Глава 17. Счастье с открытыми глазами (2/2)

В глубине Лавки раздается громкий смех, в котором он узнает голос Лины, а затем тихий лай Альты. Изнутри доносится лишь больше детского смеха, заставляя Драко слегка хмуриться.

— Чем они там занимаются? — интересуется он, когда кофе перестает сыпаться из кофемолки, не ожидая ответа.

Марк поворачивает голову, смотря на него через левое плечо, попутно продолжая формировать кофейную таблетку в холдере.

— Честно? Понятия не имею… — Он вставляет холдер в рабочую группу кофемашины, нажимая пролив воды. С небольших носиков почти тут же начинает литься эспрессо в небольшие железные питчеры. — Элейн читала в зале, пока вы не пришли. А что теперь… — Марк прерывается, выключая пролив, когда раздается негромкий писк секундомера. — Понятия не имею. Наверняка смотрят что-то в телефоне.

Драко поджимает губы, не сильно кивая. Он складывает руки на груди, пока Марк продолжает готовить кофе для них.

Его хватает ненадолго. Буквально на пару секунд детского смеха.

Он слышит тихий смешок Марка, что раздается ему в спину, когда Драко все же не выдерживает и направляется вглубь книжного.

Небольшой коридор не сильно завален книгами, и он быстро проходит внутрь. На большом столе в центре аккуратными стопками лежат новые издания книг. Их пестрые обложки привлекают внимание читателей, но не задерживают внимание Драко.

Детский смех раздается за полками книг в самом конце, и Драко на время останавливается, не решаясь нарушать детское мгновение. За книгами раздается детский шепот, который Драко не может разобрать. Доносится усмешка Лины.

Ее голос он узнает. Отличит от остальных.

Драко сглатывает. За его спиной раздается звон колокольчика, и детский смех попутно стихает. Проходит пару секунд, как девочки выходят из-за книжного шкафа.

Лина резко останавливается, замечая его. Она поднимает голову вверх, чтобы лучше видеть из-за козырька зеленой кепки. Альта следует за ней, идя бок о бок. Она достает Лине до талии своим крупом.

— Драко?

Драко улыбается, смотря на свою мартышку.

— Веселитесь?

Лина слегка поджимает губы, сдерживая свою ухмылку, но у нее это почти не выходит. Элейн стоит рядом и улыбается с розовыми от смеха щеками. Она поправляет свое летнее платье в горошек, опуская взгляд вниз.

— Пошли, мартышка, твоя мама наверняка нас заждалась.

Драко протягивает ей руку, и Лина с удовольствием вкладывает свою ладошку в его. Он не сильно сжимает ее маленькую ручку в своей и подмигивает, когда Лина поднимает на него взгляд.

— Пока, Лина, — быстро проговаривает Элейн, и Лина поворачивается, маша ей рукой. Обе девочки широко улыбаются, переглядываясь друг с другом.

— Пока!

Драко наблюдает за тем, как Элейн вновь скрывается за книжными полками, и опускает взгляд вниз.

— И чем вы там занимались? — спрашивает он, пока они идут на выход.

Лина пожимает плечами, не смотря на него.

— Ничем… Элли показывала смешные видео на телефоне. Даже Альте они понравились. Да, Альта? — Его собака тут же издает несильный лай, стоит Лине к ней обратиться, и Драко усмехается, качая головой.

Кажется, теперь это не только его собака.

Хотя…

Лина знала ее раньше, чем он узнал о ее существовании.

Прямо здесь. В этой кофейне.

Почти ровно год назад.

Просто один слишком жаркий день. Холодный лимонад. И объявление о том, что щенки ищут хозяев. Одно мимолетное желание и клик на страничку сайта.

Просто одно мгновение.

Судьба…

Когда они выходят в основное помещение, Марк готовит кофе, а за одним из столиков у окна присаживается взрослая женщина с небольшой пушистой собачкой.

Бежевый шпиц, а Драко уверен, что это именно эта порода, начинает лаять при виде Альты, но немецкая овчарка не обращает никакого внимания на маленькое тявкающее существо. Женщина одаривает Драко извиняющейся улыбкой, пытаясь успокоить свою собаку, которой явно недостает дрессировки. Многие хозяева не крупных собак почему-то часто забывают, что их тоже надо дрессировать, и это жутко его раздражает.

Драко забирает пакет с выпечкой со стойки и два апельсиновых холодных кофе на подстаканнике. Марк оборачивается к нему, отрываясь от приготовления кофе на пару секунд, улыбается и кивает. Драко отвечает ему тем же.

