Глава 5. Давнее и новое (2/2)
– Сколько ещё человек ты видел? Может быть, слышал голоса?
– Голоса… Словно ссорились. Человека два, три… Сложно было различить, я был далеко. Но побоялся, что их было больше.
– Да, похитители сокровищ по два-три не ходят, – словно бы для себя пробормотал Кэйя. – Удачных приключений, Сайрус!
Он громогласно распрощался и ушёл куда-то в сторону верхнего города. К оставшемуся в одиночестве Кэйе подсела незнакомая девушка чуть младше него на вид.
– Лейтенант, – прошептала она, – я догадываюсь, что ищете вы и ваш брат.
– Как ты можешь догадываться, если мы сами не знаем, что ищем? – усмехнулся Кэйя. Человек из гильдии искателей приключений? Или кто-то поинтереснее? Искатели приключений обычно одеваются в форму.
– Шёлк, – так же тихо ответила девушка, наклоняясь ближе. – Я видела человека, который покупал что-то в этом лоскуте.
Чёрный рынок: только там можно купить механизм из руин.
– Вот как? И что же это был за человек?
– Я не знаю, кто это. Но я знаю, что люди, которые вас интересуют, завтра появятся на севере Вольфендома. И ещё… Они нарушают один из главнейших законов Мондштадта, – девушка поднялась. Кэйя схватил её за руку.
– Постой! Как я найду тебя позже? Такие сведения оставлять без награды нельзя.
Девушка вздрогнула, но не попыталась выдернуть руку и сбежать.
– Меня зовут Вэл, – ответила она после паузы. – Знаете… Приятно солнечным днём посидеть на площади перед собором.
– Сложно поспорить, – Кэйя разжал пальцы. – Удачного вечера!
Кэйя запомнил лицо Вэл, и даже если она соврала… Если она останется в Мондштадте, он её отыщет.
Север Вольфендома… Самое место для тёмных делишек. Если южнее люди изредка ходят – пусть сейчас и намного реже, чем в спокойное время, – то туда забираются разве что искатели приключений. Слишком уж рискованно; да и выйти оттуда непросто. Если это ловушка – Кэйя пойдёт туда не один. А если нет – Вэл и вправду стоит отблагодарить. Раз человек, связанный с чёрным рынком, сам вышел к Кэйе, ему это пригодится. Только вот откуда те люди могут прийти?
***
Для начала Кэйя решил заглянуть к Джинн: она может знать, где Дилюк. Неожиданно он оказался там же, а гора бумажек почти исчезла.
– У меня новости, – не здороваясь, сказал Кэйя. – Меня нашли люди с чёрного рынка, которые что-то могут знать про… Про ту брошку.
– Брошку? – переспросила Джинн.
– Забудь, это наше расследование, – отмахнулся Дилюк и спрыгнул со стола. – Пойдём-ка, и ты мне всё расскажешь. Джинн, ложись пораньше!
– А… Вы куда-то уходите?
– Сейчас решим.
– Я тебя предупрежу. Кэйя, идём на крышу.
Кэйя поспешил за братом. Решить надо поскорее: до Вольфендома ещё добираться, завтра – целый день, а уже темнеет.
На крыше штаба, как обычно, не было ни души. Братья устроились в своём любимом углу – там их не будет видно даже с крыши и самых высоких шпилей собора. Конечно, только Эмбер может быть такой безрассудной, чтобы лезть на шпиль, но это местечко им и без того нравилось. Тем более что в стене отходил камень… Там так удобно было сделать тайничок.
– Что ты узнал?
– Завтра на севере Вольфендома окажутся люди, которые могут нас заинтересовать. Знаю, потрясающе конкретно. Но зацепок лучше у нас нет и вряд ли найдутся.
– Нам придётся выйти в ночь? Иначе ведь не успеем, а очутиться там они могут хоть с утра.
– Как прикажет капитан, – улыбнулся Кэйя. – Сам знаешь: я за тобой.
– Прекрати эту ерунду, – сердито буркнул Дилюк. – Как только начнётся экспедиция, в капитаны произведут и тебя. С глазом бога в лейтенантах долго не ходят.
