Часть 41 (1/2)

Альберу почувствовал, как кто-то щиплет его за щёки.

Заклинание переключилось на Альберу, и Суй Кхан выдохнул, с благодарностью принимая эту необходимую передышку. Вся эта ситуация была максимально неблагоприятной для бурных эмоций даже без учёта воспоминаний о Зеркальных Масках – малознакомые люди и нелюди, воздействие записи, молодое тело, не настолько контролируемое, насколько Суй Кхану бы хотелось, и редкое, но всё же внимание со стороны. Не привыкший бывать уязвимым перед кем-то, кто не его донсены, Суй Кхан то и дело порывался поёжиться.

Спасал только Раон. Его громкое и довольно тяжёлое присутствие приковывало к реальности, даже если сейчас стало понятно, что необходимость в этом пропала.

– Спасибо тебе, Раон, – Суй Кхан осторожно погладил его по голове.

– Мне не сложно, хороший Суй Кхан!

Суй Кхан удивился, не меньше, на эту ремарку «хороший», но тем не менее улыбнулся. Раон, конечно, смог усмотреть это едкое чувство вины-ответственности, засевшее внутри, и довольно однозначно выразил свою позицию по этому вопросу. Какой всё-таки великий и могучий дракон.

Его глаз медленно приоткрылся, чтобы увидеть, кто это вытворяет.

— А?! Он действительно проснулся после того, как я потрепал его за щёку!

— Кронпринц, мяу!

Виновниками были Раон и Хонг.

Розалин захихикала, а Альберу только вздохнул:

– Никакого уважения ко мне не осталось.

Чхве Хан просто молча похлопал его по плечу в знак поддержки, и от этого стало только хуже. Просто удивительно, как вся эта компашка его ни во что не ставила, и ещё более удивительно, насколько Альберу был практически «за» это.

Чхве Чжон Су только лишь подумал, что это справедливо, с учётом того, как дорого было уважение в апокалипсисе – Кэйл не стал бы разбрасываться им направо и налево из-за одного лишь чьего-то статуса, и его люди, следовательно, поступили бы так же.

Почему эти двое с каждым днём становятся всё больше похожими на Кэйла и относятся к нему, как к соседу?

– Когда я относился к тебе, как к соседу? – Выгнул бровь Кэйл в сторону Альберу.

– Каждый раз, когда ты приезжаешь помочь с документами?

– Когда Рок Су-я помогает с документами, он ко всем относится как к угрозам, – усмехнулся Чхве Чжон Су.

Кэйл же вздохнул, что на этот раз у него не получится за такую фразу заставить Чхве Чжон Су самостоятельно разбираться с бюрократическим дерьмом, но вдруг кое-что осознал и ухмыльнулся.

– Дорогой наследный принц, в следующий раз отправь все документы этому умнику, и мы посмотрим, как он ко всем будет относиться, хорошо?

– Отлично, – Альберу растянул губы в ответной ухмылке, зная, что кому попало документы Кэйл не доверит, но немного пострадать за бесконечные подколки Чхве Чжон Су не помешает.

На плечо Суй Кхана упала лохматая голова, и чужой притворный плач помешал спокойно сидеть.

– Ты же знаешь нашего Рок Су-я, сам виноват.

Ему хотелось недоверчиво рассмеяться, однако…

«Мм».

Альберу посмотрел в сторону. Увидев человека рядом со своей кроватью, он только застонал.

Рон невероятно довольно ухмыльнулся этой реакции – кронпринц не был слабаком, и знать, что на него удалось произвести впечатление, обрадовало.

– Этот скромный слуга польщён, ваше высочество.

Альберу на этот раз даже не потрудился ответить, а просто задумался, что же всё-таки сделал не так со своей жизнью, что всем, казалось, было в радость доводить его до белого каления любыми возможными способами.

Бикрокс же с нежным раздражением смотрел на отца, удивляясь тому, как мало ему нужно для хорошего настроения – всего-то кого-нибудь напугать. Может быть, ему тоже стоит заняться этим странным энергетическим вампиризмом? Неужели и его, Бикрокса, настроение улучшится, если он усложнит жизнь кому-то другому?

