Часть 33 (1/2)

Сомён, Пусан. Названия этих городов запечатлелись в сознаниях людей, и многие также подумали о безранговых монстрах, о которых говорил Ким Рок Су.

Пока все молчали, один человек решил заговорить:

– Эй! Сможем ли мы хоть что-нибудь сделать против такого монстра, даже если пойдём с ним сражаться?

Голос этого назойливого человека внёс толику раздражения в эмоции зрителей. Видеть Ли Чхоль Мина не был рад никто, пускай он и стал более управляемым после нескольких диалогов с Кэйлом. Его трусость и постоянное желание дать заднюю вызывали закатывания глаз в большинстве случаев, и Рон с пониманием неизбежности трепания нервов стал ждать шедевральных высказываний этого сопляка.

Чхве Хан нахмурился, по праву разозлённый словами Ли Чхоль Мина. Битва с монстрами во время затмения более чем показала и боевую мощь жителей убежища, и лидерские навыки Кэйл-нима; вполне очевидно, что на него можно и даже нужно положиться, если хочешь выжить. Именно поэтому колебания Ли Чхоль Мина раздражали из раза в раз – Чхве Хан, случайно заброшенный в невероятно опасный Лес Тьмы, выжить смог, так почему же этот ублюдок, окружённый сильными и взятыми под надёжное руководство людьми, уже не первый год живущий в апокалипсисе, считает, что никто ничего не сможет сделать?

Вскоре Чхве Хан нахмурился и того пуще, осознав, что не столько злится, сколько не понимает и не хочет понимать. Странные эмоции и ощущения, смешанные с навязанными записью, могли бы быть разочарованием, но от Ли Чхоль Мина он изначально ничего не ожидал.

Это был Ли Чхоль Мин, и по сравнению с двадцатичетырёхчасовой битвой несколько дней назад выражение его лица было гораздо приветливее и дружелюбнее.

Суй Кхан покачал головой: поведение Ли Чхоль Мина его ничуть не удивило, – его характер в полной мере успел показать себя со всех неизвестных ранее сторон, – но на этот раз было более обоснованным. Кто бы что ни говорил, любой человек будет бояться встречи и сражения с безранговым монстром, если ему есть, что терять.

Даже ему, Ли Су Хёку, в прошлом окрещённому едва ли не героем, было тяжело остановить желание уйти со своими донсенами в более спокойное место и постараться пожить подольше. Как только стало понятно, что монстр – безранговый, слишком много идей и мыслей столкнулись в его голове. То, что в итоге он выбрал жизни многих, пожертвовав собой, возможно, и делало ему честь, но Суй Кхан всё же не мог винить человека, поставившего свою жизнь во главу угла.

Он поднял голову, продолжая говорить с Кэйлом:

– Ким Рок Су, согласно тому, что ты только что сказал, этот монстр достаточно силён, чтобы легко уничтожить столицу и близлежащие города. Ты также сказал, что у него есть некоторые «особые» способности. Не лучше ли нам остаться здесь? – Подросток непонимающе смотрел на Кэйла. – Мы не собираемся там умирать. Зачем нам покидать такое замечательное место и…

– ...И если вы можете, как команда по предотвращению стихийных бедствий и защите цивилизации, вы обязаны попытаться защитить людей, – отчеканил Чхве Чжон Су, чем заслужил несколько непонимающих взглядов.

– Разве они стали такой командой? – Эрухабен вскинул бровь.

– Тогда уже были такие команды? – Следом удивилась Розалин.

– Это неважно. Как только они приняли лидерство Рок Су-я над собой, они стали этой командой, – покачал головой Суй Кхан. – Твои лидерские привычки уже слишком укоренились, чтобы вести себя по-другому, да, донсен?

В голосе явно звучала несерьёзность: если бы это был не бывший лидер группы, знающий Ким Рок Су как облупленного, такие слова даже могли бы стать оскорблением, но в этих взаимоотношениях, где границы были изучены вдоль и поперёк и прочно установлены, эти слова остались шуткой. Кэйл даже подыграл:

– Я просто выполнял условия испытания.

На данный момент все понимали, что Кэйл собирался изменить как можно больше, и всё – в лучшую сторону, поэтому и промолчали. В желании повлиять на то ужасное, что можно изменить, нет и не было ничего плохого.

