Часть IV, глава 36. Отторжение (1/2)

Заиндевелое после суток в морозильной камере тело, подвешенное на мясницком крюке за связанные лодыжки, плохо поддавалось нарезке даже на максимальных оборотах аутопсийной пилы. Кристаллизованные ошмётки мяса, вылетающие из-под стальной круглой фрезы<span class="footnote" id="fn_33079792_0"></span>, оседали на плотных рыбацких плащах, скатываясь на застеленный целлофаном пол и заполненное внутренними органами дно бочки для химических отходов. Фриц предпочитала работать с податливыми телами до первого окоченения или хотя бы спустя трое суток после смерти<span class="footnote" id="fn_33079792_1"></span>, обходясь минимальным набором адаптированных под обвалку боевых ножей, но на разморозку убитого отцом мужчины не оставалось времени, и в ход пошёл более агрессивный инструмент.

Фриц протянула руку. Безликий, завороженно наблюдавший за действиями дочери, спохватился и подал веерообразную насадку для пилы. Заглушив мотор, заменив лезвие и сунув использованную дисковую насадку в карман плаща, киллер принялась за сегментирование выпотрошенного мертвеца.

Ещё во время ремонта она заприметила небольшой обвалочный цех при закрывшемся пятнадцать лет назад мясном магазине, расположенный через стену от «mr. ash». Перекинув из химчистки электрокабели, Фриц запустила помещение цеха, вентиляцию и две подтекающих, но рабочих двухсотлитровых морозильных камеры. Прошлой ночью, пока киллер разбиралась в пустыне с Гарро, одна из них впервые за долгое время на полную мощность заработала.

Не все ублюдки из списка Безликого жили в трущобах — под его прицел попал пятидесятипятилетний педофил, переметнувшийся из семьи Марони под крыло Пингвина и держащий подпольную бойцовскую арену. На порядки готэмского короля — лицензии или согласование убийства члена криминальной семьи — Безликому было глубоко плевать, и уничтожить падкого на детей гангстера он планировал тихо, пустив концы в воду. Перехватив того неподалёку от клуба без охраны, оглушив ломом и затащив в фургон «mr.wash», мужчина повёз педофила в уединённое для казни место. По дороге гангстер скончался от мозгового кровоизлияния, смешивая Безликому карты — нужно было подумать, как пустить мафию и полицию по ложному следу, чтобы его первые дела с ломом не связали с новым. Мужчина добрался до цеха, включил морозильную камеру на полную мощность, перекинул труп через её край и принял единственное верное решение — дождаться приезда дочери, специализирующейся на избавлении от тел.

Ежедневно в Штатах исчезало больше полутора тысяч людей, и некоторые из них так никогда не находились в неразличимой массе из оплавившихся костей и плоти, затонувшей в токсичном болоте Индиан Хилл.

Закрыв «mr. ash» на технический перерыв, за час Безликий с Фриц справились с расчленением, ещё полчаса потратив на уборку. Воздух внутри помещения пах обожженной кислотой плотью, прогоняемой громкими промышленными вентиляторами. В остальном обвалочный цех выглядел совершенно заброшенным за исключением бочки, стоящей на потёртой светло-голубой тачке под цвет фургона.

— Кто научил тебя всему этому? — прокашлявшись, заговорил мужчина первым. С подвешивания мертвеца убийца в противогазе не обмолвились с отцом ни словом. Зачастую им не требовалось вербалика, чтобы понимать друг друга.

— У меня был напарник, — Фриц подкатила тачку к чёрному входу, ощущая, как от напряжения под водолазкой и пластырем на плече треснул один из швов.

— Был? Что с ним случилось?

— Убили, — киллер натянула поверх бочки мешок, закрывая эмблему биологической опасности.

— Он ведь не сделал тебе ничего плохого?

Фриц не знала, откуда в отце столько чувства социальной справедливости или искренней ненависти к насилию над слабыми мира сего, но обсуждение «Т» ничего хорошего не сулило.

— Мне — нет.

