Глава 12: Оружие массового поражения (1/2)

Перепонки просто разрывало от этого крика. Хотя нет, не крика – воя. Как у животного, который потерял свою вторую половинку, у птицы, что осознала, что птенцы выпали из гнезда и разбились насмерть.

Мозг отказывался слушаться, уши закладывало, хотелось заткнуть источник крика как можно быстрее, но никто не сдвинулся с места, зажимая ушные раковины руками и кривясь, как от самой сильной боли в своей жизни.

Задребезжали все стеклянные поверхности, загудели, и по очереди полопались все лампы в коридоре с оглушительным хлопком. Каждый стакан в районе поражения, каждая стеклянная ваза, зеркало лопалось от этого крика.

Тройка оборотней лишь могла беспомощно переглядываться, не в силах встать с места. Чонгук, который стоял, вообще упал на колени, стараясь хоть каким-то образом заглушить этот звук. А самое главное, что даже звукоизоляция в кабинете не помогла спастись от этого кошмара.

Голова раскалывалась, из ушей стекали струйки крови, грудь будто разом лишилась всего кислорода. Но страшно было не это – разум затопил необъяснимый и всепоглощающий ужас. Казалось, крик длился бесконечно, каждый потерял счет времени, не представляя, когда наконец это прекратится.

Вой стих так же внезапно, как и начался, резко. На базе воцарилась блаженная тишина. Троица оторвала руки от ушей, осознав только сейчас, что чуть-ли не проломили свои черепушки от давления на голову, лишь бы избавиться от проникающего будто отовсюду звука. Хёрин, Чонгук и Дохён тяжело дышали, замечая друг у друга кровь из ушных раковин. Мозг возвращался на место медленно, очень неохотно, словно вылезая из крайне неподатливого зыбучего песка.

– Что…что это? – лишь смог выдать Дохён, смотря с тревогой на Чонгука.

Гук тем временем перевел взгляд на Хёрин, которая несколько рассеянно вытирала руками кровь.

– Это…я предполагаю, что наш ценный «ресурс», коллеги, – сдавленно проговорила девушка, смотря то на Дохёна, то на Чонгука.

Они смотрели на нее в ответ, медленно переваривая сказанную фразу. Ким все равно ничего не понимал, зато в глазах Чона оборотница заметила знакомый блеск узнавания чего-то знакомого, но почему-то забытого.

– Ну конечно…как я сразу не понял… – забормотал молодой мужчина, вставая с колен и отряхивая джинсы, – Вот почему Тэхену был нужен Чимин. Он – их оружие массового поражения.

Хёрин моргнула, затем еще раз. И просто расхохоталась, услышав это. Но заметив серьезный взгляд главного – заткнулась моментально.

– А, кхм, это была не шутка… Я приношу свои извинения, – она слегка потупилась, а потом поняла, что они за разговорами забыли за самую важную часть этой мозаики: про самого Пака.

Девушка подорвалась с места, о чем сначала пожалела, почувствовав легкое головокружение, но быстро взяла себя в руки, и стремглав вылетела из кабинета. Даже окрики Чонгука вернуться не заставили ее послушаться приказа. Она не обращала внимания на тьму, которой боялась до чертиков, на кучу стекла рассыпанного по полу. Это все сейчас было неважным, второстепенным. Главным сейчас было другое – во что бы то ни стало добраться до Чимина. Сердце колотилось с бешеной скоростью, а в голове роились панические мысли:

«А что если он упал в обморок и ударился головой? А что если его кто-то насильно заткнул сейчас, лишь бы не оглохнуть? А что если…». И таких «А что если…?» была целая куча.

Она пронеслась по коридорам с завидной скоростью и буквально вломилась в спальню парня, почти вырвав дверь из петель. Несчастная дверь повисла, наполовину поверженная. Но ей сейчас было не до этого, Юн быстро осматривала комнату в попытке найти парня. И обнаружила его свернутым калачиком на полу, забившегося в угол. Приблизившись, она почуяла запах крови.

«Видимо, осколки попали в мягкие ткани»,– предположила девушка, опускаясь на корточки перед Паком и очень осторожно коснулась его плеча.

– Эй, Чимин. Чимин, ты в порядке, ээй? – ее голос был спокойным, обволакивающим, хоть и прорывалась зарождающаяся паника.

