12. Go get a room! (1/2)

«Боже, ты, должно быть, напряжена.

Расслабься и отрывайся на полную катушку.

Погаси свет и позволь своим глазам гореть всю ночь,

Не прячь свое возбуждение, а выпусти его наружу»

Back Door, Stray Kids

«Завтра будет особенная тренировка, зал Майкла Джексона после полуночи. Даже не думай опаздывать!»

Так мне сказала Джиа еще вчера, чтобы я заранее была в курсе.

«И надень что-нибудь… поприличнее, чем те серые спортивки. Поверь, это для твоего же блага».

И что она имела против моих спортивок? Обычные, свободные, но не слишком мешковатые, танцевать в них было удобно. Я, правда, спорить не стала, от Джиа можно ожидать чего угодно, тем более с её… многолетним опытом в агентстве. И еще настораживало, что в знаменитом зале с красными стенами обычно занимались и снимали свои практики айдолы. Джиа собралась кого-то притащить из старых знакомых?

Я уже успела привыкнуть, что в Корее внешний вид решал если не все, то очень многое. Правда, сомневалась, что мои спортивные леггинсы, темно-серые, с ярко-розовыми вертикальными полосами вдоль бёдер, подойдут для тренировки. Я… купила их, когда только начала стажироваться, но мне быстро объяснили, что здесь в таком танцевать не принято.

Джиа, правда, когда увидела фотку, заверила, что все замечательно, лучше некуда. У меня даже закрались темные мыслишки, что онни решила меня как-то подставить. Спортивки я все-таки взяла, готовая нырнуть в них обратно, если потребуется, хоть в танцзал явилась в леггинсах и в розовом топе — с широкими рукавами по локоть, но облегающим рёбра.

Сцена, которую я застала, зайдя в зал Майкла Джексона… её невозможно было описать словами.

На длинном черном диване у стены, свернувшись калачиком, накрытая сверху курткой, мирно спала Джиа. И все бы ничего, онни устала, уснула, с нами такое постоянно случалось.

Только голова её покоилась на коленях у Лино. А тот… Тот с какой-то хитрой улыбочкой на своем распрекрасном лице орудовал телефоном.

Мимолетно мазнув по мне взглядом, Лино вернулся к своему занятию. Я, все еще не веря своим глазам, приблизилась к ним. Джиа выглядела такой милой во время сна. На лице вместо вечной надменности — безмятежность, на щеке — прядка чёрных волос. Ну просто само очарование, даже не скажешь, что стерва.

И Лино этим нагло пользовался.

Щелк-щелк.

Лино бесцеремонно фотографировал лицо Джиа с разных ракурсов и даже палец поднес к кончику носа, тихо посмеиваясь.

Да что он себе позволяет?

— Эй!

Лино поднял на меня слегка раздраженный взгляд.

— Что ты… как ты можешь так издеваться над онни без её ведома, пока она спит?

— С чего ты взяла, что я издеваюсь? — Лино поднял бровь, а я недовольно сложила руки на груди.

— Разве ты… разве ты не пользуешься тем, что она уснула, чтобы наделать смешные фото?

— Пользуюсь.

От этой обескураживающей честности у меня аж рот открылся.

— Но разве ты находишь свою спящую онни смешной? — добавил Лино, пристально прищурив глаза.

Вопрос несколько… загнал меня в тупик. Казалось, Лино пытался играть со словами, чтобы выкрутиться.

— А разве не ты смеешься, тыкая ей пальцем в лицо на фото? И вообще… она же спит, с чего ты взял, что можешь фотографировать ее без разрешения?

Лино фыркнул и закатил глаза.

— Ты ведь от меня не отстанешь просто так, да? Во время нашего прошлого разговора ты не была такой грубой.

И снова я не нашлась, что ответить. И правда, я так вспылила, что забыла и про приветствие, и про уважительное обращение… Не знаю, что на меня нашло. Не то чтобы я очень волновалась о Джиа, но… Она казалась такой милой и невинной, пока спала, что у меня как-то само собой возникло острое желание ее защитить.

