ГЛАВА 7 (2/2)

При этих словах Джаббер нахмурился и уставился в потолок. «У тебя ведь скоро урок, верно?» Занка кивнул в ответ. «После того как мы сдадим работу, думаю, мы больше не сможем проводить наши маленькие учебные занятия, да?»

У Занки сжалось сердце от того, как дрогнул голос Джаббера, и он понял, что это было недалеко от истины. Он игриво потянул Джаббера за ухо. «Мы можем… изучать другие вещи. Если ты, конечно, хочешь».

Джаббер застенчиво посмотрел на него и потянулся рукой к бедру Занки. «Что ещё ты задумал?»

Занка набросился на Джаббера ещё до того, как тот закончил фразу, и тот рассмеялся ему в рот, оценив его рвение. Он притянул его для ещё одного страстного поцелуя, на этот раз чуть более пошлого, чем тот, что был в кинотеатре.

Это займёт его до тех пор, пока не доставят то, что я заказал.

По крайней мере, так Занка убеждал себя, чтобы продолжать засовывать язык в глотку Джаббера. Он зашипел, когда холодные руки его партнёра скользнули по его спине, и в ответ провёл зубами по шее Джаббера. Он вспомнил, как в первый раз позволил Джабберу довести себя до оргазма и как тот оставил синяк на его плече (и как сильно ему это понравилось). Он начал легонько посасывать шею Джаббера, ощущая губами биение его пульса.

“Боже, Занка.” — простонал Джаббер, вцепившись кулаками в рубашку Занки. В ответ он лишь оставил ещё два укуса прямо на шее Джаббера. Он хотел сделать третий, чувствуя, как грубые ладони Джаббера скользят по пуговице его брюк, но его прервал звонок в дверь.

Джаббер прищёлкнул языком. «Есть ли какая-то причина, по которой все в этом здании устремляются к твоей двери, как только у меня встаёт?»

Занка решила не комментировать это заявление. «Подожди здесь», — он направился к двери, но потом обернулся. «Закрой глаза. И неподглядывай. Я надеру тебе задницу, если ты это сделаешь».

На лице Джаббера отразилась целая гамма эмоций, но он всё же согласился.

Занка открыл дверь и, поблагодарив работника чаевыми, вошёл в квартиру. Медленно, чтобы не задуть единственную свечу на маленьком торте, он поставил его на стол перед ними, повозившись с ноутбуком и сумками, прежде чем сделать это.

“Могу ли я...”

— Пока нет, — перебил Занка. Он подошёл к стойке, взял сумку Августа, достал из неё колье и отложил в сторону до лучших времён. Наконец он сел рядом с Джаббером, и от увиденного у него закружилась голова.

— Ладно, можешь смотреть, тупица.

Джаббер открыл глаза, и пламя свечи отразилось в его зрачках. Он посмотрел на торт, потом на Занку, потом снова на торт и ничего не сказал.

От волнения Занка начал болтать без умолку. «Я знаю, что пришёл на полдня раньше и что тебе не очень нравится вся эта затея с днём рождения, но я всё равно хотел что-нибудь сделать. В знак благодарности. Мы можем сделать это как торт в честь окончания семестра, а не как торт на день рождения. Я не знал, какой вкус тебе нравится, поэтому выбрал самый простой, но если он тебе не понравится, ничего страшного». Мы всегда можем купить что-нибудь другое. Я также принёс тебе это, — он протянул сумку, — из магазина Августа. Там немногое есть, но он сказал, что тебе нравится его продукция, так что я решил, что это будет в твоём стиле. Но опять же, если тебе не понравится, ничего страшного.

Джаббер сосредоточил внимание на мешочке. Он взял его из рук Занки так осторожно, словно тот мог разбиться от одного прикосновения. Он достал свёрток и разорвал бумагу с каким-то сомнением. Когда свёртка не осталось, он приподнял фетровую крышку и внимательно посмотрел на кольца. Он по-прежнему молчал.

