Часть 60 (1/2)
Когда Кэйл закрыл глаза, до него начали доноситься приглушенные голоса находившихся вокруг него людей:
— …Боже мой…
— Смотря на это…
По записи разлилась настороженность, смешанная с дискомфортом — Кэйлу явно не нравилось, что вокруг его постели вздыхали люди. Розалин поджала губы. Только сейчас она начинала понимать, что практически так же выглядели все пробуждения молодого мастера после обмороков, они вели себя так же, как эти взволнованные люди, не помогающие, а только заставляющие нервничать.
Чувствуя, как от них у него возникает неприятное предчувствие, Ким Рок Су слегка приподнялся на кровати, но, услышав чей-то плач, резко открыл глаза и увидел дрожащие от слез взгляды людей. Это напомнило ему о том дне, когда он проснулся с венком Мирового Древа на голове в деревне эльфов у гор Десяти Пальцев, отчего его тело слегка задрожало, а голос Супер Камня заставил нахмуриться:
{Кэйл, все выглядят так, будто ты их тронул за душу}.
«Это… Действительно выглядело так?» — Со смущением подумал Чхве Хан.
Увидеть наполненные слезами глаза столпившихся людей со стороны было весьма отрезвляюще. Это было неприятно. Кэйлу было неприятно и дискомфортно от такого внимания, и из-за этого он не мог расслабиться и отдохнуть так, как ему было нужно после сложного боя.
«Неужели мы тоже не давали ему нормально отдохнуть?»
Но вскоре от этого его отвлекла Ким Мин А, спросив:
— Ты в порядке?
«Неправильный вопрос». — Суй Кхан прикрыл глаза рукой, уже предвкушая реакцию окружающих на неизбежное «я в порядке». Он знал, насколько профессионально Ким Рок Су умел отвечать на этот вопрос, и насколько низка была планка его «в порядке». И в этот раз он даже почти не соврёт — относительно жгучей боли и кровохаркания нынешняя усталость и напряжение в мышцах были ничем.
От её вопроса на лице молодого человека появилась легкая улыбка, которая, по его мнению, была довольно обнадеживающей, тогда как Раону она больше напомнила бы раздавленный яблочный пирог.
Раон оценивающе прошёлся взглядом по улыбке Ким Рок Су в проекции и важно кивнул:
— Да, человек, ты похож на раздавленный пирог.
Чжон Су прыснул со смеху.
Подумав об этом, он спокойно произнес:
— Я в порядке. Мне стало лучше.
«Что и следовало доказать», — Суй Кхан перевёл смеющийся взгляд с Ким Рок Су в проекции на Кэйла и ткнул его пальцем в плечо. Просто так. Чтобы не расслаблялся.
Услышав его, девушка, глубоко вздохнув, сказала:
— …Хаааа. Действительно… Ты…
«И почему это звучит так знакомо?» — Отстранённо задумался Эрухабен, наливая чай. Рядом с ним Рон и Бикрокс выкладывали на блюдо неизвестно откуда взявшиеся тарталетки.
И затем отвернулась, тогда Кэйл в замешательстве взглянул на неё, а стоявший рядом с ней Бэ Пух Ром закричал:
— Закрой глаза, если тебе трудно держать их открытыми!
— Рок Су-я выглядит, как будто его огрели мешком по голове, — театрально громко прошептал на ухо Суй Кхану (перегнувшись для того через Кэйла) Чхве Чжон Су.
Кэйл закатил глаза, когда его хёны захихикали, как малые дети. Прелестно, просто прелестно, очень зрелое поведение взрослых людей.
Удивлённый их реакцией юноша ошарашено задумался о том, с чем связано подобное поведение молодых людей.
«Что с ними обоими не так?»
Искреннее недоумение Кэйла, совсем недавно отхаркивающего кровь и до сих пор бледного, как приведение, заставило Альберу тяжело вздохнуть. И как такой умный человек, прекрасно подкованный в манипуляциях, читающий чужие намерения по малейшим движениям и способный втереться в доверие десятку лидеров стран, мог быть таким идиотом в том, что касается его самого?
Комментарий молодого Ким Рок Су, раздавшийся прямо в голову и столь же недоумевающий, сделал этот вопрос ещё более обоснованным.
В ответ ему в голове прозвучал недоуменный голос Ким Рок Су из этого мира:
[Как будто я знаю?]
— Боже, Рок Су-я, — захохотал Суй Кхан, — ты невероятен в любом мире и любом возрасте!