Кэйлу внезапно показалось, что он висит на волоске от провала, и лица Моланов это ощущение лишь усугубляли.

«Чем больше я его вижу…»

Рон Молан спокойно сидел и наблюдал за ним.

«…Он действительно злобный».

Рон всегда признавал, что образ злобного старикашки его в каком-то смысле даже прельщает. Гораздо лучше вселять страх, чем быть недооценённым, слыть опасным, нежели удобным, и выводить людей из себя слежкой, чем оказаться на другой стороне взгляда. Может быть, в нём говорила кровожадность, может быть, практичность или привычка, но главное – то, что эту самую злобность не пытаются отрицать ни он, ни другие. Цель достигнута.

Но почему же иногда хочется, чтобы его заботу принимали за чистую монету?

Альберу с самого начала подумал, что этот человек не похож на обычных слуг. Однако, узнав, что его истинная сущность — патриарх семейства Молан, правящего подпольным миром Восточного континента, он решил, что это очень подходит Рону.

– Вы меня сегодня расхваливаете, кронпринц.

– Правление подпольем целого континента действительно достойно похвалы, – согласно кивнул Суй Кхан.

Во время всего завязавшегося диалога двух лидеров Эрухабен то и дело смотрел на Рона, погружаясь в свои мысли. Странно, как люди всегда первым делом стремились бояться. Нет никаких оснований опасаться Рона, находясь с ним на одной стороне и преследуя одинаковые цели, и всё же практически каждый считал своим долгом хотя бы раз показать на себе эмоцию ужаса, будто в ней есть хоть что-то новое. Как дракон, Эрухабен давно привык к таким реакциям, однако это не означало, что это доставляло ему радость, а не раздражение.

Есть разница между тем, чтобы заставить врага трястись от страха и отомстить, и тем, чтобы веселья ради пугать собственных союзников. Как Рон умудряется находить в этом какой-то смысл?

Но чем больше Альберу видел его… Тем больше он чувствовал, что этот человек порочен.

— А, вы встали, ваше высочество?

Альберу стоически терпел, пока Рон, добродушно улыбаясь, задавал этот вопрос.

Чхве Чжон Су удивлённо вскинул брови, озадачившись тем, как много сил потребовалось Альберу для того, чтобы не изменить выражение лица – заклинание и проекция передали даже это. Сцена, конечно, странная: пожилой дворецкий морально давит на кронпринца своего королевства. Жизнь, однако, показала, как мало в ней обычного и нормального, и Чхве Чжон Су мысленно пожал плечами, ухмыляясь.

Альберу взял у Рона чашку с водой, словно Рон был его собственным слугой, прежде чем начать говорить.

— Патриарх Молан, тебе не нужно оставаться здесь и защищать меня.

Затем он небрежно добавил:

— И молодому патриарху тоже.

– Так не получится, – назидательно оповестил Кэйл, заставив Моланов синхронно удивиться.

– Конечно, не получится, от нас не так просто отделаться, – подтвердил Рон. – Не знал, что вы сначала были такого плохого мнения о нас.

– Я не мог не попробовать.

Альберу же лишь подумал о том, насколько настырен каждый из семьи Кэйла.

Рон стоял рядом с его кроватью, а Бикрокс — у изголовья кровати.

– Окружили бедного, – шепнул Чхве Чжон Су Суй Кхану просто потому, что посчитал эту фразу забавной.

Суй Кхан неопределённо повёл плечом и указал на проекцию, призывая просто смотреть.

Рон слегка покачал головой.

— Вовсе нет. Ваше высочество, кто-то должен защищать вас, когда ваша бдительность ослаблена. Более того…

Рон заулыбался.

— Если кто-то должен вас защищать, то не лучше ли, чтобы вас тайно защищал незаметный человек? Особенно для такого дела, которое требует большой секретности? Но я скажу своему сыну, чтобы он впредь не приходил, как вы того пожелаете, ваше высочество.

Кэйл посмотрел на Альберу слишком уж устало. «Как он это сделал?» – крутилось в голове на повторе. Почему Кэйл действительно пытался и старался, но в итоге ничего не добился, а у Альберу получилось с первого раза? Видимо, притягивать неприятных людей без возможности прогнать – просто судьба Кэйла.