Боже мой, он это ненавидит. Он ненавидит меня.

Занка снова начал бессвязно бормотать. «Я не очень хорошо разбираюсь в подарках и знаю, что мы всё ещё узнаём друг о друге что-то новое, но я подумал, что серебро будет смотреться красиво. А цепочка нужна для того, чтобы тебе не приходилось носить одно или все кольца, когда ты этого не хочешь...»

Он не успел договорить, как Джаббер притянул его к себе в таких крепких объятиях, что у него чуть не перехватило дыхание. По телу Джаббера пробежала лёгкая дрожь, заставившая Занку насторожиться.

Он попытался отстраниться, чтобы проверить, всё ли в порядке с его напарником. «Ты в порядке? Прости, если я тебя расстроил...»

Джаббер притянул его обратно в свои объятия. Он почувствовал, как тот легонько уткнулся головой ему в плечо. Занке показалось, что он ощутил лёгкую влажность на ткани своей рубашки, поэтому он изо всех сил старался успокаивающе поглаживать кожу своего напарника. Они просидели так бог знает сколько времени, и Занка время от времени бормотал слова поддержки, чтобы убедиться, что с Джаббером всё в порядке. Он мог бы так и заснуть, если бы не почувствовал, что боец начинает отстраняться.

Джаббер протёр глаза, спрятав руки за густыми волосами. «Прости. Это было чертовски глупо с моей стороны».

Занка убрал волосы с лица. «Вовсе нет. Хотя, если ты будешь ждать ещё дольше, твой торт покроется воском».

Джаббер усмехнулся в ладонь и потянулся, чтобы задуть свечу. Занка шлёпнул его по щеке. «Ты должен загадать желание, дурачок».

Джаббер, казалось, на несколько секунд погрузился в свои мысли. Через некоторое время он закрыл глаза и с лёгкостью задул свечу. Занка воспринял это как сигнал и пошёл на кухню за посудой, чтобы они могли поесть.

Когда он вернулся, Джаббер перебирал кольца, примеряя одно из них на палец.

Занка присвистнул. «Ого, они идеально подходят».

— Август не позволил бы тебе их купить, если бы они были не подходящие, — заметил Джаббер, поднося руку к свету. Серебро блеснуло, когда он пошевелил рукой, и на его лице появилась довольная улыбка. Занка тоже невольно улыбнулся.

— Я рад, что тебе понравилось, — прошептал он, пряча улыбку за кусочком торта.

Джаббер опустил руку и повернулся к Занке. Его глаза всё ещё были слегка красными. Он вложил свою руку в руку Занки, и металл холодил его раскрасневшуюся кожу.

«Фу рассказал тебе, почему я так ненавижу свой день рождения?» — тихо спросил Джаббер. Занка покачал головой. «Хорошо, потому что, если бы он рассказал, я бы швырнул его через весь зал». Они оба рассмеялись, представляя эту картину. Голос Джаббера всё ещё немного дрожал. «В любом случае, он на самом деле не знает. Никто не знает. Разве что Ктони, вроде как».

Занка погладил Джаббера по руке, побуждая его продолжать.

Взгляд Джаббера стал отстранённым, как будто за его веками начали проноситься воспоминания. «У меня… нет родителей, как ты, наверное, догадался. По крайней мере, биологических. Они бросили меня, когда я был совсем маленьким, и я едва могу представить их себе. На самом деле, скорее всего, они умерли вскоре после того, как бросили меня, но кто знает». Я долгое время жил на улице, то попадая в приюты, то выходя из них, и делал всё, что мог, чтобы в конце дня поесть. Я никогда не отмечал свой день рождения, потому что у меня не было времени думать об этом. Что такое один день по сравнению с остальными 364 днями, когда я боролся за свою жизнь? Он разочарованно вздохнул и провёл рукой по волосам. «Я долго так жил, пока меня не нашёл Зодил. Он подобрал меня у мусорного бака и сказал, что может использовать меня для своей новой бизнес-идеи. Будучи таким, какой он есть, он нашёл все мои записи и узнал обо мне такое, чего я сам о себе не знал. И он взял меня к себе, пообещав позаботиться обо мне, если я буду делать то, что мне говорят. И я делал. Я тренировался и тренировался, и в конце концов он начал позволять мне участвовать в боях. Мне надрали задницу столько раз, что я уже сбился со счёта. Потому что, когда я только начинал, я был просто... таким злым. Я злился из-за того, что родители бросили меня. Злился из-за того, что не мог жить как другие дети. Злился из-за того, что единственный способ заработать на жизнь — это избивать взрослых. Всё просто... было отстойным. Так плохо. Всё изменилось только после того, как он привёл Ктони.