— Пока!

— Пока, малышка!

***

Теплый ветер просачивается в квартиру и проходит насквозь, прямо сквозь открытые окна гостиной и кухни. Мягкое вечернее освещение локальных светильников не режет светом в глаза, потому что Гермиона терпеть не может яркость основных ламп.

Драко нарезает салат в миску, наполняя кухню звуком того, как нож проходит по деревянной доске, прорезая куриную грудку. Рукава его рубашки закатаны до локтей, позволяя Гермионе любоваться предплечьями.

У нее явно есть кинк на мужские руки. Длинные пальцы… вены…

— Что-то интересное?

Она поднимает взгляд на Драко, который смотрит на нее с явной усмешкой, вполне понимая, почему она буквально зависла во времени и пространстве.

Гермиона сглатывает, смотря в почти темные глаза напротив. Ее губы растягиваются в мягкой ухмылке, и она подходит ближе, поворачиваясь, привлекая внимания Драко.

Он откладывает нож на доску для резки, слегка наклоняя голову. Его глаза бегают по ее лицу, ища ответа, но не находя его.

Ему запрещено быть таким красивым. Это невозможно.

Гермиона слегка прищуривает глаза, почти обжигая его взглядом. Облизывает губы, на которых тут же сосредотачивается все внимание Драко, а его глаза заметно темнеют. Но не от освещения, а от желания, что страстью накапливается в них.

Теплый ветер проходит сквозняком сквозь них, пытаясь остудить, но, кажется, что воздух между ними не дёргается, застывая и нагреваясь от их собственных тел.

Поток воздуха ерошит волосы Драко, слегка приподнимая их, привлекая внимание Гермионы, и ее рука тут же тянется наверх. Она проводит по его мягким белым прядям рукой, зачесывая их назад. Драко поддается вперед, к ее руке, к ней.

И в какие-то секунды между ними не остается воздуха. Он оказывается слишком близко, а его ухмылка становится только шире. Гермиона не замечает, как начинает оттягивать его волосы.

А его губы мягко касаются ее собственных. Едва заметно. И еще.

Драко обхватывает ее верхнюю губу своими. Его руки обхватывают ее талию, ложась на ней теплым грузом. И больше ничего не надо.

За спиной раздается тихий лай, а затем крик Лины, и Драко отрывается от нее, смотря поверх ее головы. Гермиона поворачивается в его руках, смотря на то, как Лина пытается удержать пасть Альты, видимо, чтобы она больше не лаяла.

Мартышка поворачивается в их сторону, смотря с немного виноватым выражением лица, продолжая пытаться удержать морду Альты своими руками. Драко усмехается, прижимая ее спиной к себе. Гермиона чувствует небольшое уплотнение в области поясницы, но сдерживается.

— Черт, Ферри! — вдруг бросает Драко, и Гермиона поворачивает голову в самый нужный момент, наблюдая за тем, как Ферри смотрит на Драко своими широкими глазами, готовясь спрыгнуть вниз со столешницы, а в его пасти находится кусок куры, которую резал Драко.

Никто из них не успевает ничего сделать, как белый кот уже спрыгивает вниз и убегает в одну из комнат со своей добычей в пасти. Лина громко смеется, явно наблюдая за всем этим.

Гермиона тоже позволяет смеху разлиться по венам.

Он наполняет и поглощает душу, обволакивая ее теплом и ярко-оранжевым свечением.

Лина наконец останавливает свои попытки удержания Альты. Она встает с дивана, оставляя собаку на нем одну. Альта только поднимает свою морду, наблюдая за ней.

— Что вы готовите? — спрашивает Лина, подходя к ним.

Драко кладет свою голову Гермионе на левое плечо, пока Лина с интересом рассматривает то, что стоит на столешнице.

Ее глаза вмиг наполняются восторгом, когда она замечает ингредиенты, и она смотрит на Гермиону этими большими яркими глазами, которые буквально излучают лучи счастья.

— Мое любимое? Да?! Да? Да? Мам?! Это то, что я думаю.

Гермиона только широко улыбается с выражения лица дочери, слегка кивая головой. Потому что это так. Запеченные каннеллони с горгонзолой и рикоттой действительно одно из любимых блюд Лины.

Драко тихо усмехается, и тихая усмешка ласкает ее ухо.

Лина взвизгивает, крутясь вокруг себя на одной ноге. Она широко улыбается, а затем разворачивается и убегает обратно на диван, падая на него, продолжая смотреть телевизор.