Бикрокс, который стоял с Он у изголовья кровати, покачал головой.

— Отец, я не хочу этого делать. Я тоже буду защищать его высочество.

— Это его слова, ваше высочество.

В этот момент Альберу задумался.

Замелькали очень смутные образы: не то тёмные эльфы, не то люди сменялись изображениями копий, мечей, бутыльков яда и свитками заклинаний. Навязанное заклинанием и записью раздражение клубилось где-то в затылке и отдавалось зудом в руках, угрожая свести брови к переносице и разрушить выражение лучезарной симпатии ко всему и всем. Суй Кхан нахмурился, не понимая контекст и трети образов, и вдруг осознал, что владеет слишком малым количеством информации о новом хёне Рок Су-я.

Эту оплошность нужно как можно скорее исправлять.

«То, что они говорят, даже не смешно. Они хотят защитить меня? Скрытная охрана?»

Неужели они думали, что Альберу не знает об их истинных намерениях?

– Я не мог не попробовать, – позаимствовал фразу молодого господина Рон. – Впредь я буду знать, что вас, ваше высочество, не так-то просто обмануть.

Альберу лишь поёжился и мысленно помолился, чтобы никаких «впредь», в которых Рон пытается его обманывать, не случилось.

Альберу усмехнулся.

«Они не меня хотят защищать, им просто интересно, что там с Кэйлом Хенитьюзом и Чхве Ханом».

– Это неправда! О тебе мы тоже волнуемся, принц печенья! – Взлетел Раон и захлопал крыльями в сторону Альберу.

– Хорошо, Раон-ним, я это запомню, – благосклонно согласился Альберу. – Спасибо.

Поэтому он повернулся к детям-котам, Раону и дуэту Молан, когда начал говорить.

— У обоих всё хорошо. До сих пор они не падали, не теряли сознания и не получали серьёзных травм.

Дети, которым в среднем было по девять лет, выглядели счастливыми, услышав это.

– То, насколько ты снизил ожидания по поводу своего состояния, просто грустно, Рок Су-я, – покачал головой Суй Кхан.

– Если ты не помнишь, у нас был активный счёт дней от одного твоего приступа трудоголизма к другому, – равнодушно бросил Кэйл, сдерживая и записи, и вздох.

– Мы радовались каждый раз, когда ты вдруг решал отмыться от крови после заданий, лидер, – Чхве Чжон Су тихо посмеивался, – так что не тебе об этом говорить.

Перья Суй Кхана непослушно вспушились в ответ на разыгрываемое возмущение, – лишь бы не думать хоть минуту, – и сам он продолжил этот старый как мир спор в привычном формате. Это выяснение того, кто из них больше трудоголик, абсурдным образом помогало успокоиться всем троим.

— Хе-хе. Тогда я пойду поем! Человек сказал, что нужно обязательно есть каждый раз!

— Я буду много есть и вырасту большим, мяу!

– Всё правильно, – похвалил Кэйл Раона, который тут же устроился у него на ногах. – Даже когда меня нет рядом, есть необходимо.

Розалин хотела было задуматься, как так получилось, что эта парадигма стала едва ли не основополагающей в мировоззрении Кэйла (или том, как оно воспринимается), однако вспомнила голод апокалипсиса и поняла, что дальнейшие рассуждения тут даже не требуются.

Хонг и Раон без сожаления оставили Альберу и вышли из палатки.

Раон всё-таки выбрался с колен своего человека и перелетел на колени принца печенья.

– Хёну и нуне не всё равно на тебя, хитрый кронпринц! То, что они ушли, ничего не значит!

Альберу просто кивнул в ответ, забавляясь всей этой ситуацией.

Он выпрыгнула из объятий Бикрокса и последовала за ними, а затем оглянулась на Бикрокса.

Двое других тоже посмотрели в его сторону.

– Кажется, твоего повара очень активно воруют, – хмыкнул Суй Кхан.

Кэйл сдержал дрожь по телу и не сказал, что с радостью перепоручит Бикрокса детям, только с помощью своего невероятного самоконтроля, и мысленно похлопал себя по спине за это.

