Глава 9. Первые наброски мести (1/2)

Отвратительное утро, хуже оказалось только собственное отражение в зеркале. Нари толком не спала ночью, вернулась после вечерней смены и сразу же села за дополнительные уроки. Когда пришла Су Мин, девушка безучастно сказала, что очень занята, и сердечно просила её не трогать. Если сердечно, конечно же, вообще возможно. С сердцем оказались новые проблемы: оно разбилось. Точнее, не так. Его вытащили, проволокли по грязи, втоптали в землю и бросили в неизвестной точке Сеула. Нари даже не удосужилась в поисках, просто приняла этот факт. Возможно, без него станет проще и легче. Возможно, без него ей будет не страшно смотреть дьяволу в глаза.

Сможет ли она стать прозрачной в академии? Так, чтобы учиться, но не показываться на людях; ходить по коридорам, но при этом не задевать никого. Быть там и в тот же момент не быть. Нари почистила зубы, распустила волосы и вышла из ванной. У входа уже стоял собранный рюкзак, ей только и оставалось, что закинуть его себе на плечо и тихо выйти на улицу. Мину будить не стала, решила сбежать, пока та не проснулась, чтобы лишний раз не участвовать в диалоге и не натягивать лживую улыбку. Про последнее девушка совсем не знала, получится ли, просто пока боялась пробовать.

На улице было прохладно, ветер неприятно забирался под рукава бомбера и лип к коже. До начала пар оставалось три часа. На дорогу, при самом долгом раскладе, уйдёт порядка сорока минут, оттого Нари решила дойти пешком. Спешить было некуда, да и незачем.

Когда забор академии замаячил на горизонте, Нари спешно удивилась тому, как быстро пролетело время в пути. Она ведь даже наушники не достала, слишком погрязла в мыслях, от них не было никакого спасения. На студенческой парковке не было ни одной машины, а вот на преподавательской стояло больше шести. Это напугало. Наверное, одна из них принадлежала Тэхёну. Нари передёрнуло от собственного предположения, и студентка направилась на задний двор, чтобы переждать начало пар там. Последняя надежда на то, что её никто не заметит.

Разместившись на скамейке, она достала из рюкзака учебник по паре профессора Чона, в нём было много наклеек с пометками. Так ей было проще усваивать и запоминать материал: всё важное отмечено, всё необходимое прямо перед глазами.

Что ей было необходимо? Не Ким Тэхён. Нари была согласна на всё, что угодно, лишь бы не пересекаться с этим человеком. Вот только он сказал ей, что догонит. Догонит в любом случае, как бы быстро и стремительно она от него ни убегала. Значит, он не отстанет? Одного раза ему не хватит? Закон был бесполезен против него, как и деканат в самой академии, тогда Нари задумалась… Какой картой она сможет сыграть, чтобы отомстить? Тэхён явно дал понять, что он не простой человек, что девушка оказалась в таком же непростом месте. Быть может, тайны хранились прямо в этих учебных стенах? Сможет ли она нарыть что-то такое, что уничтожит мужчину?

Какая информация ей необходима?

Даже если вскрытое повлечёт за собой пожар остальных — она бросит спичку, ей не страшно. Главное оградить от этого Мину и Хосока, они не должны попасть под раздачу. Осталось понять, что она искала. Для этого придётся нарушать правила и регламенты, но она была готова рискнуть. Лишь бы Тэхён страдал, лишь бы ему стало так же больно, как и ей. Ну или на малую пресловутую долю меньше.

Нари бесцветно усмехнулась мыслям. Не думала, что дойдёт до этой точки, когда в очередной раз будет желать кому-то смерти. Первым человеком в списке был дядя, но с ним ей разобраться не удалось. Теперь профессор Ким. Нари стала старше, она больше не маленькая девочка, которой можно помыкать. У неё получится дать отпор, главное собрать необходимые силы, а их пока было мало. Только решимость. Этого будет достаточно?

Нет. Не против Тэхёна. Он эту решимость растопчет быстро, она проверила лично.

— Студентка Мин? — девушка вздрогнула из-за голоса за спиной и обернулась. Чонгук коротко посмеялся и подошёл ближе. — Не думал, что мы вот так пересечёмся.

Её мнимая устойчивость начала рушиться. Нари не была готова вот так легко с ним встретиться, не сейчас. Не успела она открыть рот, как картинки в голове пронеслись быстрее ветра. Чонгук тоже был там, в тот вечер, в том клубе, прямо на балконе вместе с Тэхёном. Они друзья? В ответе на этот вопрос Нари не была уверена, но что-то подсказывало, что у этих двоих есть общие секреты. Профессор Чон казался меньшим злом, если выбирать, поэтому девушка осмелилась на отчаянный шаг. Втянуться в игру.

— Судьба умеет удивлять, согласны? — студентка постаралась расслабиться, ей удалось откинуть волосы назад и прищурить взгляд.

