I. ERROR (1/2)
I.
Оно пришло за ним.
II.
Шедлетский убегает по тёмному, по-готически хеллоуинскому лесу, в котором навсегда осень, пробегая по мосту через токсичную речку, на дне которой лежат чьи-то человеческие останки и минуя мимо кладбище, по центру которого стоит золотое распятие, — католический четырёхконечный крест — принявшее на себе смерть Иисуса, умиравшего за чужие грехи, и на котором захоронены его друзья, погибшие от рук некого 1X4<span class="footnote" id="fn_40215856_0"></span>. К слову, именно в данный момент за Шедлом он и гонится.
— Ты последний, кто мне нужен! Твои друзья все погибли от моих рук, а тебя я оставил на десерт — девственное и чистое эго, которое я хочу поиметь! — заорал 1X1X1X1 нечеловеческим голосом
— Ни за что и никогда!
Преследователь не останавливается, будто имеет способность — бесконечно бегать, нисколько не тратя стамину<span class="footnote" id="fn_40215856_1"></span>. Чтобы так хорошо бегать, нужно иметь или хорошие лёгкие, или иметь желание изнасиловать очередную жертву. Что, собственно, и сделано.
III.
У него болят лёгкие, дышать становится труднее, чем людям с бронхиальной астмой. Ноги подкашиваются, вследствие чего убегать становится труднее, чем людям с артрозом или артритом. Наворачивающиеся из-за паники и абсурдности всей ситуации слёзы размыливают обзор, как дождь размыливает лобовое стекло автомобиля. Видеть становится труднее, чем людям со зрением в –13.
— Я всё равно тебя догоню, Шедлетский! В твоём случае убегать — рыть себе же могилу. Лучше сдаться и не убегать от меня так же, как ты и делаешь, уходя от своих проблем.
IV.
Психологическое насилие — лучшая пытка для аннигилирования чужих чувств в попытках угнести ментальное здоровье.
V.
Ноги готовы развалиться на части от изнеможения. Голова готова разломаться на кусочки, обнажив внутренности — мозг, череп, грёзы, агония, гротескное представление о мире.
— Что, думаешь, что сможешь сбежать? Ну уж нет, дорогой мой. Ты никуда не сбежишь.
1X4 посылает запутанность на Шедла в виде ошибок, — в виде Шедлетского — остановив его бегства. В спину втыкается острый кинжал. Кровь пачкает белую оверсайз футболку «BL4M3 J0HN». Футболка мокнет и красится в кровавый цвет, оставив за собой шрам. Высвечивается четыре таблички:
«ERR0R (Y0U) 404»
I'M H3R3! X_X<span class="footnote" id="fn_40215856_2"></span>
OK // CANCEL
«ERR0R (Y0U) 303»
ST0P! =)<span class="footnote" id="fn_40215856_3"></span>
OK // CANCEL
«ERROR (Y0U) 444»
I'M C0M1NG F0R Y0U! ^_^<span class="footnote" id="fn_40215856_4"></span>
OK // CANCEL
«ERR0R (Y0U) 666»
N0TH1NGN3SS XDXDXD!!!!!!!!!<span class="footnote" id="fn_40215856_5"></span>
OK // CANCEL
«ERR0R (Y0U) 000»
..- -... . .--- ... . -... .-.- -.-.--<span class="footnote" id="fn_40215856_6"></span>
OK // CANCEL
Шедлетскому становится только хуже от названий ошибок: противное «Y0U» выделено жирным шрифтом, недвусмысленно намекая, кто здесь является ошибкой.
Ему не привыкать: ошибки он научился быстро убирать, а раны — нет, к сожалению. Хромая, беглец пытался ещё сбежать, однако 1X1X1X1 не собирался так просто отпускать свою жертву.
Взмахнув мечами назад, он направил острую, как лезвия его множества катан, волну, поразившую в долю секунды Шедлетского. Огромная рана появилась на спине; организм терял много крови. В глазах потемнело и появились VHS-помехи и блики, ухудшив поле зрения — загрязнённое помехами зрение постепенно темнеет, слово последняя надежда на спасение.
Он рухнул на землю.
VI.
Ему ничего не поможет.
VII.
— М-м, кровь, люблю пить его кровь и делать много чего с ней, — экстаз у убийцы наступил мгновенно после попадания чужой крови к нему в организм.
