Глава 23. Между небом и землей (1/2)

Молох брёл по сильно пострадавшей после землетрясения центральной улице Стэнли, рассматривая происходящее вокруг без удивления, ведь слившись с Мелькартом, получил знания об этом мире, а их оказалось немало. Он постиг историю человечества за минувшие несколько сотен лет и понял, что с тех пор, как первый из падших искусил людей, посеяв в них семена таких эмоций, как ненависть, зависть, алчность и гнев, сменились лишь декорации. Люди остались прежними. Передаваемые из поколения в поколение через потомков, эти чувства распространились по всей земле. Но даже этого оказалось слишком мало, чтобы уничтожить любимцев Создателя. Молох всегда говорил, что вместо плетения скрытых интриг, нужно устроить открытую резню. Вот почему Небеса одним из первых лишили его возможности находиться в материальном теле. И всё-таки он успел зачать отпрыска, а тот следующего, пока один из рода по имени Мелькарт, не оказался достаточно одарённым и крепким, чтобы освободить из заточения и принять своего прародителя, установив с ним связь сквозь преграды измерений.

Врата распахнуты, а значит, будут призваны ещё сотни нефилимов, способных привести сюда своих предков. И Молох не сомневался, что именно он станет управлять этой армией. Кого-то он переманил на свою сторону, ещё будучи в плену. Люцифер, поглощённый собственной гордыней, даже не замечает, сколько вокруг желающих подвинуть его с престола. Всех недовольных его властью и готовых поквитаться с Королём Ада за тысячелетия заточения, Молох сумел сплотить и готов теперь вести за собой, дабы подчинить себе этот мирок. Помимо наращивания войска и штаба сторонников, стоило позаботиться об устранении веток потомков сильных падших, что смогли бы составить Молоху конкуренцию. Мелькарт в своё время так и не убедил прямого потомка Люцифера открыть врата, пришлось дожидаться, пока тот обзаведётся наследником, и только потом изящно избавиться от него, подставив перед служителями Ватикана, раскрыв его местонахождение. Сложность была лишь в том, что нефилим укрыл ото всех своего отпрыска, и Мелькарту пришлось несколько лет искать его по всей земле, пока однажды ему не явилось видение, благодаря которому он разыскал маленького Рейвена. Мальчишка был нужен Мелькарту только чтоб освободить демона Молоха, и он нашёл способ манипулировать им через самого близкого — Шеннон. Теперь Рейвен не нужен. Более того, его необходимо уничтожить, чтобы Король Ада никогда не смог покинуть свою темницу даже при открытых вратах.

Но были и другие властолюбивые падшие, коих Молоху следовало подчинить или уничтожить в самом начале своего нового пути. Молох вышел из адской клетки первым и потому хотел таковым и оставаться, забрав права на власть только себе. Не успев провести на земле и нескольких часов, он убить двоих потомков Асмодея, что ещё даже не знали о своей природе, будучи младенцами-близнецами. Их мать, которой Молох легко свернул шею прямо в собственном доме, и не подозревала, кем был её супруг, от которого она понесла двух чудесных малышей.

— Эй, мистер, здесь нельзя находиться! Опасная закрытая зона! — окликнул Молоха глухой голос пожарного в спецкостюме и шлеме с забралом. Молох нехотя обернулся, размышляя, раздавить человечку череп или же нет. Пожарный решил, что мужчина просто в шоке. — Вы не ранены? — спросил он, пытаясь поймать стеклянный взгляд.

— Нет. — Низким грудным и хрипловатым голосом отозвался Молох, впервые заговаривая с человеком напрямую.

— Вам нужно вон к тем машинам, вас отвезут в безопасное место.

Молох ничего не ответил, и не поблагодарив человека, направился в указанном им направлении.

Так, под какофонию сирен, паники и смерти, Молох начал своё шествие по земле.