– Но ведь этого ещё не случилось. Так что… Придётся тебе потерпеть.
Дилюк попытался отвесить Кэйе подзатыльник, но тот увернулся и со смехом опрокинул его на пол. Дилюк попытался было вывернуться, Кэйя ловко прижал его руки и сдвинулся, чтобы его не получилось достать ногой.
– Это нечестно, – фыркнул Дилюк. Он ещё не вполне мог свободно двигаться, и Кэйя беззастенчиво этим пользовался.
– А по голове меня бить – очень честно, – отозвался Кэйя и пощекотал брата. – Расследую-то я головой!
От щекотки Дилюк всё-таки откатился, но не стал вставать: разлёгся на тёплых после солнечного дня камнях, раскинув руки. Кэйя устроился рядом в тени, вытянув гудящие после целого дня ноги. Скоро их ждёт новая миссия…
– Выходим сейчас или утром?
– На рассвете. И молимся, чтобы те, о ком тебе сказали, были хоть на долю неосторожны. И ещё… Давай срежем путь по воде.
– Не знаю, как долго смогу держать лёд.
– От берега до берега – не так уж долго идти, – пожал плечами Дилюк. – Разве что слетать вниз придётся осторожно.
– Ты сможешь подняться наверх? Там обрывы.
– Невысокие. Справлюсь! Найди одежду попроще. Подозрительно будет, если в такой глуши мелькнут рыцарские мундиры.
Кэйя об этом тоже успел подумать. Вольфендом – глухие леса, светлая золотистая одежда там – всё равно что мишень. Кэйя подозревал, что им придётся не раз изваляться в пыли и трухе, выслеживая тех людей.
– Возьми куртку с капюшоном. Иначе твои волосы будут сиять на всю округу.
– Знаю, знаю. Иногда кажется, что старший брат из нас ты!
– Прости… – Кэйя отвёл взгляд. Дилюк толкнул его в плечо.
– За что ты просишь прощения на этот раз? За свою предусмотрительность? Тогда вот твоё наказание: пойдёшь собирать нам вещи, пока я поговорю с Джинн.
– Как думаешь, сколько времени на это уйдёт?
– А как думаешь ты? Дня два-три, не больше. Завтра мы с ними столкнёмся, если будем следить – вряд ли долго. Мондштадт не так уж велик. Идём, нужно ещё выспаться, – Дилюк вскочил первым. Кэйя последовал за ним.
Собрать спальники, припасы, мелкое снаряжение, карту… Хорошо, не нужно брать огниво: Дилюк может поджечь даже сырое и прогнившее насквозь дерево. А вот одежду он себе прекрасно подберёт сам; небось, вот-вот прибежит.
Самая простая и потрёпанная рубашка, кожаные штаны – прочнее матерчатых и не так пачкаются, – бурая куртка, похожая на охотничью. И можно было ложиться: вставать на рассвете.
Кэйя лёг, но сон, неожиданно, не шёл. Что же будет завтра… Смогут ли они найти подсказки к словам Вэл? Вольфендом огромен, а захоти там спрятаться человек – и в двух шагах можно не заметить. И времени – всего лишь день. Север… Даже север Вольфендома не обыскать вдвоём за день.
Кэйя распахнул окно настежь и высунулся: из его комнаты как раз можно было разглядеть тот берег. Воздух уже остывал; на воде лежала тусклая лунная дорожка. Получится ли создать мост изо льда? Кэйя протянул руку и коснулся элементальной силы; над ладонью затрепетала ледяная пыль. И рассыпалась, поблёскивая в свете луны.