Убийца вскрыла отмычкой внутренний замок на дверях магазина, подняла изнутри наружный роллет над чёрным входом и проверила улицу прежде, чем закатить бочку в салон фургона, припаркованного в метре от обшарпанного фасада. В здешних опустевших старых кварталах жизнь замерла — в час пик горожане, а в час ночной преступники практически не встречались, — и с точки зрения бизнеса химчистка оказалась совершенно нерентабельна. Именно поэтому после официального открытия она оставалась идеальным местом для хранения преступных орудий убийцы в противогазе или редких операций с бочками.

Считав нежелание Фриц делиться деталями относительно напарника, Безликий, выходя следом за ней, перевёл тему:

— Как поездка? Ты не до конца поднимаешь руки — сильно досталось?

— Пара царапин. Поездка как поездка, только жарко, — Фриц указала на лицо. Оно, как и шея, было слишком розовым от загара. — Не представляю, как можно жить в таком климате.

— Ко всему привыкаешь. К тюрьме, к свободе, к климату. Ты даже к работе с федералами привыкла. Не думаешь, что твоё сотрудничество с Уоллер затянулось?

— Скоро оно закончится, — прикрыв бочку хламом и инструментами, Фриц зафиксировала её в салоне, затем переобулась в резиновые сапоги и перебросила на водительское сидение костюм биологической защиты, в которых сотрудники Эйс Кемикалс вывозили токсичные отходы на свалку.

Киллер подняла голову, смотря на свинцовое, низко нависшее над городом грехов небо. Гроза закончилась получасом ранее, петрикор перебивал химически-трупное послевкусие, и она поглубже втянула сырой свежий апрельский воздух ноздрями.

— Есть один вариант. Если он сработает, до нас с тобой никто больше не доберётся.

Безликий хмыкнул, обоснованно уверенный, что новый вариант ещё хуже старого.

— А ты? — Фриц смерила отца колким взглядом. — Тебе бы ненадолго успокоиться.

— Я вышел на след гастролёра. Убивает с одинаковыми промежутками сначала ребёнка, потом подростка, молодую женщину, взрослую и старуху. Каждые два с половиной года картина одна и та же. Не понимаю, как детективы не увидели систему. Хотя о чём я говорю. Наверняка, увидели, но окружной прокурор не захотел портить статистику. Приезжай в гости, покажу новое расследование и поймешь, что я прав. Его нужно остановить.

— Я заеду, — сдержанно ответила киллер, садясь за руль.

Мужчина слишком увлёкся — видимо, своё освобождение он расценивал как часть миссии по очищению человечества. Судьба в лице новообретённой дочери дала ему шанс сделать мир лучше, и он предпочёл линчевание спокойной старости. Фриц понимала, что дорожка серийного убийцы с благими намерениями не приведёт отца ни к чему хорошему — впрочем, её жизнь не слишком отличалась. Она, пользуясь давлением Пингвина на полицию, чтобы доставать для Безликого архивные копии дел о готэмских насильниках, сама косвенно была виновата в смертоносном хобби отца — и поэтому промолчала.

Грунтовую дорогу на подъезде к болоту Индиан Хилл размыло на полметра вглубь. Докатив ногами по грязи бочку, под наклоном устремившуюся по бетонным плитам берегового укрепления в зелёную густую массу, некогда бывшую водоёмом, киллер, вымазанная в грязи на всю длину голенищ сапог, вернулась в фургон. Ощущая послабление на ещё одном шве, тихо ругнувшись по-русски, она скинула защитный костюм, переобулась и покатила фургон обратно к химчистке, в нескольких кварталах от которой её ждал полностью заправленный для поездки в китобойный город маслкар.

Дождевая свежесть в Бладхейвене перебивалась сладковатым зловонным дымом с муниципальной свалки по другую сторону Милтайда. С трудом справившись с подступившей к горлу тошнотой, киллер направила «понтиак» в тоннели заброшенной ветки метро, внутри которых пахло получше — сырым бетоном и затхлостью. Засветившись перед вооружёнными анархистами, контролирующими коммуникации на въезд и выезд, она припарковалась в ангаре с угнанной и пересобранной колёсной техникой Филиппы рядом с фургоном, брендированным логотипом сантехнической фирмы — когда-то на таких они привозили в порт партии ножей под видом раковин по накладным.

