Глава 16. Шкаф (2/2)

Итак, если ты проводишь обыск в офисе, куда нужно посмотреть в первую очередь? Ну, разумеется, в черновики. Люди всё время забывают про них, и зачастую это самая информативная находка. Дёмин выдвинул ящик под МФУ и довольно ухмыльнулся, увидев там коробку с листами, пропечатанными с одной стороны. Однако радость была недолгой: вместо ожидаемых неудачных ксерокопий важных документов и плохо получившихся договоров, он увидел несколько тестовых страниц принтера и текст Федерального закона «О лицензировании отдельных видов деятельности», который ровным счётом ничего об «Аквамарине» не говорил.

Во вторую очередь при обыске в офисе надо изучить содержимое корзин для бумаг, но и тут Дёмину не повезло. Все корзины были чистыми — местная уборщица свою работу выполняла хорошо.

Разочарованный Женя принялся планомерно открывать все шкафы и ящики подряд, пока не нашёл, в конце концов, хоть какой-то подписанный договор. Между ООО «Мелюзина» и ИП<span class="footnote" id="fn_40799156_0"></span> Соловейченко Ф.К. За 2015 год. На вывоз твёрдых бытовых отходов с территории какого-то склада на Рябиновой.

Понятнее не стало. Следует из этого договора, что ООО «Аквамарин» не имеет отношения к Бруннику? Нет конечно — из этого договора вообще ничего не следует, кроме того, что какой-то неизвестный Жене ИП вывозит твёрдые бытовые отходы со склада какого-то неизвестного Жене ООО. Чёрт. Дёмин прервался, достал телефон и всё-таки открыл ЕГРЮЛ<span class="footnote" id="fn_40799156_1"></span> на сайте налоговой. Посмотрел «Аквамарин», посмотрел «Мелюзину», хотел посмотреть ИП Соловейченко, но выяснилось, что людей смотреть надо где-то в другом месте. Вздохнул. Сайт налоговой вывалил на Женю новые имена и фамилии, которые имели отношение к каждому из юрлиц. Не только директоров, но и ещё каких-то участников и учредителей. Дёмин с трудом представлял, что это вообще такое и чем они различаются. Гражданское право он последний раз видел в вузе, где ему поставили экзамен автоматом как показавшему высокие результаты на стрельбах. С тех пор ничего не изменилось: стрелял Женя намного лучше, чем знал гражданское право.

«Вот Арина, наверное, в этом всём рубит, она ж из экономистов», — подумал было Женя, но тут же себя одёрнул. Хватит с Арины.

Пока понятно только то, что вокруг ООО «Аквамарин» крутится много фамилий и ни одна из них Дёмину не знакома. Кто все эти люди? Люберецкие колдыри, помогающие Бруннику продавать кокаин, или обычные коммерсанты, торгующие себе спокойно пельменями?

Женя ещё раз пробежался по списку — ни одной зацепки. Пришлось продолжить обшаривать шкафы и ящики, но уже без энтузиазма. Всё-таки, честно говоря, версия с названием была притянута за уши, и чем дальше Женя обшаривал шкафы, тем отчётливее это понимал. В ЕГРЮЛ «Аквамаринов» обнаружилось страниц двадцать в одной только Москве — не станет же Женя предполагать, что их все создал Брунник в честь Стаса.

В директорском кабинете Женя обнаружил сейф. Компактный белый сейф под рабочим столом и, наконец-то, хоть какие-то записи. На сейфе лежал сложенный пополам листок А4 с какими-то вычислениями, сделанными от руки карандашом. Кто-то складывал цифры, отчёркивал результаты, обводил некоторые из них в жирный кружок, подписывал у части цифр ему одному ясные пометки типа «к.», «пон», «вв». Как Женя ни вертел листок, он так ничего в нём и не понял, поэтому просто отфотографировал и положил обратно.

По крайней мере, сейф и листок с записями доказывали, что кто-то в офисе всё же появляется и что помещение не просто сдали в аренду пару лет назад и забыли. Однако ни сейф, ни листок не говорили ровным счётом ничего о том, был ли этим кем-то Брунник.