Гермиона бросает взгляд на миску в которой смешала начинку для каннеллони, которая состоит из: горгонзолы, рикотты, пармезана, яйца и специй. Рядом стоит открытая пачка пасты и лежит специальный пищевой пакет.

Она ведет взглядом дальше, замечая продукты Драко, который уже успел нарезать грушу и добавить листья салата в миску.

— Нам надо продолжать, а то ребенок скоро станет голодным, — тихо произносит она, зная, что на оставшуюся готовку понадобится минут сорок.

Драко убирает свои руки с ее тела и ей сразу становится холодно, будто ее лишили единственного источника тепла. По рукам распускаются мурашки от резкого потока ветра, который продолжает ходить порывами сквозняка сквозь квартиру.

Гермиона наблюдает за тем, как Драко приступает к своей работе. Он качает головой и прицокивает, смотря на пару нарезанных кусков курицы, которые остались, как улики, на пути к свободной комнате. Хорошо, что Ферри стащил лишь небольшой кусок из стопки нарезанных.

Гермиона поджимает губы, сдерживая улыбку из-за проделок своего кота. Справедливости ради, она никогда не ругала его сильно за такие преступления, а порой даже подкармливала, когда белый кот сидел рядом.

Драко слегка тыкает в нее локтем, и Гермиона встряхивает голову, усмехаясь. Она обходит Драко, не забывая провести рукой по его пояснице, из-за чего нож падает из его руки, и встает возле плиты, чтобы приготовить соус бешамель.

Они тратят на приготовления не больше пятнадцати минут. Драко, закончив с нарезанием и заправкой салата, помогает начинить каннеллони получившейся смесью. Вместе они собирают все в небольшом противне, обильно поливая соусом, который сделала Гермиона, и посыпают сверху натертым пармезаном.

Гермиона убирает блюдо в духовку, предварительно накрыв фольгой, а затем они присоединяются к Лине на диване, смотря какой-то сериал по одному из развлекательных каналов, которые Лина почти никогда не смотрит. Альта уступает Драко место, ложась теперь на полу, а мартышка почти тут же заползает Гермионе под бок, устраиваясь поудобнее.

И счастье находится в мельчайших моментах, если знать и обращать на это внимание.

На экране телевизора раздается смех, а глаза Гермионы непрестанно следят за серо-голубыми глазами напротив, которые также не отрываются от ее собственных. Лина смеется, наверняка, очередной шутке, что сказали в сериале, и Гермиона ловит себя на том, что улыбается, прижимая свою малышку ближе к себе.

И каждый ее жест не остается незамеченным для его глаз. Полных любви, надежды и беспредельного счастья.

***

— Ой, забыла!

Лина тут же встает с кровати, только успев в нее лечь. Драко наблюдает за мартышкой, сидя у изголовья ее кроватки на полу с книгой в руках, которую выбрала Лина, уговорив его почитать ей перед сном.

Драко не мог отказать.

Лина достает что-то из своего шкафчика, а потом быстро подходит к нему.

— Это тебе, — быстро произносит она, протягивая руку в его сторону и открывая ладошку. Внутри лежит тонкая полоска из черного бисера, который местами сменяется вкраплениями серого.

Драко аккуратно протягивает руку, забирая из ладони Лины свой подарок. Скрученная полоска бисера теперь свисает с его пальцев вниз, отблескивая местами от света лампы, что горит за его головой.

— Браслет?

Лина быстро кивает, прикусив нижнюю губу, и Драко медленно улыбается, смотря на браслет, что держит в руке.

— Поможешь? — приподнимая брови, спрашивает он, указывая подбородком на подарок в руке.

Лина с энтузиазмом широко улыбается, забирая браслет из его руки. Она бережно закрепляет его на запястье Драко. Браслет идеально подходит ему, не сваливаясь сильно назад и спокойно застегиваясь на руке. Это даже не удивляет.

Драко подносит руку ближе к себе, внимательнее рассматривая браслет, который сделала для него Лина, обращая внимание на то, с какой разностью между друг другом находятся черные и серые бусины, будто что-то означая.

— Это что-то значит? — слегка хмурясь, спрашивает он, поднимая голову на свою принцессу. Драко поджимает губы, когда Лина закусывает нижнюю губу и заметно сглатывает, складывая руки спереди и смыкая их.

— Мгм, — тихо мычит она, будто боясь ответить на его вопрос.

Драко продолжает выжидающе смотреть на нее, и она отводит взгляд, предпочитая смотреть на пол, а не на него.

— Принцесса?

— М?

