Глава 5 (1/2)

Номер Хоби оказался неожиданно просторным и тихим. В воздухе витал свежий, чуть сладковатый запах отглаженных простыней. Огромная белоснежная кровать, словно облако, утопала в горе пушистых подушек.

Адам, не удержавшись, опустился на край, а потом, поддавшись соблазну, как ребёнок, подпрыгнул и провалился в её комфорт. Он представил Хоби рядом с собой: их смех, горячее дыхание, теплоту рук, объятия…

— Неплохо для официанта, — пробормотал он.

Адам прожил в Лондоне всю свою сознательную жизнь, и город давно выжег его дотла: своим шумом, бешеным ритмом жизни, пробками и очередями.

Теперь он всё чаще ловил себя на мысли, что хочет маленький домик за городом, собственное хозяйство, собаку и кого-то рядом, с кем можно было бы спокойно посмеяться за совместным завтраком.

Хоби появился так вовремя, будто сама судьба решила подыграла ему. Его улыбка умела разгонять серые лондонские тучи, и Адам в шутку, а потом и всерьёз, стал звать его «солнышком».

Но мечты, как водится, хрупкая субстанция. Реальность оказалась иной.

После появления Чонгука всё рухнуло. Не по его вине, просто отношения охладели. Хоби, как всегда, попытался всех спасти от боли, и сказал тихо, глядя в пол:

— Тебе будет лучше без меня.

Лучше? Проходили недели, а Адам всё яснее понимал, что без Хоби всё становится только хуже. Именно потому он сейчас здесь, в Дублине.

Он ждал в номере больше двух часов. Хоби не появлялся. Тишина гудела в ушах, а сердце стучало настойчиво и гулко. В конце концов, нервы не выдержали. Адам взъерошил волосы, вздохнул и вышел в коридор искать мужчин.

Казино шумно встретило его, ослепив ярким блеском хрустальных люстр. Официанты бесшумно скользили между столами, грациозно подливая шампанское в бокалы. И вот внутри всего этого глянца и притворного веселья он наконец увидел их.

Они сидели у бара. Бокалы с виски застыли в их руках, янтарная жидкость ловила отблески света, но ни один из них не сделал ни глотка. Лица обоих были бледны и напряжены, будто они молча вели изнурительную партию в шахматы с невидимым противником и, похоже, оба уже проиграли.

Адам медленно подошёл. Весь мир сжался до этой барной стойки, растворился в тумане. Он не видел больше никого, кроме Хоби. Его взгляд, полный боли и невысказанных претензий, упал на Хоби, как гиря.

— Нам нужно поговорить, — тихо, но твёрдо сказал он.

Хоби лишь моргнул, продолжая смотреть куда-то в разноцветную толпу у игровых столов.

— Не о чем, — ответ был едва слышен, но для Адама он прозвучал громче выстрела, отозвавшись болью где-то под рёбрами.

Он чуть заметно покачнулся, будто от физического удара, его пальцы дрогнули, рот приоткрылся, но слова комом застряли в горле. Лишь взгляд кричал за него, но никто не слышал.

— Адам, уезжай, — начал Чонгук, нервно сжимая стакан. Голос у него сорвался. — Мы влипли по уши. Проиграли больше, чем у нас есть. Скоро… за нами придут.

На лице Адама промелькнула горькая усмешка. Он опустился в свободное кресло за столиком напротив бара и откинулся на спинку, приняв почти скучающую, расслабленную позу. Но глаза выдавали его. В них плясали озорные огоньки. Азарт. Тот самый, что толкает людей на самые отчаянные и глупые поступки.

— А ведь он мог бы пригодиться нашему плану, — задумчиво произнёс Хоби, склонив голову набок. — Адам, ты ведь всё ещё принимаешь то снотворное?

Чонгук бросил на него короткий взгляд. Повисла пауза. Они поняли друг друга без слов. Так, в тишине, мгновенно родился план — такой же безумный, как и их положение.

— Есть одно колье, — начал Чонгук, понижая голос до шёпота. — Камни — бриллианты… На шее старой тётки, которая понятия не имеет, сколько стоит то, что она носит. Я видел его. Оно словно насмехается надо мной.

— Хотите украсть? — с ленивой усмешкой уточнил Адам.

— Позаимствуем. На благотворительность, в помощь нуждающимся, — возразил Хоби. –Она даже не заметит. Мы возьмём лишь то, что судьба по ошибке положила не в те руки. Вернём наш долг.

Они нервно рассмеялись. Смех прозвучал фальшиво.

План был прост. Чонгук должен был достать колье и первым же рейсом улететь в Лондон к знакомому скупщику. Хоби должен остаться и поддерживать иллюзию ничего не подозревающего должника, создать алиби и отвлечь внимание, пока Чонгук не окажется за тысячу миль.

— Пока мы не вернём деньги, из казино нас никто не выпустит, — мрачно констатировал Хоби, глядя на свои руки. — Они просто сотрут нас в пыль, если что-то заподозрят.

Адам слушал молча. Его глаза хищно блестели. Он видел, что у друзей не осталось выбора, и прикидывал, как использовать ситуацию.

— Знаете, — наконец тяжело выдохнул Адам, уставившись прямо в глаза Чонгуку, — без меня вы не справитесь.

— Это не твоя игра, Адам, — отозвался тот, нахмурившись.

Адам чуть склонил голову, и на губах расплылась знакомая Хоби улыбка: обаятельная и смертельно опасная, не сулившая им ничего хорошего.

— Ошибаешься. Кажется, я только что сделал на вас ставку.

Он поднялся, с пафосом поправляя воротник. В его движениях появилась решительность, свойственная людям, которые всё для себя уже решили. Самоубийственная уверенность.

— Мне плевать на ваш долг, на колье и на деньги. Теперь это дело принципа. На кону наша судьба, и ставки довольно высоки, если я правильно понял. А значит, самое время сыграть по-крупному, — с этими словами он двинулся к центру зала, поманив Чонгука за собой.

Мадам Оливия Хейг восседала за рулеткой, словно королева на троне. Её чёрное платье, переливающееся при малейшем движении, чересчур обтягивало фигуру, а на шее сияло то самое колье.

Когда крупье в очередной раз запустил шарик, её наманикюренные пальцы слегка задрожали от предвкушения. Она любила этот миг, когда судьба делает выбор между секторами, а от стука шарика, катящегося по колесу, сердце пропускает удар, замирая в сладкой неопределённости.

— Стрит… на девятнадцать, — произнесла она медленно, растягивая слова, словно заговаривала судьбу. — Шесть фишек.

— Меня не было и часа, а вы уже успели обанкротить это казино, мадам? — прозвучал позади неё мягкий ироничный голос.

Она обернулась. Перед ней стоял тот самый красавчик, что дразнил её ранее своими украдкой брошенными взглядами и недвусмысленными улыбками. Слишком красив. Слишком уверен.

А рядом — другой, словно Аполлон сошедший с полотна Тьеполо<span class="footnote" id="fn_41298668_0"></span>. Его улыбка настолько притягательна и открыта, что любая сдалась бы без боя.

— Ах! — засмеялась она. — Даже не знаю, что со мной сегодня… Словно сама Фортуна решила стать моей подругой!

Чонгук сделал шаг вперёд. Он не сводил глаз с колье: камни, отливающие тёплым пламенем, играли на свету, как живые.

— Поверьте, мадам, — произнес он тише, чем собирался, — удача редко даётся даром.

Иногда она требует плату.