Часть 19 (1/2)
Драко не шел, а сползал по спирали. Каждый шаг отдавался в мышцах болью. Проклятие отступило, но его отголосок все еще бродил по венам.
Внезапно воздух наполнился скрежетом камня о камень. Часть стены отъехала в сторону, обнажая проход. Свет факелов хлынул в лицо, и в этом дрожащем свете Драко мгновенно приметил Поттера. Тот стоял, привалившись к стене.
Их взгляды столкнулись.
— Ну как все прошло?
Поттер наконец отлип от стены, и это движение вдохнуло жизнь в окаменевший мир. В уши хлынули звуки — далекий шорох шагов в параллельных коридорах, потрескивание факелов.
— Хорошо, — выдавил Драко.
Слово сиротливо повисло в воздухе, но Поттер не отводил взгляда.
В горле пересохло. Драко сглотнул желчь от собственного пораженияи нехотя добавил:
— Дамблдор снял проклятие. Как и обещал, — последнее он произнес с едва заметным удивлением.
Рука машинально скользнула к груди. Там, где недавно жила боль, теперь было странное онемение.
— Выглядишь паршиво, — заметил Поттер. В его голосе не было ни злорадства, ни сочувствия.
— Благодарю за столь проницательное наблюдение, — процедил Драко сквозь потрескавшиеся губы.
Не желая больше продолжать этот изматывающий разговор, он заставил непослушные ноги двинуться к лестнице.
— Ты куда? — голос Поттера отскочил от каменных стен эхом.
— В лазарет, — ответил Драко, не оглядываясь. — Дамблдор полагает, что несколько флаконов целебных эликсиров способны вернуть к жизни то, что умирало неделями.
Поттер догнал его в два широких шага.
— Тогда я с тобой, — произнес он с той будничной простотой, с какой говорят о намерении прогуляться до озера.
— Я сам справлюсь, Поттер, — возразил Драко, бросив на него взгляд, в котором раздражение смешалось с изумлением.
— Я обещал Снейпу отвести тебя в лазарет, и я отведу, — отрезал Поттер с упрямством, которое уже не вызывало у Драко привычной ярости. Словно вся его ненависть осталась за дверями директорского кабинета.
Драко только закатил глаза. Если Поттеру жизненно необходимо играть в спасителя — пусть. Сил на сопротивление не осталось.
Они спускались по лестницам, которые сегодня казались бесконечными. Эхо их шагов сталкивались в воздухе, создавая причудливую асинхронную мелодию. Каждое движение требовало усилий.
— Так почему ты сразу не побежал к Дамблдору? — внезапно спросил Драко, цепляясь за разговору. Все что угодно, лишь бы не думать о темноте, подступающей к краям сознания.
Поттер скосил на него глаза и незаметно сбавил шаг, подстраиваясь под черепаший темп Драко.
— Я же сказал, — произнес он неохотно. — Хотел, чтобы ты сам все рассказал.
— И с чего вдруг такое благородство? — настаивал Драко, обнаружив в себе странную потребность понять. — Мы никогда не были... — он запнулся, слова иссякли.
— Друзьями? — подсказал Поттер. На его губах мелькнула полуулыбка. — Мягко сказано, Малфой.
Несколько шагов они преодолели в молчании. Драко вслушивался в собственное рваное дыхание.
— Может, потому что я знаю, каково это — когда тебя загоняют в угол, — наконец произнес Поттер, машинально дотрагиваясь до шрама. Его взгляд устремился мимо стен, словно он смотрел в прошлое.
Драко мог бы возразить, мог бы выплеснуть накопленную желчь — что избранник Дамблдора понятия не имеет, каково просыпаться с ощущением ледяной змеи, постепенно обвивающей горло. Но в этот момент его посетила острая мысль: Темный Лорд преследовал Поттера большую часть его жизни.
— Знаешь, — продолжил Поттер. — Я ведь тоже видел его. Волан-де-Морта. Вблизи. И знаю, что он делает с людьми.
Имя, что за стенами кабинета Дамблдора вновь обрело свою силу, заставило Драко вздрогнуть.
— Не называй его так, — прошипел он,.
— Страх перед именем только усиливает страх перед тем, кто его носит, — пожал плечами Поттер. — Гермиона так говорит.
— О Мерлин! Серьезно? — Драко устало закатил глаза.
Впереди уже виднелась дверь лазарета — вход в царство белоснежных простыней и лечебных зелий. У Драко возникла странная мысль: этот разговор с Поттером был самым длинным и самым... человеческим за все шесть лет их вражды.
У самого порога он остановился и произнес:
— Спасибо.
В глазах Поттера мелькнуло изумление, и Драко сразу же пожалел о сказанном, но взять обратно уже не мог.
— Пожалуйста, Малфой, — ответил Поттер.
Мадам Помфри возникла на пороге, будто поджидала их все это время.
— Мистер Малфой! — воскликнула она, уже протягивая руки, словно намеревалась пощупать его пульс прямо в коридоре. — Что с вами случилось? Вы выглядите так, будто провели месяц в желудке дракона!
— Ничего серьезного, — попытался отмахнуться Драко, по инерции отступая. — Просто небольшое недомогание. Профессор Дамблдор сказал, что вы могли бы дать мне укрепляющее зелье.
Целительница прищурилась. Взгляд медленно переместился с Драко на Поттера и обратно.
— Ах, вот как? Профессор Дамблдор? — она фыркнула с интонацией, доступной только людям, проработавшим с больными так долго, что даже директор для них — всего лишь еще один упрямый пациент. — Тогда позвольте мне самой определить, что вам действительно нужно, мистер Малфой.
Ее рука взметнулась в воздух, палочка описала в воздухе сложную фигуру. Воздух вокруг наполнился гудением диагностической магии. И по мере того, как мадам Помфри считывала невидимые для других знаки, ее лицо принимало все более мрачное выражение.
— Показатели на критическом уровне, мистер Малфой, — нахмурилась она. — Магический резерв истощен до опасного предела, общее состояние... — Она цокнула языком. — Вам необходим полный покой и интенсивная терапия. Сегодня вы остаетесь здесь.