25. RE-BORN (2/2)
— Все в порядке, я просто не выспался.
Чанбин ненавидел врать. Но как еще объяснить малышу свое состояние перед выступлением? Чтобы не обременить его своими проблемами, не взволновать? Быть может, Минджуна ждет большое будущее в актерской карьере. Быть может, он и сам потом будет страдать от назойливого внимания фанатов, вплоть до преследований и домогательств.
А может, снимется в паре шоу и поймет, что не хочет разменивать свою жизнь, школьные годы и общение с друзьями на бесконечные съемки и карьеру. Так к чему ему сейчас знать обо всей этой грязи, что могла его ожидать в будущем?
— Лучше скажи мне, Минджун… В номере твой призрак является ко мне во снах, чтобы попросить о помощи, так?
Минджун озадаченно кивнул, явно не понимая, к чему клонит старший.
— Скажи… Я похож на надежного человека? Предположим, если бы у тебя случилась настоящая проблема… или даже беда, ты бы обратился ко мне за помощью?
К удивлению Чанбина, Минджун даже не думал — быстро закивал.
— Да, конечно. Хён меня поддерживал все это время, заботился обо мне. Ты выглядишь таким крутым и надежным!
Минджун смотрел с нескрываемым восхищением в блестящих глазах.
Чанбин сглотнул. Заслуживает ли он такого восхищения?
— И голос у тебя такой мощный и громкий, вау! Если бы ты был супергероем, то мог бы сносить врагов своим рыком!
Эти слова рассмешили Чанбина. Протянув руку, он потрепал Минджуна по темной макушке.
Стало немного легче. Отправив мальчика отдыхать перед выступлением, которое будет еще нескоро, Чанбин вновь окунулся в телефон. Открыл чат с Мией и написал ей пару сообщений.
В первую очередь, когда они закончат со съемками, нужно будет рассказать ей про Доквона. В прошлый раз Чанбин решил промолчать, чтобы не тревожить ее, и вышло только хуже. В этот раз он не повторит этой ошибки, Мия заслуживала знать правду и быть предупрежденной.
Он представил, как Мия сейчас читает его сообщения. Как улыбается, краснеет, как блестят ее глаза. Снова счастливая, ни о чем не подозревающая…
Чанбина вдруг захватил такой водоворот чувств, из которого трудно было выудить что-то конкретное и облечь это в слова.
Сначала он написал:
«Я всегда буду рядом»
Стер.
«Я позабочусь о тебе»
Снова стер.
«Ты можешь на меня положиться»
Нет, это все не то…
Прежде чем сомнения одолели его окончательно, буквально на одном дыхании Чанбин написал и быстро отправил:
«Я люблю тебя».
— Чанбин, пора идти! — крикнул менеджер.
Разочарованный вздох, взгляд на экран. Мия все еще печатала ответ.
Мне пора
Жди меня, чаги, я вернусь к тебе победителем!
Отправив последнее сообщение, Чанбин заблокировал телефон, поднялся с кресла и, подойдя к менеджеру, отдал его на хранение.
Во время съемок голова должна быть чистой и пустой от мыслей о личном.
Если бы только это помогло.
Если бы все личное осталось в телефоне, а не в голове и сердце.
***
— Боишься?
Стоящий рядом Минджун громко сглотнул и утвердительно тряхнул головой. Чанбин сгреб его маленькую мокрую ладошку в свою и ободряюще сжал.
— Ты отлично справляешься, Минджун. В твоем возрасте я еще даже не думал выступать на сцене, а ты уже в шоу снимаешься!
Чанбин говорил с искренним восхищением и уважением. Он редко сюсюкался с детьми, скорее, наоборот, говорил так, будто они были одного возраста. Неслыханно для Кореи, но это реально работало.
Казалось, волнение самого маленького участника их выступления будто что-то пробудило в самом Чанбине. Его собственное волнение подутихло, и хотя в голове все еще крутились тревожные мысли, Чанбин смог затолкать их в дальний угол сознания.
Пока.
Пока он нужен группе. Нужен этому маленькому человеку рядом, у которого ключевая роль в номере.
Пока на нем лежит огромная ответственность за сложнейшие рэп-партии.
