Глава 31. Кубинский ром (2/2)

Мартти не стал возражать.

До вечера далеко, но небо за считанные минуты окрасилось в пурпур, а прямо над островом нависли низкие штормовые тучи. Воздух стал разряженным, отчётливо запахло надвигающейся грозой. Рейвен и Мартти сидели у раскрытого панорамного окна в гостиной, когда впервые громыхнуло и небеса расчертили кривые острые молнии. Мартти играл на калимбе, старательно, на слух разучивая «Лунную сонату» Бетховена, от которой Рейвена уже откровенно подташнивало. Нефилим лежал на диване рядом, выпуская изо рта разнокалиберные дымные кольца.

— Привет, мальчики. — Касикандриэра появилась словно из ниоткуда прямо посреди комнаты, чем сильно напугала обоих. Рейвен аж подпрыгнул, выронил сигарету. Калимба выпала из рук Мартти, а сам он вскочил с дивана как ошпаренный.

— Что ты… Ты как тут оказалась? — Рейвен никак не мог понять, рад он её видеть или больше встревожен этим внезапным появлением?

— А я смотрю, вы неплохо устроились. Симпатичный домик.

— Шен… Касикандриэра. — Поправил себя Мартти. — Как ты прошла сквозь защиту?!

— М, значит, Велиар дал тебе порулить? — она игриво улыбнулась и подошла ближе, на что Мартти отреагировал готовностью к агрессии: когти, золотистый блеск в радужке, напряжённые ноги, готовы пружинить тело в рывке. Рейвен коснулся его плеча и Мартти немного смягчился. И всё же момент был напряжённым.

— Спокойно. Я ведь безоружна. — Ангел для наглядности подняла пустые ладони. — И что мне ваша защита? Я летала меж Адом и Раем. Велиар должен был это предусмотреть, но, видимо, подзабыл. — Она игриво пожала плечами.

— Ты одна? Или…

— Не беспокойтесь, одна и пришла с миром. — Без приглашения она прошла мимо обоих, с любопытством осматриваясь по сторонам. Что и говорить, а вкус у Велиара всегда был прекрасный. Она немного жеманно села в кресло, закинула ногу на ногу, отчего Рейвен поджал губы. Шеннон делала именно так, когда хотела кого-то закадрить, ввести в заблуждение, отвлечь от сути — показывала красоту своих длинный стройных ног, удачно подчёркнутых кожаной чёрной мини-юбкой и высоченными каблуками. — «Так это она была в лагуне? Почему сразу не обозначилась, выжидала полдня?»

— И что тебе нужно? — перешёл к делу Рейвен, чем очень позабавил девушку.

— Не виделись всего несколько месяцев, и ты уже не рад мне? Вот тебе и друг! Зря ты так. Я к вам со всей душой, а вы… Еле нашла вас. Беспокоилась, как вы и где. Все за вас волновались. Ребята потеряли обоих из виду, мы уж думали, что случилось самое худшее. Молох мог уничтожить вас. Но я сразу сказала — они не из тех, кто даст себя убить какому-то Быку. Особенно, если в их компании сам Велиар.

— Если ты ищешь Велика, то ты зря прилетела. Он уже несколько месяцев не показывает носа.

— Так долго? — Касикандриэра неподдельно удивилась. — Хм.

— И я не собираюсь ему уступать. — Уверил Мартти.

— О, я даже не сомневалась, что ты крепкий орешек. Разве что чуть-чуть, в самом начале. — Она мило улыбнулась.

— Ближе к делу. Никогда не поверю в россказни о твоём беспокойстве. Или мне убедить тебя выложить правду? — Мартти прищурился, эта идея уже крутилась в его голове и готова была вырваться в действие.

— Можешь попробовать, но… — она показала в ответ кольцо храмовника на большом пальце, — я и так расскажу.

Рейвен взял запястье Мартти, деликатно заставляя того сесть на диван подле себя, прямо напротив гостьи. Его терзали сомнения. За время, что они не виделись, Ангел ещё больше перестала походить на его сестру: вела себя куда развязнее, с нахрапом, смотрела пристально и немного высокомерно, даже тон голоса изменился. И всё же стало любопытно, что она скажет.

Видя готовность к диалогу, Касикандриэра немного расслабилась и начала издалека.

— В день, когда вы пропали, — она нарочно не стала говорить слово «сбежали», — Молох так и не пришёл в им же назначенное место для выяснения отношений с силами Ватикана. Уверена, что он предвидел исход этой битвы, а кроме того, как я предупреждала Петра и остальных, он заранее узнал и про их финт с захватом его тайного убежища. Разумеется, всё провалилось.