«Когда ты один, легко поддаться гневу и горечи. Но представьте моё удивление, когда маленькая девочка, которой, как я думал, было лет 13, оказалась на девять лет старше меня. Она быстро привела меня в форму. Она установила для меня комендантский час, следила за тем, как долго я гуляю, и даже несколько раз затаскивала меня домой, пока я валял дурака. Впервые в жизни я понял, каково это, когда кто-то заботится о твоём благополучии». Он сухо рассмеялся. «Но она была в таком же положении, как и я. Её мать умерла при родах, а отец влез в долги и стал жертвой ростовщиков. Зодил предложил ей то же самое. Только для неё это было сложнее». Он тяжело вздохнул. «Я помню, как она дралась в первый раз. Она чертовски сильная, Занка, не пойми меня неправильно. Но против бойцов её роста она мало что может сделать. И я не знаю, заметили ли вы, но почти все, кто выходит в клетку, — мужчины. Мне пришлось умолять рефери закончить её первый бой раньше, иначе она могла погибнуть.

Глаза Занки расширились. Он никогда не задумывался о том, через что пришлось пройти другим, тем более Ктони.

«С того дня я стал тренироваться чуть усерднее. Я участвовал во всех матчах, в которых мог, просто чтобы ей не пришлось. Я решил, что не имеет значения, если меня изобьют до полусмерти, потому что она всегда будет рядом, чтобы привести меня в чувство. Она, конечно, возражала и говорила, что ей не нужна моя защита. Но я не останавливался. Никогда. Потому что впервые в жизни у меня появилось что-то важное для меня». И это чувство только усиливалось по мере того, как росла наша маленькая разношёрстная семья. Не все из нас — уличные крысы. Бундус много лет работал на Зодила, прежде чем присоединиться к нам, а Нёрде перешёл из другой конкурирующей группировки. Но я так сильно переживаю за них всех. Зенка почувствовал, как Джаббер крепко сжал его руку. «Возвращаясь к теме, даже сейчас, после того как я создал себе этот нелепый образ Короля Клетки, у меня никогда не было времени подумать о себе или о чём-то ещё, кроме как о том, чтобы эта маленькая жизнь, на которую я наткнулся по чистой случайности, не исчезла. Потому что я лучше, чем кто-либо другой, знаю, что то, что ты любишь, может исчезнуть в одно мгновение. И даже если я весь в синяках, истекаю кровью и сломлен, ничто из этого не сравнится с мыслью о том, что те, кто на меня полагается, страдают из-за моей неудачи. К чёрту дни рождения».

Занка видел, что Джаббер пытался сказать это в шутку, но уязвимость в его взгляде говорила об обратном. «Ты можешь не отвечать, если не хочешь, но этот… Зодил. Ты на него обижен? Вообще?»

Джаббер покачал головой. «Как я могу злиться на человека, который дал мне крышу над головой? Конечно, он не отец года или что-то в этом роде. Мне пришлось буквально умолять его разрешить мне ходить в школу, не говоря уже об университете. Но у него есть деньги и власть, и это кормит меня и других рейдеров. Это всё, что мне нужно. К тому же он довольно крутой, как злодей из комиксов, если не обращать внимания на всё остальное».