Да: они обязаны справиться. До сих пор они с братом справлялись каждый раз; что же сейчас поменялось, строго-то говоря? Кэйя обрёл глаз бога, он не стал слабее или глупее. Дилюк, несмотря на раны, остаётся прославившимся из-за расследований капитаном ордена. Ничего не изменилось…
Скоро Кэйя уже спал, свернувшись под одеялом. Разбудило его скорее внутреннее ощущение, чем свет; небо на западе ещё даже не начало светлеть. Он поспешно оделся и побежал вниз. Дальше по коридору кто-то, кажется, шёл. Кэйя спиной ощутил взгляд, но не стал задерживаться: брат наверняка уже спустился. Разве есть что-то удивительное в том, что он рано утром куда-то идёт? Может быть, потому что он сегодня одет не в форму…
– Дилюк, я здесь. Не было ничего странного?
– Только по лестнице кто-то пробежал. Полетели? – Дилюк запрыгнул на парапет.
Кэйя первым бросился вниз и распахнул планер. Просто слететь на скалы у самой воды – ничего сложного, любой, у кого есть лицензия, это может. Рядом чуточку неловко приземлился Дилюк.
– Давай.
Кэйя глубоко вдохнул, вытянул руку, пуская по воде холод – и шагнул на подрагивающую под ногами ледяную тропу.
– Братишка, идём скорее. Это не очень-то легко поддерживать.
Братья без помех перешли озеро и поднялись на другой берег. Стоило им подняться и сделать несколько шагов от обрыва, как мир изменился. Ясное, почти безоблачное небо скрылось за листвой, а в похолодевшем воздухе слышался смолистый запах. Вместо тихого плеска волн теперь изредка чирикали птицы да шуршал какой-то зверёк.
– Что скажешь? – едва слышно прошептал Кэйя. Не хотелось нарушать тишину: здесь так редко звучат человеческие голоса… Навевало воспоминания о далёком детстве. Только вот сейчас Кэйя не был беззащитным ребёнком, и оказался здесь он не от безысходности.
– Если и встречаться с кем-то – явно не тут. Идём вглубь. И… Будь осторожен.
– Знаю.
Чем глубже они продвигались, тем мрачнее становился лес. Только самые отважные искатели приключений осмеливались зайти сюда; и то многие не возвращались, и постепенно смельчаков становилось всё меньше. В свежем лесном воздухе веяло едва ощутимой угрозой. Кэйя не знал, действительно ли чувствует что-то или же просто знает, насколько опасны эти места; расслабляться было не время. А ведь им ещё искать тех, о ком сказала Вэл, если это, конечно, не ловушка.
Неожиданно Дилюк схватил Кэйю за плечо и указал под ноги. На мягкой земле виднелись свежие отпечатки лап хиличурлов. Туда нельзя, и вряд ли там могут быть люди: Вэл сказала точно. Так что… В сторону, обойти лагерь. И дальше, вслушиваясь в малейшие шорохи и всё, что может показаться подозрительным.
В овраге несколько хиличурлов дрыхли вокруг потухшего костерка; рядом валялось оружие. Что это они спят днём? Нет, не все: один перевернулся на бок и подпёр башку рукой. Не спят… Братья тихонько прошли поверху, чтобы перейти овраг дальше и не всполошить монстров. Это наверняка разведчики или охотники из лагеря неподалёку. Где-то завыл волк, ему отозвался ещё один. Одним хороши опасности Вольфендома: отнюдь не везде могут появиться люди.
– Вот бы уметь превращаться в птицу, как в той сказке, помнишь? – шепнул Дилюк. Кэйя не помнил, но покивал: птица быстрее человека и может взлететь… Он бы тоже не отказался посмотреть сверху на лес. Тут разве что анемогранумы искать, но они не поднимут в воздух надолго.
Вэл говорила с Кэйей так уверенно, словно знала: он вычислит точное место даже без подсказки. Официально все лавры в их расследованиях доставались Дилюку, и вне ордена далеко не все догадывались, что они просто так договорились. Но Вэл, похоже, была из проницательных. В её словах должна быть подсказка… Или же – не в словах. Север Вольфендома. Один из главнейших законов. «Люди» – их больше одного. Но даже двое… Что иголка в стоге сена. Как бы поступил сам Кэйя на их месте? Он не мог предугадать: он ведь ничего о них не знает.
Братья вышли на крохотную поляну, и тут Дилюк остановился.
– Дай мне карту.
