Часть 9. Поражение (2/2)

Лотириэль вздохнула. Она не была привычна к тому, чтобы ее действия оспаривались, а Фреалаф занимался именно этим.

— Ты считаешь, что имеешь право так говорить со мной? — спросил Фреалаф.

— Ты смеешь говорить о своем короле, своем господине, подобные вещи за его спиной. И говоришь их мне, чужой здесь. На что ты рассчитываешь?

Фреалаф хмыкнул.

— Король Эомер и весь Медусельд прекрасно знают мое мнение. То, что наш государь слушает бывшего Следопыта Арагорна и морского князя, является проблемой. Теперь еще и леди Эовин оставит Марку и отбудет в Гондор!

Лотириэль тяжело вздохнула.

— Так пожелай ей счастья, советник Фреалаф.

— Король Эомер мыслит о походах, которые ждут его впереди — на восток и юг, в Харад и за озеро Рун, но, если леди Эовин уедет, он не сможет оставить Марку, потому что наследника у него нет.

Лотириэль сделала шаг назад.

— Об этом ты тоже можешь говорить с королем Эомером прямо?

— Твой король Элессар, как вы его называете, дает свое благословение бракам, что свяжут Марку с Гондором. Наши короли станут похожи на сыновей Нуменора. — Фреалаф оглянулся на трон. — Ты, госпожа из Дол-Амрота, не похожа на наших девушек. Выглядишь по-другому, говоришь и даже смотришь.

Лотириэль смотрела на Фреалафа, не моргая.

Отчего все эти люди не оставят ее в покое? Почему ей должно быть до них дело? Где она и где они? Лотириэль вздрогнула. Что с ней твориться? Пусть будут благословенны морские владыки, что вложили ей в голову глас разума, держащий в узде эти размышления.

— Я не дам тебе ответа, советник Фреалаф, — спокойно сказала она. — На свете есть люди, которые вправе услышать его от меня, но ты к ним не относишься.

— Ты должна…

Лотириэль подняла руку, призывая его к молчанию.

— Советник Фреалаф, - по возможности мягко проговорила она. - Я уважаю тебя за твою верность Рохану. Но король Эомер даже в гневе не считает правильным указывать мне, что я должна и не должна делать. И мой собственный отец не опускается до поучений.

Фреалаф перекинул трость из руки в руку.

— Тогда хорошего тебе отдыха, госпожа из Дол-Амрота. — Он вздохнул. — Есть ли у тебя какое-то желание, которое я могу исполнить?

Лотириэль склонила голову, рассматривая Фреалафа. Его фраза была лишь выражением почтительности, но даже сквозь дурное расположение духа Лотириэль почувствовала некоторую легкость.

— Знаешь, советник Фреалаф, на удивление, есть. И, возможно, что мое предложение будет выгодным нам обоим.

****

Лотириэль убирала щетки, которыми расчесывала гривы Себальда и Русг.

Без короля Эомер Медусельд точно осиротел, и Лотириэль, к собственному неудовольствию, начала находить умиротворение в компании лошадей.

Конюшни в Эдорасе были большими и тщательно ухоженными. Рохиррим и впрямь безмерно любили своих лошадей. Стойла были чистыми, без резкого неприятного запаха, и все дверцы были все ровные, ни одна не скрипела. Конюхи следили за доставкой свежего сена, овса и воды.

Солнечные лучи проникали через узкие высокие окна, в лучах света плясали пыль и поднятые суетой сухие травинки. Тишина прерывалась редким лошадиным ржанием. Теплый воздух клонил в дремоту.

Это место давало чувство умиротворения, и Лотириэль, несмотря на ломоту в правой ноге, с удовольствием ухаживала за Русг.

Она бросила тряпку в ведро, зная, что мальчишка-конюх, проверявший за ней двери конюшни, все равно переставит его по-своему, и выпрямилась, вдыхая запах сушеной травы. Прикрыв глаза, она чувствовала, как не хочется ей возвращаться в Медусельд. Нет, ей там были рады, но Лотириэль чувствовала себя лучше и теперь была расстроена тем, что не уехала с отцом.

Она стала спать совсем уж мало, и прежняя проблема вернулась стократно.

Почему она не в Дол-Амроте?

Дверь кто-то открыл, и Лотириэль повернулась к выходу, стараясь избавиться от ноющего выражения лица.

Путь ей преградил мужчина, и Лотириэль медленно подняла голову, встречаясь с тяжелым взглядом короля Эомера. Он был совсем один, только с дороги.