Слушая Джаббера, Занка понял, что все его проблемы кажутся такими незначительными по сравнению с этой. Он притянул своего партнёра для ещё одного поцелуя.

— С днём рождения, Джаббер.

Его партнёр углубил поцелуй и наклонилась, чтобы прошептать Занке на ухо: «Спасибо, Занка. Впервые в жизни я понял, что хочу большего».

От этих слов у Занки сжалось сердце, ведь она понимал, что, скорее всего, этот первый совместный праздник станет для них последним. Именно в этот момент Занка осознал, насколько невероятно извращённым было происходящее и насколько жестоким он был, позволяя этому продолжаться до такой степени.

Я не могу его бросить. Пока нет.

Забыв о последнем уроке, Занка позволил себе раствориться во всём, что было связано с Джаббером. Его прикосновения, его запах, его вкус. Он хотел, чтобы каждая частичка Джаббера отпечаталась в его теле, хотя бы для того, чтобы помнить его, даже когда он уйдёт. Каким-то образом они перевернулись, и Джаббер оказался сверху, с лицом, всё ещё сморщенным от слёз. От этого Занка захотел его ещё сильнее.

Джаббер, должно быть, думал о том же, раз наклонился и лизнул Занку за ухом. «С моим грёбаным днём рождения», — пробормотал он, прижавшись к челюсти Занки, и остановился только для того, чтобы снять с них обоих рубашки.

Джаббер внезапно остановился, к большому неудовольствию Занки. Когда он поднял глаза и сердито посмотрел на своего напарника, Джаббер смутился.

«Кошка задрала тебе член, Вонгер?» — поддразнил Занка.

В ответ Джаббер прижался к ней бёдрами, и Занка застонал.

Джаббер хихикнул и чмокнул раздражённого Занку в щёку. «Я никогда не был странным в вопросах секса, — начал Джаббер. — Но… с тобой всё по-другому. Потому что ты никогда… ну, ты понимаешь».

Лицо Занки тут же покраснело от смущения. Он отвернулся в сторону и надул губы.

«Это не так уж плохо, клянусь!» — воскликнул Джаббер, пытаясь заставить Занку снова посмотреть ему в глаза. «Я просто хочу, чтобы твой первый раз был хорошим. Я обожаю тебя, и ты не поверишь, сколько раз я представлял тебя во всех возможных позах. Но у нас даже нет смазки, красавчик. Независимо от того, кто что делает, это не доставит удовольствия ни одному из нас».

Занка закатил глаза, признавая, что забота Джаббера его очаровала. Однако он всё ещё чувствовал себя невероятно глупо из-за того, что даже не подумал об этом, и решил воспользоваться возможностью поменяться с Джаббером местами. Он уселся прямо на колени Джаббера и продолжил целовать его, слегка подпрыгивая. Джаббер издал сдавленный стон.

«Из-за тебя мне действительно трудно сдерживаться, Занка», — выпалил Джаббер, отрываясь от языка Занки.

Занка снова набросился на Джаббера. «Тогда не надо», — просто сказал он.

Джаббер потянулся, чтобы схватить Занку за талию, но тот увернулся и опустился на пол. Он демонстративно раздвинул колени Джаббера, не сводя с него глаз, и провёл языком по ткани, разделявшей его и член Джаббера.

Лицо Джаббера было прекрасным. Оно раскраснелось и в то же время было взволнованным. Это подтолкнуло Занку к действию: он едва успел расстегнуть верхнюю пуговицу, как у Джаббера зазвонил телефон.

«...Каждый гребаный раз», — выпалил Джаббер. Он выглядел так, будто собирался перевести звонок на голосовую почту, но остановился, увидев имя. Прежде чем ответить, он виновато посмотрел на Занку.

— Ктони, что случилось?

Она просто всегда находит способ испортить мне день, да?

