Глава седьмая. Странные люди (1/2)

Годжо успел.

А она оказалась права.

Предчувствие не подвело: Мегуми действительно был в беде. А вместе с ним в беду попало всё магическое сообщество.

Они вернулись только через три дня. Всё это время Лилиан провела почти в полной безызвестности. Только получила от студента сообщение, состоящее из одного «Спасибо», и от Сатору — «Всё в порядке», приправленное набором самых нелепых смайликов из всех возможных.

Но в порядке не было совершенно ничего — это она прекрасно понимала. Это читалось во всём. В Масамичи, который резко стал ещё серьёзнее и был так занят, что не нашлось бы и минуты, когда Лилиан могла с ним поговорить. В незнакомых ей шаманах, которые стали чаще появляться в колледже — они только заходили в кабинет директора и молча исчезали вновь. В Окнах, которые торопливо перемещались по всей территории со множеством документов в руках и беспокойством на обычно сдержанных лицах.

Никто не мог объяснить ей, в чём дело: второгодок резко забрали на миссию на другой конец Японии, и единственное, что они успели сказать Лилиан, — был найден Сосуд.

Что именно представлял из себя этот Сосуд и почему вокруг поднялась паника, она так и не поняла. Было очевидно, что это связано с проклятой реликвией, за которой отправляли Мегуми, но почему эта находка вызвала такой резонанс, оставалось совершенно неясным.

Лилиан несколько раз безуспешно пыталась выйти на связь с Годжо и Фушигуро, но те либо игнорировали её вопросы, либо просто не появлялись в сети. Больше спрашивать было не у кого и ей оставалось лишь ждать.

В попытке хоть немного отвлечься она усиленно принялась перебирать документацию. Все три дня её график был плотно забит повторяющимися однообразными делами: тренировка, работа, тренировка, работа. Она с головой погружалась в неполные безразмерные отчёты, весь пол в её комнате был устлан слоем бумаги — всё, лишь бы заглушить собственные мысли и как можно меньше оказываться на улице в окружении настороженных людей.

Она была зла на неясную ситуацию, в которой оказалась, и на саму себя за то, что никак не могла повлиять на что-либо. Находясь в таком безвыходном положении, девушка продолжала работать и ждать. Иного выбора у неё не было.

Вечером второго дня к ней постучались. Лилиан резко вскочила со своего места и в несколько шагов преодолела расстояние, отделяющее её от гостя. Сваленные на пол листы с шумом разлетелись от стремительного движения. Она распахнула дверь. Вопреки ожиданиям увидеть там Масамичи, Фушигуро или, в крайнем случае, Годжо, напротив неё стояла невысокая и хрупкая девушка с крашеными желтоватыми волосами. Та была одета в чёрный строгий костюм с галстуком, прижимала к груди тонкую стопку листов и нерешительно смотрела на неё. Лилиан едва удержалась, чтоб не вздохнуть от нахлынувшего разочарования: перед ней стояла обычная ассистентка.

— Нитта Акари, — низко поклонилась Окно, представляясь.

— Лилиан.

Они сразу перешли к делу.

— В связи с последними событиями и мерами, предпринятыми для их разрешения...

— Что произошло?

Девушка запнулась, сбиваясь с мысли:

— Сожалею, но я не уполномочена говорить об этом.

Подобный ответ ей не понравился. Гостья продолжила:

— ...в связи с занятостью основного состава сотрудников, директор Масамичи распорядился передать это вам, — Окно протянула документы, которые до этого держала в руках.

Лилиан нетерпеливо забрала их, пролистала первые страницы в надежде, что хотя бы сейчас получит какое-то объяснение. Её ожидания не оправдались, и она раздражённо цокнула языком.

— Это информация о двух новых студентах, — пояснила Акари. — Девушка — уже практикующий шаман — переводится к нам из деревни. Парень... — замолкала, явно подбирая слова, — гражданский.

— Гражданский? — Лилиан скептически выгнула бровь и посмотрела на собеседницу.

Та зябко повела плечами под её тяжёлым взглядом, но не сдалась:

— Да. В нём... только недавно проснулась проклятая энергия, поэтому наш колледж забрал его к себе, — Нитта расслабленно выдохнула, явно довольная тем, как смогла подать информацию.