***

Слегка прихрамывая на правую ногу, Рейвен брёл по пустому берегу, весь грязный и ободранный, словно только что вылез из могилы. Анимус увидел его первым и уже по цвету ауры приметил некоторые изменения в нефилиме. Но, главное — он жив. Анимус был убеждён, что нефилим не мог просто так сгинуть, даже после такого мощного удара и всего случившегося. Рейвен очень нравится ему, как и Мартти, и Шеннон. Будь он человеком, то хотел бы иметь такую семью. Обрадованный, мальчик замахал Рейвену рукой.

— Сюда! Мы здесь!

Рейвен улыбнулся. Он узнал мальчишку, и это была ещё одна частичка реальности, доказывающая, что он больше не в Аду. Едва он оказался в действительность, память быстро восстановилась, возвращая ему не только горькие воспоминания сломанного детства, но и хорошие, светлые, коих было несоизмеримо больше. Он вспомнил Мартти, сестру, да всё, что произошло. Смешение чувств и образов накрыли лавиной, чуть не погребя его под собой, но Рейвен жадно впитал всё, не желая больше забывать ни единой минуты своей жизни. Теперь он понимал, ради чего люди так хотят попасть в Рай. Для чего вообще живут, многократно повторяя циклы перерождений, и стремятся вернуться в этот мир. Он прекрасен! Рейвен, словно видел всё по-другому, как человек, что вдруг излечился от смертельной болезни, открывая перед собой все дороги и возможности, ещё не до конца осознавая, насколько оглушительно он счастлив.

Рядом с мальчиком стояла Шеннон, её он рад видеть больше всех. Сердце подпрыгнуло, он засеменил к ним, желая обнять обоих. Анимус вырвался вперёд ему навстречу. Рейвен искал взглядом остальных, но больше никого на берегу не было, и это нефилима беспокоило. Его эйфорию испортила тонкая нотка волнения и беспокойства. Анимус подлетел и обнял его, Рейвен прижал его к себе, приласкал мальчишку, взъерошил волосы.

— Вы в порядке? Целы? — он протянул руку сестре, и та крепко её сжала. Не надо лишних слов, он и по глазам видит, как она волновалась и как рада его видеть живым.

— Да, всё хорошо. Не переживай.

— Слава богу. А где Мартти? — сразу спросил Рейвен.

— Мартти так и не возвращался с вершины после того, как остался с тобой. — Анимус снизал плечами. — По крайней мере, я его не видел.

— Вот как. — Теперь Рейвен не на шутку заволновался, в голову сразу полезли дурацкие мысли одна краше другой. — Мелькарт напал на нас. Мы хотели все бросить и сбежать, а эта тварь стала угрожать мне, пообещав сохранить Мартти жизнь, если я открою врата. Я убью его! Где он?!

— Я не застал его, когда очнулся. — Угрюмо произнёс Анимус. — Должно быть, нас раскидало взрывом, так что он может быть где-то здесь.

— А где Азза?

— Он ушёл. Точнее, улетел.

— Куда?!

— Сразу, как только открылись врата, он поспешил вознестись.

— Понятно. Ну хоть у него всё в шоколаде, добился чего хотел.

— Он звал меня с собой.

— Почему же ты не пошёл с ним? Упустил такой шанс.

— Мне и здесь неплохо, — ласково улыбнулся ему Анимус, подмигивая Рейвену.

— Азза? — Шеннон прищурилась, будто что-то припоминала, и выражение её лица сменилось на обеспокоенное. — Ты говоришь о Шемхазае?

— Каком ещё Шахвзаде? — переспросил Рейвен.

— Азза… наш рыжий, долговязый ангел, с огромными крыльями, — подсказал Анимус. — А что?

Девушка выглядела очень растерянной.

— Рей, нам с тобой надо срочно закрыть врата, идём со мной! Она потянула его за руку.

— Стоп. Что?! Нет, я никуда не пойду. Мне надо найти Мартти.

— Вскрыв Ад, вы нарушили равновесие!

Рейвен не понял, отчего Шеннон так убивается, сама же буквально уговаривала его это сделать.

