Глава 5. (1/2)

Шейн запустил руку в отросшие волосы и слегка потянул. Расследование продвигалось медленнее, чем хотелось бы. Перед глазами немного плыло. Он уже полчаса всматривался в отчеты по вскрытию. Яд не совпадал с известными, а значит, был разработан кем-то, достаточно хорошо знающим химию. Шейн надел очки, чтобы вернуть ясность зрению. Ему точно надо было поспать, но он был занят не только делом об отравлении.

— Ты носишь очки? — Сидящий напротив Розанов завороженно смотрел на него. На секунду Шейн решил, что тот в очередной раз пошутит о том, какой он заучка, но лицо напарника светилось.

— У линз закончился срок годности, а я не успел купить новые.

— Странно, что ты не занес это в свой календарь, — Розанов смотрел на него с улыбкой, — но я рад, что ты этого не сделал.

Шейн чувствовал, как его щеки раскрашивает румянец. Было что-то такое во взгляде Ильи, то, с каким воодушевлением он произнес этот комплимент.

— Мое зрение не такое уж и плохое, просто не хочу напрягать глаза.

— Выглядишь уставшим. Веселая ночка? — Розанов игриво закусил нижнюю губу.

— Эм… Типа того, — Шейн пожал плечами. Он хотел было рассказать Илье, чем занимался по вечерам, но это не включало раздевание, поэтому вряд ли тому было интересно.

Илья громко вздохнул, неожиданно резко встал и неловко задел стол. Кактус, который и так небрежно стоял на кипе бумаг, покачнулся и начал падать на стол Шейна. Тот машинально попытался его поймать. Что оказалось не самым великим решением Холландера в его жизни.

— Блядь! — Не сдерживаясь, воскликнул он. Ладонь была вся в мелких иголках. — Господи.

Шейн уставился на свою руку, не понимая, что делать. Ехать в травмпункт? Идти к медику? Вызвать скорую? Ситуация была абсурдной, но количество иголок, застрявших в коже, вызывало не лучшие ощущения.

— Черт, ты в порядке? — Воскликнул Розанов, отвлекая его от вида собственной руки.

Илья подошел к столу Шейна и потянулся к нему.

— Могу я посмотреть? — Шейн протянул травмированную руку. Розанов пробормотал: — Давно надо было выкинуть этот кактус.

Он аккуратно держал руку Холландера в своих. Взгляд Ильи пробежался по ладони, после чего он поднял голову и посмотрел на Шейна.

— Прости, это я виноват. Только и делаю, что травмирую тебя.

— Ты не виноват, что я решил голыми руками подержаться за колючки. — Шейн выдавил улыбку. — Понятия не имею, что делать теперь.

— У меня есть пинцет, я могу помочь тебе, — Илья с надеждой смотрел на Шейна, в его глазах плескалась вина, — если ты не против?

— Нет, нет, не против, — Шейн наблюдал, как Розанов роется в своем ящике, почти выкидывая все вещи на стол. Его движения были резкими, — эй, всё в норме.

— Мгм, — только и сказал Розанов, победно доставая пинцет.

Он обработал инструмент спиртовой салфеткой и подкатил свой стул к Шейну. Сильные пальцы зафиксировали запястье, и он склонился над рукой. Шейн сглотнул. Было приятно ощущать Илью рядом. Колено Шейна было между широко разведенных ног Розанова, чтобы ему было удобнее сидеть. Шейн мог поклясться, что ничего сексуальнее сосредоточенного Розанова он не видел. То, как он внимательно изучал руку и доставал иголки, слегка проводя пальцами по тыльной стороне его ладони, заставляло Шейна закусывать губу совсем не от боли. И эта мысль его даже не испугала.

Декабрьское солнце будто запуталось в тугих кудрях Ильи, отсвечивая золотом. Шейн хотел бы к ним прикоснуться. Его собственные волосы были прямыми, и ему было интересно, как же почувствуются эти кудри под его рукой. Предпочтительно рукой без иголок.

Когда Розанов достал очередную иголку, Шейн дернулся всем телом. Илья неожиданно резко зажал между своими бедрами ногу Шейна, не позволяя тому шевелиться.

— Всё в порядке? — Илья поднял голову, они сидели очень близко друг к другу. Кажется, брюнет мог почувствовать легкое дуновение дыхания Ильи.

Шейн молча кивнул, Илья не опускал взгляд. Они замерли. Холландер мог поклясться, что в глазах Ильи проскочил огонёк, а он, как мотылёк, хотел броситься на этот свет. Он и забыл, какие приятные чувства могут вызывать прикосновения.

Губы Розанова тронула улыбка, Шейн против воли посмотрел на них и улыбнулся сам. Илья еще минуту возился с его ладонью, после чего провел пальцами по раздраженной коже, проверяя, не осталось ли иголок. По позвоночнику Шейна пробежала дрожь.

— Спасибо.

— Я думаю, я заслужил вычеркивания нескольких моих проказ из твоей таблички.

— Это тебе не поможет, — немного заторможенно ответил Шейн.

Розанов оставался самим собой, когда как сам Шейн хотел растечься лужей прямо под своим столом.

***

— Как продвигается расследование? — Шеф стоял у доски, зорко оглядывая фотографии.

— Я запросил информацию по экспертам в ядах или тем, кто мог его создать. У нас больше дюжины токсикологов. Потребуется время, чтобы прошерстить всю информацию о каждом, — Илья успел просмотреть только пару досье.

— А что насчет следов на шее? — Хантер указал на фото жертвы. — Они не выглядят случайными.

