ГЛАВА 11. Пенная ванна (2/2)

Как ты, золотце моё? Хочется узнать, как у тебя дела со всеми подробностями, которыми ты будешь вынуждена поделиться со мной. Ведь наша последняя встреча прошла очень неоднозначно. Желание задушить тебя возникало несколько раз, а из-за непозволительного взгляда я и вовсе чуть не размазал твоё личико по паркетному полу. Любопытно, увижу ли я сегодня этот взгляд или когда-нибудь ещё?

(искреннее надеюсь, что никогда)

Тем не менее, желание взять тебя и пытать страстной пыткой, которую ты сама тайно желаешь, занимало лидирующие позиции, впрочем, как и сейчас. Ах-х, лапуля, надеюсь, ты не перепугалась с нашей последней встречи, как после того дня?

Сейчас и проверим.

Не разочаруй меня, моя дорогая.

А то гляди, и руки начнут отпускаться.

(ведь нам так этого не хочется, верно, Яна?)

— Как дела, моя дорогая? Соскучилась? — устроился я поудобней на краю ванны и всё так же обаятельно улыбаюсь. — Прости за столь долгое отсутствие. Знала бы ты, сколько забот навалилось в Аду,

(что я замарался по локоть в крови)

что ни конца, ни края не было видно, — против воли из меня вылетает тяжелый вздох, и я на несколько секунд прикрываю глаза, улыбка поблекла сама собой. Устал. Очень хочу залезть к ней ванну и просто прижаться всем телом, без всяких слов и объяснений, чтобы почувствовать тепло и вкус её мягких губ, а вместо этого нескончаемые разговоры, которые пока не принесли никого результата.

Ух, ты. Неужели первые мысли к началу конца? Мысли, которые неуловимо приведут к итогу, что взаимности Яны я не добьюсь и трахну где-нибудь из многочисленных комнат особняка. Скорее всего у неё в комнате или у себя в кабинете. И всё эти попытки, время, старания и глупости безуспешно канут в пустоту об её твердолобость и мои нетерпение с непониманием. Всё с самого начала было несуразной бессмыслицей, а я лишь сделал неправильный вывод. Последовал за прихотью, которую надо было задушить в зародыше, а последствия игнорировать, пока те не перестанут зудеть: ”а что если было бы по-другому...”

Последствия, где она, как и Мэг, медленно, но верно чахла и сходила с ума в какой-нибудь пыточной. А временами меня бы посещала мысль, что было бы, дай я этой прихоти взять над собой верх.

(что было бы, если бы я дал шанс своему ангелочку)

(дал шанс нам)

Блаженная улыбка украсила моё лицо, а глаза всё так же были прикрыты.

Нет, этого не будет.

Будет, всё так, как я сказал Яне в её день рождения. Кажется, что это было так давно, но нет.

«Поверь, ангелочек мой. Я-то уж точно знаю, что ты отдашься мне. И будешь желать этой близости также сильно, как я».

Она уже желает, будет ужасно глупо с моей стороны пустить все старания на самотёк. Но самое резонное, что я всегда получаю, то, что я хочу и когда хочу, ибо я — Король. Это не отнять. Яна Шварц, ты будешь моей. И не «захочешь ты этого или нет» — ты точно этого захочешь. Как я мог подумать о таких глупостях? Ведь это всего лишь вопрос времени.

А эти никчемные, слабые мысли, потому что я устал. Правда, устал, что даже мышцы болят у сосуда, не могу припомнить, когда было такое в последний раз. Наверное, в то время, когда Люцифера отправили обратно в клетку, а я провозгласил себя Королем Ада. Тогда первые месяцы были очень напряженными: столько было работы и забот. Сейчас, конечно, поменьше, но эти предатели неожиданно целым конвейером навались, а следом, главное событие года, нашлась демонская скрижаль. Пожалуй, чтобы заполучить её, я и потратил больше сил.

Поэтому у меня сейчас нет лишних сил на терпение, которое у меня никогда не водилось. А с моим ангелочком, ой, сколько нужно снисхождения. Сейчас узнаю, как у неё дела, а потом отдых. Как минимум на несколько дней. Отпраздную нахождение скрижали, побалую себя «любимыми» игрушками-шлюшками, тайский и эротический массаж, обожаемый мною «Крейг» и многими всякими прелестями, которые Яна, естественно, ни за что не оценит. Как жаль, всё это я бы хотел сделать вместе с ней.

А потом снова в бой, который начнется со второго дня для моей любимой собачки. Хотя это для неё «бой», как для меня лишь очередная игра, в которой я непременно выйду победителем.

И ты будешь этому только рада, моя дорогая.

— Я так соскучился по тебе, ангелочек… — наконец-то открыв глаза, с ласковой улыбкой, нежно и томно выдохнул я. И мне было всё равно, что она подумает или испугается. Сегодня у меня нет настроения и энергии перевоспитывать, злиться на неё. Если сейчас Яна даст мне понять

(что скорее всего, к сожалению)

что не хочет видеть меня или начнет выводить из себя, я оставлю её в покое, который она вечно желает. В конец концов, я хотел просто увидеть её и увидел — спящей, нежной, умиротворенной, неосознанной отвечающей на мои ласки. Этого достаточно на сегодня и не хочется портить эти воспоминания её «сопротивлением» ко мне, чем угодно, от грубого разговора до гробового молчания.

Ничего из этого не хочу.

Вот бы сейчас тоже, как она, завалиться ванну с парочку прошмандовками и расслабиться пока они будут ублажать меня.

Нет сил, даже представлять, как Яна сама предлагает мне залезть ванну и отдохнуть.

Я словно выжатый лимон, и понял это только рядом с ней, когда Яна сама на меня смотрит уставшими глазами.

(она устала от меня, а я ни за что не оставлю её)

— Дела у меня нормально, Кроули. Не скажу, что соскучилась, но без тебя было довольно скучно. Позволишь мне… задать несколько вопросов тебе? — спокойно проговорила Яна, хотя всё равно нервно поглядывала на меня.

Моё лицо слегка вытянулось от удивления. Я был уверен почти на сто процентов, что она скажет что-то вроде «было прекрасно, пока не пришел ты» и подобную грубость, и сразу же замолчит, как рыбка в воде. Ан нет, да ещё так спокойно, а то, что Яна смотрит на меня с опаской нормальная реакция в её положении. Ангелочек всегда чувствовала себя уязвленной в моей компании, а тут и вовсе вся обнаженная лежит ванной, и только какая-то жалкая пена скрывает её тело от моих глаз.

За удивлением улыбка и огонек азарта в глазах. Знаю, как умеет моя лапуля удивлять, если только захочет, как на прошлой прогулке. Совсем моя бедняжка одичала, что неосознанно, но тянется к моему обществу. Или неужели до неё стало доходить, что я способен сдержать обещание, и не накинусь на неё, хоть и не скрываю, как того хочется.

— Любой каприз, радость моя, — с радостью отвечу, почти на любой её вопрос, просто за то, что Яна не стала гримасничать и отталкивать меня, как обычно. Вот это я понимаю прогресс в отношениях, умеешь же ты поднимать настроение девочка моя.

