Глава 26. Общие интересы и иллюзии (1/2)
Шеннон расположилась в уютном кресле у окна с ноутбуком на коленях, так ей было удобнее. Рейвен поставил перед ней чашку горячего чая с имбирём, мрачно отошёл к окну, за которым, несмотря на сумерки, шумел город. Прага была далеко не первым городом, который они успели посетить за минувший год, а Чехия — даже не первой страной на их пути. Они исколесили всю Венгрию, Румынию, Хорватию, Швейцарию, Бельгию.
Поиски Мелькарта и других нефилимов увели их слишком далеко от дома. По крайней мере, Рейвен привык считать именно Австралию своим домом и очень часто думал о том, как было бы здорово вернуться в Сидней, в их шикарную квартиру, где они… он… был пусть и недолго, но так счастлив. Всё, что происходило тогда, сейчас казалось зыбким сном, словно частичной какой-то иной и навсегда утраченной прошлой жизни.
Рейвен устал от гостиниц и чужих домов, где они не задерживались дольше, чем на несколько дней, устал от забегаловок, где почти вся еда из пакетов, а потому совершенно несъедобна. Устал от бесконечных переездов и отсутствия сведений о Мелькарте или о вратах. Сплетни, домыслы, кто-то что-то слышал, видел, думал и вот они срываются и несутся дальше, снимают очередной номер в дешёвом мотеле, чтобы не светиться. И так по кругу.
Их небольшая компания путешествовала из города в город, выискивая себе сторонников, ловко скрываясь от Ока Ватикана и храмовников, что шли за ними по пятам, но всякий раз, благодаря изворотливому уму Велиара, им удавалось уходить от погонь и облав, которые потом вдруг как-то резко прекратились. Нефилимов, не желающих вредить людям или неготовых вставать под знамёна демонов, оказалось на удивление немало. Новые лица охотно примыкали к Касикандриэре и Велиару, и ценные кадры пополнились несколькими потомками высших демонов, включая князя Астарота, служившего сразу и Велиару и Люциферу.
Но, несмотря на дурную славу демона, склонявшего людей к безделью, лени, мирской суете и раздувающего человеческое тщеславие, наследник этой сильной сигилы взял в основном лучшие стороны прародителя и прекрасно разбирался в точных науках и ремесле, и, обладая незаурядной памятью, мог дать ответы на любые вопросы, словно ходячая энциклопедия. Ещё он умел становиться невидимым, не в прямом смысле этого слова, а скорее, по сути. Зигфрид так искусно сливался с толпой, что никто и никогда не догадался, что этот худой, невзрачный, высокий и несуразный немец с копной торчащих во все стороны пшеничных волос, похожих на раскуроченное гнездо — высшее существо и компьютерный гений.
Благодаря Зигфриду их, теперь уже немаленькая компания, получила возможность осторожно, издалека следить за манипуляциями Ватикана, обзавелась несколькими интересными приблудами, что дало возможность нефилимам скрывать своё присутствие и соблюдать хоть какие-то меры безопасности. Например, Зигфрид позаимствовал у храмовников идею с кольцами и для всех своих сделал нечто подобное из дешёвых фитнес-браслетов. Данные с них поступали ему прямо на ноутбук и он легко отслеживал показатели тела, цвета ауры, а также пеленговал местонахождение с точностью до трёх метров, что помогало не только легко найти любого из членов кооперации, но и понять в порядке ли он, и при необходимости прийти на помощь. Рейвену и остальным идея с браслетами сразу понравилась, а вот Велиара пришлось долго уговаривать начать носить свой. Впрочем, стоило Рейвену подать идею преобразовать полимерный браслет в золотые часы, инкрустированные мелкими драгоценными камнями, как Велиар немедленно нацепил их на запястье.
Со временем понадобилось место, где все они могли бы чувствовать себя в безопасности и перестать постоянно прыгать с места на место. И такое нашлось. В самом центре города три десятка нефилимов заняли один из старых отелей, расположившись в нём со всеми удобствами как гости, затерявшись среди прочих туристов. Все формальности взяли на себя Анимус и Мартти: им не составило труда устроить всё в лучшем виде, хотя Касикандриэра до последнего была против подобной затеи.