— Не «вы», а «мы» открыли. — Поправил он. — И сейчас это не самое главное, надо поскорее разыскать Мартти. Потом будем думать, что делать с вратами.

Анимус нахмурился, только теперь он стал замечать, что аура Шеннон стала куда шире и гораздо ярче, совершенно пропал депрессивный серо-синий тон, а местами она переливалась, словно опал, совсем как у Аззы.

Приметив на себе вопросительные взгляды Рейвена и Анимуса, девушка сказала:

— Не беспокойтесь. Я всё разъясню. Я не Шеннон. Она никуда не пропала, просто мы с ней стали едины, теперь я — это она, а она — это я, и в то же время… я Касикандриэра.

Анимус слушал с приоткрытым ртом. О том, кто она такая он читал в книгах. Хранительница равновесия, единственная, кому дозволено свободно ходить между всеми существующими мирами и пространствами!

Рейвен часто заморгал. Вот только этого сейчас не хватало! Он был бесконечно благодарен ангелу за то, что та вытащила его из адского плена, но не думал, что она будет расхаживать в теле его сестры! И вообще, всё, о чём он прямо сейчас мог думать — это Мартти.

— Он никуда не денется. Нужно немедленно запереть врата. Рейвен, где печать?

— Что?

— Кольцо Соломона, оно должно быть у тебя. — Касикандриэра не на шутку растревожилась.

— Я не знаю. Оно… кажется, кто-то снял его, когда я только оказался по ту сторону. — Рейвен напряг память. Того существа он не видел, но слышал. — Помню, что над ухом кто-то шипел. Короче… у меня его больше нет.

— Это плохо. Просто ужасно! — последнее ангел почти взвизгнула. — Вы даже представить не можете, к чему это приведёт в скором времени! Падшие, у кого ещё есть здесь потомки повылезают в этот мир и начнут воплощать свои гнусные планы! Они уничтожат всё и всех, кого вы любите. О, неразумные дети!

— Разве ты не можешь вернуться в Ад, найти того, кто своровал кольцо, и закрыть ворота? — удивился Анимус.

— Именно это я и сделаю. — Она решительно направилась к кратеру.

— Погоди, а как же Шеннон? Ты заберёшь её с собой?!

— Разумеется, — девушка распахнула огромные белоснежные крылья. От неожиданности Рейвен и Анимус шарахнулись от неё, не успели они и моргнуть, как Шеннон переместилась на вершину, выглядя теперь небольшой белой точкой. В небе летали вертолёты, и их яркие фонари обследовали местность, однако они как будто совсем не обращали внимания на Касикандриэру, зато заметили Рейвена и Анимуса.

— Оставайтесь на месте, помощь уже направляется к вам. — Послышалось в громкоговорителе.

Рейвен сапожно выругался, не постеснявшись присутствия Анимуса. Пред ним встал тяжёлый выбор: Мартти или Шеннон. Не последует за ангелом — никогда не увидит сестру, ведь если Касикандриэра запечатает врата, то пиши пропало. Шеннон навсегда останется в Аду! Никому на свете Рейвен не пожелал бы такой участи, особенно той, что вырастила его, как своего ребёнка. С другой стороны, был Мартти, которого он любил ничуть не меньше. А вдруг тот тяжело ранен, и ему нужна помощь? Или умирает?

— Что же делать… — решение пришло само собой. — Ним, как хочешь, но отыщи Мартти! А я лечу с ней.

Не успел мальчик хоть что-то ответить, как Рейвен юркнул в тень, подальше от прожекторов и взлетел, пытаясь догнать ангела.

— Блеск, — только и успел сокрушиться Анимус, ведь стоило Рейвену удалиться, как к нему подъехало сразу несколько карет скорой помощи. Сердобольные медики тут же окружили мальчика, стали его осматривать и задавать вопросы.

— Как тебя зовут? Где твои родители? Сообщили, что ты тут не один. — В глаза посветили фонариком, ощупали все конечности, укрыли пледом, когда убедились, что он цел.