С минуту просидев за рулём с заглушенным двигателем, Фриц направилась в атриум оружейного цеха, где мастерица с помощниками отливала партию скелетных дроп-поинтов и метательных спир-поинтов для аргентинских боевиков по её новым чертежам. За годы инженерные навыки киллера существенно выросли, новые модели выделялись среди всего, что могли преступники найти на чёрном рынке — от клинков для разделки человеческих тел до складных полуметровых тактических кам<span class="footnote" id="fn_33079792_2"></span>.

Стальной гул внутри цеха был подобен музыке — пока работали молоты по наковальням, пока воздух пах мазутом и оседал на коже металлической плёнкой, здесь продолжалась жизнь.

Ядовитые Акры, затянутое химическими отходами побережье Милтайда — девяносто три члена коммуны Филиппы, казалось, могли приспособиться к чему угодно. Периодически в их ряды вступали новые члены или выходили не прижившиеся старые, но основной состав набрался ещё во времена Индиан Хилл.

Зеро, привезённая балтиморским клубом анархистов — слишком опрятная, цивильная и нормальная на фоне слезших с тяжёлых наркотиков шлюх, мигрантов, несовершеннолетних воров, сирот, не оправившихся от жажды крови ветеранов или бывалых преступников, остепениться которым не давала система, закрывающая двери перед всеми, кто хотя бы единожды попал по ту сторону решётки — была в подобном месте совершенно инородной. Филиппа выделила для неё минимальный набор одежды, продуктов и сохранившийся трейлер Фриц, стоящий за ангаром на территории специального оборудованного трейлерного городка.

Спустя двадцать часов дороги между штатами Массачусетс и Нью-Джерси уставшая, испуганная хакер заперлась внутри трейлера и отключилась на пыльном диване, не придав значения сохранившимся на стенах газетным вырезкам, стикерам и немногочисленному арсеналу с запасными комплектами вещей в шкафах. Следующие сутки прошли для неё в тумане и только на третий день после вынужденного переезда Зеро осмотрелась, догадалась, кому могли принадлежать вещи, а после вышла в сеть с помощью протянутой в трейлер рабочей телефонной линии и найденных на предприятии радиодеталей, перепаянных на скорую руку в ADSL-модем<span class="footnote" id="fn_33079792_3"></span>.

Подключившись первым делом к федеральным базам, она обнаружила саму себя в розыске — Квин Индастриз выдвинули ей обвинение во взломе серверов и похищении корпоративной информации.

Единомоментно демиургова длань вытащила её за шиворот из привычных будней, бросая в адские жернова — как и каждого на сих проклятых<span class="footnote" id="fn_33079792_4"></span> землях. С этим чувством Зеро ещё предстояло научиться жить.

На осторожные вопросы девушки о Фриц окружающие молчали, потому ей пришлось ждать, когда парень в противогазе объявится и объяснит полную картину происходящего — в особенности то, как он понял, что она в опасности и когда выставит конечный счёт за доброту.

— Смотрите-ка, кто явился, — как только киллер зашла в цех, Филиппа, лоснясь слишком хищным радушием, на ходу стирая с рук машинное масло грязным полотенцем, направилась к ней. — И куда моего мясника занесло в этот раз? Ты загорел.

— В Хуарес.

— Мексика. Надеюсь, тебе заказали не наших партнёров?

— Скорее, наоборот.

Террористы из Лос-Сетос быстро нашли язык с бывшей террористкой из Готэма — ничто так не сближало потенциальных партнёров, как ненависть к государственным структурам, — поставляя уже несколько месяцев в город грехов качественную дурь. Обезвредив Гарро, собиравшего против Лос-Сетос армию, Фриц косвенно оказала им услугу.

— Ладно. Четыре дня назад книжный клуб привёз твою подругу, — вкрадчиво начала женщина. — Я поселила её в твоём трейлере. Кто она вообще такая?