— Кхм...

Увидев их взгляды, Бикрокс на мгновение задумался, а затем тоже направился к выходу из палатки.

— Я вернусь после того, как накормлю детей.

Бикрокс вышел, счищая мех, прилипший к его одежде, и дети последовали за ним.

Чхве Хан мысленно посочувствовал своему ученику, оставшемуся один на один с этим стариком. Как быстро стало понятно, трата нервов на общение с ним никогда того не стоила.

В палатке остались только Рон и Альберу.

Рон медленно заговорил.

— Ваше высочество, вы действительно не собираетесь говорить о?…

— О чём?

Рон ухмыльнулся, глядя на Альберу, который притворился непонимающим.

Наблюдение за Роном, разговаривающим с Альберу, вызывало едва ли не когнитивный диссонанс – Розалин пыталась вспомнить хоть одну ситуацию, в которой эти двое остались бы один на один, но в голову ничего не шло. Это было в какой-то мере даже забавно с учётом всего этого улыбчивого фарса с обеих сторон, но проекционный Альберу, как и Альберу настоящий, не выглядел радостным.

Отвечать перед Роном за бедовость – которая, к слову, ей даже не является – молодого господина... Да, такому невозможно не сочувствовать. В качестве компенсации для бедного кронпринца Розалин решила попридержать свои шутки на этот фрагмент.

— О том, о чём будет тест. Ваше высочество, всё, что вы нам рассказали, это то, что вы можете общаться с молодым мастером и Чхве Ханом, но ничего больше, что делает меня крайне любопытным.

Рон наблюдал за Альберу, который смотрел на него в ответ.

Чхве Хан не знал, как относиться к этим гляделкам. С одной стороны, логично было прессовать Альберу, когда он стал единственным, кто знал, что происходит с Кэйл-нимом, с другой стороны – Рон, ни одного действия которого Чхве Хан старался не одобрять чисто из принципа. Ученика становилось даже жаль, ведь ублюдок-дворецкий был профессионалом своего дела, а для Кэйл-нима использовал все свои навыки.

Кто вообще решил, что оставлять их двоих в одной комнате – хорошая идея? Физически травмировать кронпринца, конечно, никто не будет, но Рону и не нужна была физичность для давления на людей.

Альберу созвал всех близких доверенных лиц Кэйла, как только в первый раз очнулся после превращения в Тёмного Тигра.

Он рассказал им, что смог общаться с Кэйлом и Чхве Ханом, пока спал.

Кэйл с удивлением выгнул бровь на эту информацию, и ему даже стало интересно, как его люди отреагировали на призыв Альберу. Имел ли он авторитет в глазах компании или мерк? Пришли к нему из уважения или из необходимости? Как Альберу вообще вписывается во всю странную иерархию, сложившуюся вокруг?

Кэйл сверлил взглядом Альберу, пока размышлял, а Чхве Чжон Су улыбнулся забавности этой картины – выражение лица Альберу было бесценно.

Альберу спокойно понаблюдал за Роном, прежде чем начал говорить.

Довольно холодным голосом он произнес:

— Сдерживай своё любопытство.

Сталь в голосе заставила Суй Кхана вскинуть голову и расплыться в улыбке – всегда приятно наблюдать лидерские способности других людей. Он мог представить, какую реакцию такой тон вызывает у обычных людей, но Рон, увы и ах, оказался не обычным человеком, и только лишь усмехнулся. Патриарх семьи и правитель государства в борьбе за доминирование, конечно, занимательное зрелище. Суй Кхан уже проникся тем, как будет процветать в такой благоприятной компании с разносторонними мнениями и опытом, донося до них идеи, до которых в этом мире вряд ли уже дошли.

Рок Су-я толкнул его локтем в бок, как всегда делал, стоило Суй Кхану слишком воодушевлённо погрузиться в руководительство. Он усмехнулся: вот уж кто-кто, а его милый донсен всеми правдами и неправдами до последнего открещивался от любых лидерских обязательств, даже когда был подкован в этом лучше большинства присутствующих.

Благожелательная улыбка Рона стала шире.