— Ничего удивительного. Он же не совсем дурак.

— Вот именно. Но меня никто не слушал. Итог — Молох и его приспешники сбежали прямо у нас из-под носа.

— И что, Ватикан просто отпустил их?

— Нет. Их ищут, но учитывая умения Молоха, поймать его будет крайне тяжело. Он предвидит любой шаг Инквизиции. Опережает их ни на шаг, а на три. Ватикан и все его воины, как слепые котята гоняются за ним уже больше двух месяцев и ничего. Они даже не могут найти его, не то чтобы попробовать уничтожить или поймать.

— И что ты хочешь от нас? — наконец подал голос Рейвен, смутно представляя себе, для чего она проделала весь этот путь и к чему ведёт. Будет уговаривать их помочь Ватикану ловить Молоха? Бред.

— Нам нужна ваша помощь. В частности, твоя, Мартти. Псионика может укрыть Ватикан и его охотников от ока Молоха, а значит, его смогут найти. Это и в ваших интересах, мальчики.

— Почему?

— Как я понимаю, Велиар его предал при первой же возможности. — Она испытующе посмотрела на Мартти, впитывая его реакцию. — Бык такого не простит.

Мартти понял, о чём она говорит, но также знал, что Велиар не имел возможности поступить иначе. Он и сам испытал эти незримые цепи договора меж падшими.

— Хочешь сказать, Молох ищет нас, чтобы отомстить? Но он никогда не найдёт меня в своих видениях, так?

— Да, но не забывай, что в его рядах есть другие сильные демоны, а вы в безопасности, только пока не кажете носа с этого острова. Но вы же не сможете прятаться тут всю жизнь? Это глупо.

Юноши мрачно переглянулись.

— Допустим. — Мартти старался сохранить хладнокровие. — А Ватикан? Им нужна моя помощь, и как только они её получат, то… что? Отпустят нас на вольные хлеба? Или притащат к вратам, чтобы запихнуть Велиара, а заодно и меня в Ад? Не смотри на меня так, я давно знаю, чем грозит мне такой метод избавления от одержимости падшим, и меня это не устраивает.

— Именно поэтому я здесь. — Она достала сотовый и начала там что-то искать. — Ватикан нуждается в вашей помощи. Мы нуждаемся. Всем нефилимам, участвовавшим в борьбе против демонического войска и Молоха, Ватикан… нет, сам Папа обещает полную индульгенцию.

— Ах, какая неслыханная щедрость! — съязвил Рейвен, выуживая губами сигарету из пачки. — Где-то я это уже слышал.

— Никаких больше гонений, — продолжила Касикандриэра, — никаких лабораторий и пыток для нефилимов. После поимки Молоха и его лизоблюдов, мы закроем врата навсегда и сможем жить, как простые люди.

— Мы? — кисло вставил Рейвен.

— Да.

— Как простые люди? Но мы НЕ люди и никогда ими не будем. И ты НЕ нефилим, даже не одна из нас. Тебе-то всё это зачем?

— Я не одна из вас. Это так. — Она старалась не заводиться, хотя по ауре Рейвен отчётливо видел, что Касикандриэра начинает злиться. — Я поборник равновесия. Люди и нефилимы качнули чашу весов мироздания — я помогаю их уравновесить, так что меня это тоже касается. Чем скорее всё наладится здесь, тем быстрее я вернусь туда, откуда пришла в этот мир. Я стараюсь не только для себя, но и для вас. Уважай это, Рейвен. И не надо брызгать негодованием. Ваши друзья и сородичи уже подписали договор, так что все претензии можете адресовать им при встрече.

Рейвен скрипнул зубами. Глубоко затянулся.

— Кроме всего, — вновь заговорил Мартти, — мы успели хлебнуть все прелести союза с Ватиканом и тобой. Я до сих пор не знаю, как ты связана с тем, что Люцифер выбрался на волю, и как этой участи избежал Рейвен, но больше никогда не стану доверять тебе.

— Не говори ерунды. — Махнула она рукой, откидываясь на спинку кресла. — Велиар — известный параноик, и заразил этим тебя. Мы с Люцифером действительно объединены глубокой привязанностью и этой связи тысячи лет. Никто не сможет оборвать её, это правда. То, что я стала хранителем и посредником между Адом и Раем — отчасти его вина. Но принимать чью-то сторону и выступать против вас или его — я тоже не могу. Это мой удел, моя суть: всегда оставаться где-то посередине. Так и останется. Сейчас моя забота — люди и притесняемые нефилимы, а не Люцифер и его непомерные амбиции.