Лилиан начала подозревать неладное ещё сильнее.

— В общем, поскольку все сейчас заняты, директор Масамичи попросил передать документы. Нужно заполнить бланки на новых студентов. Они оба первогодки, а вы же и так помогаете Годжо с отчётами, поэтому было решено доверить всё вам. Вот, — отчеканила Акари и расслабилась. — Могу объяснить, как их правильно заполнять.

— Спасибо, я сама, — Лилиан удобнее перехватила листы и выжидающее посмотрела на собеседницу. Та недолго потопталась перед ней, вновь поклонилась и поспешила уйти.

Девушка проводила её взглядом и, когда ассистентка скрылась из виду, захлопнула дверь и быстро подошла к кровати. Ловким движением она скинула лежащие там папки на пол, залезла на покрывало с ногами и, сев по-турецки, принялась изучать выданные бумаги.

Что-то явно было не так.

Сначала она бегло просмотрела документы о переводе студентки. Ничего странного: девчонка-шаман, способности передались от бабушки, та же и обучила её колдовать. Проклятая техника завязана на куклах вуду, по способностям числится как шаман третьего ранга. Из дополнительных особенностей: уже имеет боевой опыт, поскольку занималась изгнанием ранее.

Не обнаружив ничего подозрительного, Лилиан отложила бумаги в сторону и принялась за второго студента. То, как неумело Нитта пыталась скрыть любую информацию об этом подростке, не могло не насторожить.

Подозревать действительно было за что.

Первогодкой оказался Итадори Юджи: парень с коротко стриженными волосами странного розоватого цвета смотрел с фотографии и даже так излучал доброту и спокойствие. Первое, что привлекло внимание, — город, в котором до сих пор проживал подросток. Именно туда отправлялись Годжо и Фушигуро, и именно там произошло нечто, вызвавшее весь переполох.

«Интересно», — подумала Лилиан, принявшись тщательнее изучать информацию. Она перевернула первый лист и удивлённо уставилась на следующую страницу. Та была пуста: лишь напечатанные графы без каких-либо пояснений. Девушка просмотрела весь документ, но так ничего и не обнаружила. Об Итадори Юджи не было совершенно никакой информации: ни техник, ни ранга, ни навыков. Он в буквальном смысле был чистым листом.

Всё становилось более странным.

Лилиан тяжело вздохнула, сжав руками виски. Голова, казалось, готова была пойти кругом от всех нахлынувших событий и полной неразберихи в происходящем.

«К чёрту», — подумала девушка.

Она слезла с кровати, возвращаясь на рабочее место, сдвинула в сторону отчёты и принялась разбираться в студенческих бланках. Хоть выбора у неё не было, Лилиан по-прежнему ненавидела ожидание.

Ответ на свои вопросы она получила на следующий день. Утром, возвращаясь из архива с очередной кипой документов, девушка неожиданно столкнулась с Иджичи. Она в последний момент удержала равновесие. Стопка листов угрожающе пошатнулась, норовя разлететься по всей округе, но осталась на месте.

— Прошу прощения, — извинился мужчина, делая широкий шаг назад. Он выглядел взволнованным.

— Что-то не так? — скорее из вежливости спросила Лилиан. Порой странное и дёрганое поведение этого человека уже стало для неё привычным, и она почти не обращала на это внимания.

— А, вы не знаете, — ассистент вопросительно посмотрел на неё. — Годжо вернулся.

— Где они?

— Он с мальчиком у директора, но...

Лилиан не стала слушать дальше. Она сорвалась с места и уже хотела направляться прямиком к Масамичи, как поняла, что держит увесистую стопку документов. На полном ходу девушка резко развернулась, вышла на ближайшую дорожку, ведущую к общежитиям, и чуть ли не бегом бросилась к комнате.

Добравшись, она оставила документы у порога, не утруждая себя войти в помещение. Перед тем, как захлопнуть дверь, обратила внимание на студенческие анкеты. Ей стоило передать их Годжо. Не раздумывая, девушка быстро подскочила к ним, схватила со стола и уже после помчалась к нужному зданию.