Лино тем временем уткнулся обратно в телефон. Свернул камеру, выйдя на главный экран, где я… с удивлением обнаружила какую-то странную фотографию Чанбина на заставке. Он улыбался, как кролик, смешно закусив губу и обнажив зубы. Прежде чем я даже опомнилась, Лино зашел в Какао, выбрал какую-то переписку, пролистал историю и открыл видео. Без лишних слов он вытянул телефон перед собой, чтобы я смогла разглядеть его же сонное лицо в кадре, чей-то наманикюренный пальчик, который тыкал Лино в щеки и щекотал нос, и даже расслышать женский смешок. Очень знакомый мне смешок.

— Ну? Довольна?

Я не знала, что сказать, пребывая в каком-то ступоре. Теперь ситуация выглядела иначе: кажется, Минхо просто возвращал Джиа ее подшучивания над ним, пока тот сам спал. И если так, то я… совсем ничего не знала об их отношениях. О том, что они позволяли друг другу, что было для них шуткой, а что могло быть серьезным нарушением личных границ. Просто увидела со стороны, решила вмешаться, даже не продумав… Да и куртка на Джиа, как я сейчас заметила, оказалась мужской.

Мне стало стыдно.

— Я приношу извинения, если я… влезла не в свое дело, — пробормотала я, поклонившись.

А Джиа вдруг заворочалась, открывая покрасневшие от дремы глаза.

— М-м-м… Чего вы тут разорались так?..

— О, неудачница Джиа проснулась, — улыбнулся Лино, задорно так, с огоньком улыбнулся.

Джиа резко села, отстраняясь от Лино. Ее щеки стремительно покраснели. Она метнула взгляд на меня, на Лино и, кажется, совсем растерялась, не зная, что сказать.

— Оппа, кажется, я… засыпала у тебя на плече, а не на коленях.

— На коленях ведь удобнее, — пожал плечами Лино, а лицо Джиа еще больше залилось краской.

Она так нервничала, явно не зная, куда себя деть и как себя вести. И скорее всего… из-за меня. Из-за того, что я, вероятно, увидела то, что моим глазам не предназначалось.

Я все еще молчала в замешательстве, не зная, стоит ли мне упомянуть фотографии, но Лино сам все разрешил. С самодовольной улыбкой на лице он открыл фотографии Джиа и показал ей телефон.

— Смотри, какая ты миленькая, когда спишь. Один - один.

Джиа протерла заспанные глаза и нахмурилась, видимо, все еще отходя от дремы, прищурилась, вглядываясь в свое фото. А затем выражение ее лица вдруг резко изменилось. Испуг. И даже паника.

— Ты меня… фотографировал? Удали!

— Что такое, разве не ты начала эту игру? Ты считаешь, это честно? Ты подловила меня, теперь я должен подловить тебя! — с нескрываемым раздражением в голосе возмутился Лино.

Краснота на лице Джиа резко сменилась бледностью. Её пальцы запорхали по лицу, ощупывая линию челюсти и подбородок, нос и глаза.

— Пожалуйста, оппа, удали, — взмолилась Джиа, с трудом сдерживая панику в голосе. — Удали!

Я нахмурилась, следя за каждым ее действием и пытаясь понять… Джиа обычно была просто непрошибаемой, казалось, ничто не могло вывести ее из себя. Я видела ее, потерявшей контроль, лишь однажды… Тогда, когда кто-то анонимно разослал ее старые фотографии.

Да. Возможно, это все объясняло.

Лино также следил за реакцией Джиа, прищурив глаза и поджав губы. Я уже ожидала, что он продолжит строить из себя засранца и будет упрямиться, но… Его лицо вдруг разгладилось и приняло какой-то расслабленный вид.

— Хорошо, — сказал он мягко и даже кивнул. И вдруг протянул Джиа свой телефон. — Вот, можешь сама удалить все, что тебе не нравится.

Джиа, не думая, схватила протянутый телефон и отстранилась, пряча экран от наших глаз. Я только видела, что она пристально вглядывалась в каждую фотографию и увеличивала пальцами изображение, нервно закусив губу. Лино с равнодушным видом откинулся на спинку дивана, хотя то и дело бросал внимательные взгляды в ее сторону.

