Воровская честь (2/2)
- На три дня. Ночью третьего мы покинем Рифтен, - чётко ответила Рон-Тара, скрещивая руки на груди. Мерсер тихо фыркнул, но больше ничего говорить не стал. Лишь сказал, что сейчас свободна лишь одна кровать, так что они могут занять её. А за еду, конечно же, пришлось платить. Рон-Тара не ждала щедрости от воров, а Цицерону, судя по его настроению, было откровенно говоря всё равно, когда он поест. Он ждал совсем иного. Рон-Тара тихо вздохнула, бросив взгляд на Хранителя: "Ну что, мой капитан, вы снова убегаете? Снова от себя?" - пронеслось в её мыслях. Рон-Тара устало опустила голову - впереди было ещё три дня.
***Жить среди воров было неплохо. Старожилы проявляли конкретную надменность, но Рон-Тара уважала это право. В конце концов, у каждого из них за спиной такие истории, что хватит на три жизни. Новички же оказались более радушными. Наверное, им было приятно видеть союзников, пусть и из рядов убийц. Рон-Тара много общалась с ворами. Векс была недружелюбной, чаще просто фыркала на ящерицу. Делвин почувствовал в аргонианке знакомую тягу к ведению дел, за сим оба смогли поговорить о некоторых "экономических вопросах", при этом не вдаваясь в подробности - у каждого были свои секреты. Но особое удовольствие Рон-Тара получала общаясь с Бриньольфом. Было в этом человеке нечто смутно знакомое. В его манере держать себя, говорить, шутить... Верить в успех. Во всём этом она видела кого-то, кто спал на дне ледяного моря. Чьё тело трогали рыбы.
Разговоры с Бриньольфом были, как правило, короткие, но в них было что-то правильное. Так, однажды старый вор подсел к Рон-Таре, которая чистила картошку для похлёбки.
- Хотел спросить, - как всегда, немного бесцеремонно и напрямую. - Что не так с этим?Кивком головы Бриньольф указал на Цицерона. Шут за последние два дня стал совсем плох: вёл себя тихо, ни с кем не заговаривал, ел мало и, в основном, сидел в буйной фляге. Он постоянно смотрел на дверь, в которую они не так давно зашли, чтобы попросить приюта у воров Рифтена. Он ждал, что там появится знакомая грубая фигура Флорети. Но её не было.
- Мы здесь по приказу нашего лидера, понимаешь, - отозвалась Рон-Тара, откладывая нож в сторону. - Они, вроде как, близки...- Понимаю, - кивнул головой вор, взглянув на спину Цицерона. - Смотрю, вы очень уважаете вашего лидера, раз выполняете приказы, даже если неприятно.
- Она заслужила наше доверие, - хмыкнула ящерица. - Я знаю её полжизни, и она не подводила нас ни разу. В конце концов, кому ещё верить? Богам?
- Им плевать, - пожал плечами Бриньольф и выпил немного вина из стакана.
- Есть такое, - Рон-Тара выдавила что-то похожее на улыбку, но получилось плохо. Она снова посмотрела на Цицерона, на его опущенные плечи, на растрёпанные волосы. Он сжимал в руках свой колпак, сидел на небольшом причале и продолжал глядеть на серые стены, на скрывающуюся в тени дверь. Рядом стояла Тонилла, опершись бедром о бочку. Сточная вода тихо плескалась, и если бы не запах, то Рон-Тара чувствовала бы себя на берегу какого-нибудь тихого озерца.
- Есть ли вообще смысл ждать? - спросил вор, опуская взгляд на лежащий на столе нож.
- Сейчас? Нет. Смысла нет. Но мы будем, - отозвалась Рон-Тара.
- Зачем?
- Потому что богам плевать, а верить нам особенно больше и не во что.