Он делал своей катаной небольшие ранки, давил на них, получая из них багровую жидкость. Обмазав своё лицо его кровью, он принялся мастурбировать на потерявшее сознание тело, стоня на весь лес, зная, что тут никогда никого не бывает. Кончив, он запустил часть спермы в рот Шедлетскому, а другой обмазал своё лицо, перемешав с кровью.
— Так, а теперь пора утащить и привязать его, дабы тот не сбежал, а то заново ловить неохотно, чесгря.
VIII.
Привязав его к дереву, которое начинало подгнивать и в котором завелись муравьи, заползавшие к Шедлу в разные отверстия: уши, ноздри, рот. Не то чтобы он боялся до инфаркта, но они вызывали сильное отвращение у Шедлетского.
— Просыпайся, долбоёб дырявый, — скомандовал ему 1X1X1X1 всё ещё вне сознания. — Блин, точно, он в отключке...
Катана 1X4 насильно упёрлась в кадык потерявшему сознание. Для полного эффекта он схватил его за горло, началось удушье, вследствие чего тот очнулся, попытавшись задышать, но воздух был перегорожен мощной рукой.
— У-убери к-кат... катану... — еле ловя воздух ртом, заумолял он.
— Нет. С чего бы мне это делать? Мне нравится душить людей. Смирись. Ещё раз пикнешь — и это орудие перережет тебе горло.
В лесу была гробовая тишина. Никого не было. Их никто не увидит. Никто не поможет Шедлетскому выбраться из плена. <s>Зачем в абзаце дважды повторилось звание Шедла?</s>
— Нет, прошу, не надо... я-я н-не хочу ум-уми-умирать. — не только этого он боялся: у него была сильнейшая фобия на сексуальные домогательства, и 1X4 это прекрасно знал, чем специально и пользовался.
— Меня это совершенно не ебёт.
— Н-но...
— Завали ебало. — огрызнулся 1X1X1X1. — С чего бы мне начать, бли-и-ин, не знаю... Хм, точно.
У 1X4 в детородный орган поступала кровь, которая опять привела к мощнейшей эрекции.
— Я знаю, с чего начать.
IX.
Вывалив свой длинный от возбуждения хер, он стал подносить его ко рту Шедла.
— Ублажи меня ртом, тварь, — потребовал он, приблизив свой световой меч к его рту.
Покорно взяв в рот, желторотик начал делать минет, но ему этого было мало. 1X1X1X1 стал упорно двигать его головой вдоль всей длины члена, удушая своего ублажителя.
Изо рта жёлтого потекла кровь: стенки горла натёрлись до мяса, жутко раздражаясь при касании. Его рвёт кровью и блевотиной на засыпанную листьями землю. Часть рвоты попала на возбуждённый член, испачкав его желчью, смешанной с красной жижей. За это следует огромный кровоточащий порез с запястья до локтя по горизонтали. Сильный ор, конечно, никто не услышал, но это вызвало серьёзное недовольство.
— Ещё раз ты затошнишь — убью за сию секунду!
Он покорно кивнул: делать было больше нечего.
Послушный. Очень послушный.
Взяв за кудрявые волосы Шедла, он начал дёргать через них его головой вдоль детородного органа. Дёсны воспалились и начали кровоточить, обтекая немного желтоватые от времени и стресса зубы и заляпав всё лицо. Кровь попала на член 1X1X1X1. Это лучшее, что с ним происходило.
— Б-блядство... Как же это прекрасно! — резкая улыбка появилась на лице 1X4: он кончил, осеменив почти что всю ротовую полость в эякуляте.
Шедлетский тошнит на сырую землю.
Убийца не обращает на это внимание.
X.
— Теперь я хочу поиметь тебя анально.
1X4 развязал его для такой плотской утехи. Шедл, конечно, мог бы сбежать, однако сил не было. К сожалению. Он повернул его раком и, нацелив свой огромный пенис, резко и грубо вошёл, не щадя его.
Насильник и любитель чужих дырок елозит по анальному отверстию Шедлетского, оравшего от боли. 1X4 в принципе любил крики людей во время ебли: душераздирающие звуки >8000 Гц. доставляли некую негу, давая понять, кто здесь доминирует.
Из отверстия потекла красная субстанция из-за раздражения и появления анальных трещин на стенках. Всё внутри зудело и болело.
Всё очень плохо.
Беспомощная секс-игрушка.
Никому не нужный сборник органов в кожаной оболочке со сломанной душой и состоянием.
Набор пикселей с фальшивой Epic Face улыбкой.