Глава 42. Называй меня по имени (+18) (2/2)
Кисаки возликовал внутри, наблюдая как покрываются легким румянцем щеки Анны, как она тщетно пытается сбежать, отдаляясь на сантиметры от его лица, как сама себя загоняет в угол, в неуклюжих попытках скрыть свои эмоции.
Мужчина молниеносно приблизился к лицу Анны, не давая и шанса на побег, прильнул к её приоткрытым губам.
В это раз никакой борьбы, никакой ярости и противостояния.
Их поцелуй расцветал красной розой в час рассвета, оставляя капли росы на влажных лепестках губ друг друга.
Языки словно танцоры, сплетались в нежном вальсе, пробуя сладкий вкус доверия и нежности, который был так не привычен для двух властных людей, что, казалось, никогда не смогут быть на столько близки.
Кисаки подался вперёд, наседая на Анну, укладывая её хрупкое, изящное тело в мягкие объятия простыней, удобно устраиваясь меж её ног.
Анна, всё еще не оставляя попытки сохранить самообладание, упорно держалась на локтях, однако понимала, что в этом бою бессовестно, в сухую проигрывает его губам.
Эти задыхающиеся, нежные поцелуи отдавали звуком стучащего сердца. Раз… Два… Три… Четыре… — отзывалось оно, и вот девушка уже лежит в плену пуховых подушек, закованная с двух сторон его сильными руками. — Раз… — его поцелуй стал уверенней, глубже и настойчивей. Она больше не слышала ничего вокруг кроме непрерывного звука пульсации собственной крови, отдающей в ушах.
Тетта не мог устоять перед желанием чувствовать её рядом с ним. Каждой клеточкой тела, каждым редким вздохом, сливаясь с ней в единое целое переплетаясь языками, будто ведя тайный разговор о самом важном и сокровенном, что скрывалось за закрытыми дверями их непреступных сердец.
Они в унисон чувствовали, как обычное восприятие реальности, между тоской по прошлому и страхом перед бедующим сужается до точки здесь и сейчас.
Они постепенно проваливались в фантастический, только что созданный мир, исключительно для них двоих. Где не было всей этой борьбы за власть, где нет места жестокости и ярости. Только двое, что никак не могут понять, что же сними такое твориться. Постепенно, не спеша подходя к осознанию происходящего и покоряясь ему.
Кисаки осторожно, будто боясь спугнуть то неосязаемое, хрупкое, что происходит между ними, опустил горячую ладонь на бёдра девушки и ласково поднимаясь вверх, огибал силуэт Анны, аккуратно поднимая свою рубашку на её изгибах, что уже так мешала двум разгорячённым в желании телам.
Девушка не сопротивлялась, только подняла руки в нужный момент, на короткое мгновение останавливая сладкий поцелуй, что так не хотелось прерывать.
Рубашка, как и футболка мужчины, плавно опустились на пол подле кровати, о них будет забыто вплоть до самого утра, а может и намного дольше, это не им решать.
Тетта наконец утолил своё безумное желание заключить в капкан между своих пальцев венчики сосков на упругой груди Анны.
Ни на секунду не прерывая горячий поцелуй, девушка тихонько простонала в его губы, ощутив тиски длинных, сильных пальцев на чувствительной точке своей груди.
Звук её голоса, запах её кожи, всё это в вместе срывало напрочь крышу мужчине, заставляя мелко дрожать, как долбанного подростка, впервые предвкушающего манящую сладость женского тела.
Но он уже давно не подросток, он знает что делать и как это делать правильно, только вот грёбанные эмоции рядом с ней совсем другие…
Она так долго была недосягаема, как далёкая звезда, которая светит во мраке ночи, но совсем не греет своим теплом, что сейчас он практически не верил в реальность происходящего, будто это лишь сон и любая мелочь заставит его проснуться.
Анна чувствовала трепет его тела над собой, обжигающую нежность рук, которые изучали её и эти ощущения отдавались волнами импульсов, растекающихся внутри и концентрирующихся где-то в районе чуть ниже живота.