Бикрокс задумался о том, что такой шанс значил бы для него. Выдержал бы он такое испытание, где вся ответственность за происходящее легла бы на него? Вновь прожить то, что не единожды сломало, и попытаться найти в себе силы всё изменить... После этого гипотетического размышления Бикрокс ещё сильнее проникся уважением к молодому господину.

Чхве Хан стоял позади Кэйла, и выражение его лица не было видно, но злобная аура ощущалась.

– Нет… Я хочу сказать, что… – Продолжая говорить, Ли Чхоль Мин быстро оглядел людей в зале заседаний. – Хватит ли нас, чтобы победить его? Ты сказал, что монстры рядом начнут буйствовать, когда появится ещё и безранговый монстр.

– Мне нравится, что Чхве Хан даже не пытается его пугать, – Розалин из последних сил сдерживала смех, – но Ли Чхоль Мин едва ли не трясётся.

– Да, инструктор крайне успешен в таких вещах, – с умным и серьёзным видом кивнул Альберу, оставив Чхве Хана неловко смотреть в пол.

Кэйл лишь продолжал мысленно удивляться тому, как этот жуткий панк даже не осознавал собственного влияния на людей вокруг себя.

– Так и есть. – Кэйл без колебаний кивнул, но затем добавил, глядя на людей в конференц-зале. – Ближайшие монстры обезумеют и поведут себя так, будто рады появлению своего лидера.

Бэ Чхоль Хо и Пак Джин Тэ вздрогнули, услышав слово «лидер». Их взгляды затуманились.

Чхве Чжон Су вздохнул, увидев это. Перед глазами пронеслись времена, когда люди ещё были настолько беспомощны, что даже упоминания монстров вызывали панику и сильные защитные реакции. Тот тёмный период, когда каждая встреча с монстрами оказывалась травмой и запоминалась надолго, или вовсе оканчивалась смертью. Мысль о том, что в прошлом эти люди, скорее всего, даже не дожили до новостей о безранговом монстре, оставила после себя привычный осадок.

– Несмотря ни на что, это будет трудная ситуация. – Заметил Бэ Чхоль Хо, глядя на юношу. – Рок Су. Душой я хочу поехать с тобой в Сомён. Как ты и сказал, безранговые монстры – единственные, кто способен разрушить новые центральные убежища…

Бэ Чхоль Хо нахмурился.

– Даже если ты и Чхве Хан… да и остальные талантливы… Реально говоря, мы едем в Сомён…

– Как далеко вообще Сомён от этого города? – Поинтересовалась Розалин, как всегда жадная до деталей.

– С таким прекрасным транспортом, как Его Высочество, любые расстояния покажутся одним мгновением, – не упустил свой шанс на шутку Кэйл.

Альберу лишь глубоко вздохнул, уже и не пытаясь отрицать то, что эта тема теперь снова бессрочно актуальна. Чхве Чжон Су с явным удовольствием пересёкся взглядом с Альберу и лукаво ему подмигнул.

«Добро пожаловать в клуб, приятель, теперь это – твоя жизнь».

Взаимодействия трёх Су присутствующими были изучены едва ли на пять процентов, но количество шуток и взаимных подколов в этих исследованных процентах поражало.

В этот момент Кэйл его прервал:

– Ли Су Хёк.

Атмосфера в зале заседаний мгновенно изменилась.

– Хм?

Суй Кхан встрепенулся на своём месте, удивлённый и явно не ожидавший, что его имя прозвучит в ближайшее время. Кэйл на его вопросительный взгляд только усмехнулся, и Чхве Хан, наблюдая это, осознал, насколько забавной будет реакция племянника и лидера группы на себя прошлых.

Рон, давно заинтересованный друзьями молодого господина, навострил уши синхронно с Эрухабеном. Мгновенная перемена настроения в зале значила, что уже и в тот период имя Ли Су Хёка не было пустым звуком. Даже Бикрокс пристально вгляделся в Суй Кхана, заинтригованный тем, что может обнаружиться в ближайшее время.

Бэ Пух Ром, стоявший на краю комнаты, широко раскрыл глаза и огляделся, а затем заметил Ким Мин А и между ними как будто состоялся безмолвный диалог одними лишь движениями взглядов.