Анимус остался с ними, несмотря на то, что Рейвен предлагал ему свободу. Если бы только захотел, тот мог обрести дом в любом городе мира, найти себе заботливых родителей как простой смертный и наслаждаться жизнью. Никто и никогда не нашёл бы его, но мальчишка упрямо таскался за ними. Анимус доказал свою полезность и верность и теперь был полноправным членом этой странной, если можно было так назвать, семьи.
А Рейвен всё ждал, когда их «Крестовый поход» наконец завершится хоть чем-то, но время шло, ничего толком не происходило, и это подрывало боевой дух каждого в группе, лишь Каси неизменно верила в успех и вела их вперёд, заражая оптимизмом и хоть какой-то надеждой.
Рейвен уже не видел в ней свою Шеннон, это щемило ему сердце, ведь всякий раз, глядя на знакомые черты, пытаясь угадать в них сестру, он видел лишь ангела. Он много раз расспрашивал её о Шеннон, но та уходила от чёткого ответа.
— Ты вообще вернёшь её? — спросил он однажды.
— Может после. Если она захочет.
Рейвен очень разозлили эти слова. Ужели Шеннон может не пожелать вернуться к нему? После всего. Из-за пары крыльев?! Он не мог этого понять и тем более принять.
— Почему я не помнил Шеннон и Мартти, пока бродил по собственному аду?
— В Аду нет любви. Потому, все, кого ты любил, стали для тебя незнакомцами.
Вот такой простой ответ, который всё объяснял.
Отношения с Мартти разладились уже спустя пару недель после столь яркого воссоединения. Эйфория быстро прошла, пусть даже ночи были горячи и полны страсти. Рейвен стал ощущать, что Мартти отдаляется, ища в нём лишь способ усладить свою похоть и набраться сил, что Рейвена категорически не устраивало. Больное соседство Мартти с Велиаром вбивало ощутимый клин между возлюбленными, и каждый день стена, что образовалась между ними, становилась только выше и толще. Мартти не интересовало ничего, кроме удовольствий. Он вкушал жизнью большой ложкой, пытался шиковать, приводя в бешенство Касикандриэру, лгал, воровал, крутил романы направо и налево, даже не задумываясь о чувствах Рейвена, чем сильно ранил его, а в минуты просветления вымаливал прощение. Затем был бурный секс, но очень скоро всё повторялось, превращаясь в нескончаемый кошмар. Рейвен чувствовал себя одиноким и буквально задыхался от подавленных чувств, и чтобы заглушить нарастающее отчаяние и дикую ревность, начал часто прикладываться к бутылке — это помогало хоть ненадолго забываться.
Вот и сейчас Мартти не было дома, хотя он вышел за сигаретами три часа назад. Рейвен злился, но ничего не мог с этим поделать. Всё чаще он думал о том, чтобы всё бросить и уехать, одному. А что? Мартти он больше не нужен, Шеннон нет, Анимус вполне проживёт самостоятельно, а Касикандриэра… Он ей должен. Это было безусловно и непреложно, и, пожалуй, лишь этот долг не позволял ему сигануть в ближайшее окно.
Совсем стемнело. Толпы туристов начали разбредаться по гостиницам и ресторанам. Кукольные домики с аккуратными красными крышами и резные башенки со шпилями превратились в тёмные силуэты за окном. Забавные астрономические часы с движущимися фигурками на Староместской ратуше пробили в последний раз на сегодня, значит, уже одиннадцать. Рейвен вздрогнул, вспоминая эти странные часы, особенно фигурку смерти, звонящую в золотой колокольчик, словно напоминающую о скоротечности жизни.
