23. Башня (2/2)

Но пока она дышала – она шла. Пока слышала голос, хоть один, – знала: ещё не одна. Пока хоть кто-то называл её по имени – Гермиона жила. Не Тёмная Леди, не предатель, не пешка, а просто человек, который всё ещё держится за смысл – пусть даже пальцы уже онемели.

— Завтра встреча с Орденом. Вы, я и мистер Забини. Будьте готовы. То, что вы увидите, изменит многое. У вас есть идеи – держитесь за них. Конец близок, но не для нас.

***

Гермиона Джин Грейнджер испугалась.

С утра Блейз обнаружил её постель пустой, а всё поместье – безмолвным. Она ушла. У неё не было другого выхода. После разговора с Люциусом, сжимая зубы от боли в рёбрах, Гермиона трансфигурировалась в голубя и улетела к руинам Хогвартса.

Она сама послала Драко сообщение. Сама настояла на личной встрече. А теперь… струсила.

От некогда величественного замка осталась лишь груда камней. Почти всё разрушено, кроме одного – самой дальней, самой высокой и самой прочной Астрономической башни. Она стояла, как и прежде, непокорённая, нетронутая её яростью.

В магловских религиях такие места называли по-разному – церковь, костёл, храм, мечеть. В её вере Астрономическая башня была святыней. Местом, где можно было приложиться к холодному камню в надежде, что он заберёт боль и исцелит душу.

Она влетела внутрь и, приняв человеческий облик, подошла к перилам, опираясь на них руками. Ветер пронизывал до костей, холод щекотал кожу, но она не колдовала одежду. Не нужно. Она нагая перед этим миром, и ей нечего больше скрывать.

Но один предмет всё же материализовала.

Небольшие часы – гладкие, тяжёлые. Вот бы повернуть время вспять… Застрять в вечности, в его прикосновениях, в искренности его взгляда. Или... раскрыть механизм, извлечь камень Времени и принять всю его тьму в свою душу. Казалось, внутри уже нет места для боли, но именно так она могла выиграть ту битву, что приближалась.

Полумна Лавгуд была величайшей провидицей, но даже она уступала одному человеку – Альбусу Дамблдору. Когда Гермиона училась на третьем курсе, он тайком передал ей маховик времени, сопроводив это словами: «Не всегда нужно играть по правилам времени. Иногда оно само струится в нас».

Она изучала всё: книги, предания, путешествовала по Египту, Франции, Польше, Марокко… И только старый мольфар упомянул камень, спрятанный в маховике. Тот, кто подчинит ему свою душу, сможет исполнить задуманное, но ценой почти непосильной.

Гермиона была готова. Всё было обдумано. Даже если этой ценой станет Драко. Она принесёт себя в жертву, чтобы та сила, что пробудится, знала – это плата за надежду.

В последний раз она коснулась холодного камня. А потом, вновь обернувшись голубем, вылетела из башни и, развернувшись в воздухе, кинула мощное, безмолвное заклинание:

— Бомбарда.

Астрономическая башня, последняя крепость её воспоминаний, обрушилась с грохотом, словно история захлопнула последнюю страницу.

На лужайке, между океаном и поместьем, стояли:

Блейз Забини – хмурый, без единой эмоции.

Люциус Малфой – крепко держащий жену за руку.

Аластор Грюм – опирающийся на свою трость.

И Драко Малфой – в тёмной мантии военного образца, с драконьими вставками. Он остриг волосы, когда-то падавшие на брови. Теперь они были короче. Почти незначительно, но Гермиона это заметила.

Голубь прорезал облака и стрелой устремился вниз. Приземлившись, она встала в полный рост, приняв человеческий облик. Пальцами пригладила волосы, закрыла глаза и запрокинула голову. В одно мгновение её тело было облачено в боевой наряд – корсет из той же драконьей кожи, узкие брюки, портупея с закреплённой палочкой и тем самым ножом.

Она зашагала спокойно, с прямой спиной, к людям. Встала между Блейзом и Люциусом. Они почти незаметно склонили головы.

— Аластор.

— Мисс Грейнджер. Неужели вы всё-таки решили явиться?

Она перевела взгляд на Драко. В его глазах плескался огонь и восхищение.

— Обеспечьте безопасность Ордена. Никаких импульсивных решений.

