Глава 23 (1/2)

Я проснулась от тупой боли в висках, как будто кто-то вбивал в мою голову гвозди всю ночь. Тело было разбитым, тяжелым, как будто меня переехала фура, а не любил мужчина. Разум потух окончательно — не было ни мыслей, ни эмоций, только пустота и тошнотворное ощущение, что я сделала что-то неправильное. Рэндалл лежал рядом, его лицо было спокойным в утреннем свете, который просачивался сквозь шторы. Он действительно был красивым — правильные черты, гладкая кожа, длинные ресницы, которые дрожали от легкого дуновения ветра из окна. Но он был не мой. Он был никем. Он был чужим.

И тогда вспомнилось все, что было ночью.

Его руки.

Его поцелуи.

Его тело внутри меня.

Мое тело, отвечающее на другие прикосновения.

Мое сердце, кричащее от боли и вины.

Меня затошнило.

Я рванула одеяло с себя, соскочила с кровати и побежала в ванную, едва успев добежать до унитаза, как меня вывернуло — карбонара, которую я едва поела вчера, вышла обратно, жгучая и горькая, как мои воспоминания. Я сидела на холодном паркете, дрожа, обнимая себя за плечи, как будто пыталась согреться. Но тепла не было. Было только отвращение. К себе. К нему. К всему, что произошло.

Я быстро умылась, сполоснула лицо ледяной водой, пытаясь стереть с себя следы этой ночи. В зеркале отразилось бледное лицо с растрепанными волосами — локоны, которые вчера казались такими роскошными, теперь висели бесформенными прядями, как мои надежды. Я вернулась в комнату на цыпочках. Рэндалл все еще спал, его грудь равномерно поднималась и опускалась. Я подняла свое платье с пола, надела его, поправила ремешки кремового белья, которое вчера казалось таким сексуальным, а сейчас выглядело как обман. Я вышла из квартиры, закрыв дверь так тихо, как только могла. Улица встретила меня прохладным утренним воздухом, который обжег мои легкие, как будто пытался очистить меня от вчерашнего. Я достала телефон, вызвала такси и села на лавочку, ожидая машину. Раннее утро, пустые улицы, тишина, которая давила сильнее любых слов.

Как я могла допустить это?

Почему я не остановилась?

Зачем я обманывала себя?

Ответов не было. Только боль. Только стыд. Только осознание, что назад пути нет.

Такси подъехало, и я села внутрь, назвав адрес. Машина тронулась, а я уставилась в окно, высматривая, как проносятся мимо незнакомые улицы.

Видимо, путь к счастью лежит через боль. Видимо, я должна была пройти через это. Видимо, я никогда не научусь быть счастливой.

Ключ скрежетал в замке, когда я открывала дверь. В квартире было тихо, но я чувствовала — я не одна. Дверь приоткрылась, и я увидела Адама. Он стоял в прихожей, его волосы были взъерошены, как будто он много раз проводил по ним руками. Его глаза были красными, уставшими, как будто он вообще не спал. На нем висела та же футболка, что и вчера, смятая, небрежно накинутая, как будто он всю ночь ходил по квартире, не находя себе места. Сначала я подумала, что он переживал из-за нашей ссоры. Что он волновался за меня. Что он ждал, чтобы извиниться. Я уже была готова сделать вид, что ничего не произошло, что все нормально. Но затем я посмотрела в его глаза.

И поняла. Он знал.

Не словами. Не объяснениями. Но он чувствовал это. Мое отвращение. Мой страх. Мое напряжение. Мое внезапное расслабление. Мою ласку. Мою любовь. Только он не знал, кому она принадлежала. И я не стала ему объяснять.

— Как прошло? — спросил он, его голос был хриплым, напряженным.

— Нормально. — ответила я сухо, проходя мимо него.

— Почему ты вернулась так рано? — спросил принц, следуя за мной.

— Не могу спать не на своей кровати.

Он пошел за мной, как пес, который боится потерять хозяина. Я взяла домашние вещи и пошла в ванную.

— Ирэн. — сказал он, почти переступив порог вместе со мной.

Я обернулась, хмуро глядя на него:

— Ты что, собираешься за мной в ванную? — спросила я. Он замер, его глаза мелькнули виной.

— Извини. — сказал он и отошел. Я закрыла дверь и оперлась о нее спиной, закрыв глаза. Затем вздохнула и подошла к зеркалу.

Сняла платье.

И увидела их — небольшие синячки на плечах, на шее, на ключицах. Следы от его поцелуев. Следы от его рук. Следы от той ночи, которую я хотела забыть. Меня опять затошнило. Но на этот раз я сдержалась. Сжала кулаки. Вдохнула глубоко. Переоделась в домашнюю одежду — широкий свитер, мягкие штаны, в которых я чувствовала себя защищенной. Скрытой. Невидимой.

Я вышла из ванной, и Адам все еще стоял там, у двери, как будто боялся уйти. Как будто знал, что если он отвернется, я исчезну.

— Ирэн… — начал он.

Я посмотрела на него. И молча прошла мимо. Потому что не знала, что сказать. Потому что знала — любые слова разобьют меня окончательно. Потому что мое сердце уже было разбито. И не было сил собирать его осколки.