— И кстати, где Анимус? Точнее тот, в чьём теле Люцифер оказался?

Касикандриэра вздохнула, сделалась грустной.

— Анимуса нашли спустя лишь пару дней после всех событий с вами и Молохом. Полумертвого, сильно обгоревшего. Люцифер тогда ещё был в нём, Азза успел поднести мальчика к зеркалу… Теперь Анимус «овощ». Ватиканские умельцы пытаются откачать его, привести в чувства, но, как я слышала, за всё это время без изменений. Его мозг мёртв. Надежды нет.

Рейвен нервно выпустил дым. В том, что случилось с Анимусом, он винил себя. Вдруг он мог ему помочь тогда? Но вместо того, чтобы протянуть руку помощи, сбежал, прихватив Мартти. Эгоистично. Мелко. Анимус, хоть и был для всех чужим, успел прочно войти в их жизнь. Не оставлял в беде, выручал, даже когда мог просто постоять в стороне. Он отказался от Рая, ради них! И такой жалкий, несправедливый конец. Не Азза заслужил Рая, а он.

— Супер. — Бесцветно выдавил Рейвен.

— Не расстраивайся. Уверена, что Анимус, где бы он ни был, не в обиде на то, что ему никто из нас не помог. Все сделали, что смогли, но так уж сложились обстоятельства. Не вини себя.

— И не думал. Ты так и не ответила, как нас нашла.

— Не я, Зигфрид.

— Что? — Рейвен неприятно удивился. — Как?

— Аэропорты. Он вычислил ваши рожицы через систему распознавания лиц на записях камер наблюдения, и отследил место назначения рейса, а дальше уже дело техники. Нечему изумляться, Зиг — настоящий мастер.

Рейвен насупился. Он не ожидал такого от Зигфрида. Думал, они друзья. Может, Зигфрид просто очень беспокоился за него? Или его заставили.

Касикандриэра поднялась и подошла к Мартти, протянула ему свой телефон, на котором крупным планом застыл кадр из небольшой видеозаписи.

— И Мартти. У меня для тебя, а точнее для Велиара, кое-что есть в качестве бонуса. Взгляни.

Он посмотрел на кадр, но не сразу понял, что на нём, к тому же, ровно по центру мешался значок «play».

— И что?

— Никаких ассоциаций? — она разочарованно вздохнула, а потом включила видео.

От самого кончика до основания близко было запечатлено перо. Белоснежное, издающее знакомое опаловое свечение.

Рейвен не глядя затушил сигарету о столешницу тумбочки, совершенно не беспокоясь о том, что это красное дерево.

«Моё!» — прогремело звонко в голове Мартти. От неожиданности он дёрнулся. Казалось, он уже настолько привык к тишине…

Велиар: «Это же одно из моих перьев!»

— О нет. — Взволнованно шепнул Мартти и переглянулся с Рейвеном.

— Вижу, теперь узнал. — Довольно расплылась в улыбке Касикандриэра.

Велиар: «Ах, эта змея вернулась. Долго я спал?»

— Меня это не интересует. — Зло процедил сквозь сжатые зубы Мартти и рывком откинул от себя руку Касикандриэры вместе с телефоном. — Убирайся!

Велиар: «Погоди! Очень даже интересует! А ну, выпусти меня!»

Но Мартти намеренно игнорировал его. Только что рухнули его надежды на избавление, и он догадывался, что Касикандриэра сделала это намеренно.

— Проваливай, я сказал! — прикрикнул он. — Или я за себя не ручаюсь! Ангел ты или ещё какая тварь, уничтожу!

Велиар: «ВЫПУСТИ!»

— Не кипятись, Мартти. Подумай хорошенько, это не просто его перо. Благодаря ему мы сможем разъединить вас. Такой шанс!

Мартти вдруг схватился за виски и сжался от оглушающего вопля.

— Что с тобой? — Рейвен обеспокоенно взял его за плечи. — Каси, тебе лучше уйти.

— Но я же…

— Сейчас же! — рявкнул Рейвен. — Вон отсюда!

— Как пожелаете.

Рейвен готов был поклясться, что на миг её лицо исказила гримаса злости и презрения. Он никогда прежде не видел её такой. Ангел развернулась на каблуках и исчезла. Но на пол упал её сотовый и словно нарочно, включилась на повторе запись с пером.

— Чёрт бы её побрал. — Ворчал Рейвен, усаживая Мартти на диван. — Успокойся. Забей на её слова и предложения. Ты бледен. На. — Он сунул ему воды, но взгляд Мартти застыл на видео, и он даже не заметил предложенного стакана.

Велиар: «Хватит. Мы оба знаем, кто тут главный».

