Глава 4. Сети (2/2)
Таня не изменилась в лице, даже взгляда не отвела, она продолжала рассматривать меня с вальяжным сытым видом крокодила, греющегося на камнях.
— Мя-я-яу, — протянула Кейт. — Эта киса кусается.
Кармен просто улыбалась, как мне казалось, одобрительно. Хотя кто ее разберет, что в ее понимании хорошо, а что – нет.
— Да, это мы видели, — с легкой улыбкой сказала Таня.
— Кто учит тебя, Белла? — спросила Кейт. — Драться.
— Все понемногу.
— Мужчины, — констатировала, не спросила, Кармен.
Я кивнула, и она фыркнула, а Кейт поджала губы.
— А что?
— В этом ничего плохого, — с улыбкой сказала Таня. Наверное, это должно было меня приободрить, но снисходительный тон свел все ее старания на нет. — Учитывая это, ты большая молодец. К тому же ты ведь совсем молода.
Вот, вроде похвалила, а ощущение совсем другое. Я нахмурилась, хотя, наверное, правильнее было постараться выдавить благодарную улыбку. Но испытывала я совсем не благодарность. Эдвард уделял огромное количество времени моим тренировкам, я могла ранить Эмметта в бою, и даже Джаспер хвалил меня. Впрочем, приходилось признать, что то была похвала наставника новичку. Не говоря уже о том, как тяжело оказалось обратиться к животной природе хладного, что у большинства получалось само собой. Это как с талантом: у кого-то получается легко и естественно, а другим приходится работать даже ради весьма среднего результата. Я была вторым вариантом. Черт, получалось, что крокодилица права.
Привстав, Кармен обернулась к дому, высматривая кого-то.
— Но все-таки, Кармен, — поспешно обратилась к ней я. — Почему плохо учиться у мужчин? Честно говоря, совет мне бы пригодился.
Она снова посмотрела на меня и опустилась обратно в кресло. Я сосредоточилась на ней, чтобы не бросить взгляд на Таню, на которую я и без того пялилась слишком много. И она наверняка это заметила.
— Это не плохо, mia cara! Каллены — отличные воины, но их взгляд ограничен их собственным опытом.
— Когда тебя учит здоровый мужик, вроде Эмметта или Джаспера, — подхватила Кейт, — они смотрят на тебя с высоты своего роста. Видят, что для чего-то тебе может просто не хватить веса или размаха, и считают это недостатком, который нужно компенсировать.
— А это не так?
— Конечно, нет, маленькая Белла, — улыбнулась Таня. — Просто ты не молот, ты — клинок. А наточенному клинку нужен не вес, а твердая рука и точная цель.
— Я не понимаю.
— Твой центр тяжести низко. А это значит, тебе проще резко менять направление, сохранив равновесие. Ты маленькая, нужен совсем небольшой зазор в обороне, чтобы ты могла проскочить. Например, прямо на ходу упасть на землю, и бегущий тебе навстречу просто пролетит мимо.
— Или прошмыгнуть между ног противника и подсечь ему сухожилия сзади. Можешь представить, чтобы Эмметт совершил такой маневр?
— Это должны быть очень длинные ноги.
Кейт засмеялась, даже в Таниных глазах мелькнула искорка веселья.
— Эмметт просто снесет его, как кеглю! — взмахнула рукой Кармен. — Эффективный, но не единственный путь.
— Не обязательно отрывать голову, твоя роль другая, — Кейт пошевелила пальцами перед лицом, и память тут же подкинула картинку с Эдвардом, стоящим на коленях перед ней. Я сжала подлокотник, и он тихо заскрипел. — Выведи из строя стольких, скольких успеешь, и оставь мужчинам добивать.
— Как это сделать?
— Использовать бреши в доспехах. Per esempio<span class="footnote" id="fn_40957213_0"></span>, разрезать связки под мышкой, и рука повиснет плетью.
— Ослепить.
— Вырвать гортань.
— Вонзить ногти в пах. Такому мужчины тебя не учили?
— Конечно, нет, — засмеялась Кармен. — Вдруг она бы решила отработать прием на практике.
— Когда сражаешься за свою жизнь, — подвела итог Таня, — запрещенных приемов нет.
Ее слова звучали с чистотой правдивости, и все же… Что-то было не так с этой логикой, Эдвард тоже говорил подобное насчет запрещенных приемов, но у него звучало иначе. Но понять разницу мне не удавалось. Эти женщины давали эффективные дельные советы, и я ловила каждое слово, но с параноидальной ясностью ощущала подвох, будто очередная проверка. Вот только в чем ее суть?
Я промолчала, и Кармен сменила тему. Таня обернулась к ней и включилась в разговор. Пока она со мной закончила, оставила переваривать услышанное. Сложно. Вздохнув, я оттеснила эти мысли подальше, чтобы вернуться к ним позже.
Я воспользовалась паузой, чтобы немного выдохнуть, пока на меня больше не были устремлены все взгляды. Следовать совету Эдварда быть собой оказалось довольно легко. Мозг был загружен до предела, и ни на что другое его бы просто не хватило. Интересно, как справлялась Таня, успевая не только вести свою партию, но еще и менять маски на ходу?
Что-то за моей спиной привлекло ее внимание, и остальные, как по немой команде, обернулись в ту же сторону. Сначала послышался смех, и только потом они вышли из-за деревьев. Женщина — на сей раз абсолютно точно Ирина, и мужчина — Лоран.
Его лицо я почти не помнила, но тут же узнала повадки — резковатые, слишком четкие движения, подрагивающий, как у собаки на охоте, нос. Отрекшись от своих спутников — Джеймса и Виктории, Лоран предупредил нас об охоте и отправился на Аляску в надежде примерить более цивилизованный образ жизни, но и сейчас оставался диковатым. Старые привычки выдавали в нем хладного, никогда не пытавшегося жить среди людей.