Фриц неприятно укололо понимание, что девушка наверняка уже нашла её вещи и хорошенько рассмотрела старые заметки. В подобном месте невозможно было заикаться о частной собственности, но трейлер киллер отстояла — внутри, кроме неё, больше никто не жил, не рылся в её запасной одежде и не пытался разгадать смысл наклеенных на стену бумажек.

— Во-первых, она мне не подруга, — отрезала Фриц. — Во-вторых, я просил не трогать мой трейлер. Ты могла поселить её к Дороти, как всех новеньких.

— Ты меня не предупреждал о гостях, так что пришлось импровизировать, — дёрнула плечами Филиппа, с трудом сохраняя спокойствие. — Конечно, здесь всегда найдётся место для обездоленных, вот только твоя не подруга не очень похожа на обездоленную. Сказала, что будет говорить только с тобой, а вчера таскала какие-то провода и разворотила старую электронику в аппаратной. Разумеется, без согласования со мной. На моей территории. Так что, будь добр, объяснись, что это за херня, иначе моё терпение скоро закончится.

— Её зовут Зеро. Она хакер, студентка из Кембриджа. На неё устроили охоту, потому она здесь.

— Значит, решил помочь ей залечь на дно. Зачем?

— Нужна для дела. Дела, которое способно здесь всё изменить.

— Опять говоришь загадками?

— Не загадки. Послушай, Фил, мы выйдем на новый рынок. Это совершенно другой уровень. Потолок, который отсюда мы никогда не сможем пробить.

— Притормози. С чего ты вообще взял, что нам нужно что-то менять, пробивать какой-то потолок?

Женщина мгновенно узнала взгляд Фриц. Её инженер всегда смотрела с нездоровой одержимостью, когда задумывала нечто грандиозное и не менее опасное. В прошлый раз задумка закончилась переездом коммуны в Бладхейвен и продвижением от просто оружейного цеха на свалке химических отходов до одного из самых крупных контрабандистов на рынке Нью-Джерси всего за несколько месяцев. Следующего раза Филиппа уже не хотела.

— Если не Блокбастер, то однажды появится кто-то, способный справиться с твоими людьми. Лучше иметь достаточно влияния, чтобы предотвратить это.

— Давай обозначим, Фриц. Я считаю тебя своим партнёром, но только по вопросам, назовём это так, бизнеса. Твои чертежи или нейтралитет Пингвина держат нас на плаву. Ты получаешь свою честно заработанную часть. Но ты ни минуты не уделил никому из этих людей, — она обвела жестом присутствующих в цехе. — Скольких из них ты знаешь по именам? Хорошо, если десять — вместе со мной. А сейчас ты взялся нас спасать от угрозы, которой ещё даже не существует, чтобы потом сказать, что я должна тебе или этой девице? Так не пойдёт. Я сама решаю, что нужно мне и моим людям. И сейчас мне нужно, чтобы ты проверил партии на брак, потому что ты сам поставил такое условие перед отправкой, — Филиппа демонстративно протянула Фриц пару двусторонне заточенных спир-поинтов из стоящего рядом с ней ящика.

Киллер забрала их под выжидающим взглядом мастерицы, провертев в пальцах, оценила баланс и, замахнувшись, синхронно метнула в испещрённую браздами от предыдущих попаданий мишень на противоположной стене. Перелетев через пол-цеха, клинки вошли в центр мишени под прямым углом, едва не соприкоснувшись обухами.

В воздухе между Фриц и Филиппой застыло физически ощутимое напряжение.

— Пусть Зеро живёт здесь, сколько понадобится, но, как только она переступит порог трейлера, все действия по согласованию со мной. Правила здесь для всех одинаковые. Я ей их, кстати, озвучила, — женщина, не дожидаясь реакции, ушла вглубь цеха и вернулась за работу — она понимала, к чему может привести их перепалка.

— Ты не видишь полной картины, — прорычала киллер через плечо — достаточно громко, чтобы перебить шум цеха.