Рядом согласно всхрюкнул от смеха Чжон Су, дав этим звуком повод для смеха остальным. Проекции пришлись ждать ещё несколько минут, пока групповая истерика завершится.
Тогда как Супер Камень, слегка удивленный их вопросами, беззаботно произнес:
{Не знаю, притворяетесь ли вы двое невежественными, хоть и знаете, что происходит, но, похоже, Кэйл, ты стал героем}.
Раон, успевший обернуться к опекуну ровно в тот момент, когда он скривился, радостно захлопал крыльями:
— Человек, ты молодец!
Выражение лица Кэйла стало странным.
— …Спасибо, Раон, — голос прозвучал сдавленно, как будто Кэйл не знал, какую эмоцию в него вложить.
Чжон Су жизнерадостно заржал.
После слов древней силы Кэйл молча закрыл глаза и, подумав о том, что его проблемы когда-нибудь закончатся, решил просто не думать о них. Но перед этим он задал вопрос находившимся рядом с ним людям:
— Никто из вас не пострадал?
— Боже, Кэйл, — Альберу совершенно не аристократично уткнулся лицом в ладонь.
Рядом с ним с лёгкой улыбкой вздохнул Чхве Хан, и мягко покачала головой Розалин. Это было настолько в стиле Кэйла — спрашивать о благополучии других, когда сам ещё не успел отойти от кровопотери…
На мгновение вокруг него воцарилась тишина, а после раздалась ругань Пак Джин Тэ:
— …Блять!
В этот момент Альберу был отчаянно солидарен с Джин Тэ. Мыслями он быстро переместился к злосчастной записке от Бога Смерти, к Кэйлу, пытавшемуся говорить, что в порядке, прежде чем просто рухнуть без сил. Да, он полностью понимал реакцию Пак Джин Тэ. Понимал, что она была не тем, что могло бы помочь Кэйлу, понимал, что ругань — не то, что было нужно в этот момент, но осуждать за эту реакцию не мог. Это было бы слишком лицемерно.
Но затем последовал спокойный голос Ли Су Хёка:
— Рок Су, всё в порядке, мы не пострадали.
Не обратив внимания на Джин Тэ и улыбнувшись словам Су Хёка, Кэйл начал быстро приводить в порядок свои мысли, а его союзники продолжали наблюдать за ним сверху вниз.
Рон тихо усмехнулся — конечно, именно Ли Су Хёк нашёл нужные слова, чтобы скребущее волнение отпустило Кэйла и позволило собраться с мыслями. В этом не было ничего неожиданного, не после всех взаимодействий корейской тройки, которые они наблюдали в этом зале за просмотром чужих воспоминаний.
Внезапно заговорил Ли Су Хёк:
— Чжон Су, спасибо, что ты рядом с Рок Су.
Его взгляд был тяжёлым и понимающим, и Чхве Чжон Су в ответ выдавил слабую улыбку.
— Всегда пожалуйста, лидер группы, всегда пожалуйста, — ответил проекционному Ли Су Хёку Чхве Чжон Су.
Он потянулся к Кэйлу и попытался потрепать его по волосам, но красная макушка быстро уклонилась от его руки. Сверкнул недовольный взгляд красновато-карих глаз.
— И как вообще можно не быть рядом с ним? Ну настоящий кот же!
Суй Кхан засмеялся.
Кэйл вновь прикрыл глаза, оставляя этих двоих обмениваться взглядами дальше.
Как будто он был отражением самого себя из проекции, Кэйл тоже прикрыл глаза и откинулся на спинку дивана. Чжон Су и Суй Кхан вновь захихикали, на этот раз ещё и вместе с Раоном.
От размышлений его отвлекла спустившаяся со стен и направляющаяся к ним Сук Хо Джа, которая, взглянув на них, произнесла:
— Пойдем в комнату для совещаний. И давайте перенесем командира к врачу.
«Не получится», — мгновенно и без малейшего сомнения подумал Эрухабен. У них бы не получилось так сделать, даже если бы Кэйл действительно был в плохом состоянии, а сейчас он чувствовал себя достаточно неплохо, так что шансов удержать его в стороне от планирования миссии, за которую он в ответе, не было никаких.
И действительно, Кэйл в проекции, услышав слова Сук Хо Джа, встрепенулся.
После её слов Кэйл, открыв глаза, сел на кровати и сказал:
— Я в порядке. Мне тоже нужно пойти в конференц-зал.