— Анимус. Я один и потерял своего брата, — смекнул Третий. — Может быть, вы его видели? Он высокий, светловолосый, и у него глаза лазоревого цвета. Такие сложно перепутать.

— Как его имя?

— Мартти, его имя Мартти.

— А фамилия?

Мальчик замешкался. Какую фамилию назвал бы Мартти? Точно не свою настоящую, это было бы рискованно ввиду того, что их разыскивает Ватикан.

— Мм… Уолкер. — Произнёс он и с надеждой посмотрел на медбрата, который тут же стал что-то искать в тонком планшете.

— Нет, в списках, найденных с таким именем или фамилией, не числится.

— Какую территорию вы успели обыскать? — поинтересовался Анимус.

— Вообще-то, не так много, но с этой стороны подножия вулкана его точно нет. Тут полицейские прошлись уже с собаками. Не нашли ни живых, ни мёртвых. Не переживай, его обязательно найдут, а ты пока пойдёшь с нами, хорошо?

— Нет. — Твёрдо ответил мальчик, скинул с себя одеяло и побежал со всех ног. Стоило ему скрыться из поля зрения людей, как он попросту исчез в тенях, становясь полностью невидимым для человеческого глаза. Теперь он знал, что искать возле вулкана смысла нет, но куда ещё мог деться Мартти?

***

Тем временем на вершине, у самого края нетипично скоро затухшего вулкана, было неимоверно горячо и сложно дышать. И когда Рейвен добрался до Касикандриэры, застывшей у края, то услышал только: — У нас большие проблемы.

— Да? Куда больше-то? — попытался съязвить Рейвен, скорее на нервной почве, чем из желания поглумиться.

— Врата переместились. И теперь у нас ни кольца, ни нового места их расположения.

Замешательство Рейвена было недолгим.

— Ничего, отследим опять, только давай уже уберёмся отсюда, здесь полно людей и журналистов, нас могут увидеть. Необходимо всего лишь разыскать Мелькарта, он умеет это делать своим ясновидением, а чтоб ускориться, надо найти Мартти. — Всё опять сводилось к поиску Мартти.

— Сейчас не время думать о судьбе лишь одного человека! — с укором посмотрела на него Касикандриэра глазами Шеннон, хотя идея была хороша.

— Я понимаю. Но иного выхода у нас нет. Мартти нам нужен, как и Мелькарт. Найдём их — найдём врата.

— Они тоже нефилимы, и были возле врат, когда ты их открыл?

— Да, а что?

— Тогда с большой вероятностью мы ищем уже не твоих друзей, а падших или же демонов. — Ангел вздохнула. — Каков шанс, что они отказали своим прародителям в воссоединении?

Рейвен опешил. На Мелькарта ему было откровенно плевать. Даже узнай он о том, что тот пустил в себя какого-то демона, то ни капли не удивился. Мелькарт, с его лживой скрытной натурой и часто прорывающейся агрессивностью никогда ему не нравился. То, как он расправился с храмовниками и угрожал Мартти расправой ради того, чтобы добиться своей цели — много рассказало Рейвену об этом нефилиме. Ни о каком доверии речь больше не идёт. А вот если кто-то подселился в Мартти, это настоящая катастрофа, соизмеримая для Рейвена с незапертыми вратами. Одна мысль об этом и он побледнел, сознание лихорадочно заметалось, однако Рейвен взял себя в руки.

— Ты не знаешь этого инквизитора. Он упёртый как баран и никогда не сдаётся.

— В любом случае нам больше нечего делать в этом месте, найдём надёжное убежище, пока не появится хоть какая-то информация о вратах.

— Полностью поддерживаю.

***

Велиар: «А ты сильнее, чем кажешься. Почему не сдаёшься, малыш?»