Кисаки кончиками пальцев провёл вдоль тела Анны и проскользнув под трусики остановился на уже слегка набухшем комочке нервов, медленно, круговыми движениями начиная свою сладкую пытку.
Девушка выгнулась дугой задохнувшись, от резко нахлынувших ощущений, но сильное тело мужчины вдавило её обратно в белоснежные, мягкие простыни.
Ей хотелось вцепиться зубами в его нежную, пахнущую утренним лесом, кожу, в районе шеи и не отпускать его пока в глазах не потемнеет, а ноги не откажут, но на только запрокинула голову и крепко сжала когтями его плечи.
Тетта аккуратно стянул оставшийся элемент одежды с её податливого тела.
Анна не успела заметить, как и он оказался абсолютно нагой, снова устраиваясь меж её тёплых бёдер, упираясь своим пульсирующим естеством прямо во влажную промежность, но не решаясь зайти.
Он наклонился нависая над девушкой и их губы снова встретились трепетно сминая нежную кожу, оставляя влажный след сплетённых языков.
Кисаки двинулся в давно знакомом движении и твёрдая головка нашла вход в давно желанные врата.
Медленно, растягивая момент, он входил в неё раздвигая влажные стенки тёплого, тугого лона.
Протяжный стон сорвался с обоих губ неизбежно теряясь в где-то в глубине комнаты.
Анна неосознанно сжалась вокруг его члена, когда он достиг длинны своего предела.
Кисаки не двигаясь уткнулся в её ключицу.
— Ты такая узкая — прошептал он тяжело дыша и сделал первый толчок.
Анна снова выгнулась дугой и простонала, сжавшись на столько, что в закрытых глазах заплясали хаотичные круги.
Тетта издал гортанный стон, запрокидывая голову, жестко вгоняя член на всю длину.
Как же это было бесстыдно эротично и чертовски приятно.
Раз за разом ускоряя темп мужчина входил, раздражая влажные стенки утробы Анны.
Их прерывистое дыхание сливалось в унисон, отдаваясь тихим эхом в глубине комнаты.
Волосы мужчины растрепались и спадали влажными от пота прядями на лицо. Он безысходно теряясь в чувствах и ощущениях оставлял багряные следы на нежной шее и ключицах девушки, но и она не оставалась в долгу.
Под напором горячего тела, чувствуя каждую пульсацию его естества, Анна бессознательно вгоняла острые коготки в его кожу на широкой спине, стараясь как можно крепче вжаться в него, слиться в одно целое и не отпускать, пока лучи рассвета не заставят вынуждено вернуться к реальности.
Кисаки на мгновение отстранился и не прерывая контакта, закинул обе ноги девушки к себе на плечи.
Снова толчок.
Глубоко… Так глубоко, что на впалом животе Анны прорисовался бугорок его члена находящегося у неё внутри.
Анна опустила взгляд и заметив эту интересную деталь, привлекла внимание Кисаки указывая на движения его достоинства у себя внутри.
Мужчина широко распахнул глаза и перевёл взгляд на лицо девушки.
В этот момент Анна задохнулась, издала громкий стон и выгнулась дугой изливаясь влагой оргазма на смятые простыни.
Она пульсировала вокруг члена Тетты накрываясь с головой волнами фейерверков ощущений, он непроизвольно чертыхнулся и на гортанном рыке последовал за ней, стараясь как можно глубже проникнуть внутрь, заполняя всё горячими соками семенной жидкости.
Кисаки прилёг меж грудей Анны, аккуратно, нежно сжимая одну в горячей ладони и медленно покинул узкие стенки её лона.
— Падай почаще, Аня — прерывисто дыша прошептал мужчина.
— У-у — отрицательно промычала Анна, и на тяжёлом дыхании добавила — Падать больно, Кисаки.
— Тетта. Называй меня по имени. — сказал Кисаки не выпуская из рук грудь девушки.