Они стояли вдвоем за кулисами, ожидая начала съемок. Все было готово: костюмы и микрофоны, камеры, декорации. Даже маленькая деталь на статуе мальчика, который по сюжету был проклят и заточен в камень. Только самые внимательные зрители заметят, что на самом деле самодельных колец на сцене будет больше. Семь — на пальцах у каждого мембера. Одно — на цепочке у Чанбина под рубашкой (но об этом знают только Мия и Сынмин). И последнее — с именем того, кого сегодня на сцене не будет, но кто никогда не перестанет быть частью Stray Kids — у статуи на шее.
«Артисты — на позиции!» — раздалось в наушнике.
— Мне пора, малыш, файтин!
Сжав на прощанье ладонь Минджуна, Чанбин улыбнулся и поспешил занять свое место — по другую сторону огромной лестницы.
Для номера подготовили две сцены. На первой, где сейчас ожидали Чанбин и Минджун, находилась лестница и, на другом конце, статуя с протянутой рукой, окруженная деревьями и клубами тумана. На второй сцене таился Ад, но туда еще предстояло попасть.
Мощный, бьющий по ушам звук горна отозвался в теле волной мурашек и возвестил о начале последнего выступления. Их выступления.
Каждое выступление — как маленькая жизнь.
Можно сотню раз проделывать одно и то же на репетициях, но именно на выступлении все играет особыми красками. Музыка, костюмы и грим, декорации, свет. Ощущение момента, драйв, атмосфера номера.
Только один дубль, только один шанс.
Звуки клавиш, одинокие и отчаянные, зазвенели в тишине подобно первым тяжелым каплям дождя, мешаясь с ритмичным стуком метронома в ухе. Вслед за ними — пронзительный голос Сынмина:
Я буду твоим мужчиной,
Больше никогда тебя не отпущу,
Больше никогда не оставлю тебя.
Прошу, только позови меня.
Даже у Чанбина что-то защемило в груди от того, как драматично Сынмин исполнил свою партию, от мощи и надрыва в звонком голосе.
Когда вслед за ним вступил Хан, наверняка вызвав среди наблюдавших групп бурные восторги высокими нотами, Чанбин поспешил выйти из укрытия на середину сцены. Присев на корточки и поднеся микрофон к лицу, он замер на полу в окружении танцоров.
Разъедающее чувство вины и нарастающая паника — вовсе не то, что нужно перед важным выступлением.
Но сейчас Чанбин понял: единственный шанс справиться с этими чувствами и не завалить выступление — излить их в номер.
Он не мог не думать о своей беспомощности. О том, насколько он жалок перед угрозами для тех, кого он любит.
Не мог избавиться от страха за них.
А ведь он так боялся. За Мию, до которой домогался этот чертов ублюдочный сталкер. За Хенджина, который рисковал потерять место в группе и компании, чья жизнь могла быть разрушена парой анонимных сообщений в интернете. За Хана, которому пришлось проходить лечение, чье ментальное здоровье каждый день висело на волоске.
«Verse one», — раздалось на наушнике.
Свет вокруг погас, а напольный экран наоборот вспыхнул, расходясь по краям тусклыми голубыми кругами.
Сейчас у Чанбина появился уникальный шанс излить все терзавшие его эмоции в своем выступлении. В голосе, во взгляде, в мимике и движении тела.
Показать всем свою уязвимость, слабость и отчаянное желание это преодолеть. Пожертвовать всем, чтобы рискнуть ради близких.
Поднявшись, Чанбин сосредоточился на своей партии.
«Two, three, four…»
Этой темной ночью
Как же мне страшно…
Вытянув руку перед собой, Чанбин шатко зашагал вперед. Под его ногами через пропасть пролегла тонкая сияющая полоса дороги.
В бесконечной тьме на пути к тебе
Просто иду, просто молюсь.
Взмах рукой.
Шаг назад.
Опустившись на одно колено, Чанбин приготовился к первому рывку.
Видишь ли, как растет мое отчаяние?
Видишь разбитое сердце?
Опасениям и страхам в его голове уже просто не осталось места. Растворяясь в моменте, в звуке своего голоса, в тексте, Чанбин взбежал по лестнице, перепрыгивая через ступени. Он стремился поймать призрачный силуэт, что маячил на самом верху, однако тут же растворился, стоило оказаться рядом.
В день, когда я потерял тебя, я потерял всё.
Слышишь ли ты мои запоздалые сожаления?
Обернуться, расправить руки и…
Рухнуть спиной в пустоту под звон битого стекла.