Она, словно неповоротливая барка, стала прямо, тупо уперевшись в короля и не собираясь делать ни шага в сторону. Тупая боль в колене начала отдаваться во всем теле, и Лотириэль ухватилась за это болезненное, но яркое ощущение, чувствуя, как окружающий мир словно отдаляется от нее. Ей становилось страшно от того, что никто не видит, как ей одиноко, но и сказать хоть слово становилось тошно.

«Они бросили меня».

Глаза Эомера казались ей темными, и дыхание его становилось все тяжелее и громче. Он медленно наклонился вперед, касаясь ее губ.

Это не было поцелуем — она едва ощутила горячее дыхание, но значение это не имело. Здесь были и похоть, и алчность, и желание обладать ею.

Она могла бы дать ему пощечину только за этот взгляд.

Он все еще был так близко, что дыхание Лотириэль мешалось с его.

Она стояла прямая, как ясеневое копье, и напряжение чувствовалось в ней от пят до кончиков волос.

Что будет, если она не возмутится, а сама коснется его?

Сердце бухнулось куда-то вниз.

Он медленно выпрямился, держа руки за спиной.

Красивый или нет? Дикий как ястребы Лебенина или сдержанный в своей стойкости как ветвь лебетрона? Желает ее как дочь принца Дол-Амрота или как пляшущую среди цветов Лотириэль?

Она боялась моргнуть, зачарованная его взглядом.

Но внутри была пустота. Она не желает его. Она была холодна, как древние духи моря, являвшиеся морякам в виде соблазнительных дев.

Эомер отвернулся. Он не сказал ей ни слова, хотя она ждала беспокойства о своем здоровье. Лотириэль только смотрела ему в спину, в столь необычной для Эдораса тишине осознавая, что тихо плачет.

******

Два дня Лотириэль провела в покоях, которые после отъезда Фаэль и Тинвен принадлежали ей. Эмелин приходила в покои только ночевать, но Лотириэль не проявляла никакого любопытства относительно того, чем занята ее служанка. Колено перестало болеть, ранка почти зажила - но тревога не отпускала. Лотириэль лежала пластом, терпя вернувшиеся озноб и головную боль, сонная и слабая, но еще больше потерянная от осознания своей беспомощности.

Что с ней?

В последний вечер она неимоверным усилием воли заставила себя подняться. И Эмелин, и Луска отметили, что к ней вернулся цвет лица, а желание Лотириэль провести вечер в зале вместе со всеми было воспринято ими как признак ее выздоровления. Она не стала их разочаровывать, искренне надеясь, что общество и смех помогут ей сбросить с себя черную меланхолию.

Народа было не в пример меньше, чем прежде. Длинные столы были полупустыми, и даже шума будто было меньше, хотя Лотириэль окружающих слышала словно сквозь толщу воды. Она заняла место среди придворных женщин, испытывая острое нежелание сидеть рядом с королем Эомером, смущенная не тем, что между ними произошло, а тем, что она как раз не испытывала по этому поводу тех эмоций, что должна была бы.

— Жарко, — сказала одна из женщин. — Холодный мед, в самый раз!

Лотириэль смотрела на простую пищу перед собой — должно быть вкусную. Аппетита не было, как и в предыдущие дни.

— Попробуйте, госпожа, — приветливо сказала Леофа, щедро наполнив кубок Лотириэль до краев. — Старый Этла, увидев вас, расщедрился на лучшее, что у него было. Могу поспорить, что на королевском столе нечто похуже!

Женщины рассмеялись.

— Вам стоит чаще здесь бывать, — сказал кто-то из них.

Лотириэль благодарно улыбнулась. Холодный напиток внезапно показался желанным, словно морская ванна в жаркий день. Она ухватила кубок, осознав, что рука ее дрожит. Лотириэль застыла, пытаясь унять дрожь, когда поняла, что смех утих, а Леофа держит ее за плечи.

— Госпожа?

Лотириэль словно нырнула в воду, и голову ее сдавило. Пальцы непроизвольно разжались, и кубок покатился по столу, оставляя за собой след золотого меда. Высокие стулья со спинками были только за столом короля, а остальные довольствовались скамьями.

От падения с такой скамьи Лотириэль удерживали руки роханских женщин.

— Она горит огнем!

Лотириэль не чувствовала ни жара, ни холода. Только сознание ускользало, и Лотириэль боролась за него изо всех сил, словно выныривала на поверхность жаждущей ее смерти воды.

И крыша Медусельда казалась такой же высокой, как небо в степи.

Последнее, что точно помнила Лотириэль — это сильные руки, с осторожностью несшие ее через Медусельд.