— Спасибо, — выдохнула Джиа, когда закончила и протянула телефон назад. — Оппа, прости, я…

Она поклонилась, пряча глаза, но Лино только отмахнулся.

— Как считаешь нужным, — спокойно ответил он, забирая телефон.

А я вовсе попятилась, вновь чувствуя себя третьей лишней. Наверное, я им только мешала, не стоило вообще к ним приближаться. Да и вообще, что… что здесь делал Ли Минхо? Я только сейчас начала осмыслять ситуацию, пытаясь сообразить: это он нам обеспечит особенную тренировку? Неужели они с Джиа настолько близки, что она умудрилась уговорить его нас потренировать?

Из мыслей меня выдернул звук открывающейся позади двери.

— …а если ты будешь по-разному использовать дыхание, то сможешь задавать разное настроение своим партиям в треках.

Я обернулась, узнавая голос. В зал вошли Чанбин и Нана, которая с сияющими глазами и приоткрытым ртом ловила каждое его слово. Я же… совсем перестала понимать, что происходит.

— Оппа?

Чанбин замер, устремив на меня взгляд. Он… отлично выглядел. Черт возьми, восхитительно! Или это мне так просто показалось? Всего лишь черная футболка, которая облегала его атлетичный торс, всего лишь черные джинсы, которые так же облегали его крепкие ноги. И даже волосы уложены, что случалось не так уж и часто в будние дни.

Чанбин улыбнулся мне, выжидающе и открыто смотря в глаза. И я вернула ему улыбку, чувствуя, как ускорилось сердцебиение. Мы с того звонка еще ни разу не поговорили. Вряд ли, конечно, сможем это сделать сейчас, но все же я была рада, безумно рада видеть его.

Взгляд Чанбина вдруг скользнул по мне ниже, к ногам в тонких обтягивающих леггинсах. Улыбка дрогнула, а уши заалели. И тут до меня дошло. Черт возьми, Джиа! «Это для твоего же блага». Она или они, я бросила мимолетный взгляд на Лино, все подстроили?

Нана тем временем вприпрыжку подбежала ко мне, радостно сияя, как дискошар.

— Сонбэним восхитительный! — шепнула она мне на ухо. — Я даже не мечтала, что он мне лично расскажет столько интересного!

Я вспомнила, что как-то раз Нана с некоторыми другими рэперами-трейни, которых наставники сочли лучшими, ходили к Чанбину на мастер-класс. Она тогда всю ночь не могла уснуть, рассказывая мне о впечатлениях. «Нам так повезло иметь Со Чанбина и остальных ребят из 3RACHA! Когда я дебютирую, мы все вместе точно YG уделаем! «Слабые реперы в JYP», пф! Да этот YG вообще слышал, какой у Чанбина флоу?!»

— Лино-сонбэ, — приветливо поклонилась Нана, — спасибо, что ты пришел нам помочь с танцами!

Лино кивнул ей в ответ.

Да что вообще происходит? Все вокруг знали про эту специальную танцевальную тренировку, а я — нет? Даже Чанбин, вон как вырядился! Кто вообще приходит на данспрактику накрашенным, только если у вас нет съёмок? Что-то камер в зале я не заметила, а вот накрашенные глаза Чанбина — да.

— Wait, you made an appointment! — я раздраженно уткнула руки в бока. — And nobody told me!

— Surpri-i-se, — с усмешкой протянул Лино, взмахнув руками, как фокусник.

Нана неловко улыбнулась:

— Да я только по пути в зал встретила Чанбина-сонбэ, он мне и рассказал…

Я, конечно, слышала, что Stray Kids частенько делали клоунов из СТЭЙ, но не думала, что оно коснётся и меня. Можно считать это посвящением в фэндом?

— Эй, Чанбин-а-а-а! — вдруг громко воскликнул Лино. — Приструни свою хубэ, она на меня набросилась ни с того ни с сего, а я ей помогать вообще-то пришел.