«Удивительный уровень понимания друг друга», – заметила про себя Розалин, одна из немногих, кто обращал внимание ещё и на проекцию этих двоих. – «Это действительно полезно в миссиях, особенно, при должном оттачивании и использовании».

– Ли Су Хёк, кто этот человек? – Он прошептал свой вопрос Ли Сонг Вон, и тот, записывающий содержание встречи, на мгновение задумался, прежде чем тихо ответить:

– ...Он тот, кто заложил фундамент.

– Фундамент?

– Здесь много людей, которые живы благодаря господину Су Хёку.

Фраза эта прозвучала весомо. На Суй Кхана посмотрели, конечно, не впервые, но теперь ещё пристальнее, чем раньше: как будто не хватало того, что он взрослый мужчина, инкарнировавшийся со всеми воспоминаниями, неясно откуда взявшийся друг Кэйла, выходец апокалипсиса и лидер группы. Нечто подобное можно без проблем понять, услышав о том, что он – лидер группы, но «понять» редко значит «осознать». Суй Кхан невозмутимо поднял бровь и взглянул в глаза каждому, кто вдруг решил на него попялиться, и тем самым довольно скоро отделался от чужого любопытства.

Однако в зале заседаний стояла такая тишина, что все услышали их разговор.

И в этот момент слово взял Кэйл:

– Он и меня спас.

Запись замелькала перед глазами, проекция, едва заметная, явно подавляемая, слегка наложилась: поверх зала, где происходило импровизированное совещание, показались груды обломков, крошечный промежуток между плитами над головой и чья-то рука. Плиты сдвигались, поднимаемые и откидываемые в сторону, и затхлость из лёгких вытеснил свежий воздух. Лицо Ли Су Хёка, тогда ещё молодое и едва ли тронутое апокалипсисом, улыбалось тощему и обессилившему Ким Рок Су. Недоверие и благодарность смешались со множеством чуть различимых оттенков эмоций, тугим узлом перетянув сердце и лишив возможности дышать.

Наваждение закончилось так же быстро и внезапно, как случилось. Эрухабен слегка нахмурился, составив целостную картину из этих быстрых и наложившихся друг на друга образов. Картина, как в последнее время случалось, в сугубо мрачных тонах апокалипсиса и безнадёжности.

Суй Кхан в то же время сжал плечо Кэйла, ошеломлённый чувствами и воспоминаниями о той встрече. Сам он не любил об этом думать, поэтому сентиментальная ценность и затёртость воспоминания его поразили. Плечи Рок Су-я даже почти не дрожали теперь, когда ястребиные крылья обхватили его туловище, защищая со всех сторон и напоминая, кто именно сейчас находится рядом с ним. Такой родной и важный Рок Су-я, за которого Ли Су Хёк отдал жизнь, мог и не оказаться рядом, если бы не пережил те три ужасных дня. Страшная мысль – Суй Кхан чуть пристальнее вгляделся в глаза донсена и прижался чуть ближе.

Глаза Ким Мин Чжун, Ким Мин А и Бэ Пух Рома широко раскрылись.

Бэ Чхоль Хо тут же начал говорить:

– Хо! Ли Су Хёк находится в Сомёне?

– А есть что-то странное в том, что ты там? – Скрестил руки на груди и приподнял бровь Эрухабен.

– В тот период я часто перемещался, меня было сложно отследить, так что тут скорее удивление такой конкретной локации, а не самому Сомёну, – объяснил Суй Кхан.

Кэйл поймал взгляд Пак Джин Тэ, и тот задал вопрос:

– Ли Су Хёк… Твои способности помогли тебе найти хёна?

Выражение лица мужчины было немного странным. В его голове, казалось, царил полный беспорядок.

– Да, это были мои способности. – В очередной раз совершенно неофициально ответил Кейл, и переключил внимание на остальных в зале. – В настоящее время он находится в новом центральном приюте в Сомёне.

Альберу вздохнул и почти позавидовал тому, как легко и методично Кэйл разрушал формальности. Его подход и навыки позволяли ему быть выше всех независимо от слов, и это манило – светский этикет хотя и был заучен и отрепетирован от и до, всё же раздражал. Насколько жизнь была бы легче, если бы, как люди апокалипсиса, все абстрагировались от ненужных банальностей и сосредоточились на эффективности своих действий?

