Глава 10. Душа (1/2)
На огромное счастье Нари, в квартире никого не оказалось. План по избеганию Мину и Хосока продолжался, и она пока одерживала победу, но ничего не сможет длиться вечно, просто пока Нари радовалась и малейшему. Возможно, когда её подруга и друг начнут задавать вопросы о том, что же с ней происходит, ей уже успеет стать легче? Да, она продолжала верить в сказки. Да, возможно, была готова начать врать. Если существуют такие страшные чудовища, то почему не могут существовать те, кто этих чудовищ уничтожит, превратит в пыль и принесёт в мир свет и радость?
Смешно до боли в сердце, но иначе держаться будет не за что. Осталась слепая вера в собственный стержень. Насколько он окажется прочным?
Страшно проверять.
Нари засовывала в рюкзак учебники для завтрашнего дня и вечернего репетиторства с Ыну, а ещё отправила в сумку толстовку с лосинами, потому что окончательно решила узнать, что такое эта «берлога», предложенная ей Чживон. Студентка перевела взгляд на своё спальное место и закусила губу. Мину точно будет расспрашивать её о том, почему она не вернулась домой спать, поэтому у девушки оставалось только два варианта: врать или игнорировать. И то, и другое звучало заманчиво, Нари даже подумала объединить их между собой, чтобы создать прочный панцирь, сквозь который никто не пробьётся. Никто, кроме Тэхёна. Её передёрнуло, стоило только вспомнить это имя, как кожа загорелась от его фантомных касаний.
— Выдохни, его здесь нет, — прошептала самой себе, после чего закинула рюкзак на плечо и надела на голову кепку. — Его нет…
Выйдя из дома, Нари добралась до остановки и села в автобус, направилась в сторону дома Ыну. Ей нужно было срочно занять мысли, и лучше, чем учёба, с этим никто справиться не мог. Нет, отличным вариантом являлся алкоголь, но она не настолько отчаялась и потеряла веру, чтобы сдаваться во власть опьяняющей жидкости. Но поразмыслить об этом всё же решила. Интересно, если Нари начнёт, то сможет ли остановиться?
Из всего грядущего тревожила завтрашняя пара с профессором Чоном. Их встреча во внутреннем дворике академии помогла расположить, но Нари не придумала, как именно сможет сблизиться с этим человеком, избегая вариант с постелью. В неё девушка пускать больше никого не хотела.
Автобус двигался медленно, под звуки настойчивого шороха листвы за окном время потеряло чёткие границы. Нари удобнее устроилась на своём месте и надела наушники, чтобы попытать очередную безуспешную попытку расслабиться, её мысли были далеки от пейзажей города, которые разворачивались перед ней. Сеул, окутанный осенними красками, словно звал к себе, тянул руки, хотел обезопасить, но это нисколько не помогало, Нари не смогли бы развеять ни яркие краски, ни редкие солнечные лучи, для неё эти сцены не приносили радости; они были лишь фоном её сегодняшней грусти, перерастающей в настоящую хроническую депрессию.
Быть может, алкоголь и не столь плохой вариант для решения проблем?
”Просто купить бутылку виски на последние воны и забыться”, - твердили звуки её внутреннего диалога, но тут же глохли под тяжестью невидимых оков. Она не могла избавиться от чувства, что эта дурацкая наступившая осень в своей яркости была как последний аккорд, скрывающий за собой неизбежную зиму и пары ненавистных для неё преподавателей. Ведь лекция с Тэхёном стояла в расписании, Нари знала, что не избежит этой встречи. Стоило ли получить лицензию на оружие?
Остановившись на очередной остановке, автобус открыл двери, выпуская поток людей, включая саму Нари. Она замерла на месте, запрокинула голову и стала наблюдать за падающими с деревьев листьями, позволяя городу хоть и ненадолго, но унести себя в вихре оранжевых красок. Всё ведь действительно должно было быть не так. Осень — её любимое время года, Нари планировала начать новую жизнь в Корее именно с этого, с приятными воспоминаниями, с желанием к учёбе, с новыми друзьями и встречами. Сеул осенью — это симфония, играющая на струнах чувств, трогая сердце каждого, кто способен её услышать. Но в этот момент Нари была лишь зрителем, вдали от музыки, которая могла бы вернуть ей радость.
Планы давно разрушились. Пора пробовать заново. Нари пугало то, что и пробовать пока совсем не хотелось. Её судьба хорошенько помотала за последнее время, а взамен даже стремлений новых не подарила, да и Нари теперь к ним не особо тянулась, а к чему тянулась — неясно. Пустая она стала внутри, дистиллированная. Цель — поскорей отмучиться, мечта — побыстрей забыть: в её нынешней жизни особо не разгуляешься.