— Я точно знаю, что тебя не было в особняке почти неделю. Где ты был? Какое сегодня число и день недели? Я потеряла слега счёт времени, пока тебя не было, — Яна решительно и в то же время робко задала вопросы, смотря на меня.

Мой взгляд был прикован к её прядке волос, от которой медленно стекали капли воды. Пена потихоньку исчезала, что я смог увидеть часть кожи на её ключице.

— Сегодня уже восьмое декабря, суббота, — прочищая горло и фокусируя взгляд на её лице, ответил я. — С чего ты взяла? Может я просто не заглядывал к тебе, а не домой. Что ангелочек мой, подумаешь сбежать при случае моего длительного отсутствия? — прищурив глаза, задал я вопрос.

Если ты, правда, так думаешь, то не смей мечтать даже во снах.

Хотя не думаю, что Яна такая дура, чтобы надеется на такое стечение обстоятельств.

Но всё же, любопытно, как она поняла, что в особняке меня не было с той самой ночи?

(или в тайне надеялась, что меня прикончили и ты теперь свободна?)

— Нет! Я…я просто... просто гадала, куда ты пропал и скоро ли вернешься, — поспешно ответила она, снова притягивая к себе больше пены. Уголок открытой кожи исчез. — И без тебя особняк начал в прямом смысле чахнуть. Покрываться пылью, паутиной. Мне даже пришлось убраться в своей комнате и вымыть полы.

Её последнее предложение неволей вызвал во мне смешок.

Правда, забавно, как обнаружила, что меня не было в доме неделю.

А ведь были мыслишки, что она караулила меня возле кабинета.

Или в нем самом.

— Ну, извини, что доставил тебе такие не удобства, ангелочек — я уже в открытую посмеивался. — Куда уж мне до условий, которые тебе предоставляли Винчестеры и Роберт Сингер. Позволь поинтересоваться. Ты у них часто устраивала себе такие спа-процедуры?

Что-то перспектива в положительном ответе, заранее начало портить мне настроение. Яна только попробуй меня разочаровать.

— Я не жалуюсь, просто ответила, как есть. Не люблю грязь, знаешь ли, — говоря всё это Яна отвела взгляд и смотрела куда-то под воду, точней под пену. — Нет, не устраивала. Времени и возможности не было. Кроули только не говори, что ты категорически против таких процедур… если.. Если да, то позволь мне одеться и уйти к себе.

Ага, в принципе как и думал. Ну, какие дешевые мотели, в которых они всегда останавливались, могли предоставить такие роскошные апартаменты, как у меня в особняке? За радость было, наверное, что они вообще чистые и не ржавые. А лачуга Бобби? Скорей всего, ангелочек мой просто стеснялась занимать настолько время ванну и тратить горячую воду. Или стеснялась их самих, мало ли могли увидеть лишнего.

— Расслабься, Януля, — тебе это больше идет. — Я совершенно не против. Более того, скажу, что изначально эта ванная предназначалась тебе, пока ты занимала ту комнату. — Я на секунду осекаюсь и внимательно смотрю на неё. Не хочется, как-либо напоминать о том дне. Но, кажется, лапуля не обострила на этом внимании, чем я охотно пользуюсь и перевожу тему. — А вообще, мне нравится это. Жду не дождусь, когда мы вместе будет принимать горячую ванну, — боковым зрением на другом краю замечаю тюбик и мочалку. — Я намажу твоё тело молочком или скрабом, — голос на несколько тонов стал ниже. — Или ты меня… — член так напрягся, что образовался небольшой бугорок на штанах. В брюках стало невыносимо тесно.

— Снова фантазируешь вслух Кроули? — как ни в чем не бывало, проговорила Яна, снова не глядя на меня, но перед этим замечаю, как она тяжело вздыхает. Прям как верная женушка, от того, что её муженек стал приставать в многолюдном месте. Господи, Яна, это было так «по-семейному», так «по-домашнему», словно обыденно, но мне определенно эта реакция на мои несдержанные порывы нравится больше, чем твои выкатившие глаза от страха и отвращения.

Не совсем то, но намного лучше.

Чёрт, своей покладистостью и разговорчивостью Яна возбуждает меня намного больше.

Я совсем не этого ожидал, когда шел к тебе.

Думал, что снова дрожишь от страха передо мной, после того наказания.

Но ангелочек просто идет на контакт и старается игнорировать двусмысленные намёки о нас.

О боже, дождался прогресса. А я ещё смел, думать руки отпускать.

— Всего лишь одним глазком подглядываю в наше светлое будущее, дорогая, — прочищая горло, проговариваю и меняю положение, закидываю ногу на ногу, чтобы лапуля лишний раз не видела, как я возбужден. Хотя скрыть это тяжело, если она внимательней сосредоточит взгляд, то с легкостью заметит.

По крайней мере, уже точно услышала.

На минуту воцарилось молчание, но оно так кардинально отличалось от всех тех, которые были между нами, что странное и волнительное чувство, неизвестного происхождения охватило меня.

Что-то нет так. Я всё пристальней приглядываюсь к ангелочку и не могу уловить «то самое». Сначала мне показалось, что я в очередной раз ищу в её глазах «тот взгляд».

(ты такой же обычный демон, которого рано или поздно прикончат)

(ты мне отвратителен, Кроули)

Но нет, ничего подобного, что могло с легкостью вернуть мне сил, чтобы на месте утопить Яну. Хотя нет, слишком просто, но неважно. По крайней мере сейчас и искреннее надеюсь, что никогда. Неужели моё наказание и порыв ярости, повлияли на тебя моя девочка таким положительным образом? Ведь тяжело сказать, хорошо это или плохо.

Какие-то изменения произошли в тебе. Не колоссальные, но всё же, заметные, особенно, когда два месяца подряд, я, то и дело наблюдал за тобой. И ведь не поделишься, что с тобой произошло за эти дни.

Ты кричала?

Ты плакала?

Страдала, что испытала возбуждение от моих рук и губ?

(или что-то другое?)

Возможно, что-то ещё, не удивлюсь, если в своей голове ты раскрутила целую трагедию в одном акте, во всем обвиняя даже ни меня, ни весь несправедливый мир, а именно себя. Боже, лапуля, иногда складывается стойкое ощущение, что ты не любишь себя. Плевать то было, если бы это напрямую не вредило тебе, а значит косвенно мне. Твоя жизнь моя, твоя жизнь заботит меня. Тем более, тогда, когда я ещё не добился от тебя взаимности.

Пойдем в ва-банк. Твоя настоящая реакция и глаза ещё никогда не подводили.

Моя любимая книга, в которой появилась новая глава.

— Ангелочек, да что с тобой? — я в упор посмотрел на Яну, и не мог больше отвести взгляд от её потускневших глаз, когда она подняла и повернула голову в мою сторону. — Что ж с тобой случилось, пока меня не было?

