка, продолжая своё занятие.

Все четверо появившихся едва успевают переварить увиденное, как вдруг Тэхён взрывается угрожающим:

— Чон Чонгук! Ким Сокджин!

Альфа переглядывается с братом мужа, и оба нервно сглатывают, предвещая что-то нехорошее. Они действуют синхронно: быстро ставят тарелки на пол и убегают.

Тэхён не отстаёт, также отставляет посуду и с диким рычанием бежит следом за ними.

— Пора уже ставки делать, — смеётся Юнги, свободной рукой приобнимая такого же весёлого Чимина, — кого Тэхён убьёт первым, Чонгука или Джина?

— Я думаю, Чонгука, — не задумываясь отвечает Чим.

— А мне кажется, что Джина…

Хватает миллисекунды, чтобы понять, кто из Минов выиграл…

— Я закопаю тебя, Джин! — крик Чон Тэхёна вынуждает всех находящихся в доме звонко и заливисто засмеяться.