В шкаф для одежды Женя заглянул уже перед самым уходом чисто для очистки совести. А заглянув, так и присвистнул. А затем на радостях громко хлопнул в ладоши, выдохнул самодовольное:

— Ха! — и потёр руки.

В пустом шкафу имелся ровно один предмет: внизу, перед Женей стояли чёрные женские туфли на таком высоком каблуке, что в них можно было разве что танцевать стриптиз. Только, в отличие от нормальных туфель для стриптиза, эти так и распространяли вокруг себя волны люксовости: блестящая, как зеркало, лакированная кожа, ни единого залома, ни одной царапинки, внутри на стельке поблёскивает золотой оттиск с логотипом бренда.

Сразу вспомнилось, как Элора вышагивала в этих туфлях от бизнес-центра к такси: белая укладка, губы цвета артериальной крови и наряд как у БДСМ-госпожи. А может, туфли были не эти, а другие, но в любом случае Женя не встречал ни одной женщины кроме Элоры, которая носила бы на ногах нечто подобное.

А раз в офисе стояли туфли Элоры, значит, это был офис Брунника. И, значит, Женя был прав в том, как ООО «Аквамарин» получил своё название.

Что же творится у тебя в голове, Сергей Брунник? Ты называешь свою компанию в честь, прости господи, глаз своего любовника, а потом пытаешься посадить этого любовника на пожизненное в российскую тюрьму.

Кажется, ты всё-таки поехавший.

Тут у Жени мелькнула ещё догадка. Зло шепча себе под нос:

— Аквамарин, значит… — он вернулся к столу директора и задумчиво уставился на сейф. А затем присел перед ним и попробовал ввести дату рождения Стаса как код.

23031991. Не вышло.

230391. Не вышло.

230391#. Опять не то.

23031991#. 19912303. 912303. 2303…

Он так увлёкся попытками заставить сейф открыться с помощью дня рождения Стаса, что за тихим писком кнопок и протестным жужжанием замка, не услышал шагов в коридоре. Среагировал, только когда ключ уже начал поворачиваться в замке входной двери. С едва различимым скрежетом, который очнувшемуся Жене показался оглушительным.

«Крак» — один поворот. «Крак» — второй.

На то, чтобы принять решение, у Жени было меньше секунды. Притвориться работником бизнес-центра, который тут что-нибудь чинил? Не поверят. Надо прятаться. Куда?! Взгляд упал на дверь в туалет. Она открыта, может, её вообще не закрывают, когда туалет не используется. Тогда куда? Куда?!

Шкаф!

Когда открывший дверь шагнул внутрь офиса, Женя уже корчился в шкафу, стараясь одновременно не дышать и унять бешеное сердцебиение. В руках он держал туфли Элоры, чтобы не упали с грохотом в этом тесном пространстве, если Женя как-нибудь неловко повернётся.

Двустворчатый офисный шкаф оказался достаточно широким, но очень неглубоким. К тому же сверху располагалась перекладина для вешалок, которая не позволяла Жене выпрямиться в полный рост. Пришлось застыть в максимально неудобной позе: высоты ему не хватало, а согнуться вперёд было нельзя, потому что тоже некуда. Оставалось только неловко согнуть колени, старательно поворачивая их куда-то вбок, как герой древнеегипетской фрески. И надеяться, что ему хватит сил простоять в этой позе достаточно долго, чтобы не привлечь шевелением внимания вошедшего.

Вошедших.

Сквозь довольно широкую щель между створками Женя отчётливо видел, что в офис вошли двое. И оба знакомые, хотя первого Женя раньше видел только на фотографии: плотный мужичок с ёжиком серебристых волос и по-бульдожьи обвисшими старческими щеками. Сергей Вадимович Брунник собственной персоной. Его лицо казалось сосредоточенным и, пожалуй, даже злым, глубоко посаженные глазки смотрели хмуро, однако двигался он уверенно и деловито — тело так и пружинило при ходьбе. Как будто Брунник решительно направлялся разобраться с чем-то, что давно ждало его внимания — разве что засученных рукавов не хватало.

Тот, кто шёл следом, был выше его больше чем на полголовы. Идеальная укладка, идеальная осанка, плавная походка и какая-то неуловимая томность в каждом мельчайшем движении, при виде которой и без того бешено бьющееся сердце заколотилось совсем уж отчаянно.