Мартти: «Я не понимаю»

Велиар: «Твой разум не позволяет мне слиться с душой до конца. Слишком сильная воля, но ведь ты хотел отдыха, хотел умереть, исчезнуть»

Мартти: «Я и сейчас хочу этого. Мне незачем жить»

Велиар: «Нет, что-то в тебе сопротивляется. Но это ненадолго. А пока что ты мог бы принести мне больше пользы, находясь в сознании. Память и знания пока недоступны, поэтому я буду учиться у тебя. Посмотрю твоими глазами на этот мирок и все его новшества»

Мартти: «Но я хочу уснуть. Навеки...»

Велиар: «Чуть позже, дитя. И ещё, о наших беседах ты не расскажешь никому. Эта часть памяти под моим контролем, для нашей же безопасности. А теперь прекрати стонать и проснись»

Писк в ушах заставил Мартти очнуться и поморщиться. Дезориентированный, оглушённый, он чувствовал влажный песок под собой, и солёно-горький вкус подбегающих к самому лицу волн. Он не слышал, как пришли люди, помогли перевернуться, стали что-то расспрашивать. В ушах только писк, который прошёл, когда его уложили на носилки и погрузили в машину скорой помощи. Голоса, много суеты, лица, но глаза ищут только одно среди прочих.

— Сэр, вы слышите меня?

— Рей… — прошептали растрескавшиеся губы.

— Он произнёс имя. Сэр, оно ваше?

— Рейвен… — «Его нет?! Его больше нет… нет…»

— У него шок. Запишите имя. Внешних повреждений не видно, но, похоже, есть внутренние. Возможно, он пытался кому-то помочь, одежда вся в крови. Везите в больницу, срочно.

Медики удерживали крепко, что-то неприятно кольнуло Мартти в сгибе локтя, и снова мир поплыл у него перед глазами. Кислородная маска на лице и ласковая темнота.

Велиар: «О, как некстати. Нас пленили? Мог быть порасторопнее, и прекратить нытьё! Да, твой Рейвен сгинул, ну и что? Мы-то живы! Найдём другого. Между прочим, то, что он помер, не дало одному высокомерному выскочке вылезти наружу. А он мог бы всё испортить нам», — смешок — «Эй! Ты что, спишь?! Пф… Придётся всё брать в свои руки и действовать по обстоятельствам»

Анимус сбился с ног выяснять, кого и куда развезли из пострадавших. Направляли всех преимущественно в близлежащие две больницы, чуть восточнее самого Стэнли: северо-западную региональную больницу и отделение неотложной помощи больницы Мерси, на окраине Девенпорта, где имеется даже своя вертолётная площадка. Среди пострадавших не оказалось Мелькарта или Мартти Сайфера, но был некий Рейвен, что всеми родинками подходил под описание бывшего инквизитора. Мартти был жив, но, по всей видимости, сильно контужен, и потому его перенаправили вертолётом прямо в Мерси. Эту благую весть Анимус тут же сообщил остальным. Рейвен готов был лететь немедленно, но его не пустили.

— Куда ты в таком виде? — ворчала ангел. — Хочешь, чтобы у него глядя на тебя случился ещё и инфаркт?

Рейвен согласился потерпеть до утра.

Придя в себя и как следует выспавшись после столь тяжких приключений, все трое… то есть четверо, направились за Мартти.

Больничный комплекс Мерси, с красной крышей и выкрашенный в приторный цвет розового клубничного крема, состоял из нескольких трёх и четырёхэтажных зданий, густо окружённых лесом. Почти все триста восемь коек пустовали, пока в дежурную не поступили первые данные о пострадавших из Стэнли, которых доставят военными вертолётами. Персонал Мерси почти в полном составе выстроился на первом этаже, в вестибюле, переминаясь в тревожном ожидании, пока не поступили пострадавшие. Всего доставили около двадцати человек, в том числе Мартти, который на тот момент всё ещё был без сознания, под успокоительным.

***

Наступило утро, Велиару-Мартти удалось пробудить своё тело. Веки казались тяжёлыми и едва раскрылись, в глаза ударил яркий солнечный свет. Признаться, за ночь он уже стал опасаться, что его единственный из ныне живущих «костюмчиков», коварнейшим образом пленили и отравили. А дух Мартти, ещё присутствующий в некотором отдалении внутри, молчал и был совершенно бесконтактен, чтобы разъяснить Велиару ситуацию.