«Чего и следовало ожидать», — Рон и Бикрокс встретились понимающими взглядами, разделяя одну и ту же мысль. И оба они не могли обвинять Кэйла в решении всё проконтролировать. На кону стояло слишком многое, чтобы позволить себе продолжать лежать в постели без веских на то поводов.
Стоявшие рядом с ним люди в шоке открыли рты, но юноша поднял руку и, когда все успокоились, продолжил:
— Монстр ещё не умер. Командир не может отдыхать в такой ситуации.
— А мой человек может, — пробурчал Раон.
— Что? — Переспросил Суй Кхан.
— Если командир не может отдыхать, то мой человек — может!
Суй Кхан умилённо улыбнулся — этот ребёнок просто очарователен.
Глава убежища посмотрела на него странным взглядом, но всё же произнесла:
— …Хорошо. Давайте пройдем в комнату для совещаний. Соберите всех командиров подразделений.
— Да, мэм.
— Смотри, донсен, именно так ты только что укрепил свои геройские позиции в их сознаниях, — наставительно кивнул в сторону проекции Альберу.
Кэйл посмотрел на него, как на идиота.
— И?
— Что? — Альберу явно ожидал не такой реакции.
— Даже если так, это проблема местного Ким Рок Су, а не моя, — в глазах Кэйла читалось вселенское безразличие.
Чжон Су хохотнул — это было так в стиле Рок Су, кидать под поезд всех, даже себя самого из другого мира.
Находясь в кровати, которая двигалась в большой зал совещаний, Кэйл размышлял над тем, как все внезапно навалившиеся с начала испытания Запечатанного Бога проблемы начинают разрешаться одна за другой.
«Всё, что нам осталось, — это завершить оставшиеся дела».
Облегчение проекционного Кэйла резонировало с эмоциями наблюдателей — все они устали от этого испытания и хотели поскорее двигаться дальше. Слишком много эмоций, слишком много отчаяния и боли, превозмогания и битв.
Затем, взглянув на стрелки часов, что вскоре собирались пробить четыре часа утра и тем самым приближали приход Альберу Кроссмана в облике Тёмного Тигра, который являлся последней деталью в их плане.
Проекционный Кэйл, лежащий на кровати, просто прикрыл глаза, и всё вокруг погасло — исчезли и коридоры замка-убежища, и лидеры операции, и странная кровать на колёсах, и даже сам Кэйл. Вероятно, заклинание вновь решило обрезать лишнее. Почему лишним стало военное собрание, Альберу не понимал, но протестовать такому решению не хотелось. Его, в общем-то, всё очень даже устраивало.
По комнате рассеялся мягкий дневной свет, и перед наблюдателями открылась новая, хотя и уже знакомая сцена — Ким Рок Су стоял на той самой башне, где началась эпопея с Богами и ужасная боль. Раон поёжился, вспоминая, как он сжался в комок под руками своего человека, хотя обещал себе больше не пытаться прятаться от боли. Молодой дракон надеялся, что в этот раз сторожевая башня не принесёт Кэйлу и им новой боли.
Кэйл посмотрел на время, находясь на сторожевой башне, и начал говорить:
— Один час.
— …Что? — Удивлённо переспросила проекционного Кэйла Розалин, как будто он мог ей ответить.
Спустя пару секунд магесса удивилась ещё больше, потому что молодой господин действительно уточнил, о чём он говорил. Правда, мысленно… Но совпадение времени вопроса и мыслей, на него отвечающих, было действительно забавным.
Всего через час будет восемь утра. Это означало, что Кэйл Хенитьюз с другой стороны благополучно пережил этот день.
«Наконец-то», — Эрухабен наконец почувствовал, что может выдохнуть. Этот ребёнок наконец будет в относительной безопасности от непонятных планов Богов.
— Что ты подразумеваешь под одним часом?
Услышав голос за спиной, Кэйл повернул голову в сторону Ли Су Хёка, который подошел к башне, оставшись с ним наедине.
Рон усмехнулся — даже Ли Су Хёк, который показывал чудеса понимания Ким Рок Су, сейчас не понял, что тот имел в виду. Хотя, может, в этом и заключался секрет? Задавать вопросы, запоминать ответы и составлять собственную карту взаимодействий? В конце концов и у Рона с молодым господином был свой набор условных жестов и взглядов, которые имели значение и говорили больше слов. Всё это нарабатывается со временем.
— Хён, ты хотел мне что-то сказать?
— Да.