У неё перехватывает дыхание. Так громко и ясно, когда в комнате стояла мертвая тишина. Капли воды больше не стекали по её лицу и волосам, а кран она перекрыла, когда вынырнула из воды. Глаза сузились не от страха, а от тихого ужаса и во всё не из-за меня.

Моя девочка с потрохами сдала себя сама, и как всегда не нарочно.

— О чем ты?.. — наконец-то выдохнула она. Яна хотела сказать что-то ещё, но так и не осмелилась. Или не нашлось что сказать, будто язык к нёбу прилип от изумления.

— Как о чем? — словно прощупывая почву под ногами, ответил я на вопрос. — Ты ведешь себя никак обычно. Только не думай, что я никогда не видел твоей пассивной агрессии, ты же не такая наивная, Яна. Ты всё ещё боишься меня, — непроизвольно и задумчиво я отпустил глаза и прервал контакт между нами. — А когда ты боишься, ты теряешь голову от страха и паники, отчего начинаешь неспециально, но методично выводить меня из себя. То нагрубишь не осознано, то лицо скривишь, будто перед тобой стоит какое-то дерьмо, то посмотришь на меня… ты знаешь как, — без каких-либо эмоций, и уж тем более без злости, как само разумеющейся сказал я. Яна потеряна, всё ещё не может взять в себя в руки и хоть как-то скрыть своё замешательство.

Не показалось. Значит, изменения какие-то есть. Жаль, что у меня нет сил и настроение выяснять, что же надумала ангелочек, и какой круговорот произошел в её душе. Но попытка не пытка в её случае. Я спросил и если она опять, как рыбка наберет в свой прелестный ротик воды, не буду давить, а если сама захочет рассказать в чем дело, то вероятней всего я буду праздновать не только нахождение скрижали. Теперь я это знаю, если эти изменения как-то негативно повиляют на наши отношения или на мои планы, я заставлю её всё высказать.

Может это связано с тем, почему она не вернулась домой после апокалипсиса? Ведь я так и не спросил её, потому что пожалел.

(потому что не хотел больше слёз)

Что всё же случилось тогда?

Что ты сделала Яна, что как ошпаренная прочь бежишь от своего дома и семьи?

— Я… — мои глаза разом жадно примкнули к ангелочку, стоило ей издать хоть какой-нибудь звук. Её голос был тихим, почти охрипшим. Жаль, что сейчас не могу дотянуться до неё. — Я кое-что поняла, после… того наказания. Поняла, что ты необычный демон, что злить тебя попросту не стоит, что.. ты не всегда будешь терпеть мои выходки, что однажды… Поняла, что ты точно сдержишь обещание, — тяжело выдохнула она. — Кроули, ты был очень зол на меня. Я никогда ещё не видела тебя таким, я так… ис-спугалась, — Яна, не поднимая на меня свои глаза, под водой притягивает свои колени и обнимает руками. — Я была почти уверена, что ты убьешь меня, но ты… ты просто… — она сильно закусила нижнюю губу, лицо исказилось такой болью, будто она сейчас заплачет. — Ты просто дал понять, что так не может продолжаться. И я всё поняла, не сразу, но…

— Оу-у, неужели наконец-то до тебя дошло, что я не очередной «черноглазый» ублюдок, которого рано или поздно прикончат? И что моё терпение не резиновое? — знаю, что эти слова могут напугать её, ко всему ещё надменным тон не смог сдержать, будто мой ангелочек тупица неотесанная, которая соизволила понять элементарное. Но я не злюсь. Честно говоря, я очень рад, что до неё начинает доходить положение наших дел. Дело идёт, а не стоит на месте, теперь должно всё пойти быстрей. Просто маленькая обида за её выходки всё ещё мерцает в душе.

Жалкие угли, которые вот-вот погаснут.

— Д-д-а-а… — она подняла на меня свой взгляд и громко вздохнула, что немного пены отлетело от её шеи. — Я осознала, что не хочу в один день умереть в припадке твоей злости, потому что довела тебя из-за своей собственной глупости и несдержанности. Ведь ты... столько раз предупреждал. Тем более, такова была наша сделка. Если посмотреть со стороны... ты очень со мной возишься Кроули, когда мог давно отпустить руки.

— Ну, убить — это громко сказано, — с улыбкой усмехнулся я. — Так легко, ты от меня не отделаешься, ангелочек мой. Страстные пытки в постели, днем и ночью напролет, я тебе обеспечу. Да, вожусь. Потому что знаю, что ты вернешь всё сполна. Ну и потому, — я томно посмотрел на её и облизнул губы, — ты у меня такая непорочная и непреступная. Редкость в наше испорченное время. Здесь, как ни крути работы много, хотя тем веселей, м? — я не удержался и подмигнул ей. И, правда интересней, но, сколько нужно терпения и выдержки. За то плод будет так сладок, когда окажется в руках.

Ещё бы неделю назад, моё солнышко стала бы закатывать глаза и раздраженно вздыхать или во всё сдерживать какое-нибудь пренебрежительное высказывание обо мне. А что сейчас? Немного недоуменно смотрит на меня, а после прячет глаза, видимо сильно смущаясь от откровенных слов и желаний в отношении себя. Я так долго этого ждал, но чувство, что что-то не так, всё равно не покидает, не дает полностью насладиться переменными в ангелочке. Не отрицаю, что она не всё договаривает, возможно что-то задумала и втайне строит козни. Что ж, пускай попробует. Для этого ей необходимо добиться больше доверия, чтобы только попробовать усыпить мою бдительность своей безграничной покорностью и сговорчивостью. Но это всегда будет мало, даже я не знаю, что ей ещё нужно будет сделать, чтобы я подарил абсолютное доверие. Ни при человеческой, ни при демонской жизни такого ещё не было. Впрочем, всё идет по плану. Как должно быть? Первая и вторая стадия — отрицания и гнева пройдено. По крайней мере, открытые и агрессивные протесты закончились. Сейчас третья — некий торг, постарается хитростью и дипломатией обмануть, вырубить, но что-то сделать против меня, а может и вовсе что-нибудь надумает, как расторгнуть сделку.

(что очень маловероятно, потому что это невозможно, я всё предусмотрел)

(если только она не хочет, чтобы её матушка отправилась на тот свет)

Чем ближе она подойдет ко мне, чтобы усыпить моё внимание, то незаметно попадет в мой капкан, где сама не заметит, но признает свои желания и поражение.

Потом четвертая стадия, самая тяжелая и неприятная, но необходимая — депрессия, которая скорей всего наступит, когда раскроется правда, что святоша Саманта предал её и живет спокойной, нормально человеческой жизнью. Без неё.

Ну и последняя стадия — принятие, когда мы оба будет наслаждаться друг другом.

Беспокоится нечем. Как бы Яна не старалась, но я вижу её насквозь, а поэтому если она решит совершить какую-нибудь глупость, остановлю и спасу от своего же гнева.

А пока я хочу полностью насладиться моментом моего маленького триумфа.

— Ничего не могу собой поделать, так уж меня старомодно воспитали, — Яна легонько пожала плечами. — Не редкость, просто твоё общество иное. Такие девушки, как я, редко приходят к таким, как ты, чтобы продать душу. В моем случае, жизнь.