Сердце дернулось и перевернулось, подскочило к горлу, сходя с ума от чувства опасности.
Пара секунд падения.
Взрыв адреналина.
Бух!
Странно.
В этот раз ему даже понравилось.
Однако насладиться этим непривычным чувством времени не было. Ведь через пару секунд — новый рывок.
Йонбок не подвел: он и правда был здесь, за лестницей, чтобы придержать маты. Чувство благодарности и товарищеского плеча тоже промелькнуло где-то на задворках сознания. Слишком быстро, чтобы в моменте осознать и отреагировать. Стремительно соскочив с матов, Чанбин бросился назад на предыдущую точку в центре сцены, где его уже ждал Минджун. Теперь все зависело от их командной работы и от оператора.
Пока Чонин исполнял свою партию, лежа на спине и будто паря в облаках в мире грез, Чанбин рухнул на колени и, сжав ладошку Минджуна, запрокинул голову назад.
Даже если я умру, я готов прыгнуть куда угодно, хоть в пламя,
Если это ты, мне плевать!
Видение, которое Чанбин все никак не мог поймать. Призрачное дитя, что являлось им во снах и взывало о помощи.
Поднявшись на ноги, Чанбин склонился над мальчиком, а тот прижал к его щеке белоснежный платок, будто вытирая слезу.
Чтобы в следующий миг вновь раствориться, оставив после себя только кусок белой ткани. Стоило камере сделать вокруг них оборот, малыш резко сиганул вниз, а затем помчался за спину оператору. Чанбин видел это только краем глаза, сам он был весь уже сосредоточен на своей партии.
Подожди меня еще немного,
Даже если я умру, я буду рядом с тобой!
Новый текст, который мог написать именно Чанбин. Манера, в которой мог исполнить только он. Отчаяние в голосе перерастало в зловещую решимость. Чанбин ни разу не кривил душой, когда писал эти строки. Прыгнуть в огонь, пожертвовать собой ради того, кто был ему действительно дорог…
Все это действительно было про него.
Конец его надрывной партии — начало припева. Точка, в которой впервые за номер мемберы собрались вместе.
Все вокруг вспыхнуло красным, заискрилось, зашлось пламенем. Звездный час Хана, чтобы сразить всех своим мощным вокалом. До сих пор жюри, конкуренты и многие зрители видели в нем только рэпера, но сейчас они наверняка были и еще будут в шоке, сраженные его пронзительным голосом.
Остальные мемберы тем временем двигались вокруг Хана, как единый слаженный механизм. Оттолкнуться рукой от пола, крутануть корпус и уронить его на другую руку. Очертить ступней полукруг, подскочить и устремиться прочь из кадра.
Несмотря на то, что в одной руке у Чанбина был платок, а в другой — микрофон, припев удалось оттанцевать идеально. Еще один чекпоинт пройден. Пока его тело выполняло движения, доведенные до автоматизма бесконечными тренировками, а сам он нырнул в океан эмоций, где-то на краю сознания всегда был список точек, которые необходимо пройти для завершения номера. Как точки сохранения в тех видеоиграх, которые так любит Йонбок.
Завершал припев Минхо вместе с Ханом, отворяя врата в Ад. Чанбин тем временем уже пробрался на новую сцену. Если на первой все было лаконично, то вторая поражала своими декорациями. Античные статуи и целые ряды колонн, огромный постамент с алтарем в центре. Именно здесь скрывался Дьявол, которого Srtay Kids собирались пробудить, ведь Бог оказался глух к их мольбам о помощи.
Однако не все так просто.
Сражаясь с ангелами, охраняющими заточенного Дьявола, Чанбину и Хану удалось прорваться к алтарю. Но у каждой просьбы есть своя цена, и поэтому им пришлось принести жертву.
Крутанув кинжал, Чанбин упал на колени спиной к алтарю, Хан «резанул» руку и вылил «кровь» в жертвенную чашу.
Ту-дум. Ту-дум.
Шум капель смешался со зловещим биением сердца. Сцена вновь вспыхнула красным, и на постаменте, содрогаясь и набирая силы, медленно поднялся пробужденный Дьявол.
Солнышко Феликс исполнил эту роль идеально. За его спиной на экране возникло зловещее искаженное лицо, которое записали с него заранее, а и без того жуткому низкому голосу добавили инфернальный фильтр.