Когда она свернула на дорогу и пагода уже возвышалась перед ней, Лилиан увидела, как вдалеке распахнулись двери. В темноте мелькнуло два силуэта, и через мгновение она смогла различить знакомые очертания. На улицу вышел Сатору, но рядом с ним был вовсе не Мегуми.

«Итадори Юджи», — сомнений не оставалось.

Девушка замедлилась и широким уверенным шагом пошла навстречу. Она хотела восстановить дыхание и не выглядеть так, словно пробежала весь путь.

Её тоже заметили. Сатору отвлёкся от разговора с новоиспечённым учеником, повернулся к ней и помахал рукой, то ли приветствуя, то ли подзывая к себе.

Приближаясь, Лилиан не сводила глаз с Итадори. Он действительно казался простым пареньком: с большим дорожным рюкзаком за спиной, в неприметной спортивной одежде он походил больше на школьника, собравшегося с классом в поход, нежели на юного шамана.

— Приветики, Ририан, — мелодично протянул Годжо, когда они наконец подошли друг к другу. — Позволь представить: мой новый ученик...

— Итадори Юджи, — закончила она. — Очень приятно. Я — Лилиан.

— О, вы знаете меня? — удивлённо захлопал глазами парень.

Он был совершенно обычным. Настолько, что даже проклятой энергии не ощущалось.

«Действительно гражданский? — подумала девушка. — Нет, быть не может. На кой чёрт им в Магическом колледже простые люди».

— Я видела твои документы, — пояснила она, пока парень пытался вспомнить, где они могли встретиться раньше. — Пришли данные о переводе, — не глядя протянула отчёты Годжо. Она не сводила с Итадори глаз.

Тот удивлённо уставился на неё, не понимая, почему к нему обращено столько внимания.

— А, ой, — неловко сказал подросток и поклонился. — Приятно познакомиться, Ририан.

Уголок её губ нервно дрогнул.

Единственное, что было странным в этом улыбающемся подростке кроме цвета волос — крашеный, что ли? — его глаза. Точнее, то, что было под ними. У внешних уголков, там, где был переход с глазных впадин к скуловой кости, с обеих сторон были странные складки.

«Шрамы?» — неуверенно решила Лилиан, с интересом разглядывая необычные линии. Те больше походили на свежие порезы, нежели давно затянувшиеся раны. Однако, на них не было ни крови, ни покраснений.

— Где Мегуми? — она наконец перевела взгляд на Годжо. Тот, бегло просмотрев анкеты, сложил их несколько раз и небрежно запихнул получившийся ком во внутренний карман своего пиджака. Лилиан едва удержалась от того, чтобы не шикнуть на него за подобное обращение с документами.

— У себя. С ним всё в порядке, врач подлатал его.

«Врач?»

— Что произошло? — спросила она, требовательно глядя на шамана.

— Ой, скажу — не поверишь, — широко улыбнулся Годжо. — В общем, отправили мы его за...

— Я думал, вы все передохли.

Лилиан вздрогнула. Голос, произнёсший это, был низким, грубым и не принадлежал никому из присутствующих. Больше этого пугало лишь то, что совсем рядом из ниоткуда появилась мощная проклятая аура. Чужая и озлобленная.

Сатору с интересом посмотрел ей за спину. Лилиан резко развернулась в сторону говорившего.

Перед ней по-прежнему стоял Итадори. Подросток моргал, удивлённо уставившись на них. Тёмная проклятая энергия явно исходила от него.

— Световая дрянь, — комментарий явно был обращён к Лилиан. Голос исходил из Юджи, но губы его не шевелились.

Девушка замерла. Она поняла, откуда доносился голос. Складка под правым глазом Итадори разошлась подобно разомкнувшемуся веку, и на неё смотрел ещё один глаз. На скуле парня проявился клыкастый рот. Проклятье распространялось явно из этих частей.

— Извините, — Юджи звонко хлопнул себя по лицу, в попытке заткнуть пасть.

В следующее мгновение та появилась у него на ладони. Губы искривились в брезгливом оскале.

— Вас, выродков, должны были уничтожить ещё тогда, — надо ртом появился красный глаз и злобно уставился на Лилиан.