— Пожалуй да, ты у меня одна такая сладкая, — я улыбнулся, как-то непривычно для себя робко, смотря куда-то вперед, на дверь. Да я просто в какой-то мере «счастлив», но очень уставший, а ещё зуд в паху надоел, хочется хорошей разрядки за всё эти дни. Не такого я ждал, когда шел к ней. Было за радость с ней просто увидеться, но чтобы нормально поговорить и совершенно не раздражаться от её поведения — и мечтать не мог, поэтому намеривался сразу уйти, как начну беситься и злиться. Ах-х, моя дорогая, вот бы ты дала к себе прикоснуться или сама бы приласкала. Нет пока ничего лучше твоих объятий, и не идут в сравнение, ни с какими шлюшками. Понимаю, что ещё равно. Но доставить удовольствие и сделать приятное ещё можешь. Путь не физически, но морально Яна, может довести меня до восторга от своей покорности, чёрт с ней, что не до конца искренней. Твоя смелость всегда восхищала, так доставить мне ещё немного удовольствия от общения с тобой.

— Ангелочек мой, — всё так же томно глядя на Яну, хрипловато окликнул её. — Если ты не против, подвинься ко мне поближе. Обещаю, что и пальцем сегодня тебя не трону.

Я не знал, чего точно ожидать от себя, но в груди и в паху приятно затрепетало теплом, когда лапуля, молча, спокойно, никак не выражая протеста, но и радости тоже, переместилась ко мне поближе, что девичье плечо находилось меньше двадцати сантиметров от моей ноги, спиной прижавшись к краю ванны, на котором сидел я. Никто из нас не разрывал зрительного контакта. Никогда я ещё не видел этого чувства в её глазах, несмотря на то, что там присутствовало тревога.

Доверие.

Господи, в этот момент она полностью доверяет мне.

Верит, что я не трону её, не обижу, не доведу до слёз.

Смотрит прямо мне в глаза и немо говорит:

«Я верю тебе, Кроули».

За это хочется ещё больше взять её прямо здесь и сейчас. Член болезненно пульсировал от желания, что возбуждение никак нельзя было скрыть от её глаз. Но я остался сидеть на месте и совершенно спокойно продолжал смотреть на неё и довольно улыбаться, в голове представляя, как залезаю в ванну и примыкаю к её губам, терзая страстным и жестким поцелуем. И плевать, что одежда насквозь промокла, ведь мой ангелочек вовсю стонет подо мной, умоляя глубже и быстрей двигаться в ней.

Ах-х, ну разве я могу подвести Янулю, когда она наконец-то доверилась мне в такой значительной для неё мелочи? Для этого было сделано многое, будет ужасно глупо последовать своему искушению и хотя бы поцеловать её. Не страстно и не жестко, как в минутной вспышки похоти, а хотя бы воздушно почувствовать вкус её губ.

Невесомые поцелуйчики, которыми Яна любит одаривать меня, когда я требую большего.

Сейчас бы с удовольствием согласился на один такой.

(по-другому благодарить, я не умею, а так хочется)

О боже, дай мне больше терпения, когда со мной рядом Яна Шварц.

— Ты всё ещё хочешь узнать, где я был и чем занимался всю неделю? Или спросила чисто из вежливости, лапуля? — на секунду крепко зажмуриваюсь, чтобы отогнать жаркое введение во всех смыслах и позах. Она близко, только руку протяни и почувствуешь её мягкую и влажную кожу.

— Да, — она утвердительно кивнула, смотря на меня. — Да, пожалуй, мне, правда, интересно, куда ты пропал. Честно, я даже задумалась, не случилось ли с тобой что-нибудь, — Яна снова аккуратно притягивала к себе больше пены, чтобы полностью закрыть ключицу и шею. — Но потом вспомнила, что ты необычный демон, а Король Ада и с тобой ничего не может случиться серьёзного. Что рано или поздно ты вернешься. Справишься со всеми делами и вернешься… — как-то задумчиво проговорила ангелочек последние слова, рассматривая свои пальцы в пене.

Наверняка думала, есть ли смысл бежать, а если бежать, то куда и кому? Ну, конечно же, Лосяшу. Но ангелочек умная девочка. Прекрасно поняла, что со мной ничего не может случиться, а значит рано или поздно, я вернусь к ней. Это, правда, радует, но и одновременно расстраивает, что она вообще смела об этом задуматься.

Побег.

Яна всё еще хочет сбежать от меня.

А ведь и мысли не должно быть подобной. Без своих сил ты всё равно далеко не убежишь, Яна. Если конечно, в лесу не начнешь скрываться, но вряд ли ты долго протянешь на режиме выживания. Ты не настолько безрассудная, как долбанные Винчестеры. Они бы так поступили, но не ты.

Потому что Яна думает не только о себе, но и о своей семье, которая в случае чего, попадет под мой гнев, вместо неё. В то время как Дин и Сэм думали только друг о друге, а на остальных с высокой колокольни наплевали, главное свои шкуры спасти. Один даже про брата забыл, что говорить про мою девочку.

Что ж, не будем концентрироваться на плохом и порадуемся хорошему. Ведь это ещё раз доказывает, что моё прошлое наказание, точней урок прошел успешно, и она всё усвоила. Только от своих идей с легкой примесью неблагоразумья, к сожалению, пока не собирается отказываться.

Но мы это исправим.

— О, да, милая моя, кое-что случилось, — я громко и устало вздыхаю только одной мысли от тех гребанных предателей. Хотя время, проведенное с ними, было волшебным. Да и если ангелочку интересно, можно поделиться с некоторыми детали, но не со всеми. — Помнишь тот звонок, который прервал наш прекрасный поцелуй? — несомненно, она помнит, глаза всё за неё говорят, тем не менее, получаю в ответ легкий кивок. — Парочку идиотов решили устроить переворот в королевстве, в моем отсутствии, — я недобро оскалился. — Естественное у них ничего не получилось. Видишь Яна? — я возмущенно развел руки в стороны. — Ад нельзя оставить даже на несколько дней без присмотра, когда хочется больше времени проводить с тобой.

Несмотря на то, что в твоей головушке есть эти дурацкие мысли о побеге. Однако я всё равно могу оставлять тебя без присмотра на несколько дней, зная, что ты никуда не денешься и не создашь новых проблем. По крайней мере, не таких масштабных, как те трое консерватора.

Вывод, что Ад совершенно нельзя оставлять без Короля. Так и норовит всякая люциферовская шваль запачкать мой трон.

— Пойти против тебя?! — в её голосе было искрение удивление, что приятное пощекотало моё самолюбие. — Бунт против Короля? Но я правильно понимаю, что всё обошлось? Большие потери понес Кроули?

