глава 4 (1/2)
За окнами паба все так же висело ртутно-серое небо, едва подсвеченное кисельным солнцем. Вешалка при входе, несмотря на ранний час, была увешана дождевиками, плащами и тонкими яркими пуховиками новоприбывших туристов, которые рассчитывали потратить день на отдых, а воскресным утром насладиться праздничными гуляниями в честь Дня рыбы. На фоне потрепанных, немного сонных и разношерстных семей и парочек компания из двух лохматых парней с синяками под глазами все равно смотрелась странновато.
Римус сгорбился над переводом древних рун, на который не хватило ночи. Даже сейчас он сидел в шарфе, чувствуя пробирающий от недосыпа озноб, и отрывался от дела только для глотка паршивого кофе с рыбным привкусом. Под глазами залегли глубокие тени то ли от усталости, то ли от набирающей силу луны. Ему так хотелось приблизиться к разгадке, почувствовать Великое Озарение, решить проблему за пару минут со смехом, но пока что в голове роились обрывочные мысли о значениях рун и бесконечные идеи, как поправить готовящийся к публикации рунный словарь. Под ложечкой сосало неприятное ощущение собственной неполноценности, выползающее наружу каждый раз, когда разгадка задачи занимала больше приличного количества времени. Такая ерунда, как расшифровка рунной последовательности, не могла занять больше пары часов даже у школьника, берущего продвинутый курс, но Римус то и дело наталкивался на сложности, усталость мешала ухватить за хвост дельные посылы и перемешивала штрихи в голове.
Сириус поставил тарелку с тостами между обрывками бумажек.
— Джеймс скоро будет, Пит остался в городе и сказал, что хочет повнимательнее поработать над образцами в лаборатории, — он усмехнулся и сел на скрипучий стул, параллельно убирая свалявшиеся от бессонной ночи волосы резинкой.
— Что и требовалось доказать, — Римус не поднял головы, только крепко зажмурился и потер глаза руками. — Я вот ничего не могу доказать, эти сраные руны в полном беспорядке, их чертил какой-то идиот!
— Дай-ка мне посмотреть… Это там так было или ты перевернул мне показать?
— Что?
— Лагуз, она перевернутая, — Сириус подвинул листок с последовательностью обратно Римусу и указал на руну, напоминающую цифру один. Только перевернутую вверх ногами.
— О, Мерлин..!
— Не думал, что вы будете так рады меня видеть! — Джеймс появился рядом совсем неожиданно, так, что Лунатик почти опрокинул остатки кофе на драгоценные записи, хранящие ночной поток воспаленной мысли. Все и так выглядело безобразно, как будто личный дневник пубертатной язвы, исчерканный в порыве праведного гнева. Сириус никогда не видел такого бардака в заметках педантичного Римуса, но пока что решил не лезть, и без того что-то казалось неправильным.
— Наконец-то! Ну, рассказывай, что там с Морли.
— Во-первых, ее зовут Айрис. Будем называть так, чтобы не путать с отцом, у меня эти фамилии уже в голове слились в одного большого крысиного короля, — Поттер снял тренч и бросил его на спинку стула. — Колдомедики впервые получили жертву проклятия так быстро, поэтому смогли зафиксировать динамику развития состояния. Они говорят, что это буквально глубочайший сонный транс. Он набирает силу с течением времени и в конце-концов становится неотличим от комы, мы нашли Айрис вовремя.
— Как это проявляется? Какие исследования они провели? — Римус наконец-то оторвался от бумаги, лицо его вдруг смягчилось, как будто он узнал нечто способное исправить ситуацию и принести ответы.
— Посмотрели кровь и изучили активность желез головного мозга. Усиленно работает эпифиз, он непосредственно влияет на сон и его глубину. Пробудить жертву без четкого понимания, что вызвало гиперстимул, не удается, нужно искать источник и причину.
— По крайней мере, у нас есть хоть какая-то информация. Плюс на мельнице мы нашли парочку странностей…
Начали не с обмена открытиями, напротив, первое, что рассказал Сириус — о ночных сатанистских приключениях. Их совершенно позорно задержали пузатые бобби, скрутили и посадили в ржавый Форд, чтобы допросить в отделении в ближайшем городке. Несколько часов мистер Люпин и мистер Блэк провели в вонючей комнате с желтыми прокуренными стенами, объясняя, что приехали к деревушку на экскурсию в честь грядущего праздника. Дурацкое удостоверение Сириуса не сработало, буквы внутри совсем расплылись от влаги, так что пусть пыль в глаза констеблям никак не удавалось.
При них нашли несколько пакетов с ватными палочками, склянки, карты, записки… Самый подозрительный набор, не хватало лишь парочки черепов и черной свечи, чтобы окончательно убедить полицейских в принадлежности к компании местных сатанистов. Толстый рыжий усач, с лицом, покрытым оспинами, медленно писал протокол и отчитывал слишком веселого Сириуса: на его губах играла улыбка, он все время бренчал наручниками, постукивая браслетами об ножку стола, и ни на секунду не закрывал рта. Но очаровательные речи не играли никакой роли в случае Блэка, потому что тяжелая кожаная куртка, длинные волосы и обилие татуировок для блюстителя порядка означали только одно — перед ним сидит очередной ненормальный пацан, вообразивший, что связь с Сатаной непременно привлечет к нему всех девок мира.