— Любопытно, — через её плечо перегнулся Годжо, заинтересованно слушая проклятье. Казалось, шамана вообще не удивляло происходящее. — Меня он обещал убить, как только вылезет.

— И я сделаю это, Шестиглазый. Выпотрошу, как только появится возможность.

— Удачи, — хмыкнул Сатору, явно не впечатлённый услышанным.

— Тебя же, — зрачок, окружённый алой радужкой, вновь уставился на Лилиан, — я сожру, — чужие губы искривились в отвратительной ухмылке. — Заживо стяну кожу, расчленю и завялю под вашим благословенным солнцем.

Лилиан почувствовала, как смешанный с отвращением страх холодной волной поднялся по её позвоночнику. Тело онемело. Она понимала, что это проклятье не способно двигаться, но сказанные им слова действительно ужасали: так правдиво они звучали.

Нарастающую гнетущую атмосферу пронзил возглас:

— Да заткнись ты! — раздражённо крикнул Итадори, обращаясь к собственному проклятью.

Парень зажал ладони подмышками и активно замотал головой, словно пытаясь скинуть с себя чужое лицо.

— Вроде затих, — через некоторое время сказал студент и посмотрел на Лилиан. — Извините, он болтливый, а я пока что не научился его контролировать.

— Что это вообще такое? — ошарашенно спросила она, глядя то в глаза Итадори, то на сомкнувшиеся вторые веки.

— Двуликий Сукуна, — как ни в чём не бывало ответил на вопрос Годжо.

Шаман неспешно пошёл вперёд, и они оба последовали за ним.

— То есть? — Лилиан вновь обернулась на подростка и сжала правую ладонь. Проклятый дух с клинком внутри запульсировал, откликаясь на запущенную энергию.

— Успокойся, Юджи тут ни при чём. Он просто сосуд.

Она продолжала изучающе смотреть на студента. Тот сам выглядел так, словно мало что понимал в происходящем. Ясно было лишь одно — теперь она наконец выяснила, из-за чего поднялась вся шумиха.

— Так это за ним ходил Фушигуро?

— А, нет. Мегуми должен был забрать ещё один палец Двуликого.

Полученную информацию едва ли можно было сложить в чёткую картину.

— Подождите. Я явно чего-то не понимаю.

— Ну да, — хохотнул Сатору. — Всё дело в том, что Юджи поглотил реликвию.

— Это как?

— Я съел тот палец, — Итадори глуповато улыбнулся и, не зная, куда деть руки, запустил ладонь в короткие топорщащиеся волосы.

— Что ты сделал? — Лилиан неверяще уставилась на него. Она прекрасно помнила, как выглядела та реликвия. Она не могла поверить, что кто-то в здравом уме решил положить это себе в рот.

— Ну... это вышло случайно.

— Да что ты говоришь.

Юджи неловко улыбнулся. Он все ещё выглядел так, будто говорил о совершенно обыденных вещах.

— Мы пришли, — Годжо хлопнул в ладоши, привлекая внимание. Они стояли перед одним из корпусов студенческих общежитий. — Теперь, Итадори, ты будешь жить здесь, — шаман распахнул незапертую дверь в общую галерею, прошёл в дальний конец коридора и открыл последнюю комнату.

Из помещения потянуло свежим воздухом с примесью сладковатых химикатов. Внутри всё было вычищено и расставлено по местам. Кровать уже заправлена, на тумбочке лежала стопка сменного белья и полотенец. К приезду нового студента успели подготовиться.

— Вау, здесь так много места! — подросток юркнул в комнату, бегло огляделся по сторонам и, кинув рюкзак на пол, рухнул на кровать, раскинув руки и ноги в разные стороны. — Здесь так здорово.

Лилиан и Сатору остались стоять на пороге, наблюдая за студентом. Тот резким рывком встал со своего места, подошёл к брошенному рюкзаку и взял большой скрученный лист, торчащий из бокового кармана.

— Пора обустраиваться, — весело изрёк Юджи, расправляя свёрток и водружая тот на стену над кроватью.

Это был плакат. С него на них смотрела девушка в купальнике. Она мило улыбалась, прижимала руку к груди, подпирая ту, за её спиной был расплывчатый фон моря.