— Парочку моих мальчуков всё же пришили. Жаль, не глупцами были, как многие. Я появился вовремя, — продолжил я свой рассказ, уловив в её глазах неподдельный огонек интереса. Яна внимательно меня слушала, что слегка приоткрыла рот, а дыхание стало тихим. — В большом зале, где стоит мой трон, забрались всё демоны, которые в этот момент находились на земле. О боже, и слушали речь того полоумного, который решил пойти против меня. Небольшая ремарка, их вообще-то было трое, но этот возомнил себя великим оратором и самым главным.

— Неужели всё было так плохо?

Против воли из меня вылетает ехидный смешок, что я дернулся всем телом.

— Ещё бы. Как уж он там сказал… Сейчас, — я слегка запрокинул голову задумавшись на несколько секунд, и позже, прочистив горло с выражением продолжил. — Братья и сестры! Давайте соберем всё наши силы, чтобы свергнуть предателя и недостойного, дабы вернуть законный трон нашему создателю! Освободим нашего отца! Освободим Люцифера! — делаю специальную паузу для пущего эффекта и громче проговариваю. — Ну же взять его! Да свершится суд здесь и сейчас! Уничтожим нечестивого! — снова прочистив горло, спокойно и с легкой улыбкой заключил. — Ну, это малая часть, большую я пропустил, потому что наказывал тебя, — я не смог себе отказать от гаденькой ухмылки, смотря прямо на ангелочка. — Как думаешь, золотце моё, от многих демонов мне пришлось отбиваться?

Яна тяжело вздохнула и сверила меня укоризненным взглядом. В её глазах так и читалось, что-то вроде: «Вот бы и занялся своим королевством, чем мной. Там дела были гораздо важнее». О нет, Януля, ну что ты, девочка моя. После того результата моего перевоспитательного урока, я готов наказать тебя ещё раз, но перегибать палку нет смысла, если нет повода. Пока. Хотя соглашусь, что опрометчиво было забывать телефон в своем кабинете, когда точно знал, что мне должны позвонить. Мобильный аппарат надрывно разрывался от тринадцатого звонка. Но, в конечном счёте, всё закончилось хорошо, пожалуй лучше, чем можно было предвидеть. Всё предатели на том свете.

(если там есть, конечно, хоть что-то)

Ангелочек усвоила урок, и наши отношения поднялись на новый уровень. Лакомый кусочек десерта для души — демонская скрижаль, наконец-то, была найдена. А сейчас, после приятной беседы с Яной, меня ждет незабываемый отдых, как минимум на несколько дней. Тоже устрою себе горячую ванную, жаль, что со своими шлюшками, а не с лапулей.

— Ни от кого…— сменив укор на неуверенность, тихо проговорила ангелочек куда-то в пену. Подняв на меня глаза, Яна робко заключила. — Никто не посмел на тебя напасть? Верно?

— Абсолютно верно, красавица моя, — ласково улыбнулся я. — И не успел он ахнуть от ужаса, как его же слова обернулись против него.

— Если четно неудивительно, — скромно хмыкнула Яна, на что мои брови автоматически поднялись верх, немо требуя продолжения. Моё любопытство билось через край. — Его речь, мягко говоря какая-то… не искрения, не настоящая, фальшивая… И очень много пафоса, без определенных действий. Даже для тебя, Кроули. За такими не идут, — застенчиво и аккуратно добавила ангелочек, видимо опасаясь моей неопределенной реакции.

Оу, ну на что тут злиться и негодовать моя дорогая? Ведь чистая, правда. В своих речах я больше делаю упор на аргументы «почему так стоит сделать», но никак на красивые слова о светлом будущем, хотя они имеют место, обязательно. Иначе, как усыпить бдительность клиента и прочих? Это всегда дает дополнительные плюшки, особенно людям нравится слышать, то, что они хотят, напрочь забывая о действительности.

— Если ты схватил его прямо на месте преступления, то должно понес небольшие потери, Кроули. Хотя, если только… — продолжала Яна и запнулась на секунду, задумавшись. — Если только… их не было больше… Их сторонники, сколько их было?

— Снова абсолютно верно, Яна, — открыто улыбнулся ей, чуть прикрыв глаза от усталости, которая всё больше дает о себе знать. Как же приятно с ней общаться без вечного раздражения, закатанных глаз и тяжелых, протяжных вздохов, и уж тем более без «этого» взгляда, где минимум есть страх и ненависть. Всё ещё боится, но в данный момент нет. Ангелочек мой не тупа и внимательна порой к мелочам, наверняка, заметила, что сегодня я не форме и не настроен на серьёзные действия, как бы того не хотел. А как хочется протянуть её к себе и хотя бы обнять. Такую теплую, обнаженную и мокрую. — Несмотря на то, что они были идиотами, они смогли завербовать и перетянуть на свою сторону триста сорок девять демонов. Как говорится — дуракам везет. Мне потребовалась всего лишь неделя, чтобы лично расправиться со всеми ими.

Не могу. Не сейчас, когда я уставший, когда совершенно не хочется брать себя под контроль, даже для своего ангелочка.

(вообще для кого-либо)

(я никому ничего не обязан)

Воспоминания о пытках, которые были слишком свежи, что по коже проходит электрический разряд, дыхание перехватывает, чуть стон наслаждения не вылетает из моих губ. Немного обидно, но я не могу сдержать свои эмоции от пережитых ощущений, сейчас даже Амели не портила общую картину. Не обращая внимания на эту усталость, спина, как уже последние десять минут ноет,

(срочно нужен эротический массаж)

она всё же была приятной. Та сама усталость после работы, от которой получаешь колоссальное удовольствие. Эти крики о пощаде, стоны боли и слёзы отчаяния эхом отдаются в моей голове, что я не смогу противиться этому и растворяюсь. Кровожадно улыбаюсь, словно готов в любую секунду схватиться за тесак и разрезать очередную теплую плоть, и заворожено смотреть, как струйкой стекают первые капли крови.

Обидно, ведь ещё несколько секунд назад, казалось, что моё золотце не боится меня.

А сейчас, страх во плоти.

Эти предатели точно так же глядели на меня перед смертью.

Ох-х, моя дорогая, эта слегка безумная улыбка и взгляд убийцы ни в коем случае не обращены к тебе.

(пока что)

— Т-ты… ты их всех убил? — почти неслышно прошептала ангелочек мой. Несмотря на то, что её зрачки сузились и стали еле различимыми две черные бусинки, то глаза снова выпучились, что при тусклом освещении могло показаться, будто они увеличились вдвое. Уверен, что под водой она крепко сжала руки в кулаки, чтобы хоть как-то унять дрожь. Вся трясется, будто в холодной воде сидит, хотя, за это время вода порядком поостыла. Она выключила кран почти сразу же, когда я пришел.

— Да, — спокойно ответил я, немного наклоняясь, чтобы повернуть кран горячей воды. Небольшой напор прерывал мрачную тишину между нами. — И перед этим хорошенько с ними повеселился.

Прости, ангелочек мой, но не могу, ей-богу.

Вопреки, что мне не нравится видеть страх в твоих глазах, мне не менее доставляет удовольствие осознавать, что ты понимаешь, видишь, кто и что я такое.