***
Вацлавская площадь, или в простонародье Вацлавак — днём всего лишь одна из главных площадей города, на которой традиционно проходят празднества и другие важные мероприятия, но с наступлением ночи она радикально преображается, превращаясь в самую крупную точку порока и разврата Праги. Хотя на Староместской площади тоже можно поискать развлечений, большинство предпочитают именно Вацлавак. Зажатая между старой частью города, состоящей из паутины извилистых улиц и улочек, и новой, более современной частью, Вацлавак представляет собой некий островок отдельной реальности, соединяющий средневековое прошлое города с его настоящим. Вдоль площади, что в те же Средние века звалась Конской, так как на ней проводились крупные лошадиные ярмарки, теперь располагались многочисленные современные гостиницы, офисы, дома мод и магазины, включая крупнейший пражский книжный магазин «Луксор»… но все они работают днём, а ночью открыты совсем иные заведения, витрины которых при свете дня совершенно неприметны и не подсвечены яркими огнями, как сейчас.
Велиару стоило только выйти на улицу после заката, как уже на подступах к Вацлавской площади его атаковали зазывалы в ночные клубы, имеющие процент с каждого приведённого клиента. Всякий совал ему визитку с названиями клуба или бара и хотел проводить его именно к себе. Выбор оказался совсем не скудным: кабаки, бары, стриптиз-клубы и даже свингер-клуб приглашали разделить с ними эту чудесную июльскую ночь.
Велиар остановился в центре площади, у закрытой кафешки в виде трамвая, и к нему сразу подошли двое: очередной чернокожий парень в наушниках и яркой футболке с принтом и миловидная девушка с русским акцентом и бейджиком, с интригующим названием «Горячие Перцы».
— Приходи к нам, не пожалеешь! — она была так очаровательна, что будь на места Мартти кто-то другой, он бы точно не устоял.
— Зачем тебе дешёвый стриптиз-бар, бро?! — пытался вырвать клиента из цепких рук девушки чернокожий парень. — Если хочешь реально оттянуться, то давай к нам!
Девушке это не понравилось.
— Эй! Отстань! Я уже пригласила его, я первая к нему подошла!
Мартти, а точнее Велиара это маленькое противостояние только забавляло, поэтому, он попросту позволил перепалке быть как можно дольше. И так как ему было совершенно всё равно, в какой дыре сегодня справлять физические нужды своего тела, лишь бы подальше от унылости их нефилимского штаба, то последующие вольности он тоже позволил.
— Вот ещё! Это не ваш клиент, куколка. — Парень подхватил потенциального гостя под локоток, но сделал это совсем ненавязчиво и не грубо. — Бро, если захочется увидеть всю ночную Прагу как на ладони, прекрасно провести время и зажечь с лучшими диджеями и красотками, то тебе к нам в «Дюплекс»!
— Какое интригующее название.
— Глоток холодного чешского пива, потрясная музыка и местная водка-бехеровка излечит тебя от любого горя или дурных мыслей! Поверь, ты не пожалеешь!
Поверить? Нет. Никому и никогда. Но чуть раньше Велиар уже убедился в факте, что водка способна хорошенько затирать и воспоминания о проведённой ночи, и плохое настроение. Последнее частенько посещало Рейвена, поэтому Велиар даже принёс пару бутылок и ему с прошлой гулянки, что возымело действие и привело к нескольким страстным ночам. Поэтому он только улыбнулся и охотно пошёл за парнем.
— Тебя как звать?
— Вилли, — не моргнув соврал Велиар. Впрочем, он лишь слегка видоизменил своё имя.
— Приятно познакомиться, я Милан. Тут много иностранцев, но ты, наверное, местный, слишком хорошо говоришь на нашем, и все же есть какой-то диалект. Я в этом не разбираюсь. В общем, ты откуда?
— Тебе лучше не знать.
— Понял. Да не важно. Повеселись как следует!
Далеко идти не пришлось. «Дюплекс» оправдал ожидания Мартти. Клуб занимал шестой и седьмой этажи в высотке, и имел довольно стильный интерьер, состоящий из стекла, стали и дерева. Как и обещал зазывала, красивый лаундж на крыше открывал взору уникальный вид на центр города, напомнившего отсюда игрушечный макет. Для посетителей здесь были доступны два танцпола и четыре бара, полностью забитые громкой и весёлой молодёжью, оккупировавшей почти все удобные диваны. Гремела музыка, быстро переключаясь с рейва, техно и хауса на транс и дабстеп. Вопроса «с чего начать?» для Велиара не существовало. Конечно же, сначала нужно освободить себе место у бара, и это не составило труда. Пара убедительных слов и едва сверкнувший золотистый взгляд. Потом, завоевать внимание и расположение местного народа. Это делалось ещё проще — он просто заказывал выпивку для всех за свой счёт.
