« Ненужный свидетель» (2/2)

”Я боялся не тебя. Я боялся, что думал о тебе.”

Слова Чимина не отпускали.Они звучали тише, чем выстрел. Но больнее.

— Чёрт, — выдохнул он, ударив кулаком по кожаной обивке сидения.

Он всегда знал, как работает страх. Он знал, как звучит выстрел. Он знал, как пахнет смерть.Но это — боль в груди — была чужой. Нелогичной.И — самой настоящей.Он не мог объяснить, что именно болит.Не рана. Не плоть. Не кость.

— Почему ты? — выдавил он в темноту. — Почему, чёрт возьми, ты?

Он провёл ладонью по лицу, по шее, будто пытался стереть что-то — что прилипло.Чимин не испугался.И это было страшнее всего.Он не кричал, не плакал. Он выгнал его. Глядя в глаза.И Чонгук... не смог ничего с этим сделать.

— Я глава клана, — прошептал он себе. — Я король. Я не должен…

Он замолчал.Потому что сердце — билось. Слишком громко.В груди — боль. Но не от потери.От того, что впервые за двадцать лет он нашёл что-то — и потерял.

Утро начиналось с кофе. Как всегда.Тихий пар поднимался над чашкой, а в окне — лениво плыл город. Всё шло своим чередом.Никаких выстрелов. Никаких теней. Только Хосок, который ворчал где-то в ванной, и радио на кухне.Чимин сидел за столом, делая вид, что всё в порядке.Он смотрел на экран, листал новости, делал глотки.Он даже усмехался.Привычно.

— У тебя глаза красные, — сказал Хосок, появившись в майке и полотенце на голове.

— Спал плохо, — спокойно ответил Чимин.

— Что, снова трупы во снах?

— Не совсем.

Он отвёл взгляд.Перед глазами — снова лицо Чонгука.Холодное. Жёсткое. Но в ту секунду перед уходом… грустное. Настоящее.

”Я тьма.””Но ты уже в ней.”

— Чёрт, — выдохнул Чимин и встал из-за стола.

Он подошёл к раковине, включил воду, плеснул на лицо. Застыл , он уставший,злой и … не такой, как всегда.Что-то изменилось.Он прижался ладонями к краям раковины.

— Это ничего не значит, — шепчет он себе.

— Он просто мафиози. Просто опасный тип. Просто...

Он стиснул зубы.

— Просто человек, которого я ненавижу.

Пауза.

— Просто человек.

Но в груди — кольнуло.

”Я боялся не тебя. А того, что думал о тебе.”

Он закрыл глаза.

— Это не любовь, — снова себе. — Это страх. Стресс. Адреналин. Это просто последствия.

Он сел на пол. Оперся на стены кухни. Сжал колени руками.

— Я не его.И он не мой.

Но внутри… внутри было чувство, от которого не сбежишь.Что-то изломанное и настоящее.Что-то, что он пытался отрицать.Что-то, что осталось в голосе, в запахе крови, в его взгляде.

Кабинет был тише обычного.Тени от жалюзи ложились на стол, как полосы решётки.

Чонгук стоял у окна, не шевелясь. На столе — включённый, но забытый планшет.Доклады лежали нечитанными.Юнги вошёл, как всегда — без стука.И замер, увидев его.Не главу. Не короля. Не Чон Чонгука.А человека.Разрушенного, но не упавшего. И потому — особенно опасного.

— Ты снова не спал, — бросил Юнги.

Молчание.

— Что ты задумал?

Чонгук не ответил.

— Гук, — голос стал жёстким. — Что ты хочешь с ним сделать?

— Ничего, — наконец выдохнул он. — Просто хочу, чтобы он был в безопасности.

Юнги прошёл ближе.

— Безопасность — это не твоё поле. Не твой язык. Не твой мир.

— Я знаю.

— Нет. Не знаешь. Ты думаешь, если убьёшь всех вокруг него — он будет жив? Нет, он просто погибнет изнутри. Потому что его мир — это свет. А ты, Гук…

Юнги сделал паузу.

— Ты огонь, который не греет. Только жжёт.

Чонгук сжал пальцы.

— Я не просил, чтобы это случилось.

— Никто не просит. Но когда оно случается — важно, что ты делаешь с этим.

Молчание.

— Ты к нему привязался.

— Он смотрел на меня иначе, — выдохнул Чонгук. — Будто я не чудовище.

— Но ты чудовище, Гук, — сказал Юнги жёстко, без злобы. — И знаешь, что страшнее? Что ты захотел быть кем-то другим ради него.

Он покачал головой.

— А ты не имеешь права. Не с этим прошлым. Не с этими руками.

— Он заставил меня чувствовать.

— Я вижу. Именно это и пугает.

Юнги подошёл ближе.

— Послушай меня. Это не ошибка. Это живое. То, что ты давно похоронил.Но… это не твоё.Потому что если ты прикоснёшься к нему по-настоящему — ты уничтожишь его. Тем же, чем ты уничтожаешь всё остальное.

— Что ты хочешь, чтобы я сделал? — выдохнул Чонгук. — Застрелился? Сбежал?

— Просто... отойди.

Юнги мягче, тише:

— Иногда, чтобы сохранить, надо не держать, а отпустить. Особенно если речь о тех, кто всё ещё умеет смеяться.

Долгое молчание.Чонгук отвернулся к окну.

— Я не умею отпускать.

— А он не создан, чтобы принадлежать. Ни тебе. Ни этой тьме.

Утро началось, как обычно: слабый свет, кофе из автомата, дежурная вялость.Чимин вошёл в клинику, словно ничего не произошло.Потому что так было легче. Притвориться. Делать вид, что он всё ещё здесь — по свою сторону реальности.Но едва он вошёл, как его окликнула регистратор:

— Доктор Пак… вы знали, что Сонхи уволилась?

— Что? — он остановился.

— Медсестра. Та, что дежурила пару дней назад с вами. Просто… исчезла. Позвонила и сказала, что больше не вернётся. Без объяснений. Только сказала, что здесь “больше небезопасно”.

Чимин замер.

— Кто-то был? — спросил он тихо.

— Она сказала… был какой-то мужчина. В чёрном. Спрашивал про ”ночного интерна”.

Девушка нервно поёжилась.

— Это вы, да?

Чимин ничего не ответил.Он просто развернулся и пошёл вглубь коридора.Сердце стучало, будто выстукивало тревогу.На каждый шаг — эхо. Пусто.Слишком тихо.Он прошёл к своему шкафчику. Всё на месте.Но на полу…Коробка.Небольшая, чёрная. Без подписи.Он медленно поднял её. Открыл.Внутри — пара хирургических перчаток.Белых. Но залитых засохшей кровью. Настоящей.Медленно, дрожащими пальцами он достал записку, вложенную между ними.Короткая фраза. Чужой, резкий почерк:

”Ты выбрал не ту сторону.”

Мир качнулся. Чимин закрыл глаза.Слова выжгли горло, как яд.Это не угроза. Это предупреждение.Это — война.Он глубоко вдохнул, сжал записку и прошептал:

— Чонгук… что ты сделал?