Никогда не забывай, что ты бесповоротно и навсегда в моей власти. И если я только захочу, то смогу сделать с тобой всё что только пожелает моя багровая душа.

— Почему?.. — выдохнула она, что я не услышал её, а прочитал по губам.

Не думаю, что Яну правда волнует судьба этих предателей. Они же демоны, вселенское зло, в мире только чище и светлей стало от их нескоропостижной кончины, а мне даже минуса никакого. Всё только радоваться должны. Ай-ай, что за двойные стандарты, золотце моё? Монстров и прочую нечисть, мы понимаем и сожалением, что природа их так устроена на завтрак, обед и ужин закусывать человечиной или каким-то отдельным органом, а демонов нет? Это тоже их природа, такими уж нас создал Люцифер, всю обиду и гнев направленное на Отца и людей, он автоматически вложил в нас. Что преувеличено, но определенная истина есть. Скорей, это я приятное исключение, потому что я не ненавижу людей, хотя порой да, некоторые особи так и раздражают, что хочется прибить самым жестоким способом. В основном от людей одна выгода.

Бог? А есть он вообще? Может его давно тоже кто-то прибил, ведь даже ангелы его никогда не видели, только парочку избранных архангелов, которым из их числа был и Люцифер. Так есть ли смысл ненавидеть того, кого почти никто никогда не видел? Зачем биться с его детишками-ангелами, когда всегда лучше договориться об общей выгоде? В нашем мире всё так запутано, сразу и не поймешь, где правда, а где просто миф, чтобы пустить пыли в глаза и напугать.

В конце концов, все демоны, в той или иной степени, но склонны к предательству. Этого у нас не отнять. Я тоже предам, но чтобы сохранить верность тому, кому обещал, и не буду бегать, как шлюшка к тому и другому, или вообще к третьему, кто же мне лучше «постель» предоставит. Потому что я всегда ставлю на победителя и редко ошибаюсь, а если такое недоразумение происходит, то несу минимум потерь. История с левиафанами только лишний раз подтверждает это. Хотя тут нечему удивляться. Кому как не мне, давно уже не секрет, что большинство демонов туповаты, вот и мечутся туда-сюда, не решаясь на какую лошадку поставить, в конечном счёте. У Люцифера есть фора только потому, что он наш создатель. Как думают большинство, но я-то прекрасно помню, что в адском огне, я создал себя сам.

Вся простая истина.

Но многим проще думать, что нас всех создал Люцифер, поэтому надо ему ноги целовать и жертвовать всем. Невежи.

Хотя ради справедливости отмечу, что лично, кого Сатана обратил в демона, была Лилит и Рыцари Ада. Остальных он и пальцем не тронул.

Если быть честным Яне совершенно плевать на этих ничтожных предателей, хотя бы потому, что они за Люцифера, а он враг Винчестеров, значит и её. Моей солнышке не хотелось апокалипсиса, где бы она стала бездушным орудием в его руках. Как же она сопротивлялась его прихвостням, когда они пытались заполучить её доверие обманом и красивыми словами. Ты большая молодец, моя девочка. Сколько тебе было тогда? Ах, да точно, четырнадцать лет, хотя выглядела на одиннадцать, не больше.

Ангелочку все равно на них, она просто боится за себя. Как обычно, накрутила что-то, а теперь трясется, как запуганный зверек от страха. А ведь я даже и слова не сказал, как пытал их. Нет, всё правильно, она должна знать, на что я способен. Но не должна забывать, что больше всего я от неё хочу взаимности.

— А зачем они нужны, моя дорогая? — кровожадный оскал пропал с моего лица, взгляд стал серьёзней от не прошеных мыслей. — Я никогда не милую предателей, а чтобы было неповадно другим, их смерть сопровождается мучительными пытками, лично от меня. В конце концов, именно так создается репутация жестокого, но справедливого Короля, — неволей ухмыляюсь. — Тем более, ты слышала, что они хотят вернуть Люцифера на трон. Ни ты, ни я не хотим этого. Наверное, это единственная вещь в мире, с чем мы были согласны с Винчестерами. Но хуже всего, что большинство из них фанатики, — я морщусь от последнего слова, будто передо мной была какая-то пахучая и склизкая мерзость. Хотя хуже мерзости, чем фанатики Люцифера нет. — Не просто преданные ему демоны, которые разделяют его лживые убеждения и готовые на многое пойти ради достижения общей цели, а демоны, которые любят его, обожают, буквально боготворят. Адские тупые твари, которые не думают, не спрашивают, не хотят видеть истину, а лишь наивно верят и слушают Сатану с раскрытыми ртами. Которым плевать на здравый смысл! Идеальное пушечное мясо для всяких жертвоприношений, которые не задает лишних вопросов. Неужели на секундочку нельзя задуматься, что тот Король, который хочет для своих «детей» светлого и счастливого будущего, процветания, пачками будет отправлять их на верную смерть? Только и надеясь, что они сами собой изведутся, и руки марать не придется после людей, — будь я не таким уставшим, мой ответ получился бы намного эмоциональней и эксцентричней, но не сегодня. Уже почти как три года, я стал Королем Ада, а это до сих пор поражает, обижает и злит до глубины моей испорченной души. Почему они не поймут? — Мы демоны лучше людей и ангелов, но большинство из нас этого не понимают. Нам не нужен никакой Люцифер. Поэтому, как только я вижу таких паразитов, то с радостью уничтожаю их, — чуть дернув голову в бок, я мило улыбаюсь ангелочку, словно мы вели беседу о том, какие же корги милые собачки. Смешно.

Конечно же, самая милая и лучшая собачка это мой ангелочек!

Пока я вслух рассуждал, какой же мой народ дибеловат, то не сразу заметил приятные изменения в Яне. Она больше не тряслась от страха, похоже, что всё же вода просто остыла, внимательно слушала меня, что аж свой прелестный ротик раскрыла от жгучего интереса. Господи, как же хочется, прикоснуться к её губам или, чтобы она ласково пососала мои пальцы. Ах-х, но вместо приятной картины, я терпеливо и внимательно слушаю её вопрос.

Я рад, что она просто со мной разговаривает.

Нормально, без всяких напрягов и закидонов с её стороны.

Ещё ни разу мы с ангелочком так приятно не беседовали за всё это время.

— Кроули, почему Люцифер хотел истребить всех демонов? Я к тому, что во время апокалипсиса, ты единственный, кто об этом говорил и был уверен. Демон, который не задумываясь предал его. Почему? Как ты догадался? Люцифер на первый взгляд был обходительным и не настроен против вас открыто, как против нас, — Яна поглаживала свои ладони, прижав их к груди, а влажные волосы были убраны в бок, по которым всё ещё стекала вода, её широко раскрытые серо-зеленые глаза завораживали. Прям красавица русалочка в пене.