С деньгами проблем не было. И вуаля! Симпатичный парень в центре внимания десятков молодых цыпочек и не только, энергия течёт к нему рекой, и каждый жаждет прикоснуться. Множество хочет зайти куда дальше знакомства. Алкоголь, танцы, улыбки, обжимания, секс с разными партнёрами за один и тот же вечер, наркотики. Последнее Велиар припасал не для себя. После выкуренной травки произошёл инцидент с неконтролируемым выходом Мартти в сознание, и для Велиара этого оказалось достаточно, чтобы понять — наркота не в фаворе. Мартти необходимо держать в узде, и Велиар всё реже позволял ему появляться, надеясь загасить его волю к жизни бесконечным угнетённым одиночеством где-то в глубинах подсознания. Он продолжал искать метод, который сломит Мартти, поэтому делал всё, что тот бы себе не позволил, а потом выпускал его на несколько минут просто полюбоваться результатом трудов, или открывал ему воспоминания о проведённом времени. План понемногу начинал работать, Мартти угасал, и всё же… почему-то держался.
За прошедший год Велиар открыл для себя многие прелести современного мира. Научился пользоваться телефоном, ноутбуком, пристрастился к уходовой косметике и парфюмерии, к чему Мартти в своей обыденности не питал никакой страсти. В Амстердаме Велиар познал «новшества» сексуальной индустрии, что не могло его не порадовать. Будучи исключительным чистоплюем, что сочеталось с аккуратизмом Мартти, Велиар оценил и современные методы контрацепции, исправно пользуясь презервативами при случайных связях, которых было в избытке. Велиар не планировал множить свой род до тех пор, пока Мартти не сдастся окончательно, и не сольётся с сутью падшего. Иногда Велиар был даже дружелюбен с Мартти. С интересом расспрашивал о жизни до их соединения, анализировал и пытался понять чувства, испытываемые им. И казалось, ему многое близко.
Единственное, чего он не усвоил, так это как можно доверять, а стало быть и любить кого-то настолько, чтоб решиться жертвовать чем-либо ради него. Таким было отношение Мартти к Рейвену. По мнению Велиара, величайшая глупость, порожденная неопытностью, и только. Изначально Велиар подумывал сыграть на этом. Достаточно устранить Рейвена, и Мартти вероятнее всего потеряет всякий интерес к сопротивлению. Грешным делом Велиар несколько раз прибегал к попытке отравить Рейвена, внушить покончить с собой, но в самый ответственный момент что-то его останавливало. Странно, ведь предполагалось, что Мартти в этот момент над телом не властен. Это доводило Велиара до лёгкого гнева, смешанного с удивлением.
В любом случае, мысли об убийстве Рейвена пришлось оставить. Кроме всего, отрок Люцифера изрядно пришёлся Велиару по нраву. Не ради необходимости, но даже с удовольствием он предавался с ним страсти, наблюдал за его поведением, любил время от времени задеть за живое… а недавно, Велиару вдруг доставило удовольствие просто поглаживать вороные волосы нефилима, спящего на его груди ранним утром, вдыхать его запах, слышать биение сердца. Но это был совсем краткий миг, от которого Велиар быстро отбрыкался.
Более всего ему нравилось чувствовать бесконечную ревность Рейвена, его собственнические и совершенно бесполезные попытки повлиять на разгульный образ жизни Велиара. Да и пресловутые часы-браслет, выдававший жизненные показатели на ноутбук Зика, оказался забавным методом побесить Рейвена. Велиар узнал, что тот установил приложение на свой телефон, и время от времени следил за показателями, когда Велиар пускался в свои блудливые приключения. Мысль о том, что Рейвен следит за его пульсом в момент, когда он охаживает очередную любовницу или любовника, почему-то сильно заводили Велиара. А по возвращении домой он вкушал результат своих похождений в хмуром настрое и каменном выражении лица нефилима.