Я села за компьютерный стол, но включать сам компьютер не стала. Пальцы сами потянулись к планшету, как будто в поисках спасения. Рианна прислала подробное описание персонажей — их характеры, черты, истории. Я начала рисовать еще до этого, а теперь вдруг заметила, что линии выстраиваются в знакомые очертания. Один — невысокий, со светлыми волосами, пронзительным взглядом и едва заметной улыбкой, которая всегда таила в себе ехидство. Другой — черноволосый, с зелеными глазами, в которых плясали коричневые крапинки, и локонами, которые всегда падают на лоб, когда он наклоняется над книгой.

Леха и Адам.

Не один в один, но слишком похожи. Слишком знакомы.

Я усмехнулась про себя. Адаму было бы все равно. Он бы только улыбнулся и сказал, что я талантлива. А вот Леха… Леха бы взорвался. Но он просил нарисовать его, так что пусть довольствуется тем, что его образ будет вечно рядом с Адамом на страницах комикса. Пусть наслаждается мужской крепкой дружбой с моим сожителем. Я мысленно позлорадствовала.

Внезапно кресло резко развернулось, и я захлопала глазами, когда планшет чуть не выпал из рук. Передо мной стоял Адам, его лицо было серьезным, хмурым, как будто он что-то решил и не собирался отступать.

— Ирэн, — сказал он, его голос был низким, напряженным. — Рэндалл обидел тебя?

Я растерялась. Дар речи потеряла. Что? Откуда? Почему? Как он…

— Ирэн, — повторил он, склонившись ко мне ближе, его глаза горели требовательностью. — Он сделал тебе больно?

Меня пронзило от его близости. От его взгляда. От того, как его губы находились так близко к моим. Я отпрянула, инстинктивно, как от огня, и выпалила первое, что пришло в голову:

— Все было шикарно! — воскликнула я, мой голос звучал слишком громко, слишком истерично. — Это была лучшая ночь в моей жизни!

Его лицо напряглось еще сильнее, но он выпрямился. Я видела, как он сжимает кулаки, как стиснул челюсть, но он молчал. Я попыталась сгладить неловкость, перевести все в шутку.

— Ты что, решив стать моим личным телохранителем? — спросила я, пытаясь улыбнуться. Адам посмотрел на меня, его глаза по-прежнему были темными, нечитаемыми.

— Я всю ночь думал о том, что ты сказала. Я не понимаю тебя, Ирэн. Но… — он замялся, его голос стал мягче. — Смысл моего существования — в твоем желании. И я рад этому.

Я помолчала. Его слова отозвались во мне эхом. Они должны были тронуть меня. Должны были рассмешить. Должны были заставить меня чувствовать себя особенной. Но вместо этого я только улыбнулась — мягко, грустно, с пониманием.

— Я знаю, — сказала я. — И я благодарна тебе за это.

Он немного успокоился. Его плечи расслабились, а взгляд смягчился:

— Ты важна для меня, Ирэн.

Я кивнула. Знала. Но это не меняло ничего. Важна — не значит, что любима. А мне нужна была любовь.

Адам неожиданно протянул руку и взял прядь моих волос между пальцев. Локоны, которые вчера были такими роскошными, теперь висели бесформенными, спутанными, как мои мысли. Он рассматривал их, как будто пытался разгадать тайну вселенной.

— Жаль, что я не увидел твою прическу. — сказал он тихо, почти мечтательно. Я гордо вздернула подбородок, пытаясь скрыть смущение.

— Ты многое упустил, — заявила я, придавая голосу как можно больше уверенности. — Я была как богиня.

Он улыбнулся — мягко, почти нежно, и этот взгляд заставил мое сердце дрогнуть.

— Верю.

Я покраснела. Черт. Почему он всегда знает, что сказать, чтобы сбить меня с толку? Я слегка пихнула его в плечо, пытаясь скрыть свое смущение за шуткой.

— У тебя все равно еще куча работы, — сказала я. — До счастья как до Китая.

Он усмехнулся, его глаза блеснули.

— А ты знаешь, что Китай на самом деле не так уж и далеко? — ответил он, и тут же получил еще один пинок. — Ау!

— Не умничай. — буркнула я, но улыбнулась. Адам вдруг стал серьезным.

— Я схожу к Ральфу. Он приболел, нужно проверить, как он.

— Пусть о нем заботятся специальные учреждения для бездомных, — пробурчала я, сразу же пожалев о своих словах.

Адам посмотрел на меня с хмурым недовольством.

— Ральф — мой друг. — сказал он твердо. Я вздохнула. Черт. Опять я все испортила.

— Извини, — сказала я. — Просто… звони, если что.

Он кивнул, быстро переоделся в свою черную толстовку и, бросив мне на прощание салют, вышел за дверь. Квартира сразу стала пустой. Тихая. Слишком тихая. Рисовать больше не хотелось. Без Адама не нужно было притворяться, что все хорошо. Ведь все было ужасно. Но я должна была держать маску. Держаться. Не ломаться.

Я включила компьютер. Игры. Только они могли отвлечь меня от мыслей. Только они могли заставить забыть, что мое сердце разбито, что моя душа устала, что я не знаю, как жить дальше.

Discord запустился автоматически, и я увидела, что в голосовом канале горят три знакомых аватара: Леха, Соня и Кирилл. Я представила как их голоса перемешивались в хаотичном, но уютном потоке — Соня смеялась над чем-то, Кирилл тихо поддакивал, а Леха, как всегда, вставлял свои колкие замечания. Мои пальцы замерли над клавиатурой. Стоит ли? Но потом я подумала: а почему бы и нет? Они точно помогут отвлечься. Они всегда помогали.