Тихий молодой человек в свитере смущал констебля Тоу еще больше: не было понятно, как он оказался на месте вандалистического преступления, но рассекающий лицо шрам и массивные ботинки откровенно напоминали о задержаниях бритоголовых парней, которые так любили нападать группками на неагрессивных граждан субботними вечерами. Да, Тоу ухмыльнулся, вспоминая, как мальчишки в подтяжках в страхе разбегались, только заслышав сирену где-то вдали, и бросали скрюченную на асфальте жертву. Но этот говорил спокойно, с легким местным акцентом, пытался убедить, что учится в Уэльском университете и просто изучал местную архитектуру вместе с другом.
Около трех часов ночи им удалось отбиться от блюстителя порядка с помощью невербального Обливиэйт. Сириус пытался применить чары примерно сорок раз, шептал, бормотал, заставлял Тоу беситься, но в итоге справился. На руках остались красные вмятины от наручников, аппарация в гостиницу забрала последние силы — спасибо, что никого не расщепило в процессе, хотя от внезапной магической вспышки взорвалась лампочка в номере. Еще полчаса Римус собирал осколки и выбирал стеклянную крошку из короткого ворса ковра.
— И к чему это, Бродяга?
— Просто! Но тут правда побывали какие-то чудаки, этот осел рассказал, что несколько раз приезжал на вызовы к мельнице, — Сириус закурил самокрутку.
— И не находил никого, — Римус задумчиво грыз кончик ручки, возвращаясь к разговору между переводом руносочетаний. — Только дед, этот, Самайн, каждый раз оказывался рядом. Ерунда, а не наводка, по всей Англии живет куча представителей «Ордена Девяти Ангелов», но они не способны даже искры магии пробудить. Наряжаются в черное и детей пугают, не больше. Чтобы вызвать простого демона, надо уметь проводить ритуалы и иметь палочку, но никто, обладающий хоть толикой способностей и мозгов, не станет…
Джеймс прервал бессмысленное обсуждение, ощущая, что нить здравого рассуждения окончательно рассосалась. Он попросил разрешения взглянуть на записи и частично готовый перевод Сириуса, полагая, что сходу сможет заметить какие-то необычности. Зря, Поттер никогда не отличался внимательностью и не проявлял особенных способностей к чтению рун, поэтому тут же расстроился.
— Убери руки! Ты все перепутал, — Люпин шлепнул друга по пальцам и стал пересобирать рунную цепь. Каждый символ был зарисован на отдельном обрывке бумаги и пронумерован арабскими цифрами, как это полагалось делать при работе с текстами такого рода.
Это случилось. Вдруг с глаз упала пелена, мозг заработал, перевернутая Лагуз, водная, потоковая руна, заняла правильное положение. Римус зашелестел бумагами.
— Собирайтесь, пойдем на мельницу, — он сгреб все со стола в сумку, опустошил кружку одним глотком и стал тщательнее заматываться с шарф.
— В чем дело? — Джеймс знал, что пытаться остановить друга бесполезно, так же, как и задавать вопросы в момент просветления. Он отсчитал купюры и осторожно положил их рядом со счетом, опять забывая забрать его с собой для отчетов.
— Покажу на месте. Ну, давайте, я хочу смыться отсюда до вечера. От влаги кости ломит.
***
По пути Римус объяснял суть, пытаясь подбирать максимально простые слова для друзей, никогда не пытавшихся разобраться в премудростях рунной магии. Простейшие комбинации изучали еще на начальных курсах Хогвартса, но со временем смыслы и значения забывались, движения палочкой становились автоматическими и знание утрачивалось в процессе рутинизации. Лунатик же проглотил «Словник чародея» и справочник «Магических иероглифов и логограмм» за полгода, читая книги в школьном больничном крыле после полнолуний в надежде отыскать лечебные формулы или подсказки о том, как преодолеть его болезнь. С ликантропией руны не помогли, но зато подстегнули Люпина к выбору научного интереса и будущей профессии, стали опорой во взрослой жизни после войны. Редкий навык помогал зарабатывать на квартиру и мелкие расходы, обеспечил место свободного слушателя на кафедре Рунической магии в Королевском колледже и материал для докторской диссертации. Поэтому сейчас ему было немного стыдно: не заметить простейшую ошибку в механических рунах за столько часов перевода…
— Вот, смотрите сюда, — Римус чуть подпрыгнул, пытаясь ткнуть пальцем точно в высеченный на деревянной лопасти колеса знак, — это базовая руна изобилия, вместе с Лагуз они вместе усиливают водный поток, заставляют колесо двигаться вне зависимости от графика приливов и отливов. Но!
— Но она перевернутая, я тебе об этом сказал, — Сириус кивнул, стоя с руками, засунутыми в карманы.
Джеймс внимательно слушал и записывал краткое саммари речи друга, чтобы потом внести его в очередной отчет.
— Если Лагуз перевернуть, спасибо, Сириус, за твою врожденную внимательность к деталям и зоркий взгляд после получаса сна, — Римус закатил глаза и тут же вернулся к рассуждению, — если Лагуз перевернуть и сместить на несколько градусов, она превращается в знак спокойствия и становится похожа на Ису. Джеймс, не смотри на меня так, я потом сам тебе все запишу! Лагуз и Иса. Иса может погружать в транс, в исследованиях мы используем ее для фиксации в медитативном состоянии, наложить руну можно только на себя. Однако в случае с Лагуз…