13. Две ложки из серебра и одна из глины (1/2)

«Не хочу задеть твои чувства, но

Если бы у меня была тысяча долларов,

Я бы потратил ее всю без остатка

На людей, которые в меня поверили»

₩1,000,000, 3RACHA

— Думаю, SM будет идеальным вариантом.

Таково было слово отца. Он озвучил его во время семейного обеда, едва члены семьи по очереди притронулись к еде.

Джиа было шестнадцать<span class="footnote" id="fn_32446490_0"></span>, она неплохо училась в школе. Неплохо, а не отлично только потому, что большую часть времени после уроков и всю свою страсть отдавала танцам. Недавно она прошла прослушивание в несколько агентств, но окончательное решение было за отцом.

И вот он его озвучил.

А Джиа не знала, что сказать. Из всех компаний, куда она прошла, в SM были самые высокие требования к внешности айдолов.

Кончик языка коснулся брекетов. Допустим, зубы она скоро поправит, но что делать с остальным лицом? Джиа смотрела на красоток из Red Velvet и Girl’s Generation, а затем на свое отражение в зеркале. И не то чтобы Джиа соответствовала их уровню.

Ее одолевали сомнения, однако она не решалась их озвучить. На выручку пришла мать:

— Что скажешь, милая? Ты рада?

Джиа аккуратно отложила палочки и взглянула на заставленный едой стол. Лучшая вырезка из говядины, осьминоги, морские ушки… Обо всем этом великолепии можно будет забыть, едва начнется стажировка. Хотя по этому поводу Джиа испытывала разве что легкое сожаление. Куда больше ее волновало другое.

— Это, наверное… хороший вариант. Просто я не уверена, что… Я слышала, в SM очень высокие требования к внешности.

Она все-таки озвучила это. Отец, высокий, крепкий, но в меру упитанный мужчина с редкой сединой, которая только придавала ему солидности, всегда заботился о своей внешности: гладковыбритое лицо, ухоженные руки, чистая и опрятная одежда, статусные часы. Но не более, никаких манипуляций с лицом. Мать рядом с отцом была настоящей красавицей, и от природы, и благодаря лучшей уходовой косметике. Только Джиа внешне пошла не в мать, а в отца, от него ей достались его грубоватые черты лица: нос и челюсть.

— Мы ведь уже обсуждали этот вопрос, — сказал отец, — все решено. Сделаем тебе операцию, тем более что через это проходят большинство трейни в SM.

Слово «операция» вызывало в Джиа одновременно и ужас, и сладкий трепет. У нее желудок сводило от мысли, что придется лечь под нож, но сердце билось чаще, когда она воображала будущую звездную жизнь с новым идеальным лицом.

И при всем этом… Джиа понимала, что все было не так просто. SM безусловно было топовым агентством, куда мечтали попасть многие девушки и парни, однако про него ходили самые разные слухи.

— Если SM мне операцию сделают, это значит, я должна буду отрабатывать расходы? Или выплачивать неустойку, если вдруг уйду?

Отец хмыкнул и одобрительно покачал головой.

— Моя дочь мыслит наперед. Верно, поэтому операцию мы тебе оплатим сами.

«Это же такие огромные деньги…»

— Тогда я должна буду уже не агентству, а вам, — тихо сказала Джиа, кротко опустив голову.

— Должна будешь дебютировать, — подтвердил отец, — должна будешь принести славу и почет семье Су.

А мать добавила со вздохом:

— В семье Ким их дочь Ким Хисон уже вошла в состав преддебютной группы. Хигён нам уже все уши прожужжала про свою звездную дочурку, на каждом обеде только и слышно!

Джиа понимала, насколько матери было болезненно вести такие разговоры, когда тётушки из их района собирались на совместные встречи. В отличие от отца мать была из простой семьи и пыталась построить карьеру певицы в девяностых. С агентством не повезло, продвижение у них было никакое, однако перед распадом группы малопопулярная, но красивая и харизматичная певица случайно познакомилась с приятным и обходительным бизнесменом. Карьера матери завершилась, так и не успев взлететь, а через пару лет родилась Су Джиа.

Маленькую Джиа, едва ей исполнилось пять, отдали на танцы. И это было попадание в яблочко: девочке действительно понравилось танцевать, а мать надеялась, что хотя бы дочь сможет добиться успеха в шоу-бизнесе.

Поджав губы, Джиа смиренно и благодарно поклонилась родителям.

— Раз таково ваше решение, я приму его и буду стараться изо всех сил. Отец, мама, обещаю, что вы будете мною гордиться!

Все смешалось в ее сердце: радость от поддержки родителей и растерянность от тяжелого бремени, страх перед предстоящей операцией и желание стать наконец-то красивой.