— Однако…

Затем Альберу добавил:

—...Кэйл много работает и живёт неплохо. Я могу сказать тебе это наверняка.

– Ну, с учётом окружающей обстановки, устроились вы действительно неплохо, молодой мастер, – хмыкнула Розалин, подперев подбородок рукой.

– Я был в лучших из возможных условиях, – пожал он плечами в ответ.

Эрухабен нехотя признал, что, действительно, несчастный парень сделал всё возможное для собственной безопасности в условиях апокалипсиса. Упрекать его за мученичество или самообман было бы глупо, когда высказывалась абсолютно объективная позиция – древний дракон видел это теперь и не представлял, как не замечал раньше.

Благожелательная улыбка исчезла.

Стоическое лицо Рона с потухшим взглядом медленно сфокусировалось на Альберу.

Но вскоре на его лице снова появилась благожелательная улыбка, когда он заговорил.

Бикрокс на мгновение удивился тому, как с лица отца сползла ухмылка, что случалось крайне редко, но успокоился, когда всё вернулось в норму. Видимо, нахождение молодого мастера вне зоны доступа оказало на него большее влияние, чем он хотел признавать.

Рон заметил задумчивый взгляд сына и добродушно – на этот раз без притворства – закатил глаза. Это взаимодействие было старо как мир и настолько же привычно, поэтому заставило искренне улыбнуться. Знать, что о нём заботятся, было приятно.

—Похоже, что королевства Восточного континента объединятся с Белой Звездой.

Альберу нахмурился.

— …У них нет намерений пообщаться с нами?

Альберу внутренне застонал, вспомнив, как тяжело было в этот период – попытки вести переговоры были похожи на обстрел стенки горохом, и даже королевство Молден не сумело стать лучом света в этой непроглядной тьме. Нынешние объёмы документов были практически ничем по сравнению с тем временем послов, приезжавших к закрытым границам, и постоянной организации новых бесполезных поездок. Альберу продолжал пытаться тогда и был рад не вспоминать об этом сейчас, но заклинание, как обычно бывало, напомнило о том, что оно того не стоило.

— Да, ваше высочество. Мы предсказываем, что все королевства, кроме Королевства Молден, в конечном итоге окажутся на стороне Белой Звезды, а те, кто уже решил это сделать, в настоящее время вытесняют Гильдию Наёмников со своих территорий.

Альберу выглядел так, словно не мог в это поверить.

Чхве Хан молча слушал, надеясь, что эта часть диалога завершится как можно скорее: он никогда не интересовался теоретической стороной своей помощи Кэйл-ниму, и теперь начинать вникать в политику уж точно не планировал. Эти разговоры не то чтобы вгоняли в тоску, но казались совершенно бессмысленными и излишними после того, как его жизнь стала бесконечной демонстрацией силы и борьбой за право выживания. Смысл чесать языком и бесконечно зубоскалить, не решая этим совершенно ничего?

Хорошо, что Альберу по сути своей оказался не таким, даже если и производил то же впечатление. Вне зависимости от своего поведения с аристократами, он был исключительно деятельным и эффективным, за что Чхве Хан его и уважал. (Это, конечно, ни в коем разе не повлияло на его постоянные отказы появиться на любом дворянском собрании. И без него справятся).

— Хааа. Я помню, что это было совсем не так, когда мы обсуждали Королевство Молден.

Элиснех Первая из Королевства Молден.

Кэйл и эльфы проникли в королевство Молден и сражались с иллюзионистом, которая была подручной Белой Звезды.

Младшая сестра Элиснех Первой, Джопис, собиралась занять трон.

Суй Кхан и Чхве Чжон Су удивительно синхронно оглянулись на Кэйла, непрозрачно намекая, что в какой-то момент будут интересоваться подробностями. Он в ответ только вздохнул и сдался, понимая, что этим двум воплощениям слов «любопытство» и «настойчивость» отказать не в силах.

Альберу взялся за посредничество в переговорах с остальными королевствами Восточного континента, и все они согласились с предложениями Альберу.

Суй Кхан нахмурился – самое неприятное в политике, конечно, ожидать, что ты обо всём договорился, а затем получать нож в спину. Недовольство и горечь Альберу из записи сливались с негативом Суй Кхана, вызванным подобного рода воспоминаниями.