Вот и сейчас, ласкаясь с очередной блудницей на диванчике в клубе «Дюплекс», он с наслаждением думал о шпионаже Рейвена.
— Какой ты страстный, — щебетала девушка под поцелуями Велиара, — но не сейчас, я хочу танцевать.
Она ловко вывернулась и потянула ухажёра за собой на танцпол. Ох уж эти современные танцы… На взгляд падшего, они скорее походили на непонятные подёргивания конечностями, наподобие тех, что воспроизводили первые люди в начале всех времён, только изобретая музыку. Во всяком случае, на танцполе были свои плюсы. Тесная, разгорячённая толпа с обилием энергетических всплесков, словно живое море обдавало с головы до ног в самый знойный денёк. Они танцевали и обжимались, когда Велиар краем взгляда заметил странного молодого человека, стоящего поодаль как истукан, и смотрящего прямо на него. Он не был пьян, не шатался, не веселился, как остальные, и в его ауре не было и намёка на какие-либо позитивные чувства. Ауры попросту не было видно. Стоило отвлечься на несколько секунд, и странный человек пропал из виду.
— Эй, смотри на меня, красавчик! — девушка притянула внимание Велиара и одарила глубоким развратным поцелуем, сметая всякую настороженность.
На небольшую сцену вышел новый диджей, стробоскопы и лазерные установки тут же среагировали пульсацией на звуки музыкальной композиции, зал взорвался радостными вскриками, легко перестраиваясь в такт ритмичного трека. Весь зал, как единый живой организм, подпрыгивал, махал руками, и общее настроение, приливы адреналина тут же передались нефилиму усиленной волной энергии, что накрыла, словно цунами. До одурения, до головокружения, до экстаза.
Темноволосый мужчина в лёгком сером брючном костюме из парусины, стоящий у барной стойки, делал вид, что попивает коктейль, однако бокал с «Дайкири» почему-то оставался полон. Бармен заметил это.
— Друг, тебе не нравится?
Мужчина обернулся, ненадолго теряя из поля зрения свою цель. Каменное лицо, с ромбовидным тяжёлым подбородком и цепким взором устремилось на озадаченного бармена. Тот никак не понимал, отчего на загривке встают дыбом волосы. Ощущение было не из приятных, и он инстинктивно сглотнул, натянул дружелюбную улыбку, чтобы сгладить неловкость момента.
— Если хочешь, я плесну тебе ещё рома.
— Не нужно, благодарю.
— Ладно… если что-то понадобится… Хорошего вечера!
Незнакомец ничего не ответил, просто отвернулся, ища кого-то в центре зала, лишь ненадолго перехлестнувшись взором с миловидной рыжеволосой женщиной, слившейся с толпой, но неумолимо приближающейся к цели. Ещё двое мужчин в тёмных одеждах держались подальше, у выхода на террасу.
Рыжеволосая скользнула между разгорячёнными танцем людьми, и вокруг неё образовалась светящаяся, почти прозрачная голубая полусфера, что укрыла большую часть танцпола. Незримый для простых людей, купол переливался таинственным и мягким светом, похожим на полярное сияние, и создавалось впечатление, что это лишь часть представления.
— Идём отсюда, я хочу тебя прямо сейчас, — промурлыкала на ушко Велиару его избранница, когда тот вдруг ощутил резкий разрыв потока бурлящей энергии. Но люди вокруг также веселились. Он осмотрелся, не понимая, в чём дело. — Что с тобой? Ты меня слышишь?
Он пытался присоединить свой энергетический канал то к одному человеку, то к другому, но ничего не выходило. Более того, все они внезапно потеряли ауры, Велиар перестал видеть разноцветное марево вокруг и взволнованно оглядывался, а затем, игнорируя девушку, двинулся сквозь толпу.
— Ты что меня тут бросишь?! — запротестовала девушка, но Велиар её уже не слышал. — Вот козёл!
Люди расступались, пусть и нехотя, пропуская его вперёд, пока он не упёрся в молодую женщину с вьющимися мелкими медными кудрями волосами. Она выглядела серьёзной, пожалуй, даже слишком для подобного заведения, и этот диссонанс её несомненной привлекательности и где-то изящества, портили сурово поджатые губы и слишком пристально-холодный, однообразный взгляд. Велиар замер, рассматривая её, и она смело шагнула ему навстречу. Трансовая композиция плавно сменилась на более тягучую мелодию, подходящую для медленного танца.