Стас. Чёрт бы побрал всё на свете, но это Стас.

Он выглядел так, как будто пришёл не в полупустой офис, где нет ничего, кроме пыли, а заключать сделку века где-нибудь на Манхэттене. Идеально сидящий серый костюм, голубая рубашка, тёмно-синий шёлковый галстук. Ни следа абрикосовых штанов и эполетов — строгая классика. Широкие плечи, узкая талия. Женя видел, как в магазинах пиджаки на манекенах закалывают сзади булавками, чтобы не болтались на слишком совершенных телах, а ему, наверное, ушивали у портного. А может быть, сразу шили на заказ. Но в любом случае выглядел Стас так, как будто сошёл с рекламы этих самых пиджаков. Как и всегда, выглядел слишком идеальным, чтобы ходить вот так среди обычных неотфотошопленных людей, и, как и всегда, Женя не мог отвести от него глаз.

Стас смотрелся ещё более странно, потому что на Бруннике, например, никакого костюма не было — он был одет в тёмно-коричневую водолазку и джинсы.

Женя смотрел на них, стараясь дышать пореже. Было сложно: от неудобной позы колени сразу же начали подрагивать, хотя ещё не прошло и минуты. Меж тем шевелиться было никак нельзя, даже бесшумно. Щель между створками была достаточно широкой, чтобы Жене было отлично видно, что происходит в кабинете, однако и снаружи через эту широкую щель наверняка можно было уловить движение внутри шкафа, если Дёмина угораздит не вовремя шевельнуться. Пришлось замереть на подрагивающих коленях.

Вообще, конечно, ситуация, несмотря на всю остроту, своей нелепостью напоминала начало бородатого анекдота: возваращается как-то раз муж из командировки, а там любовник сидит в шкафу. Ну… любовник любовника. В общем, сложный у них вышел анекдот — так в двух словах и не расскажешь.

Колени дрожали прям конкретно. Женя попробовал чуть-чуть поменять позу, но получилось не очень. Испуганно замер, проверяя не заметили ли. Но нет, Бруннику со Стасом было не до него. Брунник подошёл к столу и, удобно опустившись в кресло, чуть склонился, набирая под столом невидимый отсюда код на сейфе. Раздался уже знакомый тихий писк кнопок. Стас остался стоять посреди кабинета, как ученик у доски. К Бруннику не подходил, рядом не садился — ждал. Видимо, команды ждал. Но Брунник не торопился её давать. С тех пор как эти двое переступили порог офиса, они не произнесли ни слова.

А Женя понял, что теперь может быть уверенным: нет, он не ошибся и не опоздал — Брунник действительно хранит документы в офисе. В этом самом белом сейфе с неизвестным кодом. И передать их в контору<span class="footnote" id="fn_40799156_2"></span> он тоже ещё не успел — Стас вот только сейчас, на Жениных глазах, будет их подписывать.

И если после подписания Брунник положит их в сейф, уж Женя справится с тем, чтобы до конторы они не доехали. В крайнем случае, если после ухода Брунника так и не удастся подобрать код, заберёт с собой весь сейф — он небольшой, это не так и сложно.

Вот только делу-то сегодня уже дали ход… И в сейфе документам делать, кажется, больше нечего. Как быть, если подписанные Стасом договоры поставки Брунник не станет никуда класть, а заберёт сейчас с собой, чтобы сразу передать чекистам?

Жене в таком случае нужно будет просто проводить его спину задумчивым взглядом из шкафа? Или нужно будет вмешаться?

Если бы только можно было договориться со Стасом! Может, он мог бы отвлечь Брунника, а Женя бы в это время подменил документы. Хотя бы даже и на тот договор между ООО «Селена» и ИП Соловейченко. Или на черновики из ящика. Женя бы смог! Но Стас стоял к шкафу спиной и перемигнуться с ним не было никакой возможности.

Ладно, подождём. Вдруг Жене повезёт и Бруннику, например, приспичит в туалет. В идеале чтоб этак на полчаса, чтоб Женя точно успел всё обговорить со Стасом.

Но сейчас, кажется, Жене действительно не оставалось больше ничего, кроме как ждать и наблюдать за происходящим через щель между дверцами шкафа.