— Потому что я единственный демон, который никогда не любил и не был предан Люциферу, поэтому я всё видел, как есть. А не слюнки по нему пускал с влюбленными глазками, как Мэг, например, — с таким ядом в голосе проговорил я, что спокойно можно было бы отравить всех тех Иуд. Но это было бы слишком просто и скучно. — Забавно, что все демоны по правде восхищались его красотой. И не замечали главное различия в этом. Он — архангел, мы — демоны, куда уж проще и прозрачней. Давай вспомним, из-за чего Бог изгнал Люцифера в ад? — я любопытно посмотрел на Яну.

— Люцифер говорил… потому что Бог, приказал ему приклониться пред людьми и любить их больше, чем его самого… — медленно проговорила лапуля, видимо вспоминания не самые радушные моменты с эгоистичным и надменным архангелом.

— Верно, лапуля. А что наш напыщенный архангел думал по этому поводу?

— Он считал, что архангелы и ангелы не должны преклоняться перед ничт… — она быстро себя подправляет — … более… низкими существами.

— Да, — кивнул я удовлетворительно. — А теперь вспомним, что демоны до ада были людьми. Значит, по мнению Люцифера, люди стали ещё более порочными и кровожадными, ещё более ничтожными, — я злобно фыркнул. — Уже из этого легкого логического умозаключения можно сделать вывод, что Люцифер собирался уничтожить демонов вслед за людьми. Он хотел устроить рай на земле для Бога и своих братьев и сестер, но никак не для демонов. Молчу про потребительское и наплевательское отношение. Он нагло врал и многие последовали за ним. Да и сейчас готовы, только дай повод, — мрачно фыркнул я.

Ещё столько работы в аду.

Скучать не придется, как минимум лет пятьсот.

— А что для тебя демоны? — неуверенно задала вопрос Яна. — Что вы такое?

— Что мы такое? — мои глаза неволей загорелись адским огнем. — На языке вертится, что мы сильные, могущественные существа и если бы только захотели, то захватили бы весь мир, — я усмехаюсь, резковато затылком облокачиваюсь об стенку и прикрываю глаза. — Но нет. Хотя отчасти, это правда, мы можем, но весь минус в том, что мы всё так же остаемся демонами. А именно то, что мы кровожадные, алчные и поры до времени преданные. Плюс ко всему, точней минус, многие недальновидны. Но мы не ничтожества, — открываю глаза и покосился на Яну. — И уж тем более выше людей. Не ниже Люцифера или того же напыщенного индюка Дика, — я злобно скалюсь.

Ох-х, как же бесят эти двое даже пожалуй, больше, чем Винчестеры. Братья-акробаты, в отличие от Сатаны и главного зубастика никогда недооценивали меня или других мне подобных, а те то и делали, что смешивали демонов с дерьмом! Только и греет мысли, что один теперь гниет в клетке, а другого и вовсе прикончили.

— А для тебя ангелочек мой? — задал я вопрос, чтобы до конца выкинуть мыли о всяком сброде. — Кто для тебя такие демоны?

— Для меня? — как-то резко выдохнула Яна и замолчала. А потом и вовсе отводит глаза и прикусывает нижнюю губу, лихорадочно придумывая про себя, что ответить.

Понятненько. Честный ответ, как читается на лице ангелочка, может меня не устроить, или вовсе разозлить. Что ж, это должно было случиться. Лапуля слишком сговорчива и мила сегодня, а у меня нет сил превышать доступный лимит. Идем на уступки. И нет настроения, что-то заставлять её говорить, раз она не хочет.

— Ангелочек, надеюсь, что хоть никак у Люцифера или Дика? — с улыбкой спросил я, заставляя её обратить на себя внимание. — Лучше ничего не говори, но только не ври, лапуля.

Только не сегодня.

Слишком хороший вечер, не хочу портить хоть какой-то мелочью.

Тем более, я не думаю, что она считает так же. Но ответ точно меня не устроит. Иначе, эта была бы уже не мой ангелочек.

— Тогда я промолчу, — посмотрела она на меня, поджав губы. — Нет, как они, я не считаю, — Яна слегка морщится от этих слов и нетяжело догадаться почему.

Эти воспоминания точно можно назвать болезненными. Один хотел сделать из неё бездушным орудием, утверждая, что она всегда была такой и это её «предназначение». Попутно чуть не убив несколько раз, когда моя лапуля стала активно этому сопротивляться. Чего стоят его братья и сестры на небесах, ведь также на неё давили и угрожали уничтожить, только перетягивая на сторону Михаила. Другой же при первой встречи чуть не прикончил. Хотя именно благодаря Дику, Яна пришла ко мне заключить сделку. Если бы не он, то Кас не пропал бы на неопределенное время, а на ангела моя дорогая надеялась в первую очередь. Но итог был таков, что последней надеждой оставался я.

В груди, в области сердца становиться тепло, когда вспоминаешь, что она сама это признала без какого-либо принуждения или угрозы. Сама потому что всё понимала.

— «Хотя крошечный шанс на чудо всё же есть… и это ты, Кроули».

Чудо.

Да. Многие так и думают, продавая свои души.

(может демоны не такое уж зло, раз люди принимают нас за чудо?)

(нет, они просто тупы и наивны)

— У меня всегда было своё, иное мнение насчет демонов. И… оно несколько раз менялось в течение всего, так сказать пути, — Яна пожала плечами. — В лучшем случае, мой ответ тебя рассмешит, и ты скажешь, что такой наивной быть нельзя, а в худшем… как минимум взбесит.

От её ответа, я шире улыбнулся губами и на несколько секунд прикрыл глаза, медленно вдыхая носом.

Приятно осознавать, что Яна, как и я запоминает мои привычки, что мне нравится, а что нет. Хотя с моей наблюдательностью, ей не сравниться. Ведь я тебя как облупленную знаю, ангелочек мой.

Только самые потайные уголки твоего тела остались.

Но это всё ещё только вопрос времени.

И, в конце концов, ты только что сама дала мне подсказку к моей наблюдательности и знаниям о тебе. У меня уже были кое-какие мысли, поэтому поводу. Рассмешит? Значит это тот вариант, где ты жалеешь нас. Сожалеешь, что мы попали в ад, где через жестокие пытки, от страданий и боли стали такими, какие мы есть. Не всех, конечно, а только тех, кто незаслуженно угодил в ад, тот, кто должен был попасть в рай, но по своей глупости или стечением обстоятельств угодил в котел. Наверняка, Яна много поведала на своем «пути» таких бедолаг, вот и сделала соответствующие выводы. Как предсказуемо ангелочек мой.

Хотя зная её… Она же, как мать Тереза. Всех под свое крыло и будет жалеть, пытаясь всеми силами, даже во вред себе, помочь.

(какой кошмар)

Ну а второй вариант ещё банальней первого, ибо отпечатанное мнение ею же обижаемых братьев. Святая мантра белки и лосяша, что демоны истинное и сущее зло, к чему не прикоснись делают только зло, что не скажут только зло, даже за то, что мы ходим по земле и дышим одним воздухом — зло. Зло-зло-зло-зло-зло и бла-бла-бла, скучно. И это, правда, раздражает, временами.

Так что одно из двух.

Третьего варианта не дано.

Ведь она сказала, либо рассмешит, либо взбесит.