— Привет. — Сказала девушка приятным тихим голосом с ноткой придыхания, похожим на мурлыканье. — Потанцуешь со мной?
Не дожидаясь ответа, она сама подошла и обвила его шею руками.
— Извини, не сегодня. — Велиар попытался скинуть её руки, но те оказались словно стальные. — «Что за…? В чём проблема?» — пульс поднялся до ста шестидесяти, он попытался применить свои силы. — Отпусти, мне надо на воздух. — Но убеждение не сработало.
— Конечно, милый, пойдём подышим, — произнесла девушка, без единой тени эмоции, и что-то кольнуло Велиара в шею. Чудом в этот момент он вырвался из цепких рук и опрометью бросился сквозь толпу. Совсем скоро тело стало размякать, ноги слабеть, а звуки и картинка резко двоиться. Под недовольные возгласы людей, за которых он цеплялся и распихивал, ему удалось выбраться к выходу.
«Что со мной? Мартти, это ты?! Прекрати!»
Вывалившись из дверей клуба, он почти повис на руках охранника, едва ворочая языком.
— Помо… по…
— Ещё один нажрался. — Недовольно фыркнул тот и отпихнул Велиара от себя.
Велиар, словно безвольная тряпичная кукла, перекочевал в другие руки. В этот момент его сердце так замедлилось, что он и сам едва удерживал сознание, на часах сбоку тускло замигал красный огонёк, а на табло высветились числа 48… 36… 33…
— Я заберу его, это мой друг. Спасибо, ребята, — мужской голос и смутный запах медикаментов исходил от этого… — «человека?» — Велиар приподнял голову, и последнее, что смог увидеть — лицо относительно мужчины, явно не знакомое.
20… монитор браслета застыл на этом числе.
— Может скорую вызвать? Он на ногах не стоит, кажется, даже в отключке.
— Ничего, с ним бывает. Я позабочусь о нём, не переживайте. Просто перебрал.
Велиар: Это ты сделал?!
Мартти: Что? Мы спим?
Велиар: Нет! Ты отключил мои дары, а потом и меня! Как тебе удалось? Немедленно верни меня назад!
Мартти: Даже если бы захотел, мне это не под силу, ты же знаешь.
Велиар: Хм… вот как, тогда у тебя проблемы.
Мартти: У меня? Что ты наделал?
Велиар: …
Мартти: Велиар!
Велиар: …
Мартти: Эй, не молчи!
Сначала он ощутил покалывание в пальцах рук, потом своё дыхание, тихое, почти незаметное. Остальное тело как будто не существовало.
— Давай, в машину его, — услышал Мартти женский голос.
— Где они остановились? — спросил другой, теперь уже мужской.
— В переулке, тут недалеко, решили не светиться, — снова заговорила женщина.
Теперь он слышал, как волочатся его ноги по каменистой поверхности.
«Я в теле? Я захватил сознание? Что происходит? Куда меня несут? Тело не слушается. Он опять пил? Или принял наркотики? В прошлый раз я именно так оказался на воле…»
— Лучше одеть на него ошейник, — сказал мужчина.
— Да, Первый. Только в машине, иначе он примет облик прямо посреди улицы, идиот.
— А, точно. Постоянно забываю.
— Твоя память и логика ухудшились после травмы. Нужно это исправить.
— Ты права, Вторая. Знаешь, что странно?
— М?
— Я не чувствую его сил. Как будто он обычный человек, и я ничего не могу перенять.
— Наверное, потому что я их блокирую.
— Нет, ты не понимаешь, я совсем не чувствую их, будто их нет.
«Плохо дело. Кто они такие? Они знают, кто я? Сколько я был в отключке?» — Мартти ощутил, как его перехватили покрепче, теперь по дороге волочились только кончики ступнёй, которые он начал ощущать. Получилось приоткрыть глаза. Так и есть, женские и мужские ноги, асфальт, лёгкий запах медикаментов.