— Да, я вернусь домой позже, а что? Джаббер нахмурил брови. — Август устраивает вечеринку в эти выходные? По какому поводу? И почему это так важно сейчас?..

Он слишком долго не отвечает.

Озорно улыбнувшись, Занка наклонился и потянул Джаббера за штаны, так что его боксеры натянулись. В глазах бойца тут же вспыхнули паника и желание. Занка оперся на локоть и, невинно глядя на Джаббера, свободной рукой медленно провел по его члену.

Обычно самоуверенный Джаббер растерял всю свою браваду и сосредоточился на том, чтобы выровнять дыхание. «...Прости, что ты сказала? О, да. Я имею в виду, я не понимаю, почему я должен там быть...»

Взмахнув рукой, Занка отодвинул тонкую ткань в сторону, и теперь член Джаббера был у него на виду. Занка, не теряя времени, плюнул на руку, обхватил ею член и провёл большим пальцем по влажному кончику.

Джаббер прикусил губу, закатив глаза, когда Занка начала двигаться вверх и вниз. «Послушай, мне кажется, что это могло бы и подождать, но я, конечно, приду. Мы можем поговорить об этом позже. Я могу идти?» Ктони, должно быть, сказал что-то ещё, потому что Джаббер застонал и закашлялся, чтобы скрыть своё удовольствие. «Момоа должен был пойти в магазин, я не знаю...»

Занка взглянул на оставшийся на столе торт. Он провёл свободными пальцами по слою глазури, отломил большой кусок и украсил им голову. Затем он осторожно лизнул нижнюю часть члена Джаббера, от чего его партнёр резко вдохнул.

«П-прости, у меня судорога. Да, я в порядке! Просто пришли мне то, что тебе нужно, и я заберу это. Боже. Я не такой...»

Устав ждать, он взял Джаббера в рот, и сладость пирожного смешалась с солёной предэякуляцией Джаббера. Боец замолчал на полуслове и от неожиданности укусил себя за руку. Занка услышал лёгкую болтовню на другом конце провода, но Джаббер так и не ответил.

«Ктони-»

Занка закивал ещё быстрее.

«...просто напиши мне, чёрт возьми. Я тебе позвоню...»

Он слегка подавился, почувствовав, как Джаббер коснулся его горла, и тихо застонал, опустив руку и начав поглаживать себя в такт движениям его рта.

«-позже. Я позвоню тебе позже, пока».

Джаббер швырнул телефон на диван и наконец позволил себе застонать. Он опустил руку и запустил её в волосы Занки, слегка потянув.

— Ты... такой злой, — фыркнул Джаббер. В ответ Занка вцепился зубами в его головку, за что тот снова зашипел. Он отстранился с влажным шлепком, замедлив движения рукой.

Его лицо было липким от сахара и специй, и он ухмыльнулся, глядя на Джаббера. «Я знаю, что уже говорил это, но с днём рождения, малыш».

С этими словами Занка снова прижался ртом к Джабберу, выгнув спину, чтобы взять как можно больше с этого ракурса. У него заныли руки и колени, ладонь вокруг Джаббера блестела от слюны. Но стоны мужчины над ним не давали ему остановиться, и он уже видел финишную черту.

Особенно резкий рывок за волосы едва не довёл его до предела. «Занка, я уже близко», — пролепетал Джаббер, вероятно, ожидая, что тот остановится. Но когда Занка сказал, что хочет утонуть в Джаббере, он действительно имел в виду его целиком.

Издав сдавленный стон, Занка полностью насадился на член Джаббера. Ощущение того, как он изливается на ковёр, в сочетании с тем, как Джаббер кончает ему в рот, было абсолютно эйфорическим.

Джаббер практически хватал ртом воздух, его тело содрогалось, когда Занка медленно отстранился от него. Не обращая внимания на мысли о том, как он будет чистить ковёр, Занка опустился на диван рядом с Джаббером, который сгорбился и положил голову ему на колени.

— Лучший день рождения в моей жизни, — пробормотал Джаббер.