– Ты что-то понял?
– Кажется, да… Так, так, вряд ли у них есть глаза бога… Вряд ли они будут летать… Тоже нет… Всё, идём!
– Подожди, что?..
– Это же основы тактики!
– Если ты не угадал – заплатишь за меня, когда я опять буду разводить кого-нибудь на информацию.
– Боюсь, тебе придётся раскошелиться самому, – усмехнулся Дилюк. – Давай поспешим. Они могли переночевать и в лесу.
Когда-то через Вольфендом и вправду шла дорога, заброшенная уже много десятков лет, и теперь братья отправились туда. Обычный человек бы прошёл по тем местам, но с трудом; порой приходилось обходить стоянки хиличурлов или стайки неожиданно больших слаймов. А потом заверещали потревоженные птицы. Дилюк схватил Кэйю за руку и указал туда.
– Похоже, много людей. Поспешим!
Стая птиц взвилась в воздух; судя по направлению, и впрямь на заброшенной дороге. Но когда братья добрались туда, обойдя гору бурелома и перебравшись через озерцо, у которого кишмя кишели слаймы, птицы уже успокоились, и никого не было видно.
Дилюк пробормотал что-то эмоциональное.
– Давай-ка поищем следы. Но это значит, что я мог быть прав…
Вскоре, обходя место по расширяющейся спирали, они наткнулись на поломанные ветки, через которые явно кто-то прошёл. Да: здесь было много людей. Птиц мог и один человек вспугнуть, если был неосторожен – правда, так глубоко в Вольфендом неосторожный одиночка едва ли пройдёт, – а вот следы ног точно принадлежали нескольким. Заброшенную дорогу было уже не разглядеть, но, похоже, вышли братья как раз на неё.
– Догоним? – шепнул Дилюк.
– Попробуем. Путь они уже проложили.
Дорога извивалась, пропадала, возникала, и приходилось снова обыскивать лес, чтобы найти следы. Как братья ни спешили, уже солнце клонилось к горизонту – а кроме следов, они не нашли ничего. А потом потянуло дымком. Люди или хиличурлы? Дилюк жестом указал на лысоватый холм впереди.
С холма и впрямь открывался неплохой обзор; но дыма видно не было, хотя запах висел в воздухе. Дорога же, судя по карте, проходила у подножия холма, обходила его… Эту часть леса почти не изучали, и карта, нарисованная десять с лишним лет назад, сейчас была считай что бесполезна; даже искатели приключений сюда почти не совались. Искать, где могли остановиться люди, придётся самим.
– Идём, – наконец велел Дилюк. – Они наверняка не полезли через бурелом: тут не так уж много тропинок.
Тропинок вокруг дороги и вправду было немного. Кому здесь ходить, кроме зверей? И потому мятая трава бросалась в глаза. Мятая трава, следы сапог, нитки на кусте. Кэйя схватил Дилюка за плечо: он услышал голоса. Совсем неразборчивые, но всё же ясно было, что это говорят люди. Уже недалеко.
Тропинка привела братьев к каменистому склону и оборвалась, свернув на бровку. Людей на склоне не было; но дальше виднелась прогалина, на которой движение было видно даже в сгущающихся сумерках.
Они выждали ещё немного, пока в темноте не стали незаметными, и подобрались поближе. Действительно – люди. Много, целая толпа…
Дилюк, надвинув пониже капюшон куртки, высунулся из-за камней и тут же отпрянул.
– Работорговцы. Люди в верёвках.
– Проклятье… У ордена под носом? Это не простая банда.
– Согласен, – Дилюк снова высунулся посмотреть, подвинулся, чтобы видеть больше, и снова вернулся. – И не только люди.
– Что?
– Хиличурлы тоже. Не могу разглядеть, есть ли на хозяевах символика, но…
– Вряд ли. Я не слышал о таких похитителях сокровищ, – прошептал Кэйя. – И ордену Бездны нет смысла подобное творить. Но, похоже, это и есть те, о ком мне сказали.
– Возвращаемся в город? Архивы, посоветоваться со старшими…
– Нет. Мы слишком мало знаем, советоваться тут не о чем. Давай смотреть дальше, – Кэйя тоже подобрался к краю, чтобы взглянуть. Он отвратительно видит в темноте, но в свете костров мог различить силуэты людей – ходящих и сидящих. Вот человека от хиличурла с такого расстояния он бы не отличил. И всё же…
– Это дети. Или подростки. Точно не взрослые. В Мондштадте ведь не пропадали люди.
– Не пропадали, – мрачно кивнул Дилюк. – Мы слишком закрыто живём, чтобы провернуть такое втайне. Постой-ка, ты можешь понять, откуда они пришли?
Кэйя бросил взгляд на луну, потом – на тропку. Эти места он плоховато знал, но сориентироваться по сторонам света мог без труда.
– Не от побережья. Ли Юэ?
– Но не Каменные врата. Протащить столько народа там…
– Я не думаю, что похитители беспокоятся об удобстве своих пленников, как бы цинично это ни звучало. Мы будем спасать их или следить дальше, чтобы понять, куда они идут?
Дилюк взлохматил волосы и начал переплетать хвост.
– Будем следить. Хотя бы завтра: быстро идти они не смогут. А если что увидим – по обстоятельствам.
Кэйя сжал его плечо. Наверняка брату нелегко далось так решить, с его-то характером.
Они устроились на ночлег неподалёку – в неудобном месте, но так похитители не пройдут рядом и ничего не увидят. Их же самих нетрудно будет заметить, когда они тронутся с места: такая толпа бесшумно идти не сможет. Кэйя не считал, но навскидку – не меньше трёх десятков человек.
Ночь прошла тихо и спокойно. Утром братья успели перекусить – разумеется, не разжигая огня, – и снова подобраться к работорговцам. Те только-только поднялись и лениво расталкивали своих пленных. Вот теперь Кэйя видел: Дилюк был прав. Зачем хватать хиличурлов… Они смирно сидели в верёвках, словно чем-то опоенные, и только головы мотались от пинков. С людьми обходились чуть мягче, но разве что чуть – еду им всё равно швыряли как собакам. Да и сколько там было еды – ту же собаку не накормить досыта.
– Похоже, их опоили, – прошептал Дилюк. – Проклятье, мне жаль хиличурлов.
Кэйя только молча кивнул. Он видел, как хиличурлы жрут людей, он их убивал, но… Он убивал быстро. Эти же бедолаги будут тихо умирать от голода и увечий.
Пленники потащились по дороге. Дети испуганно жались к девушке-подростку; хиличурлам, кажется, на всё было наплевать. Надсмотрщики не зверствовали – похоже, кто-то сверху запретил им портить товар, – просто покрикивали, но разве от этого будет легче. Девушка, кажется, пыталась утешать малышей.
Братья без труда следили, не попадаясь на глаза. Работорговцы не смотрели по сторонам, больше занятые хиличурлами: тех приходилось подгонять пинками и тычками. Один и вовсе сел прямо на землю и отказался вставать, пока главарь не пригрозил разбить его маску. Дети были куда как послушнее и осторожнее, но хиличурлов вполне хватало, чтобы ползти как черепахи.
– Мне надоело, – зло прошипел Дилюк. – Давай их схватим, а там разберёмся.
Кэйя бы выждал ещё немного, но он понимал: брат в бешенстве от того, что в Мондштадте вообще появились работорговцы, а тем более – от того, что они тащат детей. Даже не прикасаясь к нему, Кэйя чувствовал дрожащую огненную ауру.
– Ты уверен, что справимся?
– С твоим льдом? Проще простого. Ты – справишься?
– Прикрой пленных. Тогда смогу не отвлекаться.
– Да. Идём.
Работорговцы как раз опять пытались растормошить хиличурла: почему-то тащить его волоком или заставить его собратьев его тащить они то ли не хотели, то ли не могли. Отвлеклись, сгрудились… Дилюк жестом приказал Кэйе следовать за ним и бесшумно выскользнул на тропу; и не подумать, что он не в порядке.