– Ненавижу такое, – нахмурился он.

Кивками с ним согласились все – и Альберу, и Розалин, и Рон, и Рок Су-я.

«Даже если они не пойдут на союз с нами, я думал, что они, по крайней мере, будут с нами сотрудничать!»

Но у королевств Восточного континента была теперь другая реакция, когда Альберу окружил территорию вокруг Врат в Мир Демонов и собирался начать борьбу с Белой Звездой.

– Обычные перебежчики, – пренебрежительно хмыкнул Чхве Чжон Су. – Таких немало.

– Но не целый же континент, – устало спрятал лицо в ладонях Альберу, пальцами массируя лоб и виски.

– Тоже верно, – уклончиво согласился Чхве Чжон Су.

Альберу же стабильно чувствовал себя самым несчастным человеком в комнате и задумался, становится ли он таким же любителем драмы, как Чхве Чжон Су, или всё действительно настолько плохо.

Они начали один за другим заключать союзы с Белой Звездой.

«Что происходит?»

Почему эти королевства вдруг присоединились к Белой Звезде?

Суй Кхан задумался – из того, что он знал, Белая Звезда был разрушителем, главным врагом, стремившимся стать богом и попутно подчинить себе все территории. Зачем добровольно к нему присоединяться? За властью, благосклонностью, гарантией безопасности, в попытке отхватить себе лакомый кусочек; причин, конечно, много, но почему именно сейчас, не раньше и не позже, а после заключения соглашения?

Суй Кхан мысленно запомнил эту ситуацию, чтобы после спросить Альберу о том, чем всё в итоге разрешилось. Это будет достаточно удобным и интересным способом начать диалог, так что, предположительно, одним выстрелом двух зайцев.

Все королевства, кроме Королевства Молден во главе с Джопис, отвернулись от Королевства Роан и Альберу.

«Такими темпами, будет трудно бороться с Белой Звездой на Восточном континенте, даже если Кэйл вернётся».

– Не, Кэйл – тяжёлая артиллерия, чуть больше веры в его силы и мощности, принц, – хохотнул Чхве Чжон Су.

– Артиллерия?

Эрухабен и Раон одновременно всполошились, привлечённые перспективой новых знаний о мире Кэйла, а корейская троица уже играла в камень-ножницы-бумагу на то, кому придётся объяснять на этот раз. Проиграл Чхве Чжон Су под комментарий «ты сказал, ты и отдувайся, донсен».

– Артиллерия – грубо говоря, войска с пушками. Пушки – установки, из которых можно прицельно стрелять бомбами, разрывающимися только при приземлении.

– Очень грубо говоря, – привычно вяло закатил глаза донсен, выглядя совершенно невпечатлённым.

– Хочешь дополнить?

Отсутствие ответа сказало всё, что нужно было сказать.

– Спасибо, Чхве Чжон Су! – Радость Розалин была неподдельной, и это вполне себе стоило бесконечных объяснений.

– Не имеет смысла для нас, – подметил Эрухабен. – Магия позволяет куда тоньше настраивать всё, чем орудия.

– А это уже детали, – согласилась Розалин.

Если забыть о трудностях, то Кэйл, Гильдия Наёмников, Дом Молан и королевства Западного континента покажутся захватчиками, устраивающими хаос на Восточном континенте.

Рон продолжал спокойно говорить.

— Возможно, скоро нам придется уйти отсюда.

И тут Чхве Хан ещё лучше ощутил, почему не любит политику. Множество вариантов трактовок одних и тех же действий без возможности доказать непреложную истину звучали как минимум неудобно, как максимум – постоянной головной болью. Исказив факты и манипулируя ими, кого угодно можно выставить кем угодно, ни капли честности и объективности. Такое он не любил и вряд ли полюбит.

Войска, собравшиеся вокруг Врат в Мир Демонов, могут быть вынуждены уйти, если на них будет оказано давление со стороны королевств Восточного континента.

– И в итоге все дружно умрут из-за политики, – оптимистично подытожил Чхве Чжон Су, стараясь не задумываться о том, как сам погиб по той же причине.