Подходя к современному жилому комплексу, Нари немного опешила, перепроверяя написанный Ыну адрес. Нет, дом точно тот, что указан ручкой на бумаге, вот только откуда у студента деньги на это? Неужто подпольные бои могут покрыть баснословно дорогущую недвижимость? Девушка помотала головой и поправила куртку холодными пальцами, после чего поднялась по крыльцу и зашла в главное фойе.
— Добрый вечер, чем я могу вам помочь? — мужчина в преклонном возрасте, что стоял прямо за ресепшеном, с уважением обратился к вошедшей. У этого дома есть собственный ресепшен, уму непостижимо.
Нари учтиво поклонилась и поджала губы. Тут-то она и растерялась. Ыну не предупреждал, что для того, чтобы попасть в его квартиру, ей предстоит допрос от стражей порядка. Или она преувеличивала? В любом случае, молчание затягивалось, а у мужчины на лбу появилась весьма вопросительная складка.
— Я в квартиру под номером девяносто девять, к друзьям. Вот.
Успела сориентироваться, а консьерж лишь понимающе кивнул и позволил ей пройти к лифту, который студентка сразу же вызвала. Через три добрых секунды двери отворились, и она шагнула, нажала на сенсорной панели цифру этажа, и лифт двинулся. Волнение начало нарастать, пульсацией отражалось в висках, метафорично било по наковальне. Нари по собственному решению приехала к парню домой. Сама! После всего случившегося жизнь ничему её не научила? Стоило ей выйти из лифта, как студентка тут же развернулась и нажала кнопку вызова.
Решила сбежать. Дерьмовая была идея с репетиторством.
— Нари?
Она дёрнулась и развернулась. Ыну стоял на пороге открытой двери в квартиру и с непроницаемым выражением лица смотрел на девушку.
— Привет, я думала, что этажом ошиблась, хах, — постаралась наладить тон, чтобы прозвучало не столь фальшиво. — Ты живёшь в красивом доме.
— Спасибо. Заходи.
Парень шагнул в сторону и полноценно отворил дверь в своё жилое пространство. Может быть, у него родители дома и Нари рано переживает? Войдя в квартиру, девушка внезапно оказалась в мире, о котором мечтала в забытых школьных временах, где она вырезала из разных мебельных журналов картинки с понравившимися интерьерами домов и вклеивала их в свою тетрадь желаний. Высокие потолки, окна в пол, всё в приглушённых, тёмных оттенках. Нари сразу поняла, что здесь больше никто не жил, кроме самого Ыну. Сама не знала, как, но что-то подсказало, как шестое чувство.
— Я будто бы в журнал нырнула, — по-доброму смеясь, прошептала Нари и бросила взгляд на парня, который медленно следовал за девушкой, бродящей по его квартире. — Всё здесь такое… Холостяцкое.
— Холостяцкое? — Ыну переспросил и выгнул брови, а студентка кивнула. — Если это комплимент, то спасибо.
— Он самый, — Нари улыбнулась и без зазрения совести продолжила рассматривать помещение. В частности кухню, ведь та была совмещена с залом. Частая практика в корейских квартирах.
Чёрные шкафчики контрастировали с белоснежной мраморной столешницей, техника блестела, будто Ыну заехал в эту квартиру только сейчас и ещё не успел её обжить, а высокие барные стулья прямо указывали на то, что заниматься сегодняшней учёбой они будут за ними, ведь на стойке лежали все учебники.
Девичья рука скользнула по холодной поверхности острова, Нари заметила, как игра света подчеркнула утончённые линии и формы разных дизайнерских предметов. Она знала, что здесь можно провести часы, просто разглядывая детали и разные объекты интерьера.
— В спальню тоже заглянешь? — Ыну бесцветно посмеялся, и Нари в очередной раз удивилась его эмоциональной составляющей.
— Как у тебя получается настолько хорошо контролировать эмоции на лице? Ты даже не улыбаешься никогда.
— Привычка, — Ыну дёрнул плечом и опустился за барный стул. Жестом руки он пригласил Нари последовать за ним, что девушка и сделала.
— Извини, если тебя это задело, но я не в укор, честно, — студентка заправила прядь чёрных волос и тепло улыбнулась. — Меня это поражает в хорошем смысле этого слова.
— Ты забавная.
— Ух ты, ты умеешь говорить что-то приятное, я польщена! — Нари тихо рассмеялась и задела парня плечом.