У Занки болела челюсть — отчасти из-за минета, отчасти из-за того, как широко он улыбался. — Итак, — сказал Занка, играя с волосами Джаббера. — Что там говорил Ктони?

- О, пошел на хрен. Ты, красавчик. Джаббер усмехнулся. “Она хотела, чтобы я сходил в магазин. О, и, очевидно, Август устраивает какую-то большую вечеринку в квартале на выходных. Сказал, что я должна быть там, поскольку я его дойная корова или что-то в этом роде ”. Джаббер еще раз слегка зевнул, прежде чем посмотреть Занке в глаза. - Тебе следует пойти со мной.

Занке этого очень хотелось. Но гала-концерт был в эти выходные. «Не знаю, смогу ли я. Папа хочет, чтобы я пошёл с ним на это благотворительное мероприятие…»

В глазах Джаббера мелькнуло разочарование. — О.

Занка прикусил губу, пытаясь придумать, что сказать, чтобы заполнить возникшую тишину. Его размышления прервал Джаббер.

«Вот блин. Я так хотел познакомить всех со своим парнем».

Занка подавился собственным воздухом и закашлялся. Он услышал, как Джаббер фыркнул, а затем похлопал его по спине.

— Это... — Занка с трудом выдавил из себя связное предложение, его голова кружилась, как водоворот. — Это слово. Что ты только что сказал?

Джаббер ухмыльнулся и вытер что-то с уголка рта. — Хм? Что именно? Я использовал несколько.

Занка почувствовал, как его лицо заливается румянцем, и легонько оттолкнул руку Джаббера. «Ты знаешь, о чем я».

— Мм, не знаю, о чём ты говоришь, — сказал Джаббер, садясь. — Думаю, мы никогда этого не узнаем.

Занка поднял подушку в качестве боеприпаса. “Джаббер-”

«Ладно! Ладно, сдаюсь». Джаббер рассмеялся, взял лицо Занки в ладони и нежно поцеловал в губы. «Я сказал парень, Занка».

В ушах Занки зазвенел белый шум. «Парень?»

“Да, парень”.

«...Типа, бойфренд? Или бойфренд?»

“Парень, дурачок.”

Занке казалось, что его сердце вот-вот выпрыгнет из груди и упадёт на пол, и он надеялся, что это мгновенно его убьёт. Джаббер, должно быть, принял его молчание за нерешительность, потому что на его лице появилось беспокойство.

«Если ты этого не хочешь, я пойму...»

“Джаббер”.

“Что?”

“Прекрати болтать”.

Джаббер недоуменно посмотрел на Занку, обдумывая это слово и его значение вдоль и поперёк, из стороны в сторону и под любым другим углом, который только мог придумать. Честно говоря, это должно было стать тревожным сигналом. Даже неоновым предупреждающим знаком. Это должно было стать для него поводом поговорить с Хё, выложить всё как есть и положить конец их глупым прихотям, пока никто не пострадал ещё больше, чем уже пострадал.

Но сейчас всё это казалось неважным, потому что Джаббер только что назвал Занку своим парнем. Парнем, которого он хотел познакомить со всеми в своей жизни.

«...Я тебя сломал? Может, мне позвонить Риё...»

Занка бросился на Джаббера, и тот отлетел на спинку дивана. Удивление сменилось безудержным смехом, и Джаббер осторожно провёл рукой по волосам Занки.

«Клянусь, я придумал более милый способ сделать предложение, — задумчиво произнёс Джаббер, — но, кажется, ты меня опередил, заставив взрослого мужчину плакать в его собственный день рождения, понимаешь?»

Занка отстранился, чтобы посмотреть Джабберу в глаза. «Я приеду. В эти выходные, я имею в виду. Я найду способ».

— Честно говоря, тебе и не нужно, — сказал Джаббер, приподнимая подбородок Занки.