– Это всё меняет. – Произнёс Бэ Чхоль Хо, и даже Чу Хо Шик, который до этого молчал, согласно кивнул.

Ли Су Хёк. Это имя было чем-то, что автоматически вызывало реакцию у людей, подобно тому, как сейчас на всех присутствующих в этом приюте влияло имя Ким Рок Су.

– Я никогда не сомневался в вашем успехе, лидер, – Чхве Чжон Су улыбнулся наигранно-покровительственно. – Вам было суждено повести за собой народ, посмотрите, как вас уважают!

– Как будто я уже на это не насмотрелся, – проворчал Суй Кхан, явно думая о чём-то своём.

Чхве Хан с весельем заметил, что кого-то это льстивое взаимодействие ему напомнило. Кэйл и Альберу, тоже это осознавшие, выглядели совершенно невозмутимыми.

Продолжая говорить, Бэ Чхоль Хо задумался:

– Ли Су Хёк тот, кто общается со многими людьми. Будь то его подчиненные или друзья… Вокруг него всегда найдутся сильные люди.

Кэйл кивнул.

– Вы, молодой господин, многому от него научились, – заметил Рон со смешанными чувствами.

– Так и есть.

Ли Су Хёк стал для Кэйла новым началом, шансом и первой за слишком долгое время поддержкой. Ли Су Хёк показал, что жить может быть интереснее, чем выживать, что концентрироваться можно не только на необходимом, что удовольствие не всегда компенсируется почти мгновенной болью. Ким Рок Су запрятал свою самость так глубоко под слои безразличия, равнодушия и практичности, что исправить ситуацию, казалось, было уже невозможно, – но Ли Су Хёку удалось. Он вывел личность Ким Рок Су в свет, дал ему возможности для самореализации, новые способы и смыслы; Ли Су Хёк вложил в Ким Рок Су всего себя, увидев в нём что-то особенное, и даже спустя очень долгое время это продолжало оказывать влияние.

Рон задумчиво смотрел на молодого господина, который снова умудрился вложить в одну фразу слишком многое, чтобы можно было даже попробовать разгадать. Он делал так всегда – говорил будто больше для себя, говорил на своём, о своём, не с кем-то, и никто никогда не мог его в самом деле понять. Только Суй Кхан и Чхве Чжон Су знали контекст, читали между строк и видели целую картину – остальные довольствовались смятыми фрагментами мозайки. Рон видел это прошлое и боялся представить, через сколькое необходимо продраться, чтобы претендовать хоть на смутное понимание Кэйла.

Так оно и было. В настоящее время в приюте Сомёна было странно большое количество пользователей способностей. Люди там, из тех, что выживут, в будущем станут столпами корейского общества. Вот почему появление безрангового чудовища именно там считалось не совпадением, а судьбой.

Бэ Чхоль Хо заговорил с мрачным выражением лица:

– Но мы должны защищать и тех, кто здесь.

– Ты прав.

– Он довольно быстро решил взять ответственность за жизни людей на вашу компанию, – удивился Альберу.

– В апокалипсисе большинство людей предприимчивы, – пожал плечами Чхве Чжон Су. – Если ничего не делать, ничего и не добьёшься.

– Жаль, что здесь мало кто это понимает, – буркнул себе под нос Бикрокс.

Эрухабен, услышавший это из-за острого драконьего слуха, заметил:

– Пока нет острой необходимости, люди не станут вмешиваться. Это стадное мышление, где ты выживаешь, пока не слишком выделяешься из общей массы.

– Для вас это может быть стадным мышлением, но на войне все средства хороши, – отстранённо заметил Суй Кхан. – Не обольщайтесь словами Бэ Чхоль Хо. Когда нужно, все мы становимся лицемерами.

Кэйл кивнул, но промолчал. Эрухабен тоже замолк и задумался; Чхве Хан сник, вспоминая и прошлое племянника, и своё. Принципы – для людей, у которых есть выбор более обширный, чем сдаться или выжить, а такие выборы в жизни с монстрами под боком случаются редко.

Услышав положительный ответ Кэйла, мужчина вздохнул с облегчением, в то время как Ким Рок Су достал из кармана листок бумаги.

– Вот почему я собрал команду, чтобы осуществить наши планы.