— Я вижу только твои подростковые амбиции. Мне мои амбиции стоили розыска Интерполом. Как далеко зайдёшь ты?

Новая очередь клинков вошла в мишень ровно под предыдущими; между ними и доской лежал неправильный, тупой угол — у Фриц непривычно дрогнули руки. Оба клинка она хотела поглубже всадить женщине в глотку за её дерзость, но убивать мастерицу было самым неразумным решением. Закончив с выборочной проверкой клинков, она нашла один бракованный метательный дроп-поинт и, проворачивая его в пальцах, подошла к верстаку, за которым работала Филиппа.

— Ещё раз со мной так заговоришь, и я покажу, насколько далеко могу зайти.

— Не боишься остаться без пальцев? — снисходительно усмехнулась женщина.

Она, как и Фриц, практически ни дня не прекращала тренировки с холодным оружием. Шансы убить друг друга у них были равнозначны — они обе знали это с самой первой встречи, когда киллер ещё ходила в сопровождении напарника. Филиппа не первый год терпела максимализм или двойные стандарты своего инженера, но при реальном посягательстве на её территорию молчать не стала.

— Можешь рискнуть.

— Могу сказать тебе то же самое. И ты по-прежнему на моей территории, Фриц. Сделаю вид, что этого разговора не было.

Киллер приподняла подбородок.

— Не забывай, благодаря кому тебе досталась эта территория. С партией всё в порядке. Кроме этого, — Фриц с силой и показательно воткнула дроп-поинт в столешницу верстака в нескольких сантиметрах от руки мастерицы. — Можешь отправлять.

Истинная виновница их бессмысленного конфликта вжалась поглубже в угловой диван, когда Фриц села напротив неё, забравшись в трейлер через боковое окно и бесшумно дойдя до кухонной зоны.

Когда Зеро пыталась прийти в себя после вынужденной сделки, когда ехала в микроавтобусе к восточному побережью или когда следила за приезжающими машинами через окно трейлера, у неё не было предположений, кто скрывался под газовой маской. В их единственную встречу в полутьме она не рассмотрела ни одежды, ни светлых прядей, чуть торчащих из-под ремней противогаза.

Под немигающий взгляд девушки, впившийся в её лицо, Фриц достала сигарету, сунула в зубы и прикурила, ответно не сводя с Зеро глаз. Ей меньше всего хотелось общаться с хакером, выстраивая по-новому отношения, но это было необходимо. Девушка закономерно сдалась первой, отводя взгляд.

— Ты хотела со мной поговорить. Говори, — киллер выдохнула облако крепкого табачного дыма через плечо.

Зеро помедлила, формулируя вопрос — ей хотелось уже не спрашивать о чём-то, а сбежать как можно дальше и надеяться, что ни пронизывающий до костного мозга взгляд, ни чёрный силуэт никогда не потревожит её ни наяву, ни в кошмарах. Она боялась — Фриц видела это по её лицу, чуть взмокшему от нервного пота, слышала по сбивающемуся дыханию, — но старалась изо всех сил сохранить достоинство.

— Как ты понял? Что за мной следили? Что придут в мою квартиру?

— А ты как думаешь?

— Очевидно, тоже следил за мной. Да, странный вопрос. И что ты планируешь со мной сделать? Взамен на твою помощь.

— Поможешь кое-что выкрасть у Уэйн Интерпрайзес. С военного полигона в Мэриленде. Если получится, то дальше посмотрим.

— Значит, посмотрим, — в голос Зеро закралась горечь. — Просто чтобы ты знал, меня объявили три дня назад в федеральный розыск. У меня нет семьи. У меня нет дома. Я не могу вернуться в университет. До вчера я даже не знала, где нахожусь. Теперь ты предлагаешь мне участвовать в ограблении военных?

— Не предлагаю. Ты мне поможешь.

— Ты в курсе, что из-за тебя у меня всего за ёбаную неделю разрушилась жизнь?