У Лилиан нервно дернулось веко.

Она вопросительно взглянула на Годжо — тот никак не реагировал.

— У меня к тебе ряд вопросов.

— М? Это Дженнифер Л… Роуренс, актриса, — шаман кивнул в сторону плаката.

— О, да вы шарите, учитель, — Юджи повернулся к ним, широко улыбаясь, и выставил вперёд руку с поднятым вверх большим пальцем в знаке «класс».

— Да я не об этом, господи, — вздохнула Лилиан. Она чувствовала, что если ещё хоть немного времени проведёт рядом с этими двумя, то точно сойдёт с ума. — Где Фушигуро?

— Соседняя дверь.

— Чудно.

Больше не сказав ни слова, она развернулась и пошла в нужную комнату. Постучалась. По ту сторону раздался едва различимый шум, шаги, и ей открыли.

Мегуми явно не ожидал увидеть её и выглядел удивлённым. Недовольное выражение его лица, с которым парень шёл встречать незваных гостей, быстро исчезло, сменившись на привычное спокойствие.

— Здравствуйте.

— Жив, — улыбнулась Лилиан и обвела юношу взглядом с головы до ног. — И цел, — констатировала она.

— Да, — он слабо, едва заметно улыбнулся. — Спасибо вам.

Студент склонил голову в благодарном поклоне, из-за чего Лилиан почувствовала себя неловко.

— Да брось, с кем не бывает, — попыталась отмахнуться она.

Мегуми, как всегда, был серьёзен:

— Я облажался. Из-за меня могли погибнуть люди. Если бы Итадори не подоспел вовремя, то...

— Погоди, тот парень помог тебе?

— Да, влез в бой, когда я пытался изгнать проклятье, напавшее на его одноклассников.

— Так он разве... — Лилиан обернулась в сторону другой комнаты — там раздавались голоса и весёлый смех Юджи, — ну, не обычный человек?

— Да. Был обычным, — Фушигуро сжал кулаки, и без того бледные костяшки его пальцев побелели. — Если бы не я, то ничего бы этого не произошло и он бы и дальше был просто школьником.

Повисла неприятная, напряжённая тишина. Чужой смех отошёл на дальний план, исчезая. Единственными источниками звука были слабое гудение работающего в комнате ноутбука и тихий шорох подхваченных ветром штор.

Лилиан не знала, что сказать.

Она кое-как подобрала слова.

— Зная тебя, — задумчиво начала девушка, привлекая внимание студента. Тот посмотрел на неё прямо. — Я более, чем уверена, что ты сделал всё возможное, чтобы избежать такого исхода.

— Да, но этого было недостаточно.

— И это не повод себя винить, — строго сказала Лилиан. — Да, вероятно, это ошибка. И наверняка вина жрёт тебя изнутри. Но ответь сам себе, Мегуми, — она посмотрела парню в глаза, — сделал ли ты всё возможное? Если да, то не смей винить себя больше. Наши ошибки — это повод для роста, но никак не самоненависти.

Опять повисло молчание.

Дверь в комнату Юджи тихо хлопнула, и голоса из комнаты переместились в коридор.

— Фушигуро! — радостно воскликнул парень, подскакивая к ним. — Отлично выглядишь! Ну, теперь.

Лицо Мегуми было на грани того, чтобы изобразить все мировые страдания.

Студенты начали пререкаться. Лилиан отошла и взглянула на Годжо, который тоже стоял в стороне. Она подняла руку и постучала по запястью, словно показывая на часы. Если её не обманывала память, то в скором времени нужно было встречать третью студентку.

Поняв, что она имеет в виду, Сатору тут же привлёк к себе внимание и объявил новость ученикам. Лилиан пошла к выходу.

— Вы разве не поедете с нами, Ририан? — удивлённо окликнул её Юджи.

Она не остановилась.

Ей этого действительно хотелось: познакомиться с подростками, побольше разузнать об Итадори, да и просто наконец выбраться за пределы колледжа. Однако девушка понимала, что сейчас, когда ученики должны узнать друг друга и своего наставника, она будет лишней.