— Рок Су-я, за что? — Суй Кхан надул губы. — Почему ты мне не ответил?
— Мой ответ вызвал бы только больше вопросов, слишком много мороки, — невозмутимо ответил Кэйл.
Суй Кхан драматично схватился за сердце.
— Ты ранил меня до глубины души! Назвать своего хёна морокой!..
Ли Су Хёк спросил:
— Рок Су, с твоим телом всё в порядке?
Это заставило его задуматься о том, пришло ли время рассказать тому правду, на что в голове молодого человека откликнулся Ким Рок Су из этого мира:
[Хочешь ему всё рассказать после того, как позаботишься о монстре? Но кто знает, когда ты вернёшься?]
«И снова целый консилиум прямо в его голове», — Альберу приподнял брови и покачал головой. — «И как он с этим живёт? И ведь по лицу не скажешь, что он сейчас разговаривает с двадцатилетней версией себя…»
«Верно. Но что, если после моих слов в его голове начнется хаос?»
— Пф, — гордо фыркнул Суй Кхан и распушил перья, — обижаешь. Меня таким не проймёшь.
Чжон Су согласно закивал — он ни капли не сомневался в стрессоустойчивости лидера группы.
[А разве Су Хёк-хён не заметил с самого начала, что ты совершенно иной человек?]
— Вот-вот, послушай свою младшую версию, она дело говорит!
Кэйл вздохнул, но не смог скрыть подёргивающиеся в попытке сложиться в улыбку уголки губ. Суй Кхан был доволен.
Услышав его, Кэйл вспомнил, что сказал его бывший командир перед началом битвы:
«— Хоть ты и являешься тем самым Ким Рок Су, которого я знал в прошлом, но сейчас кажешься совершенно другим человеком».
И вновь Рон задумался о том, насколько Ли Су Хёк был уже тогда близок Ким Рок Су, чтобы так просто заподозрить что-то неладное. А ведь знакомы они тогда были не так уж долго, особенно учитывая, что Су Хёк достаточно быстро ушел из убежища и отдал всё Пак Джин Тэ.
Это было в чём-то похоже на ситуацию с Роном и Кэйлом… Точнее, Кэйлами. Он, бывший рядом с изначальным молодым господином больше всех остальных, тоже заподозрил, что что-то не так, но так и не решился спросить об этом в лицо, в отличие от Ли Су Хёка. И сам он не смог докопаться до правды, пока её не вскрыло заклинание.
Но от размышлений об этом его отвлек спокойный голос Рок Су из этого мира:
[Я понимаю, почему ты колеблешься. Да и кроме этого, Ли Су Хёк не из тех, кто с эмоциями идёт в бой.]
Суй Кхан мягко улыбнулся, осознавая, что сейчас своими глазами видит и даже чувствует, насколько Рок Су-я ему доверяет, насколько он в нём уверен, даже если между ними ещё не было безжалостных лет службы в компании. Это было приятно, очень приятно — осознавать, что тебя считают достаточно надёжным.
«Верно, и, помимо этого, тебе после моего ухода потребуется человек, что сможет помочь с возникающими последствиями».
Принятое решение отдавало твёрдостью и уверенностью, но и лёгким чувством мандража — Кэйл был готов выложить всё Ли Су Хёку и был в нём уверен, но всё же волновался о возможной реакции. Раону это чувство напомнило, как он пробовал новые заклинания — всё уже просчитано, он знает, что должно быть, но результат пока непредсказуем.
И, когда он всё же принял решение, его позвал стоявший рядом с ним Ли Су Хёк:
— Рок Су.
— Да, хён?
— Твое тело?
То, как выжидательно Ли Су Хёк смотрел на Рок Су, было действительно забавно. Альберу не мог отделаться от мысли, что он сам наверняка частенько выглядит так же. Особенно на собраниях аристократов, когда с бесконечным терпением в трехтысячный раз поднимает какой-то важный вопрос.
Снова услышав этот вопрос, юноша, улыбаясь, кивнул, а тот, увидев, что он ведет себя как обычно, облегченно вздохнул, однако не перестал переживать из-за бледности Кэйла. Волнение также усилилось от его следующих слов:
— Мое тело всё ещё не в самом лучшем состоянии.
«Удивительно честно и точно для несчастного ребёнка», — удивился Эрухабен.