Поэтому, когда он проснулся и двинул пальцами руки, то внутренне возликовал, что недругам не удалось его поработить до конца. Однако к руке присосались прозрачные щупальца, отходившие от странного неодушевлённого существа. Что-то непрерывно вливалось в тело.

«Возмутительно!» — Велиар выдернул капельницу вместе с катетером, тут же ощутив первые признаки земной жизни, о которых, за тысячи лет успел позабыть — боль и кровь.

Затем он отодрал присоски от груди, а механическое чудовище у ложа протестуя запищало. Велиар опрокинул его на пол, и тот затих. Победа!

И всё же здесь было гораздо тише, чем в Аду. Островок блаженного безмолвия. Падший невольно застыл, сидя на больничной койке, прислушиваясь к окружению.

Он не сразу заметил, что в этой комнате не один: на соседней койке, испуганно сжавшись, на него смотрел другой пациент. Потом взгляд Велиара привлёк небольшой графин, наполненный чистой водой, стоящий на тумбочке. Не сразу поверив в это зрелище, он осторожно потянулся к нему, полагая, что тот лишь иллюзия и вот-вот пропадёт. Но графин оказался настоящим! Внутри вода! Велиар восхищённо поднёс его к губам и залпом выпил всё до капли, чуть не задохнувшись от жадности.

Эйфория от последнего доказательства, что он выбрался из Преисподней, переполнила его, и он засмеялся, ведь в Аду нет ни единой капли воды!

Сосед агрессивно-сумасшедшего парня в этот момент стал судорожно жать на кнопку вызова. Мужчина, явно за семдесят, седой и испещрённый морщинами, лежал на кровати с загипсованными ногами. Велиар встал, медленно подошёл к нему.

— Смертный, — самодовольно прошептал он, сияя золотом глаз, — трепещешь предо мной?

— Не подходи, псих!

— Тщ-щ-щ, — Велиар поднёс палец к его губам, вперился золотистым взглядом в его глаза и просто шепнул: — Не шуми, здесь так тихо, так хорошо без криков.

Мужчина пребывал в ужасе, но не мог издать ни звука, а через пару секунд, его сердце остановилось, не выдержав напряжения. Велиар раздосадовано потряс его.

— Эх, мрут как мухи, а ведь я только хотел расспросить.

В этот момент в комнату ворвались медсёстры и врач.

Велиар застыл, сморгнул, смотря на людей уже невинно-небесным взглядом, как мальчишка, которого застали за шалостью, и медленно отошёл от кровати несчастного.

— Что тут происходит? Почему вы не в постели? — врач кинулся к старику.

Велиара отвели к его койке, пока старика пытались безуспешно реанимировать. Падший смотрел с неподдельным интересом. Люди в белом занимаются попытками спасти от смерти других людей. — «Это жрецы? Я в их храме?»

— Прилягте, у вас сотрясение мозга, вам нельзя так резко вставать. Мы ещё не провели полноценное обследование. Как вы себя чувствуете?

Соседа Велиара накрыли простыней, врач пробормотал что-то про слабое сердце. Зафиксировали время смерти.

— Сэр, — медсестра вновь привлекла внимание юноши, — я спросила, как вы себя чувствуете?

— Живым. — Произнёс Велиар, после секундной заминки и обворожительно улыбнулся.

— Да, вам повезло. — Она покосилась на мониторы, валяющиеся на полу.

— Они сами умерли, как тот человек, — не моргнув соврал Велиар.

Покойника погрузили на каталку и увезли из палаты.

— Вот как, ну что ж… — девушка всё прибрала. — Скоро принесут завтрак, а вы пока отдохните. Вас правда ничего не тревожит?

«Она прислуга!» — догадался Велиар. — «Недурно, мне начинает здесь нравиться!»