«Я хочу, — пролепетал Занка, смутившись от того, как быстро слетела с языка эта фраза. — Я правда, правда хочу».

Джаббер смотрел на него с таким восхищением, что Занке показалось, будто его сердце вот-вот остановится. Он нежно погладил Джаббера по щеке, и по его лицу пробежала искра. — Я бы хотел этого, Занка.

Они с Джаббером провели остаток дня, просто находясь рядом и задавая друг другу вопросы, на которые хотели получить ответы.

Занка узнал, что Джаббер серьёзно относился к гороскопам, что он больше любил кошек, чем собак, что раньше он играл на гитаре, но больше не может, потому что однажды сломал кому-то нос.

Занка рассказал Джабберу о Кёке и Гоке, о том, как они мечтали сблизиться, но у них никогда не было такой возможности. Он рассказал ему о том, как на первом году обучения в старшей школе он узнал, что одна девушка хочет признаться ему в своих чувствах, и целую неделю притворялся больным, лишь бы не разговаривать с ней. И о том, как однажды он пригласил Риё на танцы, чтобы родители оставили его в покое, а в итоге они с Тамзи ели фастфуд в местном парке.

Однако они ни разу не упомянули родителей Занки.

Однако, пока Занка растворялся в радужке Джаббера, он понял кое-что ещё. Он понял, что в кои-то веки хочет, чтобы кто-то знал о нём всё. Даже то, что ему самому не нравится. То, что он так старался скрыть, из-за чего чувствовал себя неправильно. Ничего страшного, если другой мужчина узнает об этом, потому что с Джаббером он чувствует себя в безопасности. Потому что в его объятиях он не неудачник из семьи Ниджику, а просто Занка. Его Занка.

Его разыскивали.

В конце концов свет, проникавший сквозь шторы, начал меркнуть, и Джаббер понял, что ему пора уходить. Занка совсем этого не хотел.

— Тогда пошли со мной, — бросил Джаббер. По игривому блеску в его глазах было понятно, что он уже знает ответ.

Занка был влюблён, но он не собирался так просто сдаваться этому. «Размечтался, придурок».

Джаббер хмыкнул, схватил свою сумку и направился к двери. «Ну ладно, красавчик. Думаю, мне пора».

Занка закусила губу. Он же не уйдёт просто так, верно?

— Тогда пока, — пропел Джаббер, бросив последний взгляд через плечо, прежде чем быстро закрыть за собой дверь.

Придурок.

Занка стоял как вкопанный, надеясь, что дверь снова откроется. Разозлившись из-за того, что дверь не поддаётся, он подбежал и схватился за ручку.

Я, наверное, смогу поймать его до того, как он уйдёт.

Однако, когда дверь распахнулась, на пороге стоял Джаббер, застенчиво прислонившийся к дверному косяку и приподнявший брови.

— Прости, — пропел его напарник, — кажется, я кое-что забыл.

Занка хотел захлопнуть дверь перед этим милым личиком, но не смог сдержать облегчения, которое его охватило. Он также признал, что никогда не привыкнет к тому, насколько Джаббер был великолепен, словно каждый изгиб его тела был создан самими богами. От него захватывало дух.

А он мой... парень.

Не говоря ни слова, Занка протиснулся мимо бойца, который вскоре последовал за ним. Джаббер обнял Занку за плечи, пока они шли к лифту, и от этого прикосновения у него всё тело покрылось мурашками.

“Занка?”

— Да, идиот?

Рука, обнимающая его за плечо, слегка сжалась. «Ещё раз спасибо…парень».

Он изо всех сил толкнул Джаббера локтем в бок. — Заткнись.

Джаббер снова рассмеялся, и смех его был лёгким, беззаботным и свободным. Занка не думал, что он когда-нибудь устанет от этого, от них. Даже если то, что у них было, было бомбой замедленного действия, миной, которая разнесёт их в клочья при одном неверном шаге.

Он не был уверен, к кому обращается, когда подумал: Ещё немного. Пожалуйста.