007 ; put the gun down (1/2)

007

опусти пистолет

charlotte's pov

Джонатан отвозит нас в полицейский участок на машине Джойс. Мы с Нэнси обе немного обеспокоены тем, что оставляем детей в школе одних, но он убедил нас, что мы должны помочь Хопперу и его маме.

Пока они вдвоем пробираются внутрь, чтобы забрать свою коробку с оружием, я стою на страже у входа. Уже поздно, и я на самом деле не жду, что кто-нибудь решит придти сюда в такой час, но Джонатан сказал, что у меня отличные навыки отвлекать внимание и я лучше него умею находить выход из непредвидимой ситуации.

Они выходят через три минуты, запихивая коробку и взятый Нэнси огнетушитель в багажник машины Джонатана.

— Эй, а моя машина все еще тут, — говорю я, когда он захлопывает багажник, и показываю на нее большим пальцем через плечо.

— А я могу взять машину Джойс, — кивает Нэнси, выхватывая ключи из рук Джонатана. — Запутаем следы, понимаешь?

Джонатан смотрит на нас так, словно ему не нравится идея путешествовать всем в одиночку, но думаю, что это неплохой план.

— В худшем случае у нас будет больше вариантов транспорта для побега, — пожимаю плечами я.

— Ха-ха, — невозмутимо произносит он, затем со вздохом открывает дверь автомобиля. — Садитесь. Бегом.

Дороги почти пусты, несмотря на вечер пятницы. Хокинс — тихий город, где практически нет ночной жизни. Это место, где «все друг друга знают», где сплетни распространяются как лесной пожар, потому что больше ничего интересного не происходит.

До дома Байерсов мы добираемся быстро, и я вылезаю из машины, чтобы помочь Нэнси и Джонатану занести все в дом. Мы начинаем с того, что вкручиваем обратно все лампочки, которые, по-видимому, Хоппер выкрутил в поисках «жучков», на что уходит почти полчаса, несмотря на то, что мы втроем работаем так быстро, как только можем. Джойс немного перестаралась с декором, если хотите знать мое мнение.

Джонатан оставляет медвежий капкан на полу прямо перед комнатой Уилла, Нэнси заливает его бензином, а я разбираюсь с оружием. У нас всего два пистолета, а нас трое, поэтому я беру гвозди из маленького ящика с инструментами и начинаю забивать их в бейсбольную биту в качестве дополнительной меры предосторожности. Они заходят ко мне в гостиную, когда заканчивают с капканом, и Нэнси старается не рассмеяться над моей слабой попыткой воткнуть несколько гвоздей в дерево.

— Сама попробуй, если тебе так смешно, — фыркаю я, бросая молоток на стол.

— Ладно, — пожимает она плечами, и мы меняемся местами. Я заряжаю пистолеты пулями, краем глаза наблюдая, как она пытается забить гвозди.

Джонатан заходит ей за спину, видя, как она пытается, осторожно забирает молоток у нее из рук и бормочет: «Я справлюсь».

Я делаю вид, что не замечаю, как краснеют ее щеки, когда она отодвигается, и прикусываю губу, чтобы скрыть улыбку, пока заканчиваю заряжать пистолет. На самом деле, это мило, что он такой нежный и мягкий рядом с ней. Меня это беспокоит не так сильно, как я предполагала.

Как только все готово, Джонатан берет с кухни три ножа и раздает по одному каждому из нас. Очевидно, этого монстра (Демогоргона, как назвал его ранее Дастин) привлекает запах крови, и именно так мы планируем заманить его сюда.

— Помните, — говорит Джонатан, когда мы встаем в круг в гостиной. — Прямо в комнату Уилла и…

— Не угодить в капкан, — киваю я, наконец-то успокаиваясь.

— Дождаться движения йо-йо, — продолжает Нэнси, затем Джонатан достает зажигалку и открывает ее. — И, наконец…

Мы молчим, нервно переглядываясь, и я делаю первый шаг, прислоняя нож к ладони:

— Готовы, ребята?

Джонатан кивает, делая то же самое, и мы все трое поднимаем руки ладонями вверх, будто собираемся совершить какое-то сатанинское жертвоприношение.

— На счет три.

— Раз… — начинает Нэнси, ее голос слегка дрожит.

— Два… — выдыхаю я, переводя взгляд на Джонатана.

— Три, — заканчивает он, и мы втроем разрезаем себе ладони. Я инстинктивно зажмуриваюсь, когда боль пронзает руку, и чувствую тепло, когда моя кровь медленно стекает и капает на ковер.

— Черт, — бормочет Нэнси, и я открываю глаза, чтобы увидеть, как она трясет рукой, повсюду разбрызгивая капли крови. Она смотрит на меня, и, клянусь, я вижу улыбку. — Тебя до сих пор тошнит от вида крови, Шэр?

Шэр.

Я показываю ей язык, когда Джонатан хватает коробку с бинтами с кофейного столика. Однажды, в третьем классе, мы с Нэнси играли со скакалкой, она упала и повредила колено. Рана была не такой уж и глубокой, но кровь, стекавшая по ее ноге к туфлям, заставила меня упасть в обморок.

— Уже нет, я выросла.

— И это говорит мне девушка, которая только что показала мне язык, — парирует Нэнси, прижимая руку к груди и принимая от Джонатана бинт.

— Тебя все еще тошнит, Чарли, — бормочет он, протягивая еще один мне. — Ты чуть сознание не потеряла, когда увидела то фото. Одному богу известно, что произойдет, когда ты столкнешься с этой хренью лицом к лицу.

Нэнси смеется, но тут же кашляет, когда я поворачиваюсь и смотрю на нее:

— Прости, это правда не смешно. Ты можешь упасть в обморок, и тебя просто съедят.

— Не говори этого! — Скулю я, прикрывая окровавленную руку. Джонатан пытается скрыть улыбку, помогая Нэнси с ее бинтом. — Я начинаю думать, что ты просто не хочешь, чтобы я была здесь.