— Не-а, — небрежно махнула ладонью. — Не хочу, чтобы после встречи со мной вы расстраивались, что ваш учитель он, а не я.

Юджи непонимающе взглянул на неё, а затем, сообразив, засмеялся. Она вышла на улицу, чувствуя, как все смотрят ей вслед.

Лилиан вернулась в комнату, сразу же села за стол и долго смотрела перед собой. Ворох лежащих документов оставался нетронутым. Девушка взяла ручку, взглянула на первые попавшиеся незаполненные бланки и отодвинула их в сторону. Она откинулась на спинку стула, запрокинула голову назад и взглядом начала сверлить белый потолок.

То, что происходило вокруг, ей не нравилось.

Она запустила пальцы в волосы, растрепала те, одним резким движением встала и начала размеренно шагать по комнате, босыми ногами становясь на небольшие островки пола, где ещё не лежали листы.

Всё было плохо — Лилиан прекрасно это понимала.

И беспокоила её не всеобщая паника, связанная с появлением Сукуны, а сам Двуликий демон. Точнее — то, что он знал то ли её, то ли тех, с кем она была связана. Сомнений не оставалось: тысячелетнее могущественное существо было прекрасно осведомлено о техниках света, принадлежащих ей с отцом. Оно видело таких же хранителей и явно ненавидело их за что-то. Когда Лилиан думала, что один из пальцев был скрыт в её клинке, причины ненависти становились ясны.

Появление Двуликого пугало её. Не так, как это происходило с большинством шаманов, в ужасе трепещущих от одной мысли о возрождении Сукуны. Лилиан беспокоил факт того, что это существо знало о её предках то, в курсе чего она сама никогда не была. Оно знало тайны, о которых она даже не подозревала. Оно хранило древние секреты, которые не разделило бы с ней.

Лилиан была уверена лишь в одном: теперь она как никогда сильно хотела знать историю своих предшественников и то, что они скрывали.

Из-за терзающих её беспокойных мыслей поработать нормально не получилось, и уже поздним вечером девушка, окончательно сдавшись, вышла из комнаты. В коридоре было темно и тихо, в здании она была совершенно одна. Лилиан потянулась, разминая затёкшие мышцы, и настежь открыла большое окно, ведущее в общий двор. Она с ногами забралась на подоконник, облокотилась о стену проёма и расслабленно прикрыла глаза. Шёл двенадцатый час ночи, ей давно пора уже было спать, чтобы завтра с новыми силами начать новый день, но она чувствовала себя слишком тревожно, чтобы просто отдохнуть.

В темноте улицы раздались приближающиеся шаги.

— Бу! — Годжо быстро подскочил к ней из тени и теперь смотрел снизу вверх. На его лице, как всегда, была маска.

— Не напугал, — Лилиан сама не осознала, как едва уловимо улыбнулась. После всех дурных мыслей о событиях минувшего дня уже привычное поведение шамана немного успокаивало. Она повернулась в его сторону. — Как тебе новые ученики?

— Хочу пройтись, — проигнорировал её вопрос парень. Он ухватился ладонями за край подоконника и повис на руках, выжидающе глядя на Лилиан. — Идём со мной, всё равно же спать не будешь.

— Ты так в этом уверен? — она демонстративно изогнула бровь, но всё равно спросила: — Куда?

— Да без разницы, — Годжо пожал плечами, сделав небольшой шаг назад. — Сама слезешь?

— Спрашиваешь, — усмехнулась Лилиан, соглашаясь на прогулку: она действительно была нужна. Новые переживания не давали покоя, а Годжо не только мог отвлечь её от них, но и ответить на волновавшие вопросы.

Она перекинула ноги и придвинулась ближе к краю. Несмотря на то, что здание было одноэтажным, прыгать оказалось достаточно высоко. Немного помедлив, девушка оттолкнулась и ловко соскочила вниз. Приземление хоть и вышло мягким, оказалось совершенно неудачным. Пяткой она угодила в поросший мхом камень, больно ударилась о тот и поскользнулась на нём же. Её тело покачнулось, заваливаясь назад. Лилиан неловко раскинула руки широко в стороны в попытке найти опору. В её голове пронеслась мысль, что смерть от удара затылком о стену — самый нелепый вариант гибели для человека, сражающегося с проклятыми духами. Она зажмурилась, готовясь к боли, но та не последовала.