— Отставим шутки, — уже более серьёзно добавил Ыну и посмотрел в глаза напротив. — Я согласился помочь тебе с учёбой, значит, сегодня я твой учитель, а это подводит нас к…
— К тому, что я обязана быть хорошей ученицей, слушать тебя и всё конспектировать, верно?
— Ага, именно. Начнём с того, что ты больше не будешь перебивать.
Нари прыснула в кулак и окончательно отвела шутки в сторону, нырнула в учёбу и новые знания с головой. Это и правда помогло, на секунду она даже забыла, что за входной дверью её ждала реальная жизнь и что из собственного журнала с интерьером мечты ей придётся выбраться рано или поздно.
Хорошо, что её собственное «поздно» случится не в ближайшие два часа.
А вот через час своё «рано» начинал требовать Ыну, потому что Нари нарочито вела дискуссию чуть ли не после каждого второго его предложения. Пока она лепетала аргументы, парень закатил глаза и провёл ладонью по лицу.
— Нари, стой, слушай. При формулировании задачи должны использоваться уже описанные события и их вероятности, без изменений, — спокойно произнёс Ыну, сглатывая последние нервные клетки. — Понимаешь? Дробление подобных задач по уровням сложности — это… Ну, как бы выразиться мягко… Нецелесообразно!
— А если я со своим этим «нецелесообразно» решаю эту задачу в два раза быстрее? Ответ же верный! — она обречённо хлопнула себя ладошкой по лбу и сползла по столу, превращаясь то ли в подобие лужи, то ли в ужасно раздосадованного жизнью человека. — Эти ваши правила в учебниках, у меня в Англии всё было по-другому.
— Могу только сказать, что при разработке этого учебного пособия была учтена вся спецификация будущей профессиональной деятельности. Поэтому просто учи и не перечь, нецелесообразное ты создание.
— Эй, обзываться не надо! — Нари тут же поднялась и ткнула Ыну в плечо колпачком от ручки. — И вообще, ты-то откуда это знаешь? Свечку держал?
— Ха-ха, очень смешно. Просто знаю и всё.
— Какой ты подозрительный, — Нари зловеще прищурила глаза и нагнулась в сторону парня, который опустил корпус дальше, лишь бы не соприкоснуться. — Уверена, у тебя ещё много тайн припрятано, Ыну.
— С чего бы это? — слишком нервно ответил и сглотнул вязкую слюну.
Замок входной двери лязгнул, и двое, как по щелчку пальцев, выпрямили спины. Ыну бросил настороженный взгляд в коридор, а Нари удивлённо хлопнула глазами. Неужели она ошиблась и прямо сейчас встретится с его родителями? Неловко.
— Ты кого-то ждёшь? — шёпотом спросила студентка, выглядывая из-за его спины.
— Нет, сегодня ко мне никто не должен был заезжать.
Ыну поднялся с места и направился к двери, но не успел он дойти, как она отворилась и на пороге появился Чонгук. Профессор, мать его, Чон. Рот Нари открылся автоматически, вот чего-чего, а его здесь она увидеть совершенно не подозревала. Ыну же в этот момент лишь немного напрягся, но его факт того, что на пороге квартиры стоял преподаватель, нисколько не удивил, значит, это не была случайность. Значит, эти двое чем-то связаны.
Не думая о собственных действиях, Нари тут же пригнулась и упала со стула на пол, после чего быстро заползла за стол, но тёплый, бархатный голос нарушил план её побега.
— Успокойтесь, студентка Мин, ваши приторные духи спутать не получится. Я знал, что вы в гостях у моего племянника, ещё на подходе к лифту, — Чонгук усмехнулся и снял с плеч пальто. — Вылезайте, вы уже достаточно опозорились, протирая полы этой квартиры.
— О, профессор Чон, не ожидала вас здесь встретить! — с совершенно обыкновенным выражением лица произнесла Нари и материализовалась за столом. — А мы тут разговаривали. Просто так. Обо всём.
— Ясно. Об этом позже, — вторую часть предложения Чонгук произнёс для Ыну металлическим голосом и скрылся за дверью одной из комнат.
— Он твой дядя?! — Нари ещё никогда в жизни не говорила слова шёпотом настолько эмоционально. Она не заметила, как вцепилась тонкими пальцами в воротник студента. — Меня теперь отчислят, да?
— Выдохни, — парень сказал ласково, успокаивающе, но расшатанные нервы не дали поверить ему на слово. — Да, он мой дядя, долгая история, но об этом никто не знает. Надеюсь, что дальше так и будет.
— Меня отчислят, да? — пластинка Нари заела, и Ыну усмехнулся.
— Успокойся, будешь учиться дальше, мы ведь, как ты и сказала, просто разговаривали. Повезло, что он занят, не обратил внимания на учебники.