Чанбин удивленно моргнул, подходя к нам ближе. Он внимательно посмотрел на краснеющую меня, прищурив глаза, перевел взгляд на диванчик с Лино и Джиа.

— Лино-хён, — сложив руки на груди, заговорил Чанбин, — почему бы тебе не заняться своей хубэ? Она была со мной не очень-то вежливой все это время.

Мы с Джиа переглянулись, обе красные и смущенные. До чего неловкая ситуация получалась…

— А давайте уже просто приступим к тренировке? — сказала Нана, возбужденно пританцовывая и обнимая меня со спины за талию. — Лино-сонбэ, ты нам покажешь мастер-класс?

— Сначала нам надо увидеть ваш танец. Посмотрим, насколько все плохо.

Джиа фыркнула и возмущенно хлопнула Лино по коленке.

— Так уж и плохо!

— В тебе я, может, и не сомневаюсь, а вот в остальных… Надо посмотреть. Но сначала разминка!

Я вздохнула и потащилась с остальными девочками в дальний угол зала за ковриками.

— И даже не думайте халтурить, — прикрикнул Лино нам вслед.

Было немного странно… Одно дело заниматься с другими трейни, к тому же в своей привычной одежде, другое — перед этими двумя, которые устроились на диванчике. Я чувствовала какое-то непривычное смущение. Еще пару лет назад оно было мне чуждо, я спокойно могла пойти в купальнике на пляж, щеголяя открытым телом. Но здесь, в Корее, где даже мужчины плавали в закрытой одежде, мне теперь казалось, что обтягивающие леггинсы — это уже слишком откровенно.

В какой момент корейские запреты и предубеждения успели так засорить мне мозги?

После получасовой разминки, когда мы уже становились на позиции для танца, Лино что-то шепнул Чанбину и тут же отскочил на другой конец дивана, уходя от захвата с игривой улыбочкой на лице. Я даже не знала, кого пугаться больше: раздраженного Лино или игривого Лино. Судя по красному лицу Чанбина… я могла только догадываться, что там нашептал ему хён.

Танцевать же оказалось… просто невозможно!

Когда я начинала двигаться, стараясь выглядеть милой и артистичной, то и дело ловила на себе пристальный взгляд Чанбина. Джиа во время танца была спокойна и уверена в себе, как тигрица, Нана, видимо, воодушевившись от присутствия сонбэ, фантанировала энергией. А я… постоянно спотыкалась о тяжелый взгляд черных глаз. Чанбин еще и на телефон снимал! Мы будто поменялись местами с момента нашего знакомства.

После третьей провальной попытки Джиа резко остановилась и раздраженно воскликнула, перекрикивая музыку:

— Мия, соберись! Или мне вы… вежливо попросить твоего сонбэ выйти из зала, пока мы танцуем?

— Эй, я вообще-то тоже помогать с танцем пришел! — возмутился Чанбин. — Хён, я же говорил, что она…

Лино устало вздохнул и покачал головой.

— Мия, Джиа права. У тебя не будет права на ошибку во время выступления, а на шоукейсе на тебя не Чанбин будет смотреть, а сам Джинён. И поверь… ты не хочешь, чтобы он тебя критиковал. Постарайся расслабиться.

Да уж, после его слов расслабиться — самое то.

Я подтянула хвост, смахнула пару капель пота со лба и снова встретилась взглядом с Чанбином. Это что, такая месть за мой флирт в ванной, когда мы созванивались? Чанбин оперся о подлокотник дивана и подпер подбородок рукой, второй держа телефон с камерой, но даже не глядя туда. Его пронзительные глаза были сосредоточены только на мне. Он так… чуть прищурившись, на сцене в камеру смотрел, когда выступал.

Тяжёлый взгляд, вызывающий трепет и дрожь в коленках.

Ну хорошо, Со Чанбин.

Сам напросился.

Я решила совсем распрощаться с резинкой и распустила волосы, взлохмачивая их и откидывая с лица. Пока Джиа перематывала трек, вернулась на свою позицию. В груди загорелась приятная, возбуждающая решимость. Даже азарт. Азарт, который возвращал мне уверенность в себе.