Сильнее всего было желание сиять на сцене. Даже не желание — жажда. Чтобы восторженные крики обожания заглушили голоса одноклассников в ее голове. И чтобы утолить эту жажду, Джиа была готова задавить свой страх.

***

Все оказалось… совсем не так, как она себе представляла.

Джиа со вздохом прикоснулась к синяку на животе и поморщилась. Никаких мазей не напасешься! Их в SM будто не к дебюту готовили, а к отражению атаки Северной Кореи.

Она стояла в раздевалке и придирчиво разглядывала свое тело в зеркале. В голове все еще стоял отвратительный голос наставницы: «Ты проявляешь ужасное неуважение! И твои навыки настолько далеки от идеала, что я лично позабочусь о том, чтобы ты никогда не дебютировала! С такой слабой дыхалкой тебе только на подтанцовке у айдолов работать, но никак не петь!»

Зло поджав губы, Джиа сглотнула вязкий, удушающий ком в горле. Она уже год билась об эту стену в SM, но отскакивала от нее так же, как тяжелые баскетбольные мячи отскакивали от ее пресса. Наставники здесь оказались беспощадными. Джиа была готова к изнуряющим тренировкам: с детства занимаясь танцами, она могла вынести многие испытания, но не унижения. Унижения били сильнее любого мяча и напоминали о школьных временах. Джиа думала, что здесь, в агентстве, сможет сбежать от болезненных воспоминаний, но оказалось только хуже.

«Неужели я настолько плоха? — думала она, глядя на свое отражение. — Или дело в том, что из-за папиных денег они не смогли найти на меня управу, как на других трейни?»

Джиа не раз видела, как это случается. Молодые люди с глиняной ложкой во рту, для которых карьера айдола — шанс пробиться и помочь семье. На все готовые: унижения, тренировки, диеты и операции — лишь бы им дали возможность дебютировать. Иногда Джиа задумывалась: а чем она отличалась от них? Разве что тем, что не могла удержать язык за зубами, зная, что за спиной у нее стояли родители.

— Я ухожу!

Обернувшись на возглас, Джиа увидела Ким Джумён — трейни, которая уже три года здесь стажировалась и до сих пор не дебютировала.

Джумён рухнула на скамейку между шкафчиками у Джиа за спиной, раздраженно сдула рыжую челку со лба и помахала каким-то листом бумаги.

— В смысле «уходишь»? Что случилось, онни? Разве ты не была первой в рейтинге за прошедший месяц?

Джумён поджала тонкие губы и недовольно скривилась.

— Была. И поэтому они требуют от меня сделать пластику.

Опустив взгляд, она пробежалась по содержимому листа:

— Ринопластика, блефаропластика… И все это я должна успеть до дебюта!

Джиа поежилась и невольно коснулась пальцами подбородка, где до сих пор заживали шрамы после операции. Иногда они так болели, что не помогали ни таблетки, ни уколы. Врачи же разводили руками и говорили, что это скорее психосоматика.

Справившись с внезапно нахлынувшими чувствам, Джиа спросила:

— Так в чем проблема? Компания ведь оплатит, да?

Джумён передернуло, она схватилась за свой нос.

— Мне страшно! Я… я не готова, не могу.

«Если не готова, зачем тогда в айдолы пошла?» — чуть не спросила Джиа, но прикусила язык. Какие все нежные пошли. Она перенесла операции в более юном возрасте, и ничего, живая.

— Я просто не понимаю, что у SM за бзик такой, — продолжала возмущаться Джумён. — Как будто мы в прошлом веке живем! Я… Я, наверное, уйду в другое агентство. Слышала, в JYP не требуют от трейни проходить через такое. И вообще у них там условия помягче.

— JYP?

— Да, они реально не так критично относятся к внешности. У меня есть знакомый трейни оттуда, такой очаровашка! — Джумён вдруг покраснела, а ее глаза мечтательно заблестели. — Он там тоже давно стажируется и как-то сболтнул, что у их агентства есть планы дебютировать новую группу в ближайшие два года. Так что… я думаю попытаться.

Джиа задумалась. Она ведь в несколько агентств прошла прослушивание, в том числе и в JYP, однако отец настоял на SM.

— А твой знакомый… Он вообще говорил что-то о стажировке? Как у них там все? Расскажи о нем поподробнее.

— Ну, вообще он иностранец…

***

Джиа в окружении остальных участниц женского преддебютного юнита 2TEAM сидела в зрительном зале и пристально наблюдала. Сами девушки уже отстрелялись с репетицией и справились великолепно. А вот парни на сцене — их соперники за право на дебют в JYP — выглядели… неоднозначно.