— Да, отметки были еще и на запястьях, — Розанов посмотрел в сторону доски и встал.

— У него была встреча в отеле в день смерти. Мы решили, что у Левинсона была ссора с кем-то. — Отозвался Холландер, подходя к мужчинам.

— Хорошо, а это не так? — Скотт задумчиво потер подбородок.

— Если он ничего не сказал об этом своей охране… Может, отметки на его теле — это не следствие драки? — Илья хитро посмотрел на Хантера и Холландера.

— К чему ты… — Шейн удивленно посмотрел на напарника. — О. О!

— Просветите. — Скотт переводил взгляд от одного детектива к другому. Те словно общались без слов, выразительно смотря друг на друга.

— Думаю, встреча была другого характера. — Илья приподнял бровь.

— Хм. Тогда нам нужно найти того, кто же так увлекательно провел время вместе с Левинсоном в отеле. — Шеф удовлетворенно кивнул. — Не хочу выбивать ордер, поэтому даю тебе свободу, Розанов.

Илья торжествующе потер руки.

— В каком смысле? — Шейн выглядел обеспокоенным.

— Поверь, ты это не пропустишь.

***

Холландер уверенно вел машину по заснеженным улицам Оттавы. Илья качал головой под незатейливый бит какой-то популярной песни. У него было хорошее настроение, Хантер дал ему карт-бланш, и он собирался им воспользоваться.

Он покосился на Холландера рядом. Тот держал обе руки на руле, внимательно следя за дорогой. После разговора со Скоттом и Кипом, Илья решил, что ему и правда нужно сбавить обороты. Для него это была игра, но он не был уверен, что его напарник соглашался с её правилами. Он не хотел портить хрупкие отношения между ними, но и не особо понимал, как общаться иначе, без подшучиваний и едких комментариев. На сегодняшний день он был абсолютно уверен, что Холландер просто терпел его в качестве вынужденного напарника, хотя из них получилась вполне интересная команда. То, как они перебрасывались идеями, обсуждали мотивы и ход следствия в целом, вдохновляло Илью. У него снова появился вкус к работе. Оказывается, ему действительно не хватало рядом того, кто понимал его и был на одной волне.

Когда Илья узнал, что Холландер весело провёл свою ночь, отчего его глаза были красными и в целом он выглядел невыспавшимся, он среагировал слишком резко даже для самого себя. Вскочил, как идиот, и повалил тот чертов кактус. Шейн вызывал в нем чувства, на которые Илья не имел права. Поэтому он с замиранием сердца спросил, может ли помочь ему, и молился, чтобы тот дал свое согласие.

Что там сказал ему когда-то Марлоу? Не тыкать палкой в медведя? Кажется, Илья растолкал собственного и теперь не знал, что делать с хлынувшими чувствами. Ему пора было избавиться от этих мыслей.

Что он и сделал, когда увидел симпатичную девушку за стойкой регистрации в отеле.

***

Шейн понял, о какой свободе действий говорил шеф. Он уже пять минут наблюдал, как Розанов охмуряет… Лидию — имя было указано на бейджике. Бедная девушка, кажется, сама не поняла, как попала в сети. Она что-то лепетала, не сводя глаз с широкой улыбки Ильи, а потом быстро начала набирать что-то на компьютере. Через минуту довольный Розанов оттолкнулся от стойки, подмигнул девушке и направился к выходу. Шейн неверяще последовал за ним на улицу.

Блондин зажег сигарету. Глубоко затянулся и с улыбкой посмотрел на напарника.

— Успех?

— Ты мне скажи. — Шейн недовольно засунул руки в карманы куртки и отошел, чтобы дым не попал на него.

— Элейн Гранд. С ней встречался Левинсон в день смерти. — Довольно поделился Розанов, с удовольствием выпуская серое облачко.

— Хорошая работа, — Шейн бездумно смотрел на парковку. — Удивительно, что она наплевала на правила о неразглашении личной информации.

— Я умею очаровывать, — он помахал клочком бумаги с набором цифр. Очевидно, к информации о подозреваемой он еще и получил номер телефона Лидии.

— Я заметил.

Шейн не хотел так реагировать. Не было повода. Это было глупо. День подходил к концу, зимние сумерки уже окутывали их. Маленький огонек сигареты словно был маячком для Шейна, и он опять уставился на изящный изгиб губ Розанова.

Илья ясно дал понять за этот месяц, что все его шутки и поведение — ничто иное, как образ общения. Единственная, с кем не флиртовал Розанов, была, наверное, кофемашина. Но Шейн видел, как тот нежно поглаживал её, когда она фырчаще выдавала порцию. В этом был весь Илья, и Шейну необходимо было согласиться, что он всего лишь звено в этой цепочке. Просто последнее время он отпускал мысли и давал им мягко биться о границы сознания: «А что если?». Его предыдущие отношения закончились мирно, можно даже сказать, обоюдно. Прошло достаточно времени, чтобы отпустить всю ситуацию и оглядеться вокруг. Но служебный роман не должен был случиться. Какие бы знаки не подавал Розанов.

— Ты закончил? Нам пора возвращаться в участок.

***

Илья оперся бедром о стол Марлоу.

— Клифф.

— Рози.

— Что делаешь сегодня вечером? — Голос Ильи сочился лестью.

— Зовешь на свидание? — Тот уставился на него из-под нахмуренных бровей.

— Ты не в моем вкусе. Но я и правда зову тебя в клуб. — Илья посмотрел в сторону Холландера. Тот перебирал распечатанные дела по токсикологам. — Как в старые добрые времена.