Слова Феликса звучали будто из самой глубины Преисподней:
Небеса отвергают помощь,
Что вы ищете.
Запретные переговоры,
Вы рискуете всем.
Вот два выбора:
Вам лишь нужно сделать один.
Пожертвуйте свою жизнь бездне.
Закончив, Феликс сиганул с алтаря, почти с высоты человеческого роста, прямо вниз, на сцену к остальным.
Дансбрейк был подобен безумному ритуальному танцу. Четкие, резкие движения. Семеро черных силуэтов на фоне языков пламени, которые вспыхивали, вторя тяжелым дьявольским битам.
Под конец все великолепие сцены: бюсты, статуи и ряды колонны — все начало рушиться, добавляя происходящему масштаба и трагичности.
Нужно было выдержать еще рывок, всего один, а у него почти не осталось сил. После дансбрейка Чанбин бежал на первую сцену на последнем издыхании. Уже столько чекпоинтов было пройдено идеально, но…
Оставался самый важный.
Кульминация.
Глубоко внутри, в моем сердце
Всегда была искренняя молитва.
Сынмин и Банчан, передавая друг другу сердце, в котором теперь теплилась жизнь, вложили его в застывшую протянутую руку статуи. Остальные уже были на позициях вместе с танцорами. Чанбин опустился на колени, перед ним Хан с подоспевшим Сынмином ободряюще пожали друг другу руки.
Нужно просто сделать хорошо. Как они могут, как они уже делали не раз.
Нужно просто показать, на что они способны, ведь кульминация оригинального трека была впечатляющей. Однако Stray Kids собирались сделать ее по-настоящему грандиозной.
На мгновенье воцарилась тишина, в которой эхом прокатился звук падающей капли. Сцена под ногами расцвела кровавыми разводами.
За секунду до финала Чанбин вдруг осознал: этот момент станет одним из самых легендарных на Кингдоме. Эта мысль вспыхнула пламенем и разошлась по телу волной жара, оставляя после себя мурашки на руках.
У него больше не осталось сомнений.
Прикрыв глаза, он поднес микрофон к губам и поднялся на ноги.
Глубокий вдох.
В голове пусто, только слова:
Без тебя я ничто,
Как жить, если противно даже дышать?
Отчаянно кричу, кашляя кровью,
Услышишь ли ты?
Он почти не слышал вокалистов, которые пели на разные голоса. Слышал только метроном и бит, усиленный накануне Чаном специально для него.
Без тебя я ничто,
Я могу только молиться,
Отчаянно кричу, кашляя кровью,
Услышишь ли ты?
Легкие и правда горели, будто он захлебывался кровью, но Чанбин продолжал выплевывать слова:
Без тебя я ничто,
Как жить, если противно даже дышать?
Отчаянно кричу, кашляя кровью,
Услышишь ли ты?
Будто он и правда сейчас умрет, будто это его последние в жизни слова, которые обязательно должны быть услышаны.
Без тебя я ничто,
Я могу только молиться,
Отчаянно кричу, кашляя кровью,
Услышишь ли ты?
В глазах потемнело от нехватки воздуха, к горлу подступила тошнота, однако финальные слова он прокричал.
Из последних сил.
И тут же вместе с другими безвольно рухнул на пол.
Ритуал тем временем завершился: статуя исчезла, а оживший мальчик подошел к умирающему Банчану и обнял его со спины.
У всего есть своя цена. И Stray Kids ее заплатили.
Притворяться бездыханным уже не вышло. Легкие разрывало от жгучей боли, грудь резко вздымалась, стук в ушах и рваное дыхание в микрофон заглушали затихающий метроном.
Чанбин осмелился пошевелиться только после того, как услышал команду «снято» и аплодисменты от съемочной группы.
Получилось? У них правда получилось?
Долгожданное опьяняющее чувство эйфории захлестнуло его, словно цунами.
Они сделали, они выступили. Смогли.
Чанбин упал с этой чертовой лестницы, даже не споткнувшись и не замешкавшись, станцевал, как надо, ему хватило воздуха на финальной рэп-партии.