— Нет, — Фриц поднялась с дивана. — Из-за меня ты ещё жива. Эти люди охотились на тебя очень давно. Иначе зачем пять лет ты ведёшь списки машин, которые за тобой следят?

— Какого… — девушка поняла, что среди шифров убийца в противогазе нашла в дневниках с блокнотами записи, более простые, чем криптограммы Цезаря. Автовладельцы, зарегистрировавшие машины в штате Массачусетс, каждый месяц обновляли номера, потому запоминать цифры было в слежке бесполезно — корпоративных агентов выдавали конкретные модели, которые Зеро записывала аббревиатурами. То, что Фриц увидела в её, пусть несложном, но тоже шифре систему, удивило девушку — она никогда не делала ставок на сообразительность окружающих.

— Ты говорила про Квин Индастриз в нашу первую встречу. Сначала корпораты пасут таких, как ты. Пытаются откупиться. А потом нанимают таких, как я. Так что тебе повезло, что твои услуги мне понадобились раньше, чем тебя решили убить, — чеканила Фриц, глядя на девушку сверху вниз. — Пока ты работаешь на меня, то находишься под моей защитой. Ни федералы, ни корпораты до тебя не доберутся. Но я должен знать больше подробностей. Что ты натворила?

— Почитай про коммонского<span class="footnote" id="fn_33079792_5"></span> потрошителя.

Под выжидающим взглядом киллера Зеро сдалась.

— У меня есть на них компромат. Не такой крутой, как опыты над мутантами. Остальное газетчики скажут лучше, чем я. Во всех неприятных подробностях, — девушка кивнула на полотно старого расследования на противоположной стороны трейлера.

От сырости краска на некоторых газетных листах поплыла, часть разноцветных стикеров сорвалась и лежала на полу. В целом, трейлер, пусть и выглядел самым чистым в городке, нуждался в новой генеральной уборке, а Зеро, разбросавшая по кухонной зоне грязную посуду, ровным слоем по поверхностям вещи, явно была не из чистоплюев.

— Мне нужна твоя версия.

— Да нет никакой версии. Отец работал на Квин Индастриз, узнал лишнее о проекте, которым занимался. Год за моей семьёй следили, потом, когда всё улеглось, заказали нашу смерть какому-то маньяку. Вот, что он мне оставил, — девушка приподняла край широкого свитера, показывая чудовищного вида швы у почек, печени, заворачивающие кривыми срезами вдоль кишок ниже, под резинку её длинной юбки. Зеро не должна была выжить — киллер хорошо представляла, с какой силой и в каком порядке наносились раны. — Я провела три месяца в реанимации, и ещё два года под охраной копов. Давала столько интервью и показаний, сколько было нужно, чтобы внимание прессы не спадало. Квин Индастриз пришлось оставить меня в живых. Они просто следили, а потом появился ты.

— Какой именно компромат?

— Файлы проекта. Когда отец ещё был жив, я взломала сервера лаборатории и скопировала все данные. Думала, это защитит нас.

— Защитит, как пистолет, из которого ты не умеешь стрелять? — Фриц не стала добавлять, что именно вольность девушки могла подвести её семью к гибели.

— Я бы выстрелила.

Фриц никак не отреагировала. Зеро и сама знала, что не смогла бы.

— За что тебя объявили в розыск?

— Взлом серверов Квин Интерпрайзес, очевидно. Ну, ты доволен моей версией? Допрос окончен?

— Окончен. Но ты ошиблась, — пространно изрекла Фриц. — Твоя жизнь только начинается. Ты слабая, но смелая. Это хорошая черта. Возможно, ты сможешь выжить.

— Это комплимент?

— Нет. И если ты ещё раз полезешь на территорию Филиппы, надумаешь красть электронику или вещи, — Фриц указала на ноутбук, к которому подключался самодельный модем, — пеняй на себя. Если вежливо попросишь, тебе ни в чём не откажут. В пределах разумного. Такие здесь правила. Филиппа, кстати, их тебе говорила. Ты меня поняла?

— Ага.