— Я не верю в судьбу, — Гук усмехнулся и обогнул скамью, остановился прямо напротив девушки, из-за чего ему пришлось склонить голову вниз. — Только в себя.

— Звучит очень пафосно, — Нари через силу улыбнулась. Только улыбка эта вышла чересчур наигранная и пустая, от глаз собеседника такое не укрылось, но он не стал лезть в дебри. — Вы не злитесь на меня?

— Ох, студентка Мин, как я могу? — мужчина театрально приподнял руку и приложил её к сердцу. — У вас, как я понимаю, были ужасающе неотложные дела. Вы так бежали, прямо пятки сверкали.

Да, побег из аудитории в тот день она запомнила надолго, как и проливной дождь после этого, как и последующая помощь Ыну. Всё в этом мире она делила на хорошее и плохое: первая половина дня была ужасной, её концовка неплохой. Человек, стоящий перед ней — плохой, она сама — вероятно, тоже, раз решилась на столь непозволительную глупость и неосторожность.

— Профессор, — девушка стиснула пальцами скамейку, только бы скрыть нервозность, и заглянула в чёрные глаза. — Как ваши дела?

Чонгук от такой прямолинейности на секунду остолбенел. Он ожидал услышать из этого прекрасного ротика многие вещи, но точно не такие. Как у него дела? Превосходно. Мужчина не любил возню на работе, все его дела были разложены по полочкам и подписаны индивидуальными бирками, вот такой он педант. Он не любил хаос, не любил выпрашивание других, не любил мороженое и терпеть не мог запах яблок. Чонгук любил порядок, технически подкованный язык, логичные доводы и аргументы, любил, чтобы его беспрекословно слушались. Но тут уже не про любовь, а про подчинение. В этом он был мастер, иначе как у него до сих пор удавалось держать всех в узде?

Один-единственный маленький вопрос застал его врасплох. Когда кто-то в последний раз интересовался подобным у него? До умалишения смешно. Ни разу, пожалуй. Чонгук наклонился и внимательно уставился прямо на Нари. Она от этого его действия задержала дыхание и поджала губы. Боится? Скорее всего, но к этому Чонгук привык, его настораживало другое…

— У меня всё замечательно, студентка Мин. А как ваши?

Продолжал смотреть, да так пристально, чтобы ни один дрожащий мускул на фарфоровом девичьем лице не скрылся от него. В нос ударил сладкий запах персика, Гук хищно облизнулся, потому что приятно пахнущие женщины — это лучше любого наркотика. Их мужчина пробовал. Не понравилось. Женщины — другое. Нари была ему очень симпатична: аккуратный маленький носик, двойное веко, широко распахнутые глаза, пухлые губы, лицо небольшое. По-хорошему, её бы без одежды увидеть, но это вопрос времени. Главное здесь желание. А ему необходимо желание обоих. Играть в одни ворота слишком муторно и совсем не про него.

— Отлично, — отточенная ложь легко сорвалась с её губ, даже виду не подала. Долго репетировала перед зеркалом. — Вы вышли подышать свежим воздухом?

— Увидел вас в окне, решил совместить приятное с полезным, — он гортанно посмеялся и достал из внутреннего кармана упаковку сигарилл с вишнёвым вкусом.

— Я приятное или полезное? — девчонка так по-детски хлопнула глазами, что Гук уже второй раз за их диалог опешил. Что-то неприятно кольнуло внутри груди, ему даже пришлось пару раз постучать по ней кулаком. Сбои.

— Решим на нашей первой паре. Задам вам несколько вопросов. Уверен, вы хорошо подготовили материал.

Телефон в его кармане зазвонил, и мужчина вытянул указательный палец вверх, предупреждая о том, что Нари необходимо помалкивать. Он ответил на звонок и кивнул студентке, без слов прощаясь с ней и удаляясь в другую часть зелёной территории. Нари глубоко вздохнула, будто совсем не дышала. На кой чёрт он вёл себя адекватно? Это её разозлило. В любом случае, расклад неплохой, кажется, у Нари получилось поговорить с Чонгуком. Значит, возможен диалог в ближайшем будущем. Подберётся к нему — приблизится к Тэхёну.

Она прождала в парке большую часть времени и решила, что может заходить в здание, так как большая кучка студентов успела оккупировать территорию. Толпы людей равно безопасность, к такому лёгкому умозаключению пришла Нари, чтобы обезопасить себя.

В телефоне были пропущенные сообщения от Су Мин, подруга в недовольной формулировке объясняла, что её было необходимо разбудить утром, но с этим студентка собиралась разобраться позже. Позволит ли жалование с работы снять отдельную комнату? Эта мысль то и дело возвращалась к Нари, маячила перед глазами, не хотела тонуть. Этот вопрос превратился в поплавок, пока его не вытащишь — не потонет. Девушка откинула чёрные волосы назад и зашла в здание следом за несколькими студентами, только вот пройти далеко не успела. Из кабинета вынырнула рука и тут же затащила Нари в подсобное помещение. Дверь за спиной закрылась.