— Посмотри на меня, пожалуйста, — с нежностью произносит он, и Лина тихо выдыхает.

— Это значит… Это значит «будь осторожен…»<span class="footnote" id="fn_36733977_0"></span>

Внутри него разносится привычное тепло от ее слов. То самое, что всегда раньше ассоциировалось с ее матерью, а теперь и с ней. С семьей. С самым дорогим, что есть на свете.

— Мне нравится. — Он улыбается, смотря на нее. — Спасибо.

— Правда?

— Ты боялась, что мне может не понравиться?

Когда она тихонько кивает, Драко отбрасывает книгу на пол и хватает Лину за талию, заставляя ее почти упасть на себя. Он крепко прижимает ее к себе под ее детский смех.

— Мне не может не понравиться ни что, чтобы ты не сделала, — шепчет он ей в макушку.

— Даже если я буду себя очень плохо вести?

— Даже если ты будешь себя очень плохо вести, ты навсегда останешься моей принцессой.

— И ты не уйдешь? — тихо спрашивает она, на мгновение замолкая.

Драко слегка хмурится, не понимая, почему она может вообще о таком думать. Откуда в ее маленькой головке могут быть такие вещи. Но…

— Я никогда не оставлю вас с мамой. — Она поворачивает голову, смотря в его глаза, всматриваясь своими темно-карими. — Обещаю, — продолжает он. — Я никогда вас не оставлю и не уйду. Почему ты вдруг так решила? — спрашивает он спустя несколько мгновений тишины, проводя рукой по ее волосам.

Лина дергает плечами, опуская взгляд вниз, начиная играть с краями своей цветастой футболки с изображением далматинца.

— Просто… просто у Элли уходили… и я… — Она поднимает на него свои глаза цвета горького шоколада, смотря с долей страха. — И я не хочу, чтобы ты уходил. Ты… ты хороший… И делаешь маму счастливой… И, — она делает глубокий судорожный вздох, — у тебя есть собака.

Драко не сдерживается, смешок слетает с его губ от последнего упоминания. Этот смешок будто размораживает холодный воздух вокруг, делая атмосферу более легкой.

Губы Лины слегка дергаются в подобии улыбки.

— Обещаю, вы мои девочки, Лина. И я никому вас не отдам и никогда не откажусь от вас, чтобы ни случилось…

Лина успокаивается, прижимаясь к его груди, позволяя Драко обвить ее в своих объятиях. Он начинает слегка покачивать ее, и совсем скоро она так и засыпает на его ногах, положив голову ему на грудь.

Книжка остается бесполезной лежать на полу, а Драко остается без понимания того, что переводя значение браслета, Лина перевела ему все кроме последнего слова.

Такого простого и страшного для шестилетней девочки, состоящее из трех букв, которые значили бы для Драко весь мир.

***

Драко аккуратно прикрывает дверь в комнату Лины. Он не успевает отойти от нее, как открывается входная, и Гермиона входит в квартиру. Их взгляды тут же встречаются, притягиваясь друг к другу словно магниты с противоположными полюсами с разных частей квартиры.

На ее лице появляется мягкая улыбка, что отображается на его собственном. Она указывает головой в сторону комнаты Лины, снимая кроссовки, и Драко опускает подбородок вниз, кивая, говоря этим, что Принцесса спит.

Он не сразу ушел из комнаты, стоило Лине уснуть в его руках. Он слишком долго держал ее так, продолжая слегка покачиваться. А его взгляд не отрывался от браслета на правом запястье.

Будь осторожен…

Слишком сильно. Слишком часто он слышал эту фразу голосом Гермионы. Слишком часто пренебрегал этим.

Драко оставляет дверь приоткрытой, потому что внутри, в ногах Лины, временно уснул Ферри. Даже он знает, что белый кот не спит с Принцессой всю ночь, перебираясь к полуночи к Гермионе.

— Все хорошо? — тихо спрашивает Гермиона, когда они встречаются где-то в середине, останавливаясь у кухни.

— Мгм. Получил подарок. — Драко поднимает руку, демонстрируя тонкий браслет из бисера, заставляя Гермиону улыбнуться.

— У меня тоже для тебя есть.

Драко хмурится, смотря на нее. Теплый свет играет на ее лице, пряча его в тени, освещая лишь участки мягкостью.

Гермиона что-то достает из-за спины, что при ближайшем рассмотрении оказывается большой стопкой бумаги.

— Ты для этого ушла вниз? — интересуется он, потому что Гермиона ушла в кофейню по делам, оставив их одних. Она сказала, что должна кое-что сделать.