О команде Чанни, того самого «милого знакомого», шептались в коридорах и общежитиях. Каждый парень жаждал попасть к нему в группу для ежемесячного прослушивания, в результате Чану удалось самому собрать команду своей мечты.

Этот парень, само очарование, имел какое-то особое, волшебное влияние в JYP. От девушек, которые постоянно вились вокруг него, до Пак Джинёна, который разрешил ему самостоятельно собрать команду для шоукейса. Джиа… старалась держаться от него подальше. Пару раз он с ней флиртовал, и, черт возьми, устоять было почти невозможно! Однако Джиа видела паренька насквозь, в отличие от многих ее знакомых, которые теряли голову от ослепительной улыбки с ямочками. Теряли голову, забывали о тренировках, а потом вылетали после очередного прослушивания. Причем сам Чан был известным трудоголиком, которому любовные похождения каким-то чудесным образом не мешали работоспособности. Так что Джиа четко понимала: нельзя было дать этому флиртуну выбить себя из колеи. Только упорные тренировки помогут ей дебютировать.

Стоило отдать Чану должное: он действительно впахивал, благодаря чему и умудрился расположить к себе Пак Джинёна. Но и девочки тоже были не промах. Среди них прошелся тихий шепоток, когда у рэперов вражеской команды попадали микрофоны из рук.

— У Чана сильная группа, — хмыкнула сидящая рядом с Джиа Рюджин, — но они так нервничают. Даже Джисон с Чанбином, хотя у 3RACHA уже есть опыт. Когда они втроем, то выступают куда увереннее. Чего уж говорить про остальных… Вон тот парнишка из Австралии сейчас, кажется, разревется.

Джиа усмехнулась:

— Мы их сделаем! У Йеджи куда больше опыта на сцене, а Рюджин же вообще у Бантан снималась.

Йеджи, прищурив глаза, внимательно следила за сценой.

— Да, но этот… — она кивнула в сторону главного танцора команды Чана, — тоже у Бантан снимался.

Джиа взглянула на парня, о котором шла речь. Минхо, да? Джиа не так давно присоединилась к агентству и в последние месяцы была слишком сосредоточена на тренировках, чтобы запомнить всех стажеров по именам. Но Ли Минхо, который появился чуть позже самой Джиа, стабильно занимал первое место в рейтинге по танцам.

Местная знаменитость. Снимался в каких-то там клипах у Бантан. Танцевал в каких-то там концертных турах. Джиа, сердито поджав губы, задергала ногой, наблюдая, как пластично и без единой ошибки Ли Минхо справился со своим танцем. Его идеальность раздражала.

Вдруг чья-то рука, протянувшись через Рюджин, легла на прыгающую коленку. Обернувшись, Джиа встретилась с мягкой улыбкой Черен:

— Эй, расслабься, нас же снимают для шоу.

Да-да, точно, шоу. Быть милашкой. Быть вежливой, скромной, терпеливой и очень старательной. Джиа сделала глубокий вдох, расправила плечи и попыталась сделать лицо попроще.

Они справятся. Они обязательно справятся, сделают этих мальчишек и дебютируют.

***

— Да, я опять пролетаю с дебютом! — Джиа с таким остервенением сжала телефон у уха, что тот едва не треснул. — Мне теперь придётся тренироваться еще больше.

— Еще больше? — захныкал Хёнсын. — Да мы уже с тобой два месяца не виделись!

Джиа закатила глаза и едва не выругалась.

— Я вообще не понимаю, зачем тебе все это надо. Скоро я стану айдолом, и тогда об отношениях совсем можно будет забыть. У тебя что ли других знакомых девушек нет?

— Baby, ты же знаешь: других таких нет.

Джиа фыркнула и покачала головой. Все это было забавно, когда ей было шестнадцать. Родители Хёнсына — партнеры отца, видимо, обе стороны хотели, чтобы их дети сошлись. Хёнсын хорошо учился, выглядел симпатично, а главное, с большим энтузиазмом стал развлекать новую знакомую. С годами дело зашло дальше. Но чем больше Джиа углублялась в свои тренировки, тем больше ее раздражал Хёнсын. Он стал мешать. Отвлекать. Хотел от нее слишком многого, да и его харизма как-то поблекла. А может, Джиа просто поумнела и стала различать за внешним лоском пустоту? Особенно на фоне некоторых парней-трейни, которые буквально жили творчеством: кто-то не вылезал из танцевального зала, кто-то срывал голос в попытках взять высокие ноты, кто-то сам писал музыку. В глазах Джиа Хёнсын проигрывал им по всем параметрам, но, как отвязаться от него, она не знала. Надеялась, что он сам как-нибудь отвалится, когда поймет, что у них банально нет времени на встречи.

