Часть XII (1/2)
Первой мыслью Нила было укрыть животное под тенью дерева, дать ему время прийти в себя. Он бережно устроил его в тени раскидистой кроны и, покачнувшись, отправился к борту. Сам не понимал, что влекло его туда в первую очередь. Путь показался невыносимо долгим, каждый шаг давался с трудом. Как и предполагал Нил, один из телеграфных столбов лежал поверженным, а соседний, казалось, держался из последних сил, готовый рухнуть следом. Нил застыл у кромки озера, вглядываясь в дремлющий вулкан. Он не бушевал, лишь столб дыма лениво вился над его вершиной, безмолвным напоминанием былой ярости.
Прохладная вода, уже лизавшая лодыжки, благодаря приливу, немного отрезвила Нила, заставив поежиться. Освежающая прохлада на миг вернула ясность, и он задержался, наслаждаясь ею, прежде чем нырнуть в тоннель. Некоторые фонари давно погасли, другие конвульсивно мигали, словно умирающие светлячки, прежде чем навсегда погрузиться во тьму. Нил пробирался вперед, едва различая дорогу. Только знание маршрута, приобретенное бесчисленными походами, позволяло ему не сбиться с пути: он наизусть помнил каждый поворот, знал, где искать опору. Спустившись вниз, он шагнул в лифт и рассеянно скользнул взглядом по прозрачному подводному коридору. Когда-то он с восторгом наблюдал за жизнью морских обитателей, не в силах оторваться от этого зрелища. Сейчас ему было не до того. Быстро взглянув на снующих рыбок, он измученно улыбнулся и поспешил дальше.
Надеясь услышать голоса очнувшихся, Нил насторожился. Издалека донесся слабый звук, и он прибавил шаг. В каюте его встретил плач, доносившийся из комнаты Элоди. Ворвавшись внутрь, Нил увидел девочку, склонившуюся над братом, тщетно пытаясь привести его в сознание. Услышав его голос, Элоди резко обернулась и, спотыкаясь, бросилась к нему, цепляясь за рубашку дрожащими ручонками, и зарыдала еще сильнее. Ее тело била дрожь, а серые глаза, полные отчаяния, впились в Нила, словно ища в нем утешение.
Наклонившись, чтобы обнять Элоди, Нил не знал, как объяснить случившееся, не напугав ее еще больше. Аарон или Эндрю так и не сказали, вернутся ли в итоге все к жизни, или кому-то не суждено проснуться. Он не хотел думать о худшем и, уткнувшись губами в темную макушку, прошептал:
— Все хорошо, Элоди, они скоро проснутся, — прошептал Нил, целуя её в макушку, — нужно лишь немного подождать. Пойдем, прогуляемся немного.
Элоди хоть и не хотела покидать брата и остальных, но не посмела возразить. Она послушно шла за Нилом, держась за его рукав, словно за спасительную нить. Они брели по просторам острова, и Нил заметил, что от зловещего зеленого тумана осталась лишь призрачная дымка. Элоди шмыгала носом, но заметно успокоилась, когда Нил вновь заверил, что Жан и остальные скоро вернутся к ним. Нил крепко держал ее за руку, боясь, что она отстанет или потеряется в мареве недавних событий. Они дошли до Зала Памяти, и, пройдя через него, Элоди встрепенулась, услышав четко различаемые голоса. Взглянув на Нила с немым вопросом, она будто искала разрешения, чтобы побежать вперед. Отпустив ее ладонь, давая понять, что она может делать все, что захочет, девочка сорвалась с места, распахнув настежь дверь на Базу — Нил не стал закрывать её, когда уходил в последний раз, чтобы газ смог быстрее достичь троих, покоящихся там без сознания. С Наутилусом было сложнее, но раз Элоди очнулась, значит, газ проник даже сквозь непробиваемые стены подлодки, сквозь глубины вод, где она затаилась.
Нил бросил взгляд на поверженного робота, который так и лежал в углу, застыв в безмолвии с момента отключения. Парень подошел к нему, прислоняя к стене, словно заботясь о комфорте бездушного существа. Радостные крики Элоди возвестили о пробуждении. И действительно, когда Нил вошел внутрь, уже из коридора увидел, как девочка повисла на шее Кевина, который кружил ее в объятиях.
Аарон держался в тени, скрупулезно осматривая сидящего Эндрю. Луч фонарика плясал по лицу, врач ощупывать руки, пока брат с каменным терпением ждал окончания процедуры. Даже издали Нил видел, как капитан хмурится, отталкивая руки Аарона, стремясь сам осмотреть своего близнеца, но тот упорно перехватывал первенство. Их перебранка нарастала с каждой секундой, в пылу которой они не сразу заметили Нила.
— Нил! — выкрик Кевина разорвал тишину, и взгляды присутствующих обратились к нему.
Но глаза Нила были прикованы лишь к одной фигуре в комнате. Эндрю отвечал тем же, не отрывая взгляда. Тем временем Аарон увлеченно возился с Элоди. Он щебетал с ней, являя миру совершенно иную сторону себя — в нем не было и следа саркастичного и злого человека. Уставшие глаза лучились искренней любовью к своему делу. Кевин усадил девочку на диван и впервые позволил себе обнять Аарона, зная, что Эндрю рядом. Его рука скользнула по бедру, переместилась на предплечье, оставляя нежные поглаживания, и затем вовсе притянула за талию к себе на колени. Элоди весело повизгивала, когда Аарон мимолетно чмокнул Кевина в губы, ласково касаясь щек.
— Они интереснее, чем я? — прогрохотал голос рядом, и Нил невинно захлопал глазами.
— Прости, — прошептал он, вплотную приближаясь к капитану и вплетая пальцы в светлые пряди, притягивая его ближе.
— Ты умница, — в голосе не осталось ни капли недовольства, скорее едва уловимая гордость. Нил не мог не улыбнуться.
Глаза Эндрю впились в Нила, пока в них не мелькнуло удивление. Взгляд скользнул куда-то за голову парня, и бровь капитана взлетела вверх:
— Нил, почему рядом с тобой обезьяна?
Нил нахмурился, не понимая, при чем тут обезьяна, когда они наконец-то снова вместе. Но Кевин, Аарон и Элоди тоже перестали говорить, смотря Нилу за спину. Он повернулся, смотря на уже знакомую обезьянку, которая сидела чуть дальше, смотря на него своими черными глазами.