Мартти: «Нет. Ты не объявлялся более двух месяцев. Я могу тебя сдерживать!»

Велиар: «Эко нас шарахнуло в этой чёртовой машине! В любом случае не ты меня сдерживал, лопушок. Я просто отключился от неожиданности и боли, только и всего. Видишь ли, это ты свыкся жить во времени, а для меня этот срок сродни доле секунды. Ну не подрассчитал с непривычки. Бывает. Даже не думай бороться. Когда ты впустил меня, то уже определил, что я здесь главный!»

Мартти: «Нет!»

Велиар: «Не зли меня»

Щелчок. Мартти только успел взглянуть на Рейвена, его глаза заблестели, и слеза быстро пробежала вдоль щёки. Он не успел ничего сказать, как в следующую секунду… глубокий вдох, приветливая улыбка, ладони, схватившие лицо Рейвена, и тугой, звонкий поцелуй в губы. Рейвен весь облился водой.

— Ты скучал, Пирожочек?

Нефилим отстранился, отпихивая от себя Велиара едва ли не ногами.

— Опять ты! Только не это!

— Чувствую, вы не теряли время, я полон сил под завязку! Мне стоит ревновать или радоваться, что мой приборчик был тобой как следует использован? Ха-ха.

— Верни Мартти назад.

— Ага, сейчас! Вот… — он смахнул указательным пальцем слезу и показал её Рейвену, — до чего доводит наша разлука. — Велиар по-хозяйски осмотрелся вокруг, нашел оставленный Касикандриэрой телефон и поднял его. — Растащили все по закоулочкам, негодяи. Страсть моя, нам нужно достать эту бесценную реликвию.

— Нам?

— Конечно, мы же команда!

Рейвен отставил пустой стакан и скрестил руки на груди.

— Вот ещё! Бегу и спотыкаюсь. Не факт, что это вообще твоё перо. Я уверен, что в закромах Ватикана целый склад перьев от всех архангелов. Да из них наверняка не один веер можно сделать! С чего ты взял, что именно это прям твоё?!

— Конечно, моё! Ты только глянь, оно же великолепно! Посмотри на этот свет, его переливы, его чистоту. — С придыханием Велиар показал на экранчик телефона. — У каждого архангела своё неповторимое свечение. Цвет, если сравнить с понятным тебе термином. Моё! Бесспорно, моё, чистейшее, как само начало, как слёзки младенца. Ну же… неужели не видишь? Тебя не поражает эта красотища?! А у меня их было много!

Рейвен всё же спросил:

— И что, перо правда может помочь разделить вас с Мартти?

— Оно точно способно привести нас к гармонии в отношениях, скажем так. — Велиар пожал плечами. — Но ни один падший не возвращал себе благодать, так что, эффект не подтверждён опытом.

— Понятно. Значит, очередная ерунда.

— Я буду первым и, возможно, единственным, так как никто, кроме меня не догадался припасти такой сувенирчик перед падением.

— Да что это даёт?

— Остальным нужно пресловутое покаяние и прощение Папеньки. Но только не мне, Пирожочек.

— Надеешься, что это маленькое пёрышко откроет тебе дорогу на Небеса? Да тебя на пушечный выстрел не подпустят к Раю. Уж ты-то должен это понимать, Велик! Ты же не тупой, как Молох и его потомок. Азза остался на земле с людьми, он не пал, а помогал людям, просвещал их. Но даже его не пустили домой! Его выставили! Он не говорил об этом, но я видел, как ему стыдно и тяжело. А ты — один из самых сильнейших и страшных демонов, под руководством которого легионы тысячелетиями низвергали души людей в Ад коварством и обманом, сомнительными сделками и прочим дерьмом. И теперь, увидев это перо, ты сразу решил, что тебя вдруг за всё простят и с распростёртыми объятиями примут назад?! Ты серьёзно?

Велиара, казалось, эти упрёки нисколечко не задели. Он услышал главное — Рейвен признаёт за ним силу и мощь, это ему польстило. На его лице расцвела улыбка победителя.

— Не горячись, сладенький. Согласен, одного пера, конечно же, маловато. Но лучше, чем ничего. Разумеется, я не буду идти на поводу у этой двуличной твари — Касикандриэры. Мы с тобой придумаем, как забрать моё сокровище без обязательств.

— Я не уверен, что надо это делать. Сам посуди. Молох гуляет, он может быть где угодно, в том числе и проследить за её передвижениями. Нам лучше сейчас убраться в другое место, наверняка у тебя есть не одно такое гнёздышко. Там и отсидимся, пока Ватикан гоняет Быка. А вот когда его отправят в Зеркало, тогда есть смысл выходить из подполья и искать твои запчасти.