***
Рейвен не стал дожидаться очередного представления от Мартти и пораньше отправился спать. Мартти или Велиар — ему уже было параллельно, кто из них ведёт столь разгульную жизнь, и сам он твёрдо решил, что завтра тоже пойдёт на сторону, и тогда посмотрим, кто кого перегуляет! Вдруг, поняв, что Мартти его теряет, тот одолеет своего демона? Сон не шёл. Он вертелся в пустой постели волчком и не находил себе места, хотя чувствовал, как сильно устал. Энергии через край, благо недостатка в туристах никогда не было, но вот эмоционально он был истощён.
Телефон дзинькнул: пришла СМС о резком росте пульса с браслета Мартти. Рейвен фыркнул и отвернулся, накрывшись одеялом с головой, как делают дети, чтобы почувствовать себя в безопасности, когда их что-то пугает. Телефон назойливо дзинькнул ещё раз. Рейвен проигнорировал сообщение. Больше он не поведётся на этот цирк! Хватит! Мартти ничего ему не должен, в конце концов, они не женаты, каждый волен делать что хочет.
Рейвен задремал. Он почти провалился в сон, когда его из забытья нагло вырвал Зигфрид, трясущий за плечо.
— Гейвен!
Рейвен подскочил на постели.
— Ты чего? Знаешь, который час?
— Где-то тги часа ночи. — С сомнением в голосе ответил Зигфрид с сильным баварским акцентом, чеканя и часто коверкая буквы, произнося «р» как «г», что веселило остальных. — Это сгочно.
Рейвен сразу насторожился. Ужели их логово отследили инквизиторы и храмовники? Уже месяцев пять они не видели никого из них, и это был добрый знак, однако Зиг, следящий за Ватиканом, заметил, что где-то с месяц дела у папского престола идут не очень. Их охрана стоит на ушах и что-то происходит в здании, где расположена лаборатория, однако ничего более конкретного узнать не удалось, ведь взломай они Ватиканский сервер, и охранная система тут же их вычислит. Рисковать нельзя.
— Что случилось?
— Магтти, с ним что-то не так.
Одно упоминание о Мартти и Рейвен с досадой поджал губы, уже представляя, что того привели пьяным в дрова, и теперь хотят, чтобы он с ним понянчился.
— И что с ним?
У Зигфрида в руке был включённый планшет, и он сунул его Рейвену под нос.
— Он так и не вегнулся, а его бгослет выдаёт стганные показатели. Гляди. Мне кажется, он в беде.
Рейвен нехотя взял сотовый и глянул на несколько непрочитанных оповещающих сообщений. Он начал вскрывать их одно за другим, и что-то внутри волнительно натянулось и зазвенело беспокойством. Теперь он понял, что имел в виду Зигфрид. Рейвен забрал у него планшет и стал всматриваться в показатели: система зафиксировала сильное волнение, даже испуг, пульс и адреналин зашкаливал, а потом всё вдруг ушло в низкие шкалы, но самым непонятным было другое — одновременно с этим, цветовые показатели ауры Мартти вдруг пропали, чего не бывает, даже когда нефилим или человек находится без сознания.
— Чёрт.
Рейвен нашёл место, откуда шёл сигнал, и подорвался одеваться, на бегу натягивая первое, что ложилось в руки.
— Скажи остальным, что у нас боевая тревога!
***
Мартти охнул, когда его закидывали как мешок в грузовой фургон, прежде туго защёлкнув ошейник и наручники. Щека прижалась к холодному шероховатому железу, плечо заныло от удара, но тело никак не покидала слабость.
— Смотри, очнулся, — Первый кивнул на распластанного Мартти.
— Быстро он, ошейник бракованный?
— Нет, сам проверял, новенький, рабочий.
— Тогда, где его крылья? — нахмурилась Вторая.
— Я же говорю, он странный. Может, мы ошиблись и взяли не того? — засомневался Первый.
— Это точно он, я долго изучала его дело, видела с десяток фотографий. Это точно бывший инквизитор Сайфер.