— Чую Эдварда, — с улыбкой сказала Ирина. — Мы бы не ушли так далеко, если бы знали, что у нас гости. Ты, должно быть, Белла? Я Ирина.
Я думала, должна ли встать, чтобы поздороваться, но Ирина меня опередила — подскочила ближе и, положив руку на плечо, удержала на месте — не повелительно, а мягко, как бы говоря «не волнуйся, это глупости», — и поцеловала в щеку.
— А это Лоран.
Лоран сделал шаг вперед. Его движение было бесшумным, но настолько резким, что я инстинктивно отклонилась назад. Запах — сухой, пыльный, с едва уловимыми нотами старой крови и чего-то чужого, нездешнего — ударил в ноздри.
— Да, мы знакомы, — ответила я.
— Белла, — наклонил голову Лоран, остановив на мне немигающий взгляд. Радужки были почти золотистыми, лишь с небольшим оранжевым оттенком, но в нем узнавалось свечение человеческой крови. Он протянул руку, и мне пришлось заставить себя прикоснуться к его холодным пальцам. — Рад видеть, что ты в порядке.
— Мне жаль, что пришлось так поступить с твоими друзьями.
— О, не беспокойся, — засмеялся он. — Я не буду скучать по ним. Джеймс был, как стихия — можно получать выгоды от ее силы, но никогда не знаешь, когда она обратится против тебя.
— Мы так удивились, услышав, что Эдвард нашел себе пару, — снова заговорила Ирина. — Все гадали, какая ты, раз смогла расшевелить этот камень. Ой, прости, странно прозвучало. Просто он так долго был один и…
Она взглянула на Таню и практически оборвала себя на полуслове. Недосказанность повисла в воздухе, будто слон в комнате, которого все игнорировали, вдруг пошевелился.
— Бывают вещи, которые стоят ожидания, — сказал Лоран, и Ирина благодарно улыбнулась ему. — И прочих жертв, верно Белла?
Я подумала, он говорит об обращении, но это слегка не вязалось с тем, что я знала о нем. Едва ли для Лорана бессмертие было ношей.
— Ты о чем? — все же переспросила я.
— О правилах, дорогая Белла. Тебе, должно быть, тяжело. Поверь, я понимаю.
Вот уж вряд ли.
Ирина перешагнула с ноги на ногу, оказавшись ближе к нему, Лоран тут же развернулся к ней всем телом, будто один магнит, попавший в поле другого. Напускное сочувствие на его лице растворилось и перетекло в легкую мечтательную улыбку.
— Если ты об охоте на людей, — ответила я, — то для меня это не жертва, это мой выбор.
Он взглянул на меня все еще улыбаясь, но с легким удивлением, будто и не ждал ответа или позабыл, что мы говорили о чем-то. Ирина потянула его за руку, и он охотно последовал за ней к дому, как шарик за ребенком. В моей памяти образ Лорана мало походил на то, что я видела. До чего необычно.
Я проводила их взглядом, и в тот момент, когда он был уже в нескольких шагах, Лоран обернулся. Не всем телом, а лишь скользнув взглядом через плечо. Его глаза встретились с моими на долю секунды — и в них не было ни покорности, ни мечтательности. Там была холодная оценка. Взгляд, который сканировал угрозы, искал слабости. Затем он так же быстро отвернулся, и маска влюбленного последователя вернулась на место, но в груди у меня защемило.
Я попыталась почувствовать Эдварда, предупредить его, что этих двоих мне уже рядом не удержать, не затеяв драку или другую глупость. Но ничего не получилось. Или он был слишком далеко, или щит решил мне не поддаваться. Осталось только надеяться, что он заметит их сам. И что ему хватило времени.
— Какие милые, — вяло буркнула Кейт. — Даже противно. Кто бы подумал, что и Ирину это настигнет. Заставляет беспокоиться о себе, правда? — спросила она Таню.
— Не у всех случается Вели-и-икая любовь, — грустно улыбаясь, доверительно ответила та. Голос звучал мягко, вкрадчиво. — Некоторые просто другие. Но можно сделать разумный выбор, вы так не считаете? Выбрать. Кого-то доброго, кого-то храброго, сильного, того, кто разделяет твои ценности и того, кого принимает твое сердце. Как близкого, почти совсем родного. Эдвард — хороший выбор, согласны?
Взгляд, обманчиво добрый, остановился на мне. Я улыбнулась, поняв, какую западню построила для меня Таня своими рассуждениями. Они звучали мудро, вызванное одиночеством сочувствие взывало к доброте, а не к жалости. И описанный ею союз действительно мог стать живым и крепким.
Что я могла ответить? Ее логика была неоспорима, и Эдвард — очевидно же, — лучший выбор. Мне оставалось только согласиться, едва ли не благословляя ее посягательства на него. Или броситься метить территорию — дать жесткий агрессивный ответ, атаковать, уязвить, защититься. Оба варианта означали мой проигрыш. Как и молчание. Но, как сказал Эдвард, я могла отказаться играть.
— Я не осуждаю, — ответила я. — И вкус у тебя есть, признаю. Мне жаль, что ты выбрала именно его.
Таня удивленно вскинула брови и вдруг расхохоталась. Не зло, искренне и весело. Наверное, так звучал бы смех самой весны, спускающейся на землю. Кармен поймала мой взгляд и с улыбкой кивнула.
— Мне кажется, мы с тобой подружимся, Белла, — отсмеявшись, сказала Таня.
Боже, эта женщина ужасала. И все же она была великолепна.