Часть 29 (1/2)

Наутро, открыв глаза, он обнаружил себя в квартире Тони. Кровать рядом пустовала. Он уснул прямо в одежде, и Тони, наверное, побрезговал ложиться с ним — ушел на ночь в гостевую спальню. Хотя какая уже к черту разница. Отношения с Тони волновали Баки меньше всего - он чувствовал абсолютно разбитым, грязным и так, будто в жизни дальше не будет ничего хорошего. А ведь ему уже говорили про презервативы - и не раз. Баки замутило, когда он вспомнил, что ему говорил касательно незащищенного секса - Стив серьезно относился к нему и дал очень важный совет, а Баки... Сразу же вцепился в какого-то парня, который якобы его судьба.. Пренебрегал своим здоровьем, бегал за Тони, наплевал на свои принципы. Расплата закономерна.

Баки сел на кровати, потер серое лицо. Голова гудела после вчерашнего, большую часть случившегося он и не помнил. Во рту было сухо, а между ног все так же жгло. На удивление эта спальня была такая же необжитая, как практически и все остальные комнаты в доме. Казалось, Тони находился только в кабинете, немного в гостиной и совсем толику - на кухне. Правда там прикасались только к кофемашине, мусорку и микроволновке - такое впечатление сложилось у Баки за их короткие встречи. Ни магнитов на холодильнике, ни записок на двери, ни фотографий где-либо - все выглядело роскошно, стильно, современно и абсолютно бездушно. Не считая кабинета.

— Проснулся? — раздался голос. Баки поднял голову — Тони стоял в дверном проеме, сунув руки в карманы серых домашних штанов.

— Мхм, — пробормотал Баки в ответ.

— Я заказал завтрак. Иди в душ сходи, — раздал указания Тони, прежде чем развернуться и уйти - будто ничего и не случилось, когда Баки внутри просто обмирал от ужаса.

Но Баки выполнил инструкции — он был даже рад, что Тони заставил его что-то делать. Вполне вероятно, дальше бы Баки просто лежал и плакал от собственной никчемности и ужаса перед будущим, а сейчас он помылся, переоделся в оставленную на краю кровати одежду Тони, почистил зубы новой, специально купленной заранее щеткой. Все его личные вещи остались дома, и с собой был только телефон — это если Баки не забыл его где-то, учитывая, в каком состоянии он ехал сюда.

На кухне Тони как всегда был занят переписками и переговорами. Свою порцию он уже съел, порция Баки стояла в контейнере на столе. Рядом с ней — несколько таблеток и стакан воды. У Баки скрутило желудок, и он поморщился, понимая, что все это было не кошмарным сном, а реальностью. Ему теперь правда нужно было лечиться от ЗППП, которым его наградил Тони, и от этой мысли в глазах защипало.

Баки сел за стол, взял в руки вилку, но аппетита не было совсем. Он покопался в тосте с красной рыбой и яйцом бенедикт, но больше двух кусочков не осилил.

— Ешь, — сказал Тони, не отводя взгляд от экрана телефона. — Таблетки надо принимать после еды.

Баки проглотил ком в горле, проглотил отчаянные, горькие ругательства — да если бы не Тони, не пришлось бы ему пить никакие таблетки! Если бы он не трахался на стороне с какими-то… На глазах снова навернулись слезы, и Баки опустил голову в надежде их прогнать.

— Ну и чего ты? — спросил Тони, на этот раз смягчая скользнувшее в голосе раздражение. Баки мотнул головой и тут же издал позорный всхлип. Тони вздохнул и подошел ближе. — Успокойся. Чего тут реветь? Это же не смертельно. Неделю поделаем уколы, попьем таблетки — и все, как новенький.

Баки все равно заревел. Он не хотел, чтобы Тони сейчас это видел — он и так чувствовал себя отвратительно, а очередные издевки на тему того, какая Баки размазня и как ему нужно подобрать сопли и успокоиться, были чертовски не кстати. Но, к его удивлению, Тони взял его руку в свою и мягко сжал.

— Хватит слезы лить, — повторил он. — Никто ничего и не узнает. Поживешь пока у меня, так будет легче ездить на уколы. Через неделю все устаканится.

Было видно, что Тони пытался как-то успокоить его, поддержать — видимо, все-таки осознавал свою вину, и Баки был благодарен ему за такое отношение. Может, это был первый раз в жизни, когда Тони Карбонелли стало стыдно, и где-то глубоко в душе Баки даже обрадовался этому. Хоть что-то его проняло и было доказательство, что у Тони все-таки есть сердце.

— Какая разница, кто узнает или не узнает, — вытолкнул Баки, хлюпая носом. — Если бы не ты…

— Так, — обрубил Тони сразу. — Не сваливай все на меня. Самому башкой надо было думать, когда без резинки трахался.

Баки округлил глаза, а через секунду снова заревел. Тони выдохнул и попытался неловко приобнять его.