Гермиона кивает, протягивая ему стопку бумаг, соединенных степлером с края. Драко медленно обхватывает их, забирая из ее рук, и поворачивает, опуская взгляд вниз.

Ник Острат «Жизнь после Богов» книга II

Черная надпись на первой странице заставляет хмуриться его еще сильнее. Он пролистывает, открывая рукопись, которая попала ему в руки, видя текст и знакомые имена персонажей, что засели в его памяти еще после первого прочтения.

Драко не вглядывается сильно в текст, но знает что это. Это, черт тебя дери, рукопись второй книги одного из его любимых романов.

— Откуда? — его голос сух, и он откашливается, поднимая взгляд на Гермиону. Она выглядит смущенной, слегка прикусывая нижнюю губу и наклонив голову. — Где ты… Как?

Гермиона лишь пожимает плечами.

— Я просто знаю свои пути. Но… пролистай до конца.

Драко не теряет времени, переворачивая все листы, открывая самый последний. Лишь одна строчка занимает последний лист, выделяясь на белом полотне.

Истории, которая не знала счастливого конца, но неожиданно обрела его. И пусть звезды всегда складываются вместе.

Драко сглатывает, перечитывая строчку несколько раз.

— Гермиона? — тихо произносит он, поднимая на нее взгляд.

— М? — невинно отвечает она.

Неверящий смешок срывается с его губ, прорываясь наружу. Он подходит к обеденному столу, облокачиваясь о него. Его взгляд прикован к рукописи в его руках, а на губах зависла мягкая улыбка.

И в один момент подписанный экземпляр этой книги в доме Поттера имеет смысл. Подпись автора, который никогда не показывал своего лица публике.

Призрак, который не хотел раскрывать свою личность, представляясь всем лишь псевдонимом.

Конечно…

Драко не мог бы даже предположить такого. До этого самого момента.

Белые носки в цветочек появляются в поле его зрения и доносится едва заметный аромат персика. Ее руки отдают теплом, когда она касается его щек ладонями, поднимая его лицо.

— Ты гениальна, — шепчет он.

Гермиона пожимает плечами, а ее губы расплываются в ухмылке.

— Среди прочего.

Драко усмехается, качая головой.

— Почему ты не сказала раньше.

Он откладывает рукопись на стол рядом с собой, обхватывая Гермиону за талию руками, притягивая к себе. Она упирается локтями ему в грудь, смотря снизу этими манящими шоколадными глазами. И он сдерживается, чтобы не зажмуриться от резковатой боли возле сердца, когда она задевает гематому.

— Это больше хобби, а не полноценная работа. Ничего особенного. Просто повезло.

— Это один из лучших романов нашего столетия, Гермиона. Это не просто «ничего особенного».

Гермиона почти фыркает на это, но он предостерегающе сжимает пальцы на ее талии, отговаривая от этой идеи.

Драко тихо вздыхает.

— И что мне с вами двумя делать?

— Любить?

Он тихо усмехается.

— Я и так вас люблю. Могу любить только сильнее. — Драко опускает голову вниз, заставляя их соприкоснуться лбами и кончиками носов, чтобы глаза в глаза, чтобы навсегда.

— Мы не привыкли.

— Привыкнете. — Это факт. Знание. И понимание.

Драко не даст им выбора со своей стороны. Не в этот раз. Но ее выбор всегда останется при ней. За ней. Он никогда не отберет ее свободу.

— Прочитаешь? Я уже отправила версию своему редактору, но мне нужно твое мнение. Знаю, тебе понравилась первая часть. Я видела ее у тебя в квартире, и Луна рассказала, — с небольшим смешком произносит она, видимо, на его слегка растерянное выражение лица.

— Конечно я прочитаю. Тем более у меня неделя выходных на работе. Я обязательно все прочитаю. — Драко усмехается, отрываясь от нее. И с гордостью, которой пропитан его голос, произносит мягкое: — Моя жена гений.

Щеки Гермионы заметно покрываются румянцем. И в это раз она не отнекивается от его слов.

— Мы наравне, Драко.

Драко цокает языком.

— Я всегда встану перед тобой на колени, Персик, но никогда не заставлю сделать это тебя.

— А если я хочу?

— Персик?

— М?

Но ее руки уже расстёгивают ремень его штанов, и Драко сглатывает, не в силах произнести ни слова. Он может лишь наблюдать за огнем в глазах напротив и этой хитрой ухмылкой, что раньше он видел только в отражении зеркала.

— Блядь…