Чанбин усмехнулся уголком губ, но от меня не укрылось, как быстро он покраснел.

Хорошо, Со Чанбин. Я сотру с твоего лица эту усмешку.

— «Oppa, do you like me?» — сладко пропела я, игриво прищурившись и смотря Чанбину прямо в глаза. Особой веселости мне добавлял тот факт, что ответ на вопрос я уже узнала.

Помахав пальчиками и чуть склонив голову на бок, я подмигнула Чанбину. Заметила, как он сглотнул и как его улыбка стала… глупее. А ведь я только начала свою партию.

Первый куплет, как мы и задумывали, был очень сахарным. Джиа с хореографом включили туда множество элементов с эгьё, которые раньше мне давались с трудом. Но сейчас… Я вдруг подумала, что это и правда весело.

Изящно очертить рукой лицо, сделать «цветочек», сложив ладони под подбородком. Дернуть плечами, качнуть бедром, выставив ногу вперед на носок. Как и следовало из текста песни: я была миленькой маленькой кокеткой, которая обещала своему оппе быть хорошей девочкой, лишь бы он обратил на нее внимание. Пожалуй, впервые за ночь я смогла поймать волну и прочувствовать настроение номера.

Но самый смак начался, когда мы наконец справились с первой частью и перешли ко второй. Нана, сложив пальцы пистолетом, «выстрелила» по очереди в меня и Джиа. Мы рухнули ничком на живот, словно мёртвые куклы. Нана же поднесла пальцы-дуло к губам и хихикнула:

— «Oops. Looks like your good girl is gone».

А дальше… один из самых опасных элементов, который нам едва удалось протащить у хореографа в танец. Тверк на полу.

Бум. Удар бёдрами в пол. Бум. Еще один.

Оперевшись на руки, приподнять грудь над полом, выгнуться в пояснице и скользнуть коленями вперед. Взмахнуть длинными волосами в бит, а затем медленно подняться из приседа, вызывающе проводя ладонью по бедру.

Выражение лица Чанбина изменилось: улыбка таки исчезла, а его глаза будто заволокло дымкой. «Сам же напросился!» — с ликованием подумала я и почувствовала новый прилив энергии.

Как он и советовал, мы совмещали и чередовали рэп и вокальные партии, что отразилось и на танце: ритмичные, резкие движения и тверк перетекали в чувственные волны.

То и дело ловя взгляд Чанбина на себе, я еще никогда не чувствовала себя такой живой во время танца. Страх, неловкость и смущение испарились, осталась только уверенность. В своих движениях, в артистизме, в своей сексуальности. Музыка и бит проходили сквозь меня, сквозь мои движения, а те — отражались в блестящих черных глазах.

Стоило номеру кончиться, мы сначала замерли в финальных позах, а через пару мгновений рухнули на пол, тяжело дыша. Хоть музыка и стихла, я все еще чувствовала волнующее возбуждение и приятную дрожь в теле. Даже как-то позабылось, что мы не просто танцевали, а показывали номер сонбэ и теперь должны были выслушать их критику.

Пока мы валялись на полу, переводя дыхание, Чанбин с Лино пересматривали запись и о чем-то шептались. Я села и попыталась разобраться с запутавшимися волосами, то и дело поглядывая на Чанбина. Он то и дело покусывал губу, но на этом все. Они с Лино были такими сосредоточенными, что считать их впечатления оказалось невозможным.

Но тот затуманенный взгляд Чанбина, неотрывно следящий за каждым моим движением, все еще стоял перед глазами. Он теперь мне сниться будет, определенно.

Закончив с обсуждением, парни подняли нас на ноги и принялись разбирать хорео.

— Не буду комментировать содержание танца, — заговорил Лино, — Чанбин сказал, что вы нацелены на Запад, так что лучше сразу об этом заявить Джинёну со сцены и не притворяться. Возможно, ему даже понравится. Далее… Первое замечание: не вздумайте падать на пол после концовки, особенно перед Джинёном. Вы должны держать позы еще некоторое время, особенно потом перед камерами, когда будете делать фейскую концовку. Джиа — хорошо, впрочем, другого я и не ожидал.