Вместо этого Лилиан почувствовала, как её подхватили за руку и быстро вернули в ровное положение. Она открыла глаза.

— Я же предупреждал, — улыбался Годжо.

«Ничего подобного».

— Спасибо, — она оторвала стопы от земли в паре лёгких прыжков, словно пытаясь наверняка удостовериться, что крепко стоит на ногах.

Мужская ладонь исчезла с её запястья, и только сейчас Лилиан поняла, насколько странным было это прикосновение. Обычно чужие руки отчётливо ощущались на коже: они отдавали холодом или жаром, чувствовалась гладкость или шероховатость. В случае Годжо не было совершенно ничего: словно она прикоснулась к гладкой лакированной поверхности. Это не могло не показаться странным. Девушка озадаченно смотрела на шамана.

— Что-то не так? — даже под маской было видно, как он вопросительно вздернул брови.

— Нет, всё нормально.

Она потёрла запястье, пытаясь определить, что за странные ощущения испытала от этого прикосновения, но быстро сдалась и пошла за парнем, который не спеша двинулся в темноту небольшой аллеи.

— И всё же, как тебе новые ученики?

— Ах, мои прекрасные студенты, — сладко вздохнул Сатору, словно предаваясь воспоминаниям. — Замечательные, подающие надежду юные шаманы. Достаточно сильные для своего возраста и не в меру для этого же возраста свихнувшиеся.

— Свихнувшиеся?

— Да-да, — хохотнул Годжо. Он поднял руку вверх и покрутил пальцем у виска. — Они все чокнутые. Крыша едет, а нам это и нужно.

Лилиан совершенно ничего не понимала. Словно осознавая это, парень продолжал:

— Ну, знаешь, не каждый человек может держать себя в руках, когда видит что-то столь же мерзкое, как проклятый дух. Страх, паника, шок — вполне ожидаемые реакции. Но! — от виска рука переместилась ниже, и всё тот же указательный палец был возведён вверх в поучительном жесте. — Для шамана быть нормальным сродни тому же, что и подписать себе смертный приговор. Вот, например, Юджи. Обычный первогодка старшей школы, впервые увидевший духов пару дней назад. И что, ты думаешь, он сделал?

— Фушигуро сказал, что Итадори помог ему.

— И-мен-но! — изрёк Годжо, сопровождая каждый звук звонким хлопком. — Обычный парень, а кинулся на проклятого духа второго ранга!

Лилиан вопросительно посмотрела на него:

— Погоди, а это вообще возможно? Ну, чтобы обычный человек мог сражаться с таким.

— То-то и оно: Юджи очень сильный. Ненормально сильный.

— Как Маки? Или это из-за того, что он сосуд? Так, стоп.

Она остановилась. Годжо продолжал идти вперёд и затормозил лишь после того, как оказался за воротами колледжа.

— Что-то не так?

— Мне можно выходить?

— Ну, ты же со мной, — Сатору пожал плечами, сделал несколько шагов вдоль дороги и замедлился, поняв, что Лилиан не идёт за ним. — Ты боишься?

— А разве есть чего?

— Вот именно: нечего. Но, если хочешь, можешь остаться, не я же тут хотел вопросы задавать, — он пошёл дальше.

«Чёртов провокатор».

Ещё немного потоптавшись у входа, Лилиан пересекла границу и поспешила за шаманом.

— Итак, — вопросительно посмотрела она на него, поравнявшись.

— Ты такая нетерпеливая, — ещё одна несменная улыбка.

Годжо отступил на полшага в сторону, аккуратно отодвинул девушку рукой к обочине, сам становясь ближе к проезжей части. Лилиан опять почувствовала, какие странные у него прикосновения. Даже от форменного пиджака не ощущалось текстуры: всё та же гладкая безликая поверхность.

— Итак, — повторил он. — Нет, у Юджи нет Небесного проклятья. И сильным он был до того, как поглотил палец Сукуны.

— Тогда как такое вообще возможно?