Нарцисса, стоявшая чуть в стороне, отпрянула от мужа. Лицо её вновь обрело ту холодную отстранённость, что граничила с заботой.

— А что будете делать вы, мисс Грейнджер?

Нарцисса всегда говорила мягко, но с уколом. Гермиона подумала: неужели она всё же считает её чем-то большим, чем угрозой?

— Побеждать, миссис Малфой.

Гермиона сделала шаг в сторону, вырвавшись из круга, полного взглядов, слов и ожиданий. Её шаг был тихим, но твёрдым, словно зов сердца, уставшего от решений. Драко сразу всё понял и пошёл за ней. Молча, как всегда рядом, но не навязчиво.

Они подошли к обрыву. Ветер бил в лицо, запах моря смешивался с чем-то древним и магическим. Волны внизу бились о скалы, как её мысли – беспокойные и неумолимые.

— Ты изменилась, — сказал он почти шёпотом, не отрывая взгляда. — Хотя… нет. Ты просто перестала прятаться.

Она не ответила сразу. Сжала пальцы на портупее, как будто это было единственное, что ещё держит её на земле.

— Не сейчас, Драко… — голос её был хрупким, как стекло. — Пожалуйста.

— Именно сейчас, Гермиона. Потому что, если не сейчас – потом может не быть. А я… не хочу больше ждать.

Она развернулась, и в её глазах он увидел столько боли, что мог бы утонуть. Не страха, не слабости. Боль, как у человека, который слишком долго нес чужую судьбу на своих плечах.

— Это не твоя битва. Ты должен просто уберечь себя и друзей.

Он усмехнулся, беззлобно.

— Всё ещё командуешь. Как будто мы в Хогвартсе, а ты – королева Пожирателей.

— Тогда всё было проще. Тогда я ещё верила, что всё можно исправить книгами и временем, — она улыбнулась, но в этой улыбке был надрыв.

— А теперь?

— Теперь я знаю, что время – враг. Если не укротить его первой.

Он подошёл ближе. Настолько близко, что она могла уловить запах его кожи, услышать биение его сердца. Она стояла, словно на краю бездны, и только его голос удерживал её от падения.

— Я знаю, что ты готова отдать всё. Но ты забываешь кое-что.

— Что?

— Ты не одна. Не теперь. Ни в этом времени, ни в каком другом. Не в одной из версий вселенной.

Гермиона закрыла глаза. И только тогда слеза медленно скатилась по щеке. Не от страха – от любви. Глубокой, безусловной, тяжёлой любви.

— Если ты пойдёшь за мной… ты можешь не вернуться.

— Тогда я не вернусь, но я буду с тобой.

Он взял её руку, бережно, почти священно. Поцеловал её костяшки, касаясь губами, как если бы это был обет.

— Мне страшно… — выдохнула она. — Не за себя. За тебя.

Он коснулся её щеки.

— Если бы я знала, что нас ждёт, — прошептала она, глядя в его глаза, — я бы никогда не пошла на Астрономическую башню.

— Тогда бы я поселился там, — ответил он, — и каждый день просто бродил бы по замку в тени, рядом с тобой. Только чтобы быть. Слышать. Видеть.

Она рассмеялась сквозь слёзы. Потом резко притянула его к себе и прижалась лбом к его груди.

— Я не остановлю тебя, если ты захочешь спасти меня. Но ты должен знать – я сделаю то же самое. Даже если это разрушит всё.

— Тогда мы разрушим это вместе. И построим заново.

Гермиона была пылью под его веками – невидимой для мира, но неотделимой от его взгляда. Блейз хотел бы спрятать её, сохранить как реликвию – уберечь, укрыть от всего. А Драко... Драко давал ей свободу. Он не пытался удержать её, не ставил преград, но всегда оставался рядом, протягивая руку тогда, когда она сама готова была её взять.

Они не были двумя половинами – они были одной стихией. Сливались, как ночь и звёзды.

Гермиона Грейнджер. Тёмная Леди – когда-то. Умнейшая ведьма – всегда. Победительница – непременно.

Драко Малфой. Пожиратель смерти – в прошлом. Любимый – без срока. Величайший маг и генерал – в будущем.

Но сейчас, здесь, перед ней стоял не герой и не тень её прошлого. Перед ней был мужчина, который не собирался умирать за неё. Он собирался жить. Жить с ней, ради неё. И, возможно… если судьба будет хоть немного милосердна – долго и счастливо.