Предубеждения и отрицание (1/2)
Адриан нёс дочь на руках к своему кабинету, ему осталось только взять с собой некоторые документы и забрать своё пальто с вешалки.
Он всё ещё не понимал почему Мари так добра с чужим ребёнком, это же... неправильно?
Для него Маринетт Дюпен-Чен была странной.
Она была словно не из этого мира:
Она была ответственная;
Она не гналась за деньгами, предпочитая сделать свою работу наилучшим образом и ей действительно не было важно, сколько ей за это заплатят;
Она жила тем, что делала...
Её глаза всегда горели решимостью, это нравилось Адриану.
Он действительно уважал Маринетт, она чем-то отличалась от других.
Агрест аккуратно заходит в кабинет, кладёт дочь на диван и садится в своё кресло.
В его руках рисунки Эммы, он переводит на них взгляд:
Вот домик, который явно рисовала Эмма, а в уголочке солнышко, судя по плавным линиям — рисовала Маринетт.
Это вызывало улыбку на его лице.
Что ж, он не знал, что Маринетт может быть такой... нежной и чуткой?
На его памяти Мари была серьёзной, непоколебимой, стойкой, упёртой и уж точно не выглядела как слабая и нежная девушка.
Что ж, стоит расспросить Натали, вдруг она что-то заметила.
Он вызвал Санкёр в кабинет, предупредив, что Эмма спит, и ей стоит быть тише.
Буквально через минут пять в кабинет зашла Натали.
Женщина кивнула в знак приветствия.
— Ты заметила что-то странное во времяпровождении моей дочери с Дюпен-Чен? — спрашивает блондин в лоб, от чего Натали слегка даже растерялась.
— Нет... я видела как Маринетт выходила из офиса, а потом вернулась с довольной Эммой на руках. После этого они сидели в кабинете Дюпен-Чен и рисовали. Я первый раз видела Эмму настолько счастливой, — закончила доклад мадам Санкёр.
Адриан не верил своим ушам.
Чтобы его дочь так быстро привязалась к незнакомому человеку?
Да не может такого быть.
— Мари очень внимательна к Эмме, она ей нравится, и Эмма в первый раз так тянется к чужому человеку, я не думаю, что это так плохо, — тише добавляет женщина, на что Адриан лишь вздохнул.
— Не знаю... но если Эмме нравится, то не вижу причин препятствовать их общению, — задумчиво протянул Адриан.
Для него это всё ещё было непривычно.
Обычно Эмма мало кому доверяла, даже её няня не заслужила доверие малышки, хотя присматривает за ней не первый год...
— Думаю, Вам стоит поговорить об этом с самой Эммой. Ребёнок не будет врать. Тем более такой, как Эмма. И ещё... присмотритесь к Маринетт, она не только хороший сотрудник, это всё, что вы хотели от меня услышать? — произносит Санкёр и после утвердительного кивка, выходит из кабинета.
Не только хороший сотрудник?
Что она хотела этим сказать?...
Адриан не понимал.
Голова расскалывалась от многочисленных мыслей.
Он устало потёр переносицу, вздохнул и поднялся из-за стола, собирая нужные документы, чтобы рассмотреть их дома, рисунки Эммы и небольшой пакетик, в которой были недоеденные пирожные и немного шоколадных конфет.
Адриан усмехнулся, но про себя подумал, что всё-таки благодарен Маринетт.
Она же могла не согласиться даже просто посидеть с Эммой, не говоря уже о покупке сладостей за свой счёт.
Он не знал как на это реагировать, он думал, что бескорыстных и искренних девушек просто не существует.
Или же Маринетт хочет им воспользоваться через его дочь?..
— Да нет, это какой-то бред, так, прекрати себя накручивать, пока что ничего страшного не произошло, — тихо сказал сам себе Адриан, закончив со сборами.
***
Будучи дома, Адриан аккуратно укладывает дочку в кровать, предварительно сняв обувь.
Он не хотел будить её, чтобы переодеть в пижаму, лучше пусть выспится, а помятая одежда — не такая большая проблема.
Адриан ещё пару минут посмотрел на спокойно спящую дочку, поцеловал её в лоб и уже собрался уходить, как вдруг...
— Папа, а где Мари? — сонно произносит Эмма, протирая глазки и зевая.
