Часть 13 (2/2)
Филч, конечно, останется. Вряд ли унылый сквиб променяет своё затворничество на шум стадиона. Но его обходы поддаются точному расчёту. Если всё подгадать, выверить…
«Идеальная возможность», — мысль вспыхнула, как единственный луч света в кромешной тьме. На смену тревоге пришло предвкушение. Мир заиграл новыми красками.
Пока стадион будет содрогаться от оглушительных криков, пока все взгляды будут прикованы к мелькающим мётлам, он, Драко Малфой, под покровом всеобщего ажиотажа совершит своё тихое преступление. Теперь оставалось лишь ждать и готовиться.
***
Двенадцать — ровно столько дней оставалось до матча. Двенадцать суток до финального аккорда в его тщательно выстроенной партитуре. Жизнь Драко превратилась в безупречный хронометр, где каждое действие, каждая мысль подчинялись одной цели.
Он научился быть призраком, бесшумно скользящим по каменным лабиринтам Хогвартса. Главным его занятием стало изучение повадок Аргуса Филча, и результаты превзошли ожидания. Филч посещал Зал трофеев с тоскливой регулярностью: семь тридцать утра и ровно семь вечера. Эта предсказуемость стала его слабостью: в день матча старый сквиб не станет помехой.
В перерывах между шпионажем Драко оттачивал мастерство. В той самой комнате на восьмом этаже, среди безмолвных гор хлама, он часами стоял перед воображаемым постаментом, вновь и вновь вызывая в памяти золотой кубок.
Он экспериментировал, пытаясь трансфигурировать всё, что попадалось под руку: старые книги, треснувшие кубки, даже ржавые латы. После десятков попыток была найдена идеальная основа — массивный позолоченный подсвечник. Его вес, форма и сам материал поддавались магии лучше всего.
Оставалась проблема транспортировки. Тащить под мышкой полуметровый подсвечник было верхом идиотизма. Час ушел на то, чтобы наложить на свою сумку заклинание Расширения. Теперь внутри зияло пространство размером с небольшой шкаф, где он и припрятал свою находку.
Каждый элемент плана был выверен, каждый шаг тщательно отрепетирован. Драко знал, что матч против Гриффиндора — это реальный шанс. По опыту прошлых лет, такие игры, если погода благоволила, длились от полутора до трёх часов. В его распоряжении окажется как минимум час. Час тишины и абсолютного одиночества.
Но одна тень ложилась на его безупречные расчёты. Новый ловец Слизерина, Кассиан Риджби. На тренировках он был воплощением катастрофы. Медлительный и неуклюжий, он пролетал мимо снитча с завидным постоянством. Слухи шептали, что капитана команды, Грэхэма Монтегю, попросту шантажировали, чтобы тот взял Риджби в состав. А против него выйдет Поттер. Гарри Поттер, способный завершить матч за двадцать минут.
Эта мысль сводила с ума. Вся его идеальная стратегия могла рухнуть из-за одного неумехи. Он ловил себя на том, что втайне молился о ливне, о тумане, об урагане — о чём угодно, что могло бы замедлить Поттера и подарить драгоценное время.
И говоря о Поттере... Тот, казалось, сделал наблюдение за Драко своим новым хобби. Взгляд из-под очков преследовал повсюду. Сначала он списывал это на паранойю, но к концу второй недели сомнений не осталось.
Поттер следил за ним.
Не открыто и вызывающе, а с настойчивым вниманием. Словно Поттер ждал от него какого-то знака, первого хода в партии, правила которой знал лишь он один.
«Он что-то знает, — нашептывал внутренний голос. — Или, чёрт возьми, догадывается».
Но отступать было поздно. План был готов. Подсвечник покоился в сумке. Расписание Филча выучено наизусть. Оставалось только ждать и надеяться, что Кассиан Риджби каким-то непостижимым чудом продержится на метле дольше, чем суслик под водой.
Накануне матча Драко стоял на балконе Астрономической башни и вглядывался в затянутое свинцовыми тучами небо. Погода обещала быть отвратительной. Шквалистый ветер, косой, пронизывающий дождь. Идеальные условия для долгого, изматывающего матча.
На его лице появилась тень улыбки. Завтра всё решится.