Джиа самодовольно усмехнулась и картинно отбросила волосы с плеча. Она как-то упоминала, что в танцевальную школу ходила с пяти лет, а перед поступлением на стажировку в SM родители наняли ей профессионального хореографа из Франции на год.

— Но над концовкой я еще с тобой поработаю. Думаю, можно усилить твою экспрессию. — Лино задумчиво кивнул сам себе. — Да, это определенно твое. И Джинёну понравится.

Его взгляд переместился на Нану.

— В целом тоже хорошо, но есть моменты… У тебя ноги не сходятся вот тут.

Лино шагнул в сторону, качнув бедром, и приставил вторую ногу плотнее к ведущей. Нана, внимательно следя с открытым ртом, резво закивала, а затем повторила его мув.

— Движения должны быть законченными, не позволяй своим ногам расползаться. И еще у тебя местами корпус напряжен, но я тебе покажу. Мия…

Я сглотнула, вздрогнув под его колким взглядом. А Лино вдруг расплылся в хитрой улыбке.

— С артистизмом у тебя все хорошо, наверное, нам придется притащить Чанбина в зрительный зал на первый ряд, чтобы ты так же перед Джинёном станцевала.

— Эй! — воскликнул Чанбин и снова дернулся к Лино, но тот резво отскочил в сторону.

Я сдула налипшие на лоб волосинки, сама с трудом сдерживая улыбку. Честно говоря, я была вовсе не против таких шуточек. Реакция Чанбина была потрясающей.

Отсмеявшись, Лино вернулся к комментариям:

— Если отставить в сторону артистизм, твои движения… — он задумался, а я снова сглотнула. — Ты танцами ведь в Австралии начинала заниматься, да?

Я кивнула.

— Не так много, как Нана с Джиа-онни. Я где-то два года занималась перед прослушиванием, думаю… что меня взяли в JYP больше за вокал, я начала им заниматься намного раньше. Так что мне приходится наверстывать на стажировке.

Вновь я ощутила какую-то неловкость и неуверенность в себе, усомнившись, не слишком ли поздно я спохватилась учиться танцам.

— Что ж, я вижу. У тебя есть экспрессия и смелость в откровенных танцевальных движениях, которых обычно… не позволяют в Корее, особенно девушкам. Это очень хорошо. Но они у тебя недоработанные из-за амплитуды движений. Бинни… — Лино указал себе на плечи, а затем на бедра. — Поможешь ей?

— Я понял, о чем ты, — кивнул Чанбин. — Я ей займусь.

И снова эта хитрая улыбочка на лице Лино:

— Ты там только не увлекайся, я же потом проверю.

Чанбин сердито сморщил нос и покачал головой, но затем вздохнул, повернулся ко мне и шагнул вперед.

— Ну здравствуй, оппа, — насмешливо сказала я. — Наконец-то нас оставили вдвоем.

Чанбин улыбнулся и даже не отвел глаза, в которых вспыхнули озорные огоньки. Такие яркие, что я, кажется, попалась сама, не смея даже моргнуть.

— Приветики, зефирка. Ты отлично справилась с танцем! Вау, я был заворожен. — Он на пару мгновений задумчиво замолчал. — You are good. You are doing good. Really good. Your dance was amazing!

Я хихикнула, умиляясь его очаровательному акценту, и благодарно кивнула.

— А движения мы тебе поправим, тем более что ничего серьезного. Так, для начала…

Он вдруг взял меня за руку и повел в дальний угол зала, подальше от Лино с девочками. Остановившись перед зеркалом, Чанбин начал объяснять, показывая на себе:

— Смотри, когда ты делаешь это движение… — подняв и согнув руки в локтях, Чанбин положил ладони на грудь. — У тебя работают одни плечи, ты не доводишь мув до конца. А надо, чтобы лопатки…

Он выгнул спину и раскрыл грудь, отводя плечи назад и сводя лопатки. Затем наоборот округлил позвоночник и сдвинул плечи вперед.