Сегодня я, пожалуй, не хочу ни того, ни другого.

— Понятно всё с тобой, ангелочек мой, — усмехаясь, ответил я. — Возможно, твоё мнение ещё поменяется.

(и оно точно поменяется в лучшую сторону, если не уже)

— Возможно, — тихо согласилась Яна. — Я уже ни чему не удивлюсь…

Ах-х, милая моя. Так и хочется тебя расцеловать за такие слова. Сердце просто разрывается от радости, когда наблюдаешь, как до тебя доходит неизбежное. Словом завораживает, видеть, как ты меняешься на глазах.

— Что ж, — хлопаю себя по коленям и встаю с края ванны, а затем сладко потянулся, тело болезненной дрожью заныло. Срочно отдых Королю. — Спасибо лапуля за такую приятную беседу. Я чудно провел время. Надеюсь, ты тоже? — игриво подмигнул, поправляя складки пиджака и томно смотря на неё.

— Пожалуй, да… Я тоже, — как-то неуверенно ответила ангелочек, но всё же посмотрела на меня снизу верх и надо же! Попыталась мило улыбнуться мне.

Именно, что попыталась. Улыбка вышла кривоватой, небольшие складочки образовались на лбу, глаза сузились, но в целом и в прям мило. А ещё Яна увлеклась нашим разговором, что не заметила и перестала притягивать к себе, как можно больше пены. Поэтому её плечи и ключицы, а также мои жарки следы наказания обнажились передо мной.

Постаралась.

Для меня.

Хоть всё ещё боится.

Кровь сразу же прилилась к низу живота, градус в воздухе повысился. Я уже почти перестал удивляться, как она это делает. Не имея никаких сил или даже намерений, Яна выворачивает действительность, что у меня появляется стойкое чувство — я могу сделать всё, что захочу, хотя ещё несколько секунд назад мог мечтать только о массаже и чтобы не беспокоили, как минимум день.

На миг, не отдавая себе отчёта, что я делаю, резко наклоняюсь к ангелочку, руками опираясь об края ванны. Расстояние резко сокращается между нами, что своим дыханием я опаляю её лицо, но не она моё. Яна, на удивление не шелохнулась от меня, однако улыбка пропала, дыхание было неощутимым, а глаза расширились, что я мог увидеть отражение собственных глаз. Моё дыхание стало тяжелым, а в брюках снова невыносимо тесно.

Всего на секунду, потерял контроль. Но думаю, что на сегодня мне простительно, да и Яна молодец, держится очень хорошо, хотя внутри все вопит от ужаса наверняка. Ну что ты моё солнышко, не бойся, я ведь обещал, что и пальцем сегодня тебя больше не трону. Только... если бы дала мне знать, что хочешь, без каких-либо колебаний я бы залез к тебе ванну и сделал бы такое… И плевать на усталость. Оказывается твоя улыбка, сколько сил дает, а что даст твоё податливое и сладкое тело?

Сейчас нужно как-то плавно выкручиваться из ситуации. Не хочется таким порывом портить сегодняшний вечер. Вдруг, у Яна от страха или ещё хуже от паники, что-то переклинит, и она снова будет со мной пассивна, агрессивна и молчалива? О-о, нет, после такой, вполне умиротворенной беседы, я не потреплю регрессии в наших отношениях.

— Ангелочек мой… — хрипло проговорил я, смотря ей прямо в глаза. — Я всё же попытаю счастье и спрошу тебя, — от напряжения сгладываю и на секунду прикрываю глаза. С ней, как не разговор, то минное поле. Смешно, что и она не знает, где расположены мины, да и запускает не осознано. — Смотрю, ты и сама неплохо справляешь, но не хочешь отдохнуть вместе со мной? После такой тяжелой недельки мне необходим хороший отдых, — неосознанно придвигаюсь к ней ещё ближе и обжигаю горячим дыханием её левую щеку и ухо. Она замерла. «Лучшего отдыха с тобой, быть не может». — Массаж, горячая ванна или джакузи, как ты захочешь. Побалуешь себя крепкими напитками, любое меню, покинешь ненадолго особняк и развеешься, ну же не робей, соглашайся…

Понимаю, что она ответит отказом, слишком мало времени и не такие уж глобальные изменения затронули струи ранимой души моей лапули. Даже такое искушение, как покинуть дом, не соблазнят её, потому что Яна не такая отчаянная, как Винчестеры и уж поумней будет. Всё это было сказано, чтобы сгладить положение и как-то оправдать свой порыв похоти. И да, надежда умирает последней.

(пусть не сейчас, но это всё равно произойдет потом)

Мой крошечный шанс на чудо.

(трахая этих шлюх, я буду видеть и слышать только тебя, ангелочек мой)

— Спасибо за такое щедрое предложение, но… я.. я, пожалуй, откажусь, Кроули, — спокойно выдохнула Яна, хоть плечи и подрагивали от напряжения, а глаза спрятала от меня. — Может быть… когда-нибудь… в другой раз?

Одно дело ожидать отказа, но получить в такой форме совсем иное, даже что-то нереальное. В другой раз? Красавица моя, ты только что открыто, признала, что рано или поздно, ответишь мне взаимностью, но не сейчас? Господи, за твою честность хочется доставить тебе такое удовольствие, а ты вынудила дать слово, что и пальцем тебя не трону. Умно и хитро, Яна. Что ж, это намного лучше, чем твоя неуместная агрессия. Ты, права. В другой раз, тем более ещё слишком рано, но мой уставший мозг некорректно обрабатывает информацию, а лишь требует желаемое, то есть тебя. Пора действительно уже уходить, лапуля смогла подарить мне прекрасное начало отдыха, хоть и напряженное.

— Хорошо, в другой раз, — напоследок, всё так же, не притрагиваясь, вдыхаю запах её волос и отстраняюсь. — Я запомнил, ангелочек мой, — и сразу отворачиваюсь, чтобы она лишний раз не видела мой каменный сток. — Мне пора. Как ты уже слышала и поняла, неделька у меня выдалась тяжелой, поэтому я хочу отдохнуть, как следует.

— Мне ждать тебя завтра утром? То есть.. уже сегодня, — быстро поправила себя она. Я не вижу, но чувствую, как Яна в упор смотрит на меня.

Наверняка с надеждой ожидает, что я приду не сегодня утром, а значит, она снова останется одна, в тишине и в покое. Ну и пусть, я слишком уставший, чтобы злиться на такую мелочь. Лучше порадую и её тоже, как она меня сегодня.

— Нет, — поворачиваю голову в её сторону, чтобы увидеть любимые глазки. — Мне нужно больше времени, я очень устал лапуля. Через… — делаю небольшую паузу, задумавшись. — Три дня. Через три дня, я приду к тебе рано утром. Будь готова и успей позавтракать, день будет очень насыщенным, — я довольно улыбаюсь, как сытый кот, глядя на неё.

Яна, никак не растерявшись и не расстроившись, спокойно, немного устало проговаривает:

— Да, хорошо. Буду тебя ждать.

Три слова, а как греют то место, где