Раон, заинтересованный загадочным листком, подлетел к проекции Кэйла и прямо-таки закружился вокруг, чтобы спустя пару секунд огорчённо воскликнуть:

– Я не понимаю этот язык! Человек, ты можешь перевести?

Раон плюхнулся на колени Кэйла гораздо аккуратнее, чем раньше, и засверкал своими большими голубыми глазами, зная, что у Он и Хонга получалось многого достичь этим грязным приёмом.

– Это не так уж важно, – со вздохом погладил драконью голову Кэйл. – Просто несколько заметок для себя, которые для вас ничего не будут значить.

Раон надулся, но смирился: он изучал магию и знал, что все пометки, которые делаются для себя, остальным покажутся тарабарщиной. Даже умная Розалин не понимала заметки Раона, хотя он и старался ей объяснить!

Ли Чхоль Мин вскричал после этих слов:

– Эй, кто ты такой, чтобы решать это самостоятельно?! Эй! Я.. я…

– Вовремя одумался, – хмыкнул Альберу, глядя, как тушуется Ли Чхоль Мин, понимая свой просчёт.

– Чхоль Мин. – Голос Кэйла хоть и звучал опасно, всё же сквозил недоумением.

Кэйл тупо уставился на подростка, то начинающего говорить, то обрывающего себя самого, и добавил к своим ранее сказанным словам:

– Конечно, пожалуйста, не стесняйтесь сказать мне, если вам не понравится команда, которую я создал, и я сразу изменю её.

– Это просто бесценно, – Чхве Чжон Су упивался тем, как Ли Чхоль Мин страдал, на манер королевы драмы, на губах Чхве Хана играла улыбка, и Рон хмыкнул, глядя на эту картину.

Кэйл сдержал вздох: эти неясные эмоции и намерения нервировали и раздражали теперь, когда оказались возведены в квадрат собственной записью, наложившейся на заклинание.

Затем Кэйл показал состав команды и план. Они разделятся на две группы, одна из которых будет защищать это убежище, а вторая отправится в Пусан. Однако никто ему не возразил.

– Как будто кто-то из них сумеет предложить что-то лучше, – расплылся в оскале Эрухабен.

– И не поспоришь, – согласился Рон.

Розалин же снова вдумалась в то, насколько они доверяли Кэйлу и скидывали всё на его плечи, раз даже убийца и древний дракон машинально решили, что план, составленный Кэйлом – единственно верный и не подлежащий обсуждению. С одной стороны, это было совершенно заслуженным уважением стратегических навыков молодого мастера, а с другой – необоснованным давлением. Может быть, у них и не было такого опыта, как у Кэйла, но и немощными или совсем ничего не знающими они тоже не были; уж в чём-то, где-то и когда-то они смогли бы справиться сами.

Розалин взглянула на Кэйла и впервые увидела в нём не главнокомандующего, а лидера команды апокалипсиса – того, кто не умеет, не хочет и не делегирует обязанности своим подчинённым. Печально, но вполне ожидаемо.

На пересечении путей в Сеул и Пусан всего год назад было огромное оживленное шоссе, но сейчас оно выглядело как повреждённое скрещение дорог, хлама и брошенных машин. Настолько быстро люди разбежались.

Внезапно всё изменилось. Воспоминания, очевидно, теперь принадлежали не Кэйлу – проекция стала куда более смутной, пропали точность и глубина чувств, и слишком резко сменилось место действия. Чхве Хан выпрямился в своём кресле, тут же осознав: Чхве Чжон Су. Он оглянулся на племянника, так же застывшего. Эта сцена была знакома им обоим, и понимание, зачем её показывают, пришло довольно скоро.

В какой-то момент слово «Кэйл» стало ответом на все вопросы, причём правильным ответом. Оба Чхве стали незаметно вглядываться в проекцию, стараясь усмотреть на горизонте знакомую фигуру.

Это показало, что произошло нечто грандиозное, нечто, разрушившее дорогу, которая была основным достоянием общества.

Это была чрезвычайно пустынная сцена. Автомобили на всем протяжении разрушенного шоссе были либо раздавлены, либо уничтожены, и не имели никакого сходства со своими первоначальными формами.

Розалин, Эрухабен, Рон и Бикрокс заинтересовались одновременно.