— О чём беседовали?

Ким Тэхён был злым. Радужки его глаз сверкали чёрным цветом, губы были поджаты, а пальцы в гневе упёрлись в плечи Нари да сжимали так сильно, что на их месте останутся новые синяки. Девушка задрожала, сама не понимала, как так получилось, что она вновь оказалась в одном запертом пространстве с монстром. Мысль о безопасности разбивалась на глазах, предательским звоном отражалась в ушах, здесь ведь столько людей, почему у него получилось сделать это?

Она молчала, никак не реагировала на его вопрос вслух, просто смотрела в тёмные глаза и мечтала исчезнуть прямо в этих руках. Точнее, из этих рук. Возможно, если она не проронит ни одного слова, то Тэхён просто отстанет от неё? Зачем мучиться с человеком, который целиком и полностью ненавидел тебя?

— О чём. Вы. Блять. Разговаривали? — цедил каждое слово ей в лицо, а она не шевелилась. Это злило его куда больше, Нари просто не догадывалась. — Ты воняешь им, мерзость.

— Так отпусти.

— Отпусти? — он сорвался на смех, глаза мужчины тут же наполнились влагой, ему даже пришлось стряхнуть солёные капли. Нари всё больше убеждалась, что перед ней стоял самый настоящий безумец. — Ты моя игрушка, Нари. Никто другой с тобой играть не будет.

Говорил как избалованный ребёнок, от этого стало жутко, по спине девушки побежали неприятные мурашки. Он выглядел как взрослый мужчина, но говорил и делал вещи, которые ужасно разнились с его внешностью. Это сбивало. Сильно. Тэхён потянулся рукой к её лицу, но Нари тут же отвернулась в сторону, тогда он с силой сцепил длинные, холодные пальцы на её подбородке и грубо развернул к себе.

— Смотри на меня, когда я с тобой разговариваю.

Снова эти цепкие, уродливые руки разрывали рёберный каркас, проталкивали ледяные пальцы к её разбитому сердцу. Тэхён наклонился и опалил горячим дыханием открытую шею. Обрадовался, когда обнаружил под воротником засос, оставленный его губами, и тут же зализал. Нари выставила руки и упёрлась ими в грудь, но мужчина навалился на неё всем телом, оставил девушку зажатой между собой и дверью.

— Не надо, — умоляла, не хотела вновь переживать ужас, вкладывала в каждое слово надежду, но он не реагировал, продолжал дальше блуждать руками по её форме. Нари через силу опустила ладони на его щёки и подняла на себя. В её глазах — слёзы, в его — пустота и желание. — Пожалуйста, Тэхён, остановись.

На протяжении нескольких секунд чёрные глаза пронизывали её, ровно до того момента, пока густой бархатный тембр не разрушил затхлый воздух подсобного помещения своими словами.

— Не могу, — вышло жалко, но жалость эту увидеть трудно. Тэхён пытался показать, насколько он сейчас сломлен тем, что застал времяпровождение Нари и Чонгука. Ему больно и обидно, такое испытывать он совсем не хотел. — Не выйдет.

Итоговую черту подвёл мужчина, оглашая Нари смертный приговор. Она совершенно не понимала, почему: почему он вообще её выбрал? Почему решил разрушить её жизнь? Что ему от неё надо? Тэхён грубо развернул девушку к себе спиной, без вопроса поволок её по стене в сторону, из-за чего Нари своим телом снесла несколько книг с полок. Он принудительно опустил девичье туловище на пыльный стол и развёл её ноги в стороны.

В ушах начало шуметь, будто её только что на мине подорвали, настолько раздирающе. Как бы она ни противилась, как бы ни пыталась выбраться из-под его рук — всё было без толку. Нари начала кричать, умоляла его остановиться, но на крик никто не пришёл. Как и на слова никто не отреагировал.

Тэхён вошёл в неё грубо, сразу на всю длину, несмотря на то, что это причинило боль и ему. Он задумался над тем, что нужно прикупить смазку и таскать её во внутреннем кармане пиджака, чтобы всегда была под рукой. Злило ли его то, что Нари была сухой, как ссохшаяся соломинка? Да. Хотелось сжать крепче, чтобы та переломилась, но тогда никакого удовольствия у него не останется. Его возбуждала её узость, то, как она дёргалась под ним, то, как он заламывал тонкие руки и сцеплял их в замок. Толкаться в Нари одно удовольствие, член так и пускал благодарности. Вся эта умопомрачительная узость, делающая ему больно, усугублялась с каждым новым толчком, от которого в грудной клетке все органы умирали. Тэхён уже не знал, где начинался сам, а где заканчивалась она, настолько ему приятно.

— Блять, слишком охуенно.

Запах Чонгука исчезал всё быстрее, его Тэ больше не чувствовал, это придавало новые силы для продолжения наказания. Нари должна понять, что ей нельзя проявлять знаки внимания другим мужчинам. Есть только он. И Тэхён с огромным удовольствием будет доказывать ей это каждый день.