Часть 2 (1/2)

Гриммо двенадцать душил. Не только одиночеством комнат, но и воспоминаниями, которые цеплялись за стены, как паутина. Гарриет Поттер, Избранная, Героиня, теперь просто пленница собственного разума, слонялась по комнатам, словно призрак. Полумрак стал её союзником, скрывая бледное лицо, ссутулившиеся плечи и потухший взгляд. Дни смешивались в беспросветную череду однообразных действий: бессонные ночи, наполненные кошмарами, утренние попытки заставить себя что-то съесть под уговоры Кричера, бесцельное чтение старых книг, перелистывание фотографий погибших друзей.

Она была истощена как физически, так и морально.

Кошмары преследовали ее каждую ночь. Она снова и снова видела лица погибших – Седрика, Сириуса, Люпина, Тонкс, Фреда... Они смотрели на неё с укором, напоминая о её вине, о её ответственности за их смерть. В самых страшных снах она снова оказывалась в визжащей хижине, где видела, как Нагайна вгрызается в шею Снейпа.

Образ Снейпа преследовал её особенно часто. Она ненавидела его, презирала за его жестокость и несправедливость. Но она не могла забыть его последних слов, его жертву, его любовь к Лили. Она терзалась сомнениями, пытаясь понять, кем он был на самом деле – героем или злодеем. Она видела его лицо перед смертью, искаженное болью, и ее мучила мысль о том, что она так и не узнала правду о нем. Ей было стыдно за то, что она обвиняла его. Что не верила Дамблдору насчёт Снейпа.

Внешний мир напоминал о себе повестками в суд. Суды над пожирателями и их сторонниками шли нескончаемой чередой. Гарриет старалась избегать этих мероприятий, но некоторые дела требовали её личного присутствия.

Суд над Люциусом и Драко Малфоями стал для неё настоящим испытанием. Она знала, что они заслуживают наказания, но точно не заточения в Азкабане. Она видела, как Драко мучался, как терзался сомнениями, как пытался выжить в этом безумном мире. Она помнила его лицо в выручай-комнате, его отчаяние и страх. Она ценила, что Нарцисса помогла ей.

Перед судом Гарриет долго колебалась. Ей не хотелось видеть Малфоев, не хотелось ворошить прошлое. Но она понимала, что должна это сделать. Она должна была дать показания, чтобы справедливость восторжествовала.

В день суда она надела свою лучшую мантию, но даже она не могла скрыть её изможденный вид. Девушка чувствовала на себе взгляды окружающих — взгляды сочувствия, восхищения, любопытства, зависти. Она старалась держаться прямо, но её колени дрожали, а руки предательски тряслись.

Когда она вошла в зал суда, её взгляд невольно сразу же упал на Малфоев. Люциус сидел с гордо поднятой головой, не выказывая ни малейшего страха. Драко, напротив, был сгорблен и подавлен. Его лицо было бледным и осунувшимся, а в глазах читалось отчаяние.

На суде присутствовали и другие её знакомые. Её друзья. Все они жадно следили за каждым её шагом, но Гарриет села с краю.

Когда пришла её очередь давать показания, она старалась говорить ровно и спокойно. Она рассказала о роли Малфоев в войне, об их связях с Воландемортом, об их преступлениях. Она не пыталась оправдать их, но и не испытывала к ним ненависти. Она лишь говорила правду, надеясь, что это поможет принять справедливое решение, упоминая и их положительные действия.

Суд закончился. Гарриет, чувствуя себя выжатым лимоном, направилась к выходу. Она шла быстро, чтобы друзья не успели её догнать, опустив голову, стараясь не замечать сочувствующие или осуждающие взгляды, словно накинув на себя невидимый плащ. В голове пульсировали обрывки воспоминаний, смешиваясь с болью и усталостью.

Она была так погружена в свои мысли, что не заметила, как свернула не в тот коридор. Пройдя несколько шагов, она осознала ошибку и попыталась развернуться, как вдруг... врезалась во что-то твёрдое.

Гарриет потеряла равновесие и уже приготовилась к падению, но чьи-то сильные руки успели её подхватить. Она почувствовала уверенную хватку, и её тело резко остановилось в нескольких дюймах от пола.

Подняв голову, она встретилась взглядом с незнакомцем. Он был высок, одет в строгий черный костюм, а его лицо было словно выточено из камня — тонкие черты, заостренные скулы, прямой нос и твердый подбородок. Длинные чёрные волосы, убранные сзади в хвост, подчеркивали бледность кожи, придававшие ему вид аскета или отшельника. Его губы, сжатые в тонкую линию, выдавали привычку к самоконтролю и сдержанности. Но главным оружием мужчины, и Гарриет это четко поняла сразу, были его глаза. Пронзительные, ледяные, они словно сканировали окружающих, выискивая ложь и слабость. В них не было ни тепла, ни сочувствия, лишь острый интеллект и безжалостный анализ. Ей хотелось отвести глаза, но что-то в его лице казалось ей знакомым, но она никак не могла вспомнить, где видела этого человека раньше.

— Осторожнее, мисс Поттер, — произнёс он низким, бархатным голосом. — Не стоит так витать в облаках.

В его голосе, в его манере говорить, было что-то, что заставило её внутренне напрячься. Он знал её имя, что не удивительно, но кто он такой?

— П-простите, — пробормотала Гарриет, чувствуя, как щёки заливаются краской. — Я… я не смотрела, куда иду.

Он продолжал держать её за руку, не отпуская. Его пальцы были холодными, словно лёд. Гарриет почувствовала легкий озноб.

— Я понимаю, — сказал он, чуть склонив голову. — Суды – это изматывающее занятие. Особенно для вас.

В его словах прозвучало дежурное сочувствие, но Гарриет чувствовала, что за ним скрывается нечто большее. Он словно видел её насквозь, читал её мысли, знал о её боли и страданиях.

— Мы знакомы? — Спросила она, нахмурившись.

Он слегка улыбнулся, но эта улыбка не согрела её.

— Можно сказать и так, — ответил он уклончиво. — Меня зовут Сайрус Грей. Я тут работаю... Недалеко. — Он странно усмехнулся.

— Я... Я не знаю вас, — сказала она, пытаясь высвободить свою руку из его хватки, но он этого словно не замечал.

Сайрус Грей продолжал смотреть на неё со странной смесью интереса и... Недовольства?... Гарриет не могла понять о чём думает мужчина, но то, что их встрече он был не особенно рад, было понятно.