Глава 12: Оружие массового поражения (2/2)

– О. Наш крикун очухался. Много ты нам покоцал стекла, малец. Придется все лампочки менять. Кстати удивительно, что здесь довольно темно, а ты даже не обратила внимания, Хёрин, – хитро улыбнулся тот, от чего девушка побледнела моментально.

Она так была поглощена заботой о больном, что вообще не обратила на это внимания. Но когда ей тыкнули в это, то действительно, в лазарете, как и по всей базе не было света.

– Ах ты… – зашипела оборотница, кинув в него пинцетом.

Дохён увернулся от него и захохотал. Но потом вмиг посерьезнел и произнес:

– У нас происшествие на кухне.

От зарождающегося страха ее отвлек серьезный голос парня.

– Кто? – она сразу перешла на деловой тон, стараясь не обращать внимания на то, что в комнате действительно темно.

Чимин, что удивительно, тоже не шибко беспокоился по этому поводу. Обычный человек не особо бы видел в темноте. А этот прекрасно ориентировался в пространстве и даже повернул к ним голову, пытаясь понять, что происходит.

– Он готовил кролика недавно и…попробовал один кусочек вне ужина. Это был аконит. Я его через всю кухню чуял, – скривился Дохён, слегка закашлявшись.

Юн сразу среагировала на кашель:

– Я надеюсь ты кашляешь не потому, что несколько частиц попало в лёгкие.

Ким закатил глаза и фыркнул:

– Да брось, ты не хуже меня знаешь, что концентрация должна быть больше, чтобы отравлять по воздуху. Аконит был впрыснут в тушку, так что…просто побочка, я в порядке, доктор Хёрин, – с нажимом произнес оборотень, особенно делая акцент на слове «доктор».

Девушка ощерилась, обнажив увеличенные клыки, и только. Ее взгляд метнулся к Чимину. Она поняла, что они слишком много чего поведали при постороннем. В таком случае можно попробовать кое-что, чтобы их обезопасить хоть немного. По крайней мере, на время.

– Ким Дохён, познакомься, это Пак Чимин, наш новый член клана, – и улыбка такая коварная-коварная.

Она так и говорила: ну, попробуй пиздануть, что у меня нет полномочий впускать новых членов в группу. Чонгук достаточно доверял ей, чтобы давать возможность делать, что она посчитает нужным. В том числе вмазать Дохёну, если тот зарвется.

– А, кхм…приятно познакомиться. Наверное, – неловко выдал ягуар.

Он подошёл к Паку и протянул тому свою ладонь. Чимин, не особо колеблясь в ее местонахождении, пожал ее. Немного сильнее, чем требовалось. Улыбка у него была излишне дружелюбная.

– Очень приятно, что меня так быстро сюда приняли. Надеюсь, я буду очень часто вас видеть, господин Дохён. Ваши communication skills поражают, – с большим намеком произнес Чимин.

– Что ж…сомневаюсь, что часто. У меня есть дела помимо расшаркиваний перед новенькими, – не показав ни единым мускулом, что он хотел бы сейчас ударом кулака снести этому наглецу зеленому кабину, оборотень зубасто улыбнулся в ответ.

– Даже таак, а я думал, у вас есть время на то, чтобы доставать девушек, которые занимаются полезными делами, – улыбка парня стала ещё шире.

Ким сжал чужую руку так, что Пак охнул, и, с удовлетворением, отпустил ее. Отстранившись, он направился к двери, обернувшись у порога:

– Эй, Хёрин, нужна твоя помощь. Там эта...его пара подвывает. Она потеряла родственную душу. Ты лучше в этом разбираешься, чем я. Ты же это уже пережи… – в момент, когда он хотел закончить фразу, в него полетел хирургический лоток с остатками инструментов.

– Заткнись! – рявкнула девушка, уже едва сдерживаясь, лишь бы не вцепиться ему в глотку, – Был бы у меня пулемет, БЛЯТЬ, я бы поставила его перед твоим домом блять. Собрала бы всю твою семью блять… – зашипела девушка, сверля его взглядом, полным бешенства.

От раздражения глаза светились ярко, аккуратно подстриженные ногти трансформировались в когти и удлинились.

Парень увернулся и в этот раз, решая добить ее ответом:

– А знаешь, что я вспомнил? Твою маму. Она была моей любимой шлюхой в борделе. БОГИ, как она заглатывала, – и показал характерное движение для минета.

Юн вызверилась, зарычала, подлетела к Киму и, ухватившись за грудки, прижала его к стене.

– Какая же ты сволочь. Я вызываю тебя на поединок. Я размажу тебя по асфальту, как и в прошлые разы, сука. Раз тебе не доходит словами, – рявкнула ему в лицо бледная от бешенства девушка.

Лицо на миг исказилось от боли: эмоции так зашкаливали, что тело едва не трещало по швам, сдерживая окончательную трансформацию.

– Воу, воу, наша киса снова показывает коготки, – Дохён будто не был сильно удивлен ее реакцией, но все равно вздрогнул, когда его зажали у стены, даже не пытаясь выбраться.

Он прекрасно знал: одно неверное движение – и разъярённая кошка вцепится ему в сонную артерию.

– Верно. Сразу после того, как я закончу с пострадавшей – я снова тебя вздую, понял меня?! – прошипела ему в лицо девушка, сжав кулаки сильнее на вороте, из-за чего на футболке парня остались следы от когтей.

Вот здесь уже Дохён несколько заволновался, поняв, что сейчас допизделся. Сглотнув, он кивнул.

– Прекрасно. А теперь – веди. Чимин – остаешься тут, – коротко раздав указания, она отстранилась, и потащила за собой Дохёна, который только и успел пикнуть, исчезнув за дверью в коридор.

Чимин аж сел на кровати, находясь в полнейшем ахуе. Он впервые видел девушку с таким характером. И, как не удивительно, был просто восхищен, что даже пару раз похлопал уже закрывшейся двери.

«Вот это женщина…».

На кухне лежало бледное бездыханное тело оборотня, а над ним завывала растрепанная, будто разом постаревшая на несколько лет женщина. Она выла как раненый зверь. Осторожно касалась чужого лица дрожащими руками, задыхаясь от истерики. Ее абсолютно не беспокоило окружение, никакие слова утешения не могли ей помочь в данную минуту и облегчить боль. Немного поодаль стояло еще несколько оборотней и Чонгук, понуро и бездвижно как каменные изваяния.

Хёрин, увидев эту душераздирающую картину, вмиг растеряла весь свой запал, приблизилась, и осторожно коснулась плеча. На нее подняла взгляд пустая оболочка, с глазами полными слез. Глаза…в них больше не было жизни, лишь желание умереть.

– О боже… – единственная реакция, которую смогла выдать девушка, крепко обняв женщину.

Та просто безвольной куклой повисла в ее руках. Никакого ответного движения, никакого слова. Ничего. Лишь пустой взгляд, устремленный в пустоту.