Учитывая, что через проекцию передавались только усталость, тупая боль в мышцах и привычная уже головная боль от записи, древний дракон думал, что Кэйл просто отмахнётся от вопроса. Но нет, перед Су Хёком он признал, что находится не в лучшем состоянии. Был ли это прогресс в области признания состояния своего тела или просто влияние доверия к Ли Су Хёку? Вероятно, Эрухабен никогда не узнает наверняка. Хотя мысленно он всё же склонялся ко второму варианту.
После слов молодого человека плечи Ли Су Хёка вздрогнули — заметив его ранее в большом актовом зале он думал, что все в порядке, а сейчас, поняв причину его притворства, он замер. Последовавшие за этим слова заставили Ли Су Хёка широко раскрыть глаза:
— Если честно, то состояние моего тела было ужасным с тех пор, как я встретился с тобой здесь.
— Почему ты так честно говоришь о своём состоянии? — Альберу обернулся и уставился Кэйлу в глаза. — Хотя нам раз за разом говоришь, что всё в порядке?
Кэйл приподнял бровь, как будто это был очень глупый вопрос, ответ на который очевиден.
— Это отчёт для лидера, конечно, я не буду приукрашивать действительность.
Взгляд Альберу слегка прояснился, но брови продолжали хмуриться.
— То есть нам ты не говоришь всю правду, потому что для нас лидер — ты, а значит должен быть несгибаемым и сильным?
— От состояния лидера зависит состояние команды, — уклончиво ответил Кэйл.
— Но нам важно знать о вашем состоянии! — Воскликнула Розалин.
— Важно для чего? — Кэйл природнял бровь и поднял руку, когда в ответ заговорили все и сразу. — Мне не нужно, чтобы вы слишком волновались о моём состоянии, пока оно находится под контролем, и мне не нужно, чтобы вы повторяли подвиги Молдена, если я вдруг начну кашлять кровью. Вы не сможете помочь, только устроите хаос в попытке защитить меня. Слепые эмоции никого не защитят. Это контрпродуктивно.
Люди, только что собиравшиеся спорить и отстаивать своё мнение, медленно отступили, обдумывая новую точку зрения. То, что сказал сейчас Кэйл… Многое проясняло в его методах ведения дел.
Затем юноша медленно подошел к сторожевой башне и посмотрел вдаль, где уже занималось утро, наведшее его на размышления.
«День на другой стороне подходит к концу».
Альберу обернулся к проекции, всё ещё неспособный вернуться к разговору Ким Рок Су и Ли Су Хёка. В голове продолжали крутиться слова Кэйла. «Слепые эмоции никого не защитят», «это контрпродуктивно»… Это были простые истины, которые он знал и которыми пользовался, но на Кэйла он почему-то это никогда не перекладывал. Действительно, какой лидер будет на поле боя докладывать о своём состоянии, пока это не критично? Чего добьётся лидер, если будет сосредоточен на трансляции своей боли, а не на управлении боем?
Ничего.
Но от этого его отвлёк стоявший рядом с ним Ли Су Хёк, сказав:
— Рок Су, что не так с твоим телом?
— Есть множество проблем.
Нахмурившись от подобного ответа, мечник откинул свои волосы назад и снова заговорил:
— Хорошо, тогда…
— Ты озадачил хёна, — шёпотом, будто по секрету сказал Чхве Чжон Су.
— Очень, — подтвердил Суй Кхан, тоже шёпотом.
И от кого они, спрашивается, прятались? Кэйл закатил глаза. Конечно, ни от кого, всё это было просто от любви к драме.
— И думаю, что одной из самых главных проблем является отсутствие в нём Ким Рок Су.
В зале повисла тишина, и выражения лиц наблюдателей застыли точно так же, как лицо Ли Су Хёка в проекции.
Услышав это, мужчина в шоке пробормотал:
— …Что?!
— Что? — Согласно повторил за Су Хёком Альберу и обернулся к Кэйлу.
Кэйл сидел абсолютно невозмутимый и расслабленный, почти безмятежный.
— Что? — Легко приподнятая бровь стала сигналом, что Кэйл либо не понимал их реакции, либо нагло над ними издевался.
Альберу склонялся ко второму варианту, особенно когда в проекции зазвучал беззаботный голос Ким Рок Су.
— Ли Су Хёк, я говорю, что в теле Ким Рок Су, которого ты знаешь, сейчас находится не тот, кто им обладает.
Тишина, висевшая последние минуты, начала медленно заполняться смешками. Первым взорвался и сорвался на истерический смех, на удивление, не Чхве Чжон Су, а Суй Кхан.