— Слушай, чего ты так холодна со мной? После всего, что было между нами? Разве я не был с тобой, когда ты проходила через операции? Думаешь, подцепишь там в агентстве себе какого-нибудь красавчика-айдола, а он закроет глаза на твои трансформации, когда узнает правду?

Сначала в ее сердце будто всадили ледяную иглу. А затем в глазах от гнева вспыхнули белые круги.

— Да как ты… Слушай, почему бы тебе просто не найти себе какую-нибудь чистенькую красотку?!

— Эй, это танцкласс или съёмочная площадка романтической дорамы?

Джиа вздрогнула и обернулась на голос.

Быть не может!

— Ли Минхо? — удивленно выпалила она, смотря на парня снизу вверх. Сама она сидела на полу, на коврике, пока разговаривала по телефону.

Минхо приземлил свой коврик рядом с ней и принялся за разминку: сначала шея, потом плечи. Лицо у Минхо, правда, было такое… будто он готов убить всех окружающих трейни, которые так же удивленно таращились на него, как и Джиа.

Чего он тут забыл? Ведь девочки, хоть и выступили идеально, все равно провалили соревнование: Пак Джинён решил дебютировать мужскую группу, даже личное шоу им подарил. Они теперь занимались отдельно ото всех, с камерами, ну прямо как настоящие айдолы. А Джиа пришлось опять начинать все сначала.

— Мне пора, — буркнула Джиа в телефон и повесила трубку. — Эй, сейчас занимаются трейни. Звездные Stray Kids разве не приходят сюда позже?

А теперь она сама удостоилась этого убийственного взгляда. Выдержала его стойко, даже не поежилась.

— Ты видишь здесь кого-то из Stray Kids? — раздраженно бросил Минхо, возвращаясь к разминке.

Джиа огляделась и увидела только забитый трейни зал. Видимо, поэтому Минхо пришел к ней, к единственно свободному месту.

— Но разве ты…

— Больше нет.

Минхо сказал это так холодно, что у Джиа желудок заледенел.

Трейни тем временем продолжали глазеть на Минхо. Он поначалу старался разминаться как ни в чем не бывало, но в конечном итоге вздохнул и остановился.

— Магия BTS не сработала? — вдруг спросил Доквон — трейни из дальнего угла, щуплый парень среднего роста. Он тоже больше налегал на танцы и целился в группу Чана, но тот предпочел Минхо, Ли Йонбока и Хван Хенджина. — Может, не было никаких Бантан, и ты просто выдумываешь?

«Что за бред?» — возмущено подумала Джиа. Она видела, как уверенно держался на сцене Минхо во время танца. Если его и выгнали, то точно за что-то другое.

По залу прошлись шепотки. Джиа переглянулась с Йеджи, обе понимали сильную сторону Минхо. А вот другие парни, которые не попали в группу Чана… в их глазах — зависть. Голодные взгляды, хищные оскалы, окружившие Минхо. Взгляды зверей, готовых наброситься на жертву, Джиа слишком хорошо их знала. Чувствовала всем нутром.

Минхо стоял в окружении этих зверей, натянутый как струна, с растрепанными волосами и такой тощий. Только глаза на его изможденном остром лице горели черными злыми угольками, выдавая стойкость и упрямство.

Не справился.

Провалился.

Попал в команду избранных, но был выгнан самим JYP.

Тот, кто занял чье-то место.

Неудачник Минхо.

Джиа буквально слышала, как эти мысли проносятся в головах у окружающих.

— Что, может, попросишься назад к BTS восьмым мембером? — усмехнулся Доквон. — Или телефончик у Кей-Хоупа взять забыл? Или как его там?

— Джей-Хоуп, — тихо выдавил Минхо.

Джиа поднялась на ноги.

— Почему бы тебе не продемонстрировать настоящий уровень и не заткнуть их? — спросила она Минхо, а затем принялась подключать телефон к аудиосистеме, которая находилась как раз за ее спиной. До начала занятий было еще минут десять, им времени хватит.

— О чем ты? — в замешательстве спросил Минхо.

— Давай, заткни их раз и навсегда, я же видела, на что ты способен!

Джиа пока не совсем понимала, за что мог вылететь Минхо, шоу парней она не смотрела — было завидно. И хотя ей следовало бы сейчас злорадствовать вместе с остальными над неудачей одного из «Бродячих детей», она просто не могла. То ли в ней взыграла какая-то солидарность, то ли…

Тряхнув головой, чтобы отогнать лишние мысли, Джиа нажала на трек.

Заиграла музыка. На лице Минхо сначала возникло замешательство, но через секунду — понимание.

«Разожги…»

«FIRE»

Его тело пришло в движение. Будто он даже не думал, не давал ему команду. Оно само ринулось танцевать при звуке знакомой музыки.