Он развёл руки в стороны:

— Понятия не имею. Наш мир удивителен. Силы шаманов эволюционируют с каждым поколением. Юджи не единственный, кто не вписывается в рамки общепринятых норм. К сожалению.

— К сожалению? — вновь переспросила она. — Не ты ли ещё недавно говорил, что чем страннее — тем лучше?

— А я и не отказываюсь от своих слов. Быть сильным в наше время — дар и проклятье одновременно. Твоя выходящая за рамки обычного уровня сила может спасти куда больше жизней, но даже в мире шаманов достаточно консервативных идиотов, которые захотят избавиться от всего, что хоть немного выходит за пределы их скудного умишка. Ты знаешь, что значит быть особым уровнем, Ририан?

Девушка задумалась. О ранговом распределении проклятий она имела примерное представление. Отец рассказывал ей, что всего их существовало пять. Считались они с четвёртого по первый в порядке возрастания сил и проблематичности. Также Лилиан знала, что дополнением к основным шёл особый, который был выше первого, но не имел чёткого обозначения.

— Судя по духам, это что-то, не вписывающееся в понятие «очень сильный».

— Верно, — растягивая гласные, довольно согласился Годжо. Лилиан показалось, что даже сейчас он вновь вошёл в роль учителя, принявшись объяснять: — Касательно проклятий, особый уровень ставится всем ненормально мощным духам или же тем, чьи способности нам ещё неизвестны. Там много факторов учитывают: количество излучаемой проклятой энергии, место возникновения, на какую площадь может оказывать воздействие, уровень разумности и прочее, и прочее. С шаманами, считай, так же: пять уровней, но маг четвёртого минимум на полголовы выше проклятья с таким же.

— Чтобы минимизировать риски?

— И-мен-но. Что же касается особых уровней: среди шаманов это люди с техниками, не соответствующими каким-либо канонам. Как ты, собственно, и сказала. Это нечто паранормально мощное. А, как ты знаешь, все неизвестное пугает.

Повисло молчание. Каждый погрузился в свои мысли. Вокруг них была только пустая ночная дорога, окружённая крутым склоном с одной стороны и густым лесом — с другой. Деревья, слабо покачиваясь, шумели. Высоко в ночном небе ярко светилась полная луна.

Спустя некоторое время раздумий Лилиан произнесла:

— Мой отец говорил, что он особый уровень.

— Хах, да? Надо же.

Она кивнула:

— А Яга — что он был сильнейшим.

— Понятия не имею, кем был твой отец, — Годжо вновь пожал плечами. Казалось, эти слова совершенно не интересовали его. — Возможно, когда-то всё действительно было так.

— Получается, Юджи тоже особый уровень?

Сатору покачал головой:

— Нет. Пока что нет. Но потенциал есть. Огромный потенциал. Если только ему дадут вырасти.

Лилиан вопросительно взглянула на него. Последние произнесённые им слова ей совершенно не нравились.

— Что ты имеешь в виду?

Годжо задумался. Некоторое время он молчал, прежде чем продолжить:

— Ты же помнишь, где очнулась после сражения с тем проклятьем в день нашей первой встречи?

Она кивнула. Мысли, которые начали появляться в голове после этих слов, не предвещали ничего хорошего.

— Тебя хотели казнить за то, что ты — носитель оружия, которое неподвластно местным магам. Уж поверь, пока ты была в отключке, старейшины пихали твой клинок всем шаманам, которых удалось вытянуть среди ночи. Мне в том числе. Но всё безрезультатно. Видишь? — он посмотрел на Лилиан и указал пальцем на скрытое в кольце оружие. — Вы с ним не вписываетесь в местные стандарты, поэтому вас сразу было решено устранить.

— Но это же так... тупо? — она не смогла подобрать других слов. Годжо тихо засмеялся в ответ. Лилиан показалось, что он согласен с её высказыванием. — Разве им не выгоднее, чтоб в мире было как можно больше сильных шаманов? Чем им тот же несчастный Юджи не угодил?

— Ну, смотри, — принялся объяснять парень. — В отличие от Двуликого, Юджи смертен. А значит, умрёт он — умрёт и та часть проклятья, которую он поглотил.