Глава 8 (1/2)
- ...Отмазка ”мимо проходил” с другой страной, если что, не работает, - наперёд пресекая возможное ёрничество, предупредила я.
- ”Мимо пролетал”, судя по всему – тоже? - удостоверившись, что я более-менее удобно уселась, и только после этого аккуратно опустившись на другой конец полукруглого дивана, хмыкнул Ноэль.
”Кать, я, конечно, ни на что не намекаю, но... возможно, мозги – это не твоё?” - снова всплыла у меня в голове одна из некогда трендовых озвучек тик-тока. Только здесь подразумевались не мозги, а юмор. Хотя, вынуждена признать – Ноэль по жизни действительно весьма остроумен. Просто мне сейчас весело не было. Да и грустно, в общем-то – тоже. Мне сейчас, пожалуй, было просто ни-как. Вот и всё. Ну, и немного жаль было времени выходного дня, которое я с куда большей пользой могла бы потратить, продолжив разговор с Мингю.
- Ладно – я приехал целенаправленно, - очевидно, прочитав в моём взгляде примерный адрес, по которому я уже подумывала его послать, вскинул ладони в жесте ”сдаюсь” Ноэль.
Вот знаете... спросить ”зачем?” мне сейчас, несмотря на всю мою воспитанность, тоже хотелось матом. Потому что я в душе не знала, о чём таком важном ему могло приспичить со мной поговорить, чтобы ради этого пересекать океан.
- Не припомню, чтобы Корея когда-нибудь интересовала тебя в плане инвестиций, - включила ”дурочку” я.
- Целенаправленно к тебе, Эйлин. Не делай вид, что не поняла этого сразу. Ты ведь у меня всегда была умной девочкой.
Господи, меня аж всю передёрнуло. Для Тэхёна. ”Моя девочка” я только для Тэхёна! Даже Хоби знал, что это обращение ко мне ”запатентовано”, и вместо этого называл меня маленькой.
- Я по-прежнему умная, но уже давно не ”у тебя”. Что тебе нужно, Ноэль?
- Эйлин, послушай, - излишне, как мне показалось, осторожно облокотившись о край разделявшего нас сейчас стола, сцепил пальцы в замок он, - мы с тобой в Каннах как-то не очень хорошо начали...
При этом его слове я сжала челюсти и так шумно втянула носом воздух, что вынудила его тем самым замолчать. Если до этого я, несмотря на то, что узнала о нём зимой, всё равно старалась его как-то понять и оправдать, то после выходки на вечеринке Ноэль стал меня раздражать.
- Не начинали мы там ничего, - открыв глаза и встретившись с ним взглядом, медленно, стараясь перебороть сейчас это раздражение, выдохнула я, - мы с тобой уже давно всё закончили.
- Терпеть меня не можешь, да? - изменившись вдруг в лице, с горькой полуулыбкой тихо констатировал Ноэль, - знаешь про Лизет, верно?
Мне даже глаза отчаянно протереть захотелось. Чёткость, так сказать, настроить и убедиться в том, что они мне не врут. А ещё – уши хорошенько прочистить. Ну, правда. Слишком уж настоящие, ничем не прикрытые боль и тоска прозвучали сейчас в его голосе.
Лично я таким Ноэля видела и слышала лишь однажды. Когда мы потеряли нашего первого ребёнка. Вероятно, всё было гораздо хуже, когда мы потеряли близнецов, но... В тот момент я не то что видеть и слышать никого и ничего не могла – жить попросту в первое время не хотела...
- Да нормально я к тебе все эти годы относилась, Ноэль, - непроизвольно метнувшись ладонью к животу и сглотнув подступивший к горлу ком, проморгалась я, - и да – про вас с Лизет я знаю. Но бесить меня ты начал после твоего идиотского поведения в Каннах и...
- И это то, почему я здесь, Эйлин! - перебил меня он, после чего неожиданно вскочил с места и, несколько неуклюже из-за своего немалого роста обогнув столик, перебрался вдоль дивана ближе ко мне.
Разумеется, я Ноэля не боялась. Но хоть и не сдвинулась с места, а всё равно слегка отшатнулась и смотрела теперь на него с некоторым опасением – не знала, чего ожидать дальше.
- Хотел извиниться за ту нелепую сцену, - попытавшись расслабиться и чуть ссутулиться, но, тут же болезненно при этом поморщившись, снова широко расправил плечи Ноэль, - повезло ещё, что никто из гостей тогда ничего не заметил. Этот твой мальчишка – хороший актёр, - пренебрежительно фыркнув, добавил он.
- Тэхён – не ”мальчишка”! Он всего на два года мл... - скрестив руки на груди, ощетинилась, было, я, но, заметив, как Ноэль снова на мгновение стиснул челюсти и ещё больше выпрямился в спине, слегка нахмурилась, - твои рёбра. Они?..
- Да так. Пара трещин, - деланно беспечно отмахнулся тот и с кривоватой усмешкой продолжил, - не ожидал, знаешь ли, что прилетит слева. Да что там – я вообще не ожидал, что от такого... как он, может что-то прилететь.
А я вот очень даже ожидала. Потому и пыталась развести этих двоих с миром. Просто у кого-то слишком острый язык, а способность этот язык контролировать в личных качествах, увы, не числится!.. А может, у Ноэля просто уже давно атрофирован инстинкт самосохранения. Что, в принципе, с таким-то состоянием и влиянием его семьи в Европе совершенно не удивительно. Зря. Очень даже зря, как видите. Но чисто по-человечески – в этом уж вся я – мне всё равно его было жаль, ведь, в сухом остатке, Ноэль отхватил из-за меня.
