45. неудобные разговоры (1/2)

Вхождение в чужое сознание всегда напоминало ему погружение на большую глубину.

Задержав дыхание и прикрыв глаза, Драко заставил собственные мысли остановиться, не обращая внимания на чувство расписания в груди и неприятное покалывание в висках.

Перед внутренним взором Малфоя предстала густая серебристо-серая дымка, в которой двигались неясные мужские силуэты.

Заранее понимая, что именно ему предстоит увидеть, он едва сдержался, чтобы не закатить глаза.

Нотт даже не пытался сопротивляться его вторжению, с готовностью показывая все события минувшего вечера.

Глубокий медленный вдох.

Глаза Малфоя открываются, и вот он уже в сознании Нотта.

Неясные, ещё мгновение назад силуэты обретают телесность и насыщенность красок, двигаются быстрее.

Перед беспристрастным взглядом серых радужек пролетает калейдоскоп чужих воспоминаний и ощущений: переплетение двух крепких мужских тел, приглушённые страстные вздохи и влажные звуки глубоких поцелуев.

Резковато-сладкий запах мускуса и свежего пота наполняет слабо освещённую огнями свечей комнату.

Страсть, распирающее желание, ощущение восторга и всепоглощающей нежности сменяются прогорклыми разочарованием и непониманием.

Что-то явно пошло не так, как должно было.

Предчувствие плохих новостей наполняет всё его существо, заставляя Малфоя поёжиться против воли.

Он заинтересованно прищурился и, сложив руки на груди, прислушался к разговору между двумя полностью обнажёнными мужчинами, одним из которых был, конечно же, Министр магии…

Сейчас Теодор, а вместе с ним и Драко, слышат те самые слова, которые разбивают сердце Нотта деловитым безразличием, которое в них сквозит.

Не обратив внимания на растоптанное состояние своего любовника и даже не посмотрев на него, мистер О’Риордан расслабленно покинул комнату.

Досада, злость, жажда отмщения и чувство вселенской несправедливости затопили сознание, и, видит Мерлин, Малфой не мог отделить свои чувства от чувств Тео.

Сочувствие и осознание противоестественности всего происходящего слишком плотно переплелись между собой.

Ох уж эти пидорские страсти…

Мягко покинув сознание друга, Драко вновь оказался в своем рабочем кабинете, по-прежнему крепко сжимая пальцами плечи Тео.

Нотт смотрел на него тяжело дыша и едва сдерживая слёзы — как ребёнок, обиженный несправедливостью мира.

Не отрывая взгляда от синих радужек, Драко заговорил, и его голос звучал почти мягко:

— Я помогу тебе наказать его. Обещаю. Ты только сегодня сделай всё в лучшем виде, хорошо? Я очень рассчитываю на тебя. Мы рассчитываем, слышишь?

— Ты обещаешь мне помочь? — Теодор сдержал тяжёлый вздох, но глаз не отвёл.

— Когда я не сдерживал своих слов? — криво усмехнулся Малфой, чуть встряхивая его за плечи и ослабляя хватку.

— Я тебя не подведу, Драко, — прерывисто кивнул Нотт, опуская глаза и шмыгая носом.

— Молодчина, а после суда завалимся в бар и устроим грандиозную попойку. Ты, я и Забини, идёт? Как в старые добрые времена, да? — заглянув другу в глаза, Драко ободряюще улыбнулся.

— Да. Хорошо, — слабая ответная улыбка мелькнула на лице Нотта, и Малфой наконец разогнулся и облегчённо выдохнул, внезапно ощущая себя лишним в своём же кабинете.

Однозначно нужно было дать Тео время прийти в себя.

— Ладно… я, пожалуй, наведаюсь в пару в мест, а ты заканчивай подготовку к процессу. Сегодня нужно выступить так, чтобы все охуели.

— По-другому не умеем… — отстранённо пожал плечами Теодор, откидываясь на спинку кресла, и, сложив руки на груди, перевёл пустой взгляд на вид за окном.