Минджун тоже хорошо постарался, вовремя появляясь и исчезая из кадра, так что на камере это и правда должно смотреться, будто он — призрак. Хан и Сынмин блестяще справились со своими вокальными партиями, даже малыш Йенни, который переживал больше всех, хорошо спел свой сложный кусочек, лежа на спине. И, поскольку их выступление было последним, оставалось только проголосовать за другие группы, немного передохнуть и дождаться результата. К тому же регламент съемок был расписан по минутам, нельзя было занимать сцену дольше положенного, да и Минджун в силу юного возраста не мог много работать.
Stray Kids соскребли себя с пола, выстроились в линию и поклонились съемочной группе:
— One, two… Step out! С вами были Stray Kids, спасибо, что позаботились о нас!
Несмотря на то, что выступление кончилось, их все еще снимали для шоу, даже когда они спускались со сцены. Все еще чувствуя кураж после удачного выступления и проходя мимо одной из камер, Чанбин повернулся к ней и сложил руки в молитвенном жесте:
— Надеюсь, наша молитва, полная отчаяния, была услышана.
И тут же почувствовал на спине ладони Минхо, подталкивающие его к выходу.
В коридоре их ждал приятный сюрприз.
— Ой, здравствуйте! — растерянно улыбаясь, Чанбин принялся кланяться, а вслед за ним и остальные мемберы.
Они вовсе не ожидали увидеть в тесном коридоре в паре метров от себя шумную тройку BTOB-сонбэнимов.
Внушительный широкоплечий Шин Пыниэль, который выкрасил голову для выступления в эпотажный малиновый цвет. Сногшибательно выглядящий в черной рубашке по фигуре, похожий на лиса Со Ынкван. И уже успевший накинуть черную кожанку красавчик Ли Минхек, который ранее разорвал сцену, разорвав на себе рубашку и уничтожив всех своей идеальной атлетичной фигурой.
— Йоу, STRAY KIDS! — зашумели сонбэ, замахав руками.
Такая теплая поддержка от старших, чью песню ребята только что исполнили — могли ли они просить о большей награде?
Эти позитивные вайбы, этот кураж мгновенно долетел до Бинни, множась с его собственным чувством эйфории. Подхватив настрой от сонбэнимов, он закричал в ответ:
— Born to be like BTOB!
— Лучшие! — крикнул Ынкван, Минхек выставил вперед большие пальцы вверх, а Пыниэль принялся аплодировать.
«Лучшие!» — эхом отразилось в голове у Чанбина. А в груди взорвался целый фейерверк.
Как же он был хорош! Мия должна это увидеть. Когда она посмотрит номер, когда увидит исполнение Чанбина, да она с ума сойдет от восторга!
Шумные и веселые, они ввалились в комнату ожидания и нырнули в заботливые руки стаффа, чтобы выпутаться из сценической аппаратуры. Взгляд Чанбина блуждал по товарищам: сияющий, как солнце, Йонбок, шумный Хан, довольный, как кот, Минхо и…
Чонин стоял в стороне ото всех. Он нервно дёргал головой, пока над ним хлопотал стафф, пока другие мемберы смеялись и радовались выступлению. По его лицу будто прошла рябь, отражая какую-то внутреннюю борьбу, губы задрожали, а глаза начали поблескивать.
Чанбин нахмурился.
— Йенни немного ошибся в концовке, — послышался рядом голос Минхо.
Ошибся?.. Наверное, Чанбин был слишком сосредоточен на своей финальной партии, на метрономе в ушах и на бите.
С Йенни иногда было сложнее, чем с остальными младшими. Зачастую он был куда более рассудительным и требовательным к себе, чем этого ожидалось от маннэ. Ведь обычно их задача сводилась к тому, чтобы просто быть легкомысленными милашками. Но Чонин был не таким.
А еще он до ужаса не любил тактильность. Он терпеть не мог скиншип, когда его трогали, обнимали, в то время как для Чанбина это был один из главных способов выразить свою привязанность и поддержку. Иногда он просто не знал, как подступиться к Йенни, не сделав ему только хуже.
Меж тем мимо решительно, словно акула, рассекающая течение, проплыл Банчан. Вслед за ним семенила девушка из стаффа, пытаясь на ходу распутать провода на крепком торсе лидера Stray Kids. Переглянувшись, Минхо с Чанбином решили, что лучше они не будут мешать, тем более что их все еще снимали.
В конце концов шоу должно было продолжаться.