— Буду через несколько дней, обсудим детали нашего общего дела. Это на всякий случай, — киллер достала из кармана весеннего бомбера простой мобильный, кладя на стол перед девушкой, и направилась к выходу. — Мой номер единственный в контактах. И чтобы прибралась за собой, — Фриц указала на грязную посуду с разбросанными вещами. — Я не потерплю здесь помойку.

— Значит, это всё-таки твой трейлер, — проворчала под нос девушка. — Эй, как к тебе обращаться? Я пыталась узнать, но никто не сказал.

— Фриц.

— Странное имя.

— Потому что это не имя.

— Ладно. Знаешь, почему Зеро? — неожиданно спросила девушка, наконец поднимая на Фриц глаза — у них было странное выражение.

— Мне плевать, — честно ответила киллер.

Разговор с хакером продлился всего одну сигарету, но оставил скверное послевкусие, впрочем, как и беседа с мастерицей. Зеро оказалась бомбой замедленного действия похуже Освальда, Филиппа же совершенно не видела дальше своего носа, по мнению Фриц, слишком размякнув — годы и какая-никакая стабильность слишком отдалили её от идеалов, за которые женщина числилась в розыске.

Выбравшись на воздух из трейлера, Фриц потушила окурок о металл корпуса, спрятала его в картонную упаковку и пересекла быстрым шагом трейлерный городок под недвусмысленный взгляд уже как несколько месяцев слезшей с героина Конни<span class="footnote" id="fn_33079792_6"></span>, качающейся с простым косяком на раскладном стуле у соседнего дома на колёсах. Девушка окликнула киллера и, натолкнувшись на молчание, кинула вслед средний палец.

Одно женщина подметила верно: киллер никогда не интересовалась этими людьми. Фриц знала, что Дороти облил кислотой клиент-гангстер в подпольной клинике, где девушка подрабатывала медсестрой, за отказ от близости, или что лучшую подругу Конни — Салли — насиловал в луизианской деревушке с девяти лет отец, прежде чем проиграть в покер местному сутенёру. Но эти знания ничего не меняли. Фриц коммуна представлялась неким единым организмом, который в случае чего можно было использовать — сбежать сюда, привезти непутёвую девицу, развернуть новое предприятие или втянуть в серьёзные игры, и в своём умении идти по головам киллер не слишком отличалась от Пингвина.

В ангаре Фриц вернулась за руль «понтиака», с диким рёвом восьмицилиндрового двигателя направившись через тоннели обратно в сторону Готэма. Три часа прошли ещё до её отъезда сюда, и наверняка в городе грехов её ждал ещё один недовольный ею человек.

На выезде из Бладхейвена кратковременное солнце снова сменилось грозой.

По ту сторону неразличимой толщи воды Освальд не мог найти себе места в ожидании Фриц — если она вообще соизволит явиться, не бросаясь в эпицентр новых неприятностей, не успев отделаться от последствий предыдущих. Минестроне с морепродуктами, поданный Ольгой на обед, показался мафиози слишком пресным, сколько соли не сыпал, статистика контролируемых банд в Готэме, озвученная мистером Пэнном, никак не росла, Зсасз пускал дибильные шутки про несостоявшееся свидание, а приезд грёбанной Софии Фальконе только усилил раздражение и дурное предощущение.

Кобблпот уже продумал, как обратить ситуацию в свою пользу, но спокойней ему не стало. Новости о появлении Софии в Айсберг Лаунж мгновенно разлетелись, и верные дону Фальконе выдали самих себя — оставалось только застать на горячем, с каждым из них разделавшись.

Три часа Фриц превратились в шесть с половиной — планы добраться пораньше окончательно сломали въехавшие друг в друга при нулевой видимости из-за грозы фуры на подъезде в Готэм. Кобблпот не любил ждать, предвкушение в нём сменилось сначала раздражением, затем злостью, и появление киллера скорее вызывало бы у него вместо радости желание сцепить руки на её горле до посинения. Устав от нервного ожидания, Освальд схватился за единственную возможность отвлечься, направившись с Зсасзом и Гейбом к Софии — его шестерки заметили активность у резиденции Фальконе.