Девушка не стала и дальше трясти не отвечавшего парня, не будучи уверенной в том, что он не повредил себе что-нибудь посерьезнее. Поэтому она для начала внимательно прислушалась и улыбнулась: так, прекрасно, дыхание присутствует, поверхностное и замедленное, но оно есть.

Она осторожно развернула его и уложила на спину, где не было осколков, под ноги положила свернутое одеяло. Заметив на Паке пуговицы, она тяжело вздохнула, собралась с мыслями и расстегнула несколько, обеспечивая доступ воздуха.

Взгляд все-таки скользнул даже по небольшому открытому участку кожи и щеки девушки слегка зарделись.

«Так, блять, соберись, тряпка! Сейчас не время вспоминать, что ты девушка, а он – парень. Сейчас ты медик, а он пострадавший», – отвесив себе мысленную пощечину, Юн пришла в себя и продолжила.

На всякий случай повернула голову парня набок, мало ли что случится, если она этого не сделает. Только после этого стала осматривать пострадавшего на полученные ранения более внимательно. Взгляд зацепился за царапины на лице, порезы на шее, руках и груди.

Учитывая характер ран, скорее всего он вскочил с кровати, возможно пытался позвать на помощь. В итоге его одолел крик и осколки врезались в тело. Тем более что он стоял прямо, не успел пригнуться. Раз руки не целы, то пытался защититься, сразу как получил осколками в лицо. Благо что ничего не попало в глаза и он додумался их закрыть, скорее всего рефлекторно, умный мальчик.

На первый взгляд застрявших осколков нет, но для этого нужно было более внимательно осматривать. Собственно, чем она и занялась.

Не решившись тянуть хотя бы самый мелкий руками, Хёрин тяжело вздохнула. Нужно нести его в лазарет. Но стоило ей попытаться поднять его, как Чим резко открыл глаза, чем слегка напугал оборотницу. Она вздрогнула, но сразу взяла себя в руки.

– Да твою ж… Чимин, ты меня напугал. Ты как? Ну, кроме того, что в тебя попало несколько осколков, – уточнила девушка, искренне беспокоясь за парня.

Проморгавшись, Пак выдал короткий ответ:

– Хреново, – голос был охрипшим, каркающим.

И не удивительно, от таких криков у любого бы перенапряглись бы связки. Хорошо, что голос ещё не сорвал.

– Тебя нужно в лазарет. Но…я не уверена, стоит ли тебя транспортировать сейчас, – неуверенно выдала девушка, смотря на чужое состояние.

– Я…смогу встать, – сдавленно прохрипел парень, предприняв не уверенную попытку принять вертикальное положение.

Девушка как могла, помогла, очень осторожно. И, поддерживая, повела в лазарет. Уложив на койку, принесла необходимые инструменты, предварительно продезинфицировав каждый. Руки, понятное дело, тщательно помыла.

Поставив на тумбочку рядом с кроватью хирургический лоток, она притащила к кровати табурет и занялась обработкой.

– Лучше тебе закрыть глаза. Кровь будет, поэтому лучше не смотри. И как раз расскажи, каким образом ты оказался на полу, – тем временем девушка из уже продезинфицированных ранок доставала пинцетом осколки.

– Я…спал, – начал парень, слегка кривясь от неприятных ощущений и пощипывания на коже от обработки спиртом, – После чего возникло то самое чувство, когда…когда кто-то должен умереть. Оно было сильным настолько, что я встал с кровати и попытался позвать кого-нибудь, но не успел. В итоге…я начал кричать, все вокруг стало лопаться, меня задело зеркало и лампа, в попытке отойти я споткнулся и упал. Как раз в тот момент все закончилось, я забился в угол подальше от осколков, а дальше…темнота. Потом я открываю глаза, а ты пытаешься меня куда-то утащить, – говорил он тихо, от чего оборотнице пришлось слегка поднапрячь слух.

Главное, что она смогла отвлечь Чимина от крови, а значит все пошло как надо. Закончив с обработкой, она осмотрела все ещё раз и, убедившись, что все извлечено, обработала все антисептиком и отстранилась.

– Все, трусишка, можешь открыть глаза, – со смешком выдала Юн.

Чим резко открыл глаза и возмущённо уставился на девушку.

– О, вижу со слухом у тебя проблем нет. Прекрасно, – прыснула оборотница и услышала, как открывается дверь в лазарет.

Это был Дохён. Хёрин недовольно цыкнула, но не стала давать никаких оскорбительных комментариев. Пока что. Пока Ким не откроет свою пасть первым.