— Да, есть кое-что. Вот в этом сосуде закончилась вода, наполни его. Следи, чтобы он не пустел. Если справишься, можешь прийти к моему ложу чуть позже. Я призову тебя. Пожалуй, я немного задержусь в вашем храме.

Медсестра нерешительно кивнула, но списала странное поведение мужчины на травмы и шок. В эту ночь многим пришлось пережить настоящие ужасы. Кто знает, через что прошёл парень.

— Отдыхайте, сэр.

***

Рейвен с негодованием смотрел на упёртую медсестру, которая никак не хотела их пустить к Мартти, да и вообще не готова была разговаривать сразу, как только на вопрос «кем вам приходится больной», Рейвен ответил: «Это мой брат… ну то есть муж, то есть… короче мы в этих… романтических». Нефилим сперва пытался уговаривать её, потом быстро прибегнул к угрозам, чем совсем не помог делу. Девушка перешла в глухую оборону и уже посматривала в сторону поста охраны в конце коридора, а поскольку ситуация в Стэнли прогремела в прессе, полицейских здесь было едва ли не больше, чем журналюг.

— Рей, хватит. — Шеннон, которой Каси давала возможность периодически «вести», взяла его под руку, видя, как тот начал заводиться.

В больнице полно народа, и разборками с медперсоналом, Рейвен привлекал лишнее внимание. Анимус понимал это. Он обошёл стойку ресепшена и улыбнулся озадаченной женщина, которой Рейвен уже успел испортить настроение.

— Мисс Хоуп, — прочёл Анимус на бейджике, — у вас такие красивые глаза.

— Спасибо! — вдруг расплылась та в улыбке. — Ты тоже милый.

— Вы наверняка устали и проголодались, перекусите, а мы пока навестим нашего друга. Мы сильно о нём беспокоились. Вы ведь нас пустите?

Аура девушки ярко переливалась, она источала дружелюбие и умиление.

— Конечно. Второй этаж, палата С36. А я пока схожу, попью кофейку. Хорошего вам дня!

— Мог бы сразу так сделать, — отчитал Анимуса Рейвен.

— Зачем мне было лишать себя удовольствия видеть, как ты убого пытаешься налаживать коммуникации?

Рейвен не заметил, как за его спиной Шеннон и Анимус переглянулись и заулыбались. Он фыркнул и пошёл вперёд, не терпелось обнять Мартти.

Велиар в этот момент сидел, с небольшим непониманием взирая на принесённые плошки, полные какой-то жижей. В одной была сероватая каша, вроде бы пахнущая молоком, а в другой — нечто зелёное и прозрачное, как лёд, но дрожащее при малейшем прикосновении, на ощупь упругое и склизкое. Он потыкал пальцем в странную субстанцию, игнорируя наличие ложки, но засунув обмазанный палец в рот, довольно зажмурился.

Сладость и солоноватость взбудоражили рецепторы. Ещё один восхищённый вздох, и он открыл глаза, заметив, что теперь на него уставились три пары незнакомых глаз.

Аура гостьи, щедро разошедшаяся на полкомнаты, была Велиару понятна. Ангел. Кроме всего, ауры других двух визитеров, тоже говорили о том, что они не люди. Симпатичный парень магнетической внешности — нефилим, и с ним рядом чистейший мальчик, что-то вроде мини-ангелочка.

Велиар с характерным причмоком высунул обсосанный палец изо рта и насторожился. — «Они знают кто я? ... Вряд ли, я не свечусь, по крайней мере, не больше, чем мой потомок. Для чего они здесь? ... Их кто-то подослал. Молох? Асмодей? Астарот? Эти грубые твари уже взялись за уничтожение конкурентов?» — Велиар затих, но глаза его засветились золотом, а пальцы почернели и удлинились когтями. Он готов был сражаться за право существовать в этом чудном мире.

Рейвен воспринял это как последствия шока и тяжёлой травмы. Недоверие и испуг Мартти вполне понятны.