Адриан обернулся, увидев, как маленькая принцесса присела в кровати, пытаясь открыть сонные глаза и пробудиться окончательно.
Он улыбнулся, подошёл к ней, присев на краюшек кроватки дочери и приобняв её, посадил к себе на колени.
— Мари? Скорее всего уже дома, думаю, завтра вы снова увидитесь, не переживай. Вы подружились? Как прошёл твой день? Всё было в порядке? — спрашивает Адриан, обнимая дочку и ласково улыбаясь ей.
Блондин старался принимать участие в жизни Эммы и интересоваться как проходит её день, что ей нравится и что ей хочется. Он надеялся, что у него получалось быть хорошим отцом для единственной и любимой дочери.
Адриан не мог в полной мере оценить насколько он хороший отец, ведь у него не было достойного примера того как должен вести себя заботливый папа.
— Всё было замечательно, Мари такая добрая, она похожа на маму, такую, каких мы часто видели, когда гуляли.
Она очень заботливая, я бы хотела, чтобы у меня была мама как Мари, — Эмма закончила свой монолог с горящими глазами.
Адриан лишь беспомощно открывал рот, словно рыба, только что выброшенная на сушу.
Он не мог не верить дочке, но чтобы кто-то вызвал у неё сильное восхищение, такого не было.
Это с одной стороны очень его радовало–Эмма общается с другими людьми, пусть это пока только Маринетт, которая по возрасту годится ей в матери, а не в друзья...
А с другой стороны — его эта ситуация беспокоила, ведь резкое доверие к мало знакомому человеку, может не ограничиваться только Маринетт.
— Это хорошо, что ты нашла с Маринетт общий язык и вы здорово провели время вместе, но послушай... нельзя безгранично доверять каждому... — он не успел договорить, как его перебила Эмма.
— Да, я знаю, нельзя безгранично доверять каждому встречному-поперечному, — произносит малышка, забавно скорчив личико, Адриан не смог сдержать смех, смотря на эту картину.
— Верно, принцесса, тебе уже кто-то говорил об этом? Натали? — интересуется блондин.
— Нет, Мари сказала точь-в-точь как ты. Она сказала, ”Я просто не хочу, чтобы потом у тебя были проблемы. Не все люди хотят тебе исключительно добра. Я понимаю, это очень трудно осознать и я не прошу тебя делать этого”, после этого она попросила меня быть осторожнее”, — сказала Эмма, после чего улыбнулась папе.
— Верно, Маринетт сказала всё правильно, Адриан довольно кивнул.
Что ж, с каждым новым фактом, его уважение к Маринетт росло в геометрической прогрессии.
— А можно пригласить Мари в гости? А погулять? — неожиданный наплыв вопросов со стороны Эммы заставил Адриана растеряться.
— Ну... — растерянно протянул Адриан. Он собирался сказать нет, но по сути, запрещать он не мог, с другой стороны, он не хотел пускать кого-то постороннего на свою территорию, то есть домой, — возможно позже или на нейтральной территории, но в любом случае, мы должны учитывать мнение Маринетт. Не думаю, что ей будет комфортно прийти к нам в гости, — спокойно объясняет он, проволя рукой по голове дочери.
Малышка задумалась, после чего кивнула.
— Ладно, но я попробую спросить, — уже более бодро сказал ребёнок.
Адриан лишь улыбнулся.
Какая же она уже взрослая...
Эмма рассказала Адриану как она провела день с Маринетт и что происходило, мужчина внимательно слушал. Ему действительно было интересно.
Он и не знал, что Маринетт может быть такой... нежной?
— А ты не хочешь с ней подружиться? Я думаю тебе тоже не помешал бы друг, — внезапно выдаёт Эмма, заставляя Адриана подавиться воздухом от неожиданности.
— О, нет-нет, принцесса, мне и так хорошо. У меня нет на это времени, — гордо заявил блондин.
— И тебе не одиноко? — щурит глазки его маленькая копия, пытаясь разглядеть ложь в словах отца.
— Нет... у меня же есть ты, — он улыбнулся, целуя дочь в обе щёки, та лишь фыркнула.
— Это другое, — говорит Эмма и Адриан отвёл взгляд.
Он понимал, что Эмма говорит правду, но он просто не знал как с кем-то общаться... неформально...