— Вы кто? — прохрипел Мартти, силясь приподняться, чтобы хотя бы сесть, но в ответ двери с пронизывающим грохотом захлопнулись, стало темно и слишком тихо. Звукоизолированный отсек фургона явно предназначался для перевозки «беспокойного товара».
Машина мягко тронулась с места. Мартти трудно было сориентироваться во времени, но благо часы с его руки опрометчиво не сняли, и теперь он узнал, что отсутствовал в реальности не менее недели: именно столько Велиар не выпускал его на волю и творил с его телом всё, что заблагорассудится. Но, едва дошло до проблем, как тот попросту предоставил Мартти решать их, да ещё и без способностей нефилима.
«Блеск! Так, ладно, думай. Сейчас три утра. Браслет работает, но этот идиот как всегда забыл его зарядить, батареи хватит лишь на пару часов. Меня должны отслеживать. Тревога, да! Тут есть тревожная кнопка». — Мартти дотянулся до крошечной боковой кнопки на корпусе часов, стилизованной под заводную головку, и зажал её. Нужно удерживать три секунды подряд и в штаб прилетит сигнал о тревоге. — «А дальше? Надо понять кто они. Говорили о моём деле. О нет, Ватикан? Велиар, ублюдок, как ты умудрился так опростоволоситься?!» — Мартти сокрушённо прикрыл глаза и безуспешно попытался призвать Велиара. Сейчас он был бы куда полезнее, но ответа не последовало.
— Дрянь! Как тело так «наше», а как проблемы так мои! Вылезай, эгоистичная скотина! — прошипел Мартти.
Фургон тряхануло, затем снова. — «Неровная дорога. Мы выехали за город?»
Индикатор на табло сообщил, что батарея вот-вот разрядится, и устройство отключится. Послышались взволнованные голоса, и фургон вздрогнул снова, так сильно, словно сверху на него упало что-то большое, отчего на крыше образовалась довольно глубокая вмятина, а по обшивке поползло множество толстых трещин, сквозь которые потянулся хоть какой-то, пусть и блёклый свет. Мартти услышал звуки выстрелов, гул, сопровождаемый яркими вспышками пламени, истошные крики, недолгий шум борьбы, а потом всё вдруг стихло. Мартти даже не успел рассмотреть сквозь трещины, что произошло, как дверцы фургона отворились с противным стоном деформированного металла и ему прямо под ноги швырнули не сопротивлявшегося Рейвена. Он был без сознания и уже в ошейнике, огромные чёрные крылья неестественно изгибались, что говорило о том, что они явно переломаны. Нефилима кое-как затолкали в фургон, и места стало катастрофически не хватать.
— Рей! — Мартти приподнял его голову, насколько позволяли наручники и едва отошедшие от парализующего реагента конечности.
Руки и лицо нефилима покрывала корка инея, отчего губы и кожа были синюшными, и складывалось неприятное впечатление, что он мёртв уже несколько дней. Машина снова завелась, продолжив свой путь на северо-восток от города.
Мартти пристроил Рейвена у себя на коленях и судорожно принялся отогревать его, мысленно проклиная Велиара за то, снова втянул их в неприятности. Радовало одно — они живы, ведь дай Ватикан указание об их уничтожении, это бы уже произошло. Что тогда они задумали? Что заставило их отказаться от казни и возиться с доставкой? И куда?
— Рейвен, очнись. Ну же… — он стал натирать щеки, уши и ладони, не понимая, почему тот такой холодный. Притянул его пальцы к губам и стал согревать дыханием.
Скоро Рейвен пришёл в себя. Он медленно и неохотно разлепил веки, чувствуя сильный холод и онемение на коже. Прямо над ним склонился Мартти, он услышал его обеспокоенный, но столь приятный голос.
— Я в порядке, — мрачно заверил он. — Ты сам-то как? Тебя не ранили? — Рейвен хотел его осмотреть, но протянутая рука так и не достигла цели, безвольно опустилась. Ему не хотелось касаться Велиара, хотя он прекрасно понимал, что где-то внутри заточен тот, кого он до сих пор любит, и когда этот обманщик явится в другой раз мириться, он снова сдастся, снова ему поверит.
— Нет, они только усыпили меня транквилизатором, но его действие уже прекратилось.