Ситуация с Чонином несколько подпортила всем настроение, особенно когда его забрали на интервью. Не потому, что он выделился чем-то хорошим, наоборот. Они собирались заснять его в самый уязвимый момент. Расковырять рану и запечатлеть подробности неудачи во время выступления. Показать зрителям его слезы.
Все это было ужасно, но неизбежно для любого шоу на выживание. Чанбин старался успокоить свою тревогу тем, что таким образом зрители смогут узнать Чонина поближе, проникнутся его ситуацией и желанием стать лучше.
Болтать и отдыхать долго не вышло — вскоре их всех собрали в комнате ожидания для голосования. Как и в прошлом раунде, каждой группе предстояло отдать свои голоса трем другим. В это время эксперты давали свою оценку выступлениям. И те, и те голоса суммировались, а затем ведущий Чанмин озвучивал промежуточный результат.
Дальше шло голосование зрителей после выхода записи шоу в эфир, однако победителями объявляли именно тех, кто набрал больше всего промежуточных очков.
Странно и несправедливо, думал Чанбин, ведь в прошлый раз Стэй вытянули их на первое место. Но делать было нечего. Только уповать на то, что жюри и соперники по достоинству оценят их новое выступление, ведь они так старались показать новую сторону Stray Kids.
Пока красавчик Чанмин из TVXQ в очередной раз долго и муторно объяснял зрителям принцип подсчета баллов, Минхо с Ханом гримасничали на камеру, призывая Стэй голосовать. Чанбин тоже не отставал, стоило начаться голосованию групп, и пытался своим привычным дурашничеством подбодрить остальных мемберов.
После всех подсчетов группы наконец-то собрали вместе в одной студии. Вдоль сцены, на которой стоял Чанмин, протянулись ряды мест, где участники расположились друг за другом. Stray Kids сидели между ATEEZ и THE BOYZ, а их хён-лайн — Чанбин, Минхо и Банчан — на верхней ступени.
Название этого раунда, RE-BORN, означало перерождение. Группы должны были обменяться треками и дать им новую жизнь и раскрыть себя с необычной стороны.
Оглядев соперников, Чанбин попытался прикинуть, какие у них шансы. Что он понимал совершенно точно, так это то, что не они одни тут рассчитывали на первое место. В первом раунде сонбэ особо не старались, явно делая ставку на свое имя, но после того, как они увидели зрелищные перфомансы младших, резко сменили тактику.
ATEEZ устроили настоящую анархию, преобразив легендарную RHYTHM TA iKON, те в свою очередь переделали песню хубэ в своем фирменном хип-хоп стиле. Как Чанбин и предполагал, красавчики из SF9 взяли песню THE BOYZ, использовали свой актерский опыт и устроили динамичный боевик на сцене, где разыграли похищение короны. Их пара по этому раунду, THE BOYZ, рискнули и вывели на сцену девушек, станцевав с ними страстное танго.
Сонбэнимы из BTOB вообще решили сломать четвертую стену, обыграв трек Back Door и показав закулисье артистов. Вышло настолько стильно, ярко и необычно, что Stray Kids до сих пор были под впечатлением.
Что же касалось их самих…
Несмотря ни на что, Чанбин все еще был уверен в их выступлении. Оно было великолепным.
Оно было лучшим.
Может, это было слишком нагло и самонадеянно, может, так на него влиял многолетний продюсерский опыт, когда работаешь над треком с самого его зарождения до воплощения на сцене, но Чанбин был слишком уверен в уникальности и качестве того, что они делали.
Еще никогда Stray Kids не готовили такое сложное выступление. Глубина сюжета, количество деталей, раскрывающих этот сюжет, сложные декорации, трюки и работа с танцорами. Если можно было прыгнуть выше головы, то сегодня они сделали это.
Но решать не им.
— Итак, сейчас я объявлю результаты голосования экспертов, — объявил Чанмин.
Чанбин не знал, куда глаза деть: смотреть себе под ноги или сразу на экран, чтобы скорее увидеть таблицу с баллами.
— Я сейчас с ума сойду! — выдохнул он и все-таки посмотрел на экран.
Как оказалось…
Лучше бы не смотрел.
Чанбин многое мог понять и принять.
Мог смириться с тем, что конкуренты в этот раз хорошо постарались.
Мог принять, что эксперты могли немного снизить баллы за небольшую ошибку Чонина в конце.
Но…
Последнее место.
Он никогда не сможет принять.