ЧАСТЬ 1. ГЛАВА ДЕСЯТАЯ. Последний разговор (2/2)

— Я не вижу будущего. Но вижу направление.

— Почему ты все равно идешь?

Он повернулся к ней. Улыбка все еще была на его лице, будто он пытался ее успокоить девушку.

— Потому что мир слишком долго притворялся, что может жить без выбора. А теперь гниет в этой инерции. Люди умирают каждый день, и это никого не волнует, если не нарушает порядок. В какой-то момент выбор просто исчез, но кажется, что скоро мы его вернем и примем решение.

— В пользу Баала.

— В пользу честности, — ответил он. — Он хотя бы не делает вид, что любит тебя, как другая сторона.

Дара почувствовала, как внутри что-то сжалось. Не вспышкой тьмы. Пониманием. Он говорил не с чужих слов.

— Ты мне нравишься, — сказала она вдруг.

Он удивился.

— Странно слышать это сейчас.

— Ты не прячешься за идею. Ты просто устал ждать разрешения жить.

— А ты?

— Я не знаю, кто я и какие решения могу принимать. И могу ли.

Он тихо рассмеялся.

— Честно. Но ты уже решаешь, Дара.

— Я не хочу, чтобы ты умирал.

— А вот это уже не в твоей власти.

Дара запнулась.

— Иногда… — слово оказалось тяжелым. — Иногда мне кажется, что это уже было. Что я уже стояла в точке, где от моего решения кто-то не возвращался.

Она нахмурилась.

— Но я не помню этого. Не как факт. Как ощущение. Как привкус после боли, которую не можешь восстановить по шагам.

Она подняла на него взгляд.

— Я не знаю, было ли это на самом деле. Или мой страх просто ищет форму.

Борис посмотрел на нее внимательно, без улыбки.

— Вот поэтому ты опасна, — сказал он спокойно. — Не потому что хочешь решать. А потому что боишься, что уже решала.

Где-то вдалеке ударил колокол. Ровно. Как отсчет.

— Ты придешь? — спросил он.

— Я буду там, — сказала она.

Это был не ответ ему. Это был ответ себе.

Борис кивнул, будто услышал именно то, что нужно.

— Тогда мы оба увидим, кто из нас ошибался, — сказал он.

— Или кто из нас был прав слишком рано, — ответила Дара.

Он улыбнулся снова. На этот раз без той искренней легкости. Скорее с теплом, которое оставляют людям, если знают, что больше не увидятся.

— Береги своих, — сказал Борис.

Дара прищурилась.

— Ты попрощался?

— Нет, — сказал он. — Я просто наконец сказал что-то полезное.

Она шагнула назад.

— Если ты умрешь, — сказала она, — я не прощу тебе, что ты сделал из этого идею.

Борис посмотрел на нее спокойно.

— Тогда живи, чтобы у тебя было на что злиться, — сказал он. — Это хорошая мотивация.

Она шагнула вперед неожиданно даже для себя. Коротко. Почти неловко. Коснулась его губ. Без страсти. Без обещаний. Слишком быстро, чтобы это стало ошибкой.

Он не ответил движением, но и не отстранился.

— Я надеюсь, — сказала она тихо, — что это не последний наш разговор.

— Даже если он больше не состоится здесь?

— Особенно тогда.

Они стояли молча. Люди, которые поняли, что все важное уже сказано. Дара развернулась и ушла. Потому что если бы она осталась еще на минуту, она могла бы попытаться спасти его.

А это уже был бы не разговор. Это был бы выбор.