— В этом был бы смысл, если бы не одно «но». Ватикан никогда не поймает Молоха, по простой причине: он видит каждый вариант развития будущего и событий наперёд, пока я их не прикрою. Да и не думаешь ли ты, что я могу опасаться тупоголового Быка? — Велиар подошёл к Рейвену и прихватил его подбородок помеж пальцев. — Он мне не ровня. Теперь, когда Люцифер воротился в тюрьму, мне нет здесь равных. А уж когда я возвращу благодать, даже Азза станет мне всего лишь слугой. Мой план вовсе не в высиживании яиц в укрытии, это скорее метод твоего дражайшего Мартти, неуверенного в себе несмышлёныша, неспособного даже осознать всей мощи моего дара. — Он заставил Рейвена попятиться к стене, а сам пристально буравил омут его глаз своим гипнотически-переливающимся взглядом. — Мы сами найдём Молоха и предоставим Ватикану сделку. Моё сокровище, в обмен на падшего. Рейвен уткнулся спиной в стену, а Велиар тесно приник к нему, ладони собственнически сжали бёдра нефилима.

— Но ты прав, мы уйдём отсюда ближе к рассвету. К сожалению, защита этого острова несовершенна, Касикандриэра прошла, а значит, сможет привести сюда и тех, кто будет в этом заинтересован. И всё же, у нас с тобой есть остаток этой ночи. Мой сладкий Пирожочек, я жажду окунуться в твоё горячее нутро. — Велиар куснул нижнюю губу Рейвена, затем облизнул и поспешил избавить его от шорт.

***

Она не ушла далеко, лишь переместилась на другой конец острова, где можно переждать несколько часов. Как здесь красиво и спокойно! Ни единого лишнего звука, полная гармония, почти как в Раю. В повседневной суете люди не замечают красоты, подаренной им, их сердца не замирают от переполняющего чувства прекрасного. Они предпочитают не примечать, что частички потерянного Рая прямо здесь, на Земле. Господь подарил им его в виде таких вот мест, чтобы люди могли почувствовать себя счастливее и ближе к Создателю, вспомнить и понять, что есть Рай.

Люди тоже творцы, ибо Бог создал их по своему подобию. Творцы собственной судьбы, прежде всего. Искусство, наука, музыка, литература, архитектура, дизайн…у них столько возможностей самовыражения, которое способно повлиять на других людей. Сделать их лучше, чище, мудрее, счастливее. Но люди предпочитают не смотреть наверх, в небеса, им важнее то, куда они наступают. Стабильность, уверенность, материальные блага — вот что стало их маяком в этом мире. Теряя самые важные для себя ориентиры и приоритеты, такие как первостепенность любви, семьи и безграничного самосовершенствования, они отдаляются друг от друга, страдают от апатии, агрессии, одиночества, скуки и непонимания, а потому становятся лёгкой мишенью и добычей для демонов.

Ангел лишь сделала шаг, пропадая на долю секунды, и вся одежда, что была на ней, включая неудобные каблуки, упали на песок. Оставаясь совершенно обнажённой, она уселась на берегу, скрестив ноги. Волны приятно ласкали кожу, набегая и отползая прочь. Время заката. Всё вокруг окрасилось золотом и бронзой. Крылья расправились сами собой, повинуясь желаниям ангела, поймали порыв ветра. Каждое перо, потревоженное бризом, затрепетало, запело, переливаясь тысячами разноцветных опаловых искр под светом медленно ускользающего солнца. Она закрыла глаза, вслушиваясь в шелест прибоя, но её покой оказался недолгим.

«— Ну что, они тебе поверили?» — прозвучал голос в её голове. Ангел нехотя открыла глаза.

«— И да, и нет, — также безмолвно ответила она. — Они поверили, что ты низвергнут, но не захотели присоединиться к остальным искать Молоха. Как мы и думали. Надеются отсидеться».

«— У нас нет времени ждать, пока они выползут из своей норы. Молох мнит себя новым Повелителем падших! Это вызов! Я должен устранить его как можно скорее, а для этого мне нужен Велиар!»

«— Успокойся, любимый. Мне удалось расшевелить Агриэля»

«— О, вот как?»

«— Уверена, он клюнет на твою наживку»

«— Этого мало. — Голос Люцифера зазвенел сперва раздражением, а после коварством. — Смотивируй его, дорогая»

Касикандриэра помолчала, а потом произнесла лишь одно слово, пришедшее ей в качестве ответа:

«— Рейвен»

«— Умничка»