- От пары трещин взрослого сильного мужчину вряд-ли бы так корчило, - усилием воли пропустив мимо ушей оскорбительное ”такого, как он”, выразительно вскинула бровь я.
- Ладно, не только трещин – одно ребро сломано. Не критично, без смещения, - заметив мои на секунду округлившиеся глаза, поспешил добавить Ноэль, после чего зачесал пальцами назад свои длинные русые волосы и попытался врубить врождённое французское очарование, - за ”сильного мужчину” спасибо – приятно, что ты всё ещё меня таковым считаешь.
- Сильно не обольщайся – это просто к слову пришлось, - тут же спустила его с небес на землю я, но не смогла удержаться от того, чтобы не возмутиться, - куда вообще смотрела Лизет, отпуская тебя с такой травмой к чёрту на куличики? А твой отец? Телохранители?
- Кроме вас двоих и моего лечащего врача об этом никто не знает.
Эм... Окей, стоило признать – это было по-мужски. Безответственно по отношению к собственному здоровью, конечно, но по-мужски. Ведь по сути, Ноэль вообще мог поднять тогда в Каннах скандал, привлечь прессу и полицию – словом, сделать всё, чтобы осложнить Тэхёну, а заодно и мне, жизнь и... Ладно, кому я вру? Не стал был он никогда так делать – ну, не такой он человек.
Согласна – Ноэль, конечно, далеко не подарок. Но всё же присущие истинным аристократам честь и достоинство у него имелись. И, я бы даже сказала, в избытке. Да и сомневаться в этом было бы всё равно, что усомниться в самой себе. То есть, в том, что я умею разбираться в людях. А я действительно это делать умею и чисто интуитивно всегда знала, что Ноэль, в целом-то, неплохой человек.
- Ладно. Проехали с Каннами, - не расцепляя рук на груди, хлопнула себя ладошкой по плечу я, - как тебя всё-таки занесло сюда? Не проще уж было бы снова выйти на меня где-то во Франции? Не поверю, чтобы ты не воспользовался для этого своими связями.
- Воспользовался конечно, - хмыкнул Ноэль, - ты даже не представляешь, как мне хотелось заявиться на виллу к Антуану. Но физически это сделать я тогда был не в состоянии.
- Ну, да – сейчас-то ты прямо в полной боевой готовности, - выразительно поджав губы и покивав, иронично подметила я.
Доли секунды Ноэль будто в растерянности смотрел на меня с приоткрытым ртом, а потом, схватившись за грудь в районе солнечного сплетения, надрывно, но явно от души рассмеялся. Разумеется, несчастная грудная клетка и дыхательная система ”спасибо” ему за это не сказали, и его почти сразу охватил жуткий кашель, однако он всё равно не сразу смог перестать хохотать.
Н-да. Детский сад, ясельная группа. Вот как на этих мужиков можно долго злиться? Первые сорок годиков детства у них ведь, очевидно, самые тяжёлые. Я даже не успела заметить, как расслабилась в обществе Ноэля так, словно это просто был кто-то из моих дальних, но хорошо знакомых родственников – сидеть, отклонившись от него, я уже не пыталась. Да и французский снова начал приносить удовольствие.
- А уже на следующий день я понял, что к тебе всё равно не подобраться, и оставил эту затею, - всё ещё держась за грудь, с трудом выровнял дыхание Ноэль, - вокруг тебя вечно были телохранители, какой-то стафф или сама твоя преданная болонка.
Так. Стоп. Та чёлка на глазах Тэхёна в день вечеринки меня, конечно, тоже напрягала. Я и сама невольно сравнивала его тогда в мыслях с этими забавными лохматыми собачками. Но произнесённое вслух – да ещё и Ноэлем и в таком контексте – меня это задело.
- Если ты ещё хоть раз оскорбишь моего мужа, я просто встану и уйду. А потом сделаю так, чтобы ты и здесь до меня больше не смог добраться, - с холодком в голосе и с незатронувшей глаза улыбкой спокойно предупредила я, - я понятно выразилась?
Видали? Ускоренные курс актёрского мастерства в ”Инь и Ян” и авторский курс уверенности в себе от Ким Тэхёна дают свои плоды.
- Предельно понятно, Эйлин, - явно проникшись моей угрозой, поспешно заверил Ноэль.
”У-тю-тю. Хороший мальчик”, - мысленно погладив его по голове и почесав за ухом, словно пса похвалила его я. Ну... такая, своеобразная мстя за ”болонку”, будем считать.
- Прекрасно, - подытожила я вслух и несколько смягчилась, - итак. Во Франции я оказалась недоступна. В какой же момент тебе втемяшилось в голову подобраться ко мне здесь?
- В тот самый, когда вчера мне вдруг попался в рекомендациях рилс о твоём возвращении в Корею.
- В рекомендациях? - вскинула бровь я, - с чего бы это они тебе такое выдали?
- Ой, уволь – не разбираюсь я во всех этих алгоритмах, - пренебрежительно поморщил свой крупный и слегка заострённый нос Ноэль, - это же не химия.
Пфф. Действительно. Химия – это ж так, детская забава... Хотя для него, вероятно, примерно так эта наука и воспринималась – Дюпоны в этой области и правда ощущали себя, словно рыба в воде. Иногда мне даже казалось, что я в лошадях разбиралась меньше, чем они во всех этих химических элементах и соединениях. Не зря говорят: ”Каждому своё”.
- Ну, хорошо – узнал ты случайно о моём возвращении. И?..
- И буквально через пару часов уже летел с Люкой и Марселем сюда. Даже вопрос о специальном разрешении на посадку в Инчхоне решал вторым числом, находясь в воздухе.
Ох уж эти мне ваши миллиардеры. Бантаны как-то и без личных водителей обходятся – либо сами за рулём, либо кого компания отправит, с тем по работе и поедут – а у этих Скруджей Макдаков вон личный самолёт с пилотами аж имеется. Сказала та, что и сама без зазрения совести не раз в прошлом летала с этими пилотами, ага.
- Бедные мужики. Вместо того, чтобы спокойно отдыхать в выходной дома со своими семьями, тринадцать часов подряд мчать за океан взбалмошного босса – работа мечты прямо, - растянула губы в своей типичной закрытой улыбке я.
- Ой, да ладно тебе, Мать Тереза, - оценив мою иронию, сквозь болезненный хрип снова коротко рассмеялся Ноэль, - после Канн они прекрасно успели отдохнуть. И, прошу заметить, эти ”бедные” мужики, - изобразил пальцами кавычки он, - за почти девять лет у нас заработали столько, что им уже сейчас можно абсолютно ничего не делать до конца жизни.
Ну, тут не поспорить. Ещё пара-тройка лет работы на Дюпонов, и безбедное праздное существование, наверное, будет обеспечено уже не только самим Люке и Марселю, но и их детям.
- Как тебе удалось так быстро найти меня здесь? - слегка закатив глаза, вернулась к основной теме разговора я.
- Просто карты сошлись. Наспех забронировав номера в ”Four Seasons”, я оставил Люку и Марселя отдыхать, а сам сразу направился в ближайший из ресторанов французской кухни, то есть – сюда.
”For Seasons”? Не удивлена. Один из самых роскошных отелей Сеула. Тот самый, что относительно недавно, в 2015-ом, был построен и сдан в эксплуатацию компанией отца Мо, и где проходила наша с Тэхёном... свадьба. К слову, да – отель этот действительно был расположен здесь неподалёку. И ”Пассаж” у ручья Чхонгечхон находился, конечно, не в минутной – особенно с травмой-то Ноэля – но в шаговой от него доступности.
- О да, французская кухня для тебя – это же святое, - хмыкнула я.
- А то! Но в первую очередь я отправился в ”Пассаж” в надежде, что его персонал рано или поздно поможет мне выйти на тебя.
- Серьёзно? - вскинула бровь я, - почему, интересно, тебе вообще пришло это в голову?
- Потому, что Франция у тебя буквально под кожей, Эйлин – даже не пытайся это отрицать. Так что я предположил, что в первое время после отъезда ты будешь по ней тосковать. А чем это не повод, к примеру, сходить во французский ресторан?
- А если серьёзно? - стараясь не показать, как сильно поразило меня с его стороны такое понимание... меня, слегка прикусила изнутри нижнюю губу я, - ”Пассаж” ведь не единственный такой ресторан в Сеуле.
- А если серьёзно, то всё куда банальнее, - с трудом сдержав смех, сильно поджал губы Ноэль, но тело его при этом всё равно беззвучно задрожало, что снова причинило явное неудобство травмированным рёбрам, - дело в том, что на следующий день после вечеринки мои люди наоборот облазили все корейские рестораны в Каннах и...
”Все”? Хм. Интересно, сколько же их там? Оказывается, корейская культура в Европе тоже весьма популярна. Думаю, это точно заслуга k-pop'а и корейского кинематографа.
- ...в одном из них на ”звёздной” стене обнаружилась твоя новая подпись. Ну, ты знаешь, как умеют работать мои парни. Им довольно легко удалось узнать о том, что ты познакомилась с руководством и пообещала заглянуть во французский ресторан их дочери здесь, в Сеуле.
- Да ну нееет... - недоверчиво нахмурилась и помотала головой я, - господин Чхве и его супруга точно не стали бы болтать лишнего.
- А с ними разговаривать и не понадобилось, - хмыкнул Ноэль, - одна из кореянок-официанток, которая случайно услышала кусочек вашего разговора, весьма охотно поделилась им с Дэни. Правда, теперь этот Казанова завис с ней в Каннах и неизвестно когда вернётся к работе. Не понимаю, что такого вы все находите в этих узкогл... азиатах, - наткнувшись на мой чертовски красноречивый взгляд, поспешно исправился он.
- Так значит, ты заглянул в ”Пассаж” и просто попросил их сообщить тебе, когда я у них появлюсь? - снова вернула Ноэля к сути разговора я, - а если бы это произошло не скоро? Или вообще не произошло? Ты что же, так и сидел бы и смиренно ждал здесь в Корее у моря погоды?
- Пфф. Произошло бы, - слегка закатив глаза, уверенно выдал Ноэль, - тоска по Франции, помнишь? А ещё – ты всегда выполняешь свои обещания, Эйлин. И да, я настроен был ждать, сколько потребуется. Но мне каким-то образом несказанно повезло, что это случилось прямо сегодня.
- И не говори. Сказочное везение. Вот только, администратор не удосужилась предупредить, что столик я бронировала на две персоны? Ты не подумал, что я могла обедать с мужем? Опять потом оправдывался бы тем, что не ожидал ничего ”слева”?
На пару секунд Ноэль уставился на меня так, словно видел впервые – даже со слегка приоткрытым ртом – а потом его губы крепко сомкнулись в тщетной попытке сдержать смех. Не вышло. Уже в следующее мгновение этот мазохист звучно стукнул себя ладонью по лбу и, несмотря ни на что, снова рассмеялся. Приглушённо так, но прямо... истерически.
Схватившись второй рукой за грудь и отчаянно комкая пальцами свою луивитоновскую рубашку, Ноэль почти мгновенно закашлялся и, непонятно, от чего скорее – боли в рёбрах или охвативших его эмоций – будто даже всхлипнул. Теперь настала моя очередь изумлённо на него уставиться. Ноэль Адриан Дюпон, почти тридцать девять годиков. Башню дядечке что-ли сорвало? Мне уже пора режим ”психолога” активировать или как?..
- Не подхууу-мал, Эйлин, - прикрыв рот, на хриплом выдохе признался Ноэль и снова сквозь смех и слёзы закашлялся, - я, похоже, вообще. Ни о чём другом. С тех пор, как увидел тебя в Каннах. Не думал.
Эм. Кажется, во фразе ”Кать, я, конечно, ни на что не намекаю” всё-таки актуально было именно про мозги. И мне, к слову, уже было не особо по душе то, какое направление начинал принимать наш разговор – вот только признаний в чувствах мне сейчас не хватало. Уф.
- Но окончательно мой мозг, видимо, ушёл в закат в то мгновение, когда я увидел тот рилс с тобой, - более-менее успокоившись и снова по максимуму расправив плечи, утёр глаза сгибом большого пальца Ноэль, - не ожидал, кстати, что ты известна здесь настолько, что о твоём возвращении пишет пресса.
- Да не особо уж я известна. И встречали вовсе не меня, а Тэхёна и ещё одного их мембера. Просто я проходила через аэропорт раньше, в числе обычных людей, и... Погоди! - мотнув головой, нахмурилась я, - ты сказал ”пресса”? Я думала, ты нактнулся на рилс каких-нибудь случайных очевидцев.
- Да нет. Это точно были какие-то СМИ. ”Диспакт” или что-то вроде того, - пожал плечами и, тут же поморщившись, неестественно широко расправил их вновь Ноэль.
Сердце моё чуть не пропустило удар. Нет!.. Пожалуйста. Только не это...
- ”Dispatch”?<span class="footnote" id="fn_40368913_0"></span> - тем не менее, будто не своим голосом уточнила я и, так и оставшись сидеть с приоткрытым ртом, затаила дыхание.
- Точно – оно, - не сразу заметив моё состояние, прищёлкнул пальцами Ноэль, - Эйлин?.. Ты вся побледнела.
Побледнеешь тут! Пока я судорожно хватала ртом воздух, он поспешно нажал на кнопку вызова официанта и осторожно, стараясь не напрягать свою многострадальную грудину, подсел ещё ближе.
- Мадам, срочно – принесите стакан воды. Комнатной температуры. Без газа, - едва только официантка появилась на пороге вип-зоны, развернул ту чётким указанием Ноэль.
Вероятно, не будь я сейчас в таком шоковом состоянии, я бы обратила внимание на тот факт, что он помнит – да и вообще знает – обо мне такие мелочи. Так уж вышло, что зубная эмаль от отца, как я уже упоминала, досталась мне крепкая и белоснежная, но, как и дёсны, очень чувствительная. Поэтому особо холодные напитки всегда причиняли мне не критичный, конечно, но дискомфорт. Да и из газированного пить я могла лишь шампанское и изредка, под особое настроение, колу.
Вот только сейчас всё, о чём я могла думать, был тот факт, что я привлекла внимание Диспатча! Уф. Это всё арми, вилэнс и моа. Если бы эти фанаты не заваливали сеть своими теориями и спорами о том, кто я такая, над чем и с кем в Хайбе работала и могу ли состоять в отношениях с кем-то из бантан, такого точно бы не произошло.
Спасибо ещё, что хоть тиэкстишек мне в плане романов не приписывали. Это уж совсем было бы абсурдно. Но Диспатч... Чёрт. Это мне совершенно не нравилось. Оставалось только надеяться, что это была ”разовая акция”, и издание остановило на мне своё внимание чисто от скуки.
- С каких пор тебя так пугает пресса? - наблюдая за тем, как я схватилась за спасительный стакан с водой и делаю пару крупных глотков подряд, чуть сконил голову на бок Ноэль, - не припомню, чтобы ты так дрожала перед ней прежде.
- Здесь, в корейском шоу-безнесе, совсем другая ”кухня”, Ноэль, - слегка отсалютовав ему наполовину опустевшим бокалом в знак благодарности и поставив его на стол, постаралась собраться с мыслями я, - чем меньше о тебе и твоей личной жизни знают, тем лучше. Если станет известно о том, что я в отношениях с одним из BTS, это вз...
- ”Если”? - недоумённо вскинул брови Ноэль, - что значит ”если”?! Вы ведь не то, что в отношениях – вы женаты. Хочешь сказать, что в Корее об этом не знают?
- Об этом нигде в мире, кроме ограниченного круга лиц, не знают. И чем дольше так будет продолжаться, тем спокойнее и безопаснее будет для меня. Фанаты, в большинстве своём, такое не любят – когда их айдолы с кем-то встречаются.
- И тебя такая жизнь устраивает?! Постоянно прятаться?
- Если бы я ”постоянно пряталась”, мною никогда не заинтересовалась бы пресса. А вот тот факт, что моя личная жизнь остаётся хотя бы относительно скрытой – да, это меня очень даже устраивает, ‐ пожала плечами я.
Говорю ”относительно” – потому что корейское и не только общество как минимум уже догадалось по моей беременности о том, что я, скорее всего, замужем, и явно сделало выводы о моей дружеской привязанности к Юнги с Хоби и тиэкстишкам. А дружба – это ведь тоже личная жизнь. Кстати говоря, о Мо информацию уже тоже нарыли. Так что, теперь мне приписывалось ещё и то, что я вращаюсь в очень обеспеченных кругах и, вероятно, сама отношусь к таким же.
- Вспомни – я и замужеством с миллиардером никогда не кичилась. Так с чего бы мне делать подобное сейчас?
- Но и скрывать намеренно брак со мной ты никогда не стремилась, - нахмурившись, подметил Ноэль.
- Молодая, наверное, была. Глупая, - хмыкнула я, - а сейчас фраза ”Счастье любит тишину” по-настоящему обрела для меня смысл.
- Да не была ты никогда глупой, Эйлин! - неожиданно горячо возразил Ноэль, после чего, схватившись за грудь, отвернулся от меня и уже намного тише добавил, - просто... со мной ты, похоже, никогда не была счастлива.
Ну, вот зачем он об этом, а?
- Ноэль... ‐ ещё не совсем понимая, что именно хочу сейчас сделать – возразить или согласиться – окликнула его я.
- Нет, правда, - по-прежнему не глядя в мою сторону, мягко перебил меня тот, - я много думал об этом. Времени, сама понимаешь, за столько лет было предостаточно, ‐ с грустной усмешкой добавил он.
- И к чему было на этом зацикливаться? Зачем копаться в прошлом? У тебя в...
- За тем, - резко повернувшись, слегка повысил голос Ноэль, - что я не могу ничего с собой поделать – ты всегда занимала мои мысли, Эйлин. С той самой минуты, как десять лет назад вышла на импровизированную сцену в одной из аудиторий МГУ<span class="footnote" id="fn_40368913_1"></span>. Тёмно-синее платье в пол, длинные кудряшки и заколка-цветок в них...
Ох, какие же меня сейчас накрыли флэшбеки!<span class="footnote" id="fn_40368913_2"></span> Десять лет назад. Подумать только!.. Мне ведь тогда ещё даже двадцати не успело исполниться. Так и выскочила замуж в девятнадцать за фактически первого встречного. Нет, я конечно понимаю, что многие, вероятно, скажут: ”Хха! Всем бы такого первого встречного!” И всё же. На четвёртом месяце знакомства выйти замуж за иностранца и, кардинально изменив свою жизнь, сразу укатить во Францию?..
Да уж. Той я ещё была, конечно, авантюристкой. Помню, как на вопрос Хоби о том, что меня в предложении Тэхёна смущает, с изрядной долей скептиса уточнила: ”Помимо того, что мы с ним знакомы всего четыре месяца и лишь один из них встречаемся?” Вот, видимо, почему это для меня было настолько трудное решение – с Ноэлем у нас, по сути, всё было точно так же, и я, при всей своей любви к Тэхёну, подсознательно боялась, что история может повторится.
Три месяца – с апреля по июнь – пока я заканчивала второй курс, мы с Ноэлем очень активно общались. Переписывались буквально 24/7 и при любой возможности созванивались. Разница-то во времени была совершенно несущественная: Париж отстает от Москвы всего на час. Как ещё он там своими сыновье-миллиардерскими делами успевал заниматься, непонятно. Лишь один месяц, после того, как я без раздумий улетела к нему, мы с ним действительно провстречались, а уже в конце июля Ноэль сделал мне предложение.
К слову – меня за наше с ним общение родители изводили только так! Я уже упоминала, что всегда была образцово-показательным ребёнком. Но им вечно чего-то не хватало. Постоянно находился повод в чём-то до меня докопаться, попытаться на меня профессионально – со стороны матери, как психолога – надавить, заставить действовать так, как им было выгодно. Чтобы им, видите ли, ”не было за меня стыдно” перед знакомыми. А ближе к восемнадцати, когда я наконец-то научилась распознавать психологические уловки матери и перестала на них вестись, я и вовсе в их глазах стала ”плохой”.
Поэтому только представьте, как их бесило, что, цитирую: ”У всех нормальные, ответственные дети, а наша ветренная дочь, вместо того, чтобы думать об учёбе, ”лямуры” с каким-то взрослым мужиком из другой страны разводит!” Но ещё больше их, конечно, заставлял злиться от бессилия тот факт, что они больше не могли на меня повлиять – всё, выросла девочка. И, кстати, в том, что я ”от рук отбилась” они готовы были обвинять кого угодно, но только не себя.
Мол, кто-то мне подсел на уши. Мысль о том, что я просто наконец-то начала принимать решения своей головой, даже близко ими не рассматривалась. Унизительно, правда? Когда родные люди не допускают мысль о том, что у тебя могут быть свои мозги. Так или иначе, из-за того, что напрямую давить на меня стало невозможно, родителям только и оставалось, что делать это украдкой. Так сказать, на расстоянии.
Таким образом, с того момента, как я познакомилась с Ноэлем – что ещё больше укрепило меня в своей свободе и значимости – всё, что им оставалось, так это мелочно подтачивать мою психику исподтишка. Чаще всего это были их нарочито громкие разговоры между собой, в ходе которых они хвалили детей знакомых и, тяжко вздыхая, подмечали, как их родителям с ними повезло. Ну, вы поняли да? Между строк всегда сквозило ”не то что нам” или ”не то что наша”.
Да, собственно, в ход – особенно со стороны матери – шло всё, что по её мнению могло хоть как-то меня задеть. Демонстративное изливание души о ”неблагодарной” дочери подругам и коллегам при телефонном разговоре. Какие-то прицельные комментарии за просмотром фильма или передачи, где поднимался тот или иной вопрос на тему ”отцов и детей” и так далее, и тому подобное. Одним словом – тяжелая <s>артиллерия</s> психология.
Вообще-то, я довольно быстро научилась не обращать на это внимание, словно морально отключаться. Но чёртовы слух и безусловная память всё равно эти психологические вбросы улавливали и будто слой за слоем складывали куда-то на самую подкорку. Вот только сработало это всё в итоге не в пользу родителей. Не заставило меня ”одуматься” и стать ”примерной” – хотя, чёрт его знает, какой именно смысл они вкладывали в это слово – дочерью. Нет.
Это заставило меня всем своим нутром желать вырваться на свободу. Расправить крылья, грудь, которой почти нет – самоирония, здравствуйте – наконец-то глубоко вздохнуть и лететь от таких родственничков как можно дальше. Так, стоит ли объяснять, кем для меня в тот момент оказался Ноэль? Конечно же, тем самым глотком свежего воздуха, в котором я все свои девятнадцать лет жизни отчаянно нуждалась.
Да, сбежав, я поступила как эгоистка по отношению к Эмилю, который был ко мне очень сильно привязан. Фактически, я бросила братишку вариться в том же сомнительном бульоне ”воспитания”, в котором выросла сама. Но я нисколько не жалею, что выбрала тогда себя. Серьёзно. Несмотря ни на что, я считаю, что это было одним из самых правильных решений в моей жизни. Тем более, что Эмиль, к счастью, справился, не дал себя задавить. Что, в принципе, не удивительно, ведь он был парнем и, к тому же, любимым ребёнком.
-... я был сражён уже одним твоим видом, - продолжал между тем Ноэль, и его голубые глаза сейчас буквально сияли, - а когда ты запела по-французски свою ”Анастасию”... Эйлин, в тот момент у меня просто побежали по телу мурашки!
- Пфф. Какая неприкрытая лесть, месье Дюпон, и вы это прекрасно знаете, - усмехнулась я, ощутив, как сердце непроизвольно забилось быстрее.
Не от чувств – просто от самих воспоминаний о том времени. Странные обычно в такие моменты накрывают мысли. С одной стороны, ты вроде бы всё настолько хорошо помнишь, словно это было буквально вчера! А с другой, кажется, что всё это происходило безумно давно, будто в какой-то прошлой твоей жизни. И вообще – с тобой ли?.. Такой вот парадокс времяощущения.
- Моё произношение тогда оставляло желать лучшего. К тому же, я так сильно волновалась, что не всегда попадала в ноты, а в какой-то момент вообще забыла поднести микрофон к губам.
- Это было чисто из-за того, что ты ещё и танцевала в проигрыше, так что не прибедняйся, ‐ высказался в моё оправдание Ноэль.
Ну... ладно, что-то в этом есть, конечно. Номер мне тогда помогли поставить знакомые с нашего потока – кто-то с русского отделения, кто-то, как и я, с лингвистики, а непосредственно моим партнёром по танцу вообще оказался один из старшекурсников-активистов с отделения византийской и новогреческой филологии.
Решено было сделать подтанцовку из двух пар с самого начала песни, а во время проигрыша ко мне присоединялся мой партнёр, и остаток выступления я уже пела танцуя. Так что да, было сложновато – в школьные-то времена я обычно пела фактически без передвижения по сцене. Но это всё равно не меняло того факта, что...
- Уф. Да нет. Это реально было исполненно настолько топорно, что просто обнять и плакать, - прикрыв лицо ладонью, невольно рассмеялась я.
- Неправда! - широко улыбнувшись в ответ на мою реакцию, возразил Ноэль, - у тебя случайно в записи то выступление не сохранилось?
- Хо-хо. Очень маловероятно, - поджав губы и вскинув брови, слегка покачала головой я.
Хотя, знаете... Возможно, где-то в недрах моей страницы ВКонтакте оно и осталось. Надо будет поискать. А если найдётся, то попробовать восстановить к странице доступ – не помню, когда в последний раз в эту соцсеть заходила – и скачать. Показать бы ту самодеятельность Сумин и Мингю – ухохотались бы, наверное, до боли в прессе. А вот Ноэлю, кстати, сейчас уже было не смешно: улыбка его медленно угасла, в глазах отразилась неподдельная тоска.
- Прости меня ещё раз за моё поведение в Каннах, Эйлин. Я и без того был на тот момент эмоционально нестабилен, а неожиданная встреча с тобой, спустя столько лет постоянного самокопания, просто сработала как триггер.
В какой-то момент голос его едва заметно надломился, и это заставило меня присмотреться к Ноэлю внимательнее. Слегка нахмурившись, я довольно долго пыталась понять, насколько он сейчас искренен и, откровенно говоря, как ни старалась, а фальши в нём не находила.
- Что у тебя случилось? - раньше, чем сама успела сообразить, услышала свой участливый голос я.
- Лизет. Она... - описав подбородком небольшую дугу, шумно втянул носом воздух Ноэль, - уже почти месяц находится в клинике – малышка Лионель далась ей непросто. В самый последний момент она перевернулась вниз ножками. Врачи приняли решение делать кесарево, что в общем-то, довольно обычное дело.
- Что же пошло не так?.. - внутренне поджавшись от всей этой больной для меня по жизни темы, тихо спросила я.
- Сперва казалось, что всё нормально. Восстановление проходило почти так же, как в своё время с Ксавье. Но за день до выписки Лизет вдруг резко слегла с температурой под сорок. Оказалось – какой-то серьёзный воспалительный процесс в матке.
- Какой кошмар! - прикрыв рот, в ужасе прошептала я, после чего убрала ладонь и, затаив дыхание, уточнила, - а малышка?..
- С Лионель всё хорошо, - заметив, как я напряглась, поспешил успокоить меня Ноэль, - никаких осложнений, выписали в срок. Дети с няней сейчас в основном находятся у моих родителей, чтобы у Лизет была возможность спокойно проходить лечение и восстанавливаться.
Боже, непроизвольно коснувшись сейчас своего животика, я выдохнула с таким невероятным облегчением, будто это касалось меня лично, честное слово.
- Теперь понятно, почему ты был на вечеринке один.
Ноэль уже собрался, было, как-то отреагировать, но, проследив за моей рукой, прикусил губу и замолчал. Лоб его, не затронув однако шрам, пересекла глубокая морщина. На шее справа нервно запульсировала жилка. Кажется, он сейчас собирался с мыслями, чтобы сказать мне что-то очень серьёзное. Как минимум – важное для него.
- На самом деле, я и так почти никогда не брал Лизет с собой, - признался вдруг Ноэль, - пробовал, конечно, несколько раз. И, в целом, общество отнеслось к ней снисходительно. Но сам я, как ни старался, никак не мог переступить через себя. Отделаться от мысли, что она – просто самозванка, занявшая твоё место.
- Что?! - не знаю, изумлённо или больше всё-таки возмущённо, вскинула брови я, - Ноэль, так нельзя. Это н...
- Я знаю, что это неправильно! - вскинув руку и зарывшись в волосы, сильно сжал их пальцами он, - но не могу всё это контролировать, понимаешь? Из года в год мои мысли были заняты тобой и только тобой, Эйлин. Я пытался переключиться. Честно. Особенно после того, как случайно узнал о том, что Лизет родила от меня сына и...
- ”Случайно”? - невольно перебив его, удивлённо воскликнула я, - разве ты не начал встречаться с ней ещё до нашего развода?
- Что?.. Нееет, - как только до него дошла суть вопроса, оскорблённо возразил Ноэль, - но я действительно до этого однажды с ней переспал. Прекрасно понимаю, что сейчас всё прозвучит как жалкие, никому не нужные оправдания, ‐ резко развернулся вдруг ко мне всем корпусом он и, тут же схватившись за грудь и рвано вздохнув от боли, взмолился, - и всё же прошу тебя, Эйлин, выслушай меня! Тысяча чертей, я так устал держать всё это в себе!..
Последнюю фразу Ноэль надрывно прошептал, но для меня в относительной тишине вип-зоны ресторана она прозвучала просто оглушительно. Как если бы это был отчаянный крик души по-настоящему страдающего человека. На секунду захотелось даже закрыть уши ладонями и крепко зажмуриться, только бы не слышать и не ощущать эту боль на себе.
У меня по-прежнему ничего к Ноэлю не ёкало в плане чувств, правда. Но когда ты видишь, как глаза обычно столь крепкого и телом, и душой мужчины наполняются слезами, а сжатые в тонкую линию губы непроизвольно вздрагивают, тут априори невозможно остаться равнодушной. Тем более, если этот мужчина тебе вовсе не чужой, ведь жизнь через такое успела протащить вас вместе.
- Спокойно, - недолго думая, подхватила со стола и подала ему свой стакан с водой я, - я здесь. И я слушаю.
Задышав через приоткрытые губы чаще, Ноэль несколько долгих секунд метался взглядом от моего лица к протянутому мной стакану. Словно не мог поверить, что всё, что сейчас происходит, это не сон. И только когда я, поймав его взгляд своим, ободряюще ему кивнула, Ноэль осторожно, чтобы не коснуться моих пальцев, взял, наконец, стакан себе. Медленно, делая размеренный вдох-выдох после каждого глотка, он словно с наслаждением допил воду до конца, но стакан из рук так и не выпустил.
Вообще-то, я тоже прекрасно о нём кое-что знала – Ноэль наоборот терпеть не может тёплую или комнатной температуры воду. Всегда раньше ворчал как старый дед, если домработница или ассистенты на работе забывали вовремя запастись для него охлажденной минералкой. Я даже мысленно улыбнулась этому воспоминанию. На все же аргументы о пользе тёплой воды для организма Ноэль только презрительно морщил нос. Однако сегодня казалось, что из моих рук он даже яд готов был бы выпить с такой же благодарностью и облегчением.
- Это случилось летом 2019-го, - отвернувшись и с осторожностью откинувшись на замшевую спинку дивана, хрипло заговорил Ноэль, - после гибели двойняшек тогда прошло около трёх месяцев, и ты, с каждым днём всё больше и больше замыкаясь в себе, стремительно от меня отдалялась.
Не буду обманывать ни вас, ни себя – снова поднимать эту тему вслух по-прежнему было непросто. Да, у меня самой уже более-менее отлегло. Но к тому, что окажется так болезненно слышать о ситуации с позиции Ноэля, я точно была не готова. Где-то на периферии сознания я, конечно, всегда понимала, что ему тоже было тяжело. И всё же, я и представить себе не могла, что настолько...
- В то время, как ты проживала свою боль, целыми днями пропадая на конюшне, я, пытаясь спрятаться от всего мира, почти не вылезал из нашей центральной лаборатории. И знаешь... Иногда все эти колбы, конфорки, микроскопы и прочее действительно ненадолго помогали мне забыться. Я даже умудрился тогда обнаружить одно новое соединение, которое смогло улучшить свойства нашего тефлона<span class="footnote" id="fn_40368913_3"></span>, представляешь?..
Вот уж точно – нет. Это всё равно что я в том невменяемом состоянии смогла бы вдруг подготовить какого-нибудь актёра, который лошадь раньше видел лишь на картинке, к профессиональным соревнованиям по выездке. Так что, риторический вопрос. Просто лишний раз убедилась – Ноэль в своей области настоящий непризнанный гений.
- Правда, нашим спецам потом пришлось домысливать состав по моим кривым пометкам тут и там, потому что сам я повторить результат оказался не способен, - явно уже мысленно пребывая где-то в прошлом, невесело хмыкнул Ноэль, - ну, так вот. Домой я тогда возвращался только для того, чтобы увидеть за ужином тебя. Это стало моей единственной возможностью побыть рядом и уловить хотя бы намёк на то, что ”мы” ещё существуем.
Так значит, для него эти мои чисто механические возвращения в наш дуплекс<span class="footnote" id="fn_40368913_4"></span> являлись хоть какой-то, призрачной, но надеждой? Господи, какой ужас. А у меня настолько тогда был атрофирован интерес к жизни, что это воспринималось мной как данность. Тупо автоматически приготовить, купить или накрыть предусмотрительно купленный самим Ноэлем ужин, открыть вино и не хуже, чем опытный бармен, по-привычке налить ему бокал белого полусухого...
Конечно же это всё могло вселять какую-то надежду. Уф. Какой же эгоистичной сволочью я себя сейчас ощущала! Рядом страдал близкий человек, а я... Мне и в голову не приходило, что Ноэль так отчаянно нуждался в участии и заботе. Вероятно, что ему даже важнее было получить, наконец, хоть негласное позволение заботиться обо мне, но я ведь и правда с самого начала отношений все его подобные попытки обрубила на корню.
- В тот вечер меня словно что-то дёрнуло – мол, пора попробовать что-то предпринять, сколько можно бояться? В лучшем случае, настраивал себя я, ничего не изменится. В худшем... ты отвернёшься от меня окончательно. Но ты ведь знаешь, Эйлин, я по сути своей – математик-аналитик. Мне во всём и всегда нужна конкретика, а эта подвешенная ситуация просто медленно разъедала меня изнутри. Разумеется, я не решился на что-то прямо уж глобальное. Просто взял айфон и, впервые за много лет воспользовавшись смс, предложил забрать тебя с конюшни.
На этом месте Ноэль замолчал. Прикрыв глаза, он коснулся затылком стеклопакета – столик и диван, где мы сидели, находился в эркере с большими окнами – и так тяжко сглотнул, что на его крепкой шее снова чётко обозначилась вена. Он будто снова всей душой проживал сейчас тот момент, и какая-то часть меня – очевидно, та, где обитала моя гипертрофированная совесть – напряглась и затаилась в очень нехорошем предчувствии.
- Я ответила как-то резко и категорично?.. - услышала я свой тихий, заранее извиняющийся голос – хоть убейте, но я даже не могла вспомнить тот момент.
- Да нет, - открыв глаза, устремил невидящий взгляд куда-то сквозь висевшую над столом хрустальную люстру Ноэль, - просто написала: ”Я ночую в клубе”.
Ох. Даже если бы я вспомнила сейчас тот вечер, я ведь всё равно понятия тогда не имела о том, что творилось у Ноэля в голове. Куда уж там – в своём-то хаосе мыслей разобраться не могла...
- Конечно же, это могло быть лишь формальной вежливостью с твоей стороны. На автопилоте предупредить, чтобы я не переживал: в одной квартире ведь всё-таки жили. Но в моём воспалённом сознании в тот момент это прозвучало всё равно что контрольный в голову. Я-то преследовал своим вопросом вполне конкретную цель, поэтому был уверен, что своим ответом ты окончательно поставила точку.
Чёрт!.. Если бы Тэхён сжал зубы с такой же силой, как это сделала сейчас я, они бы у него, наверное, раскрошились. Так что, выходит – спасибо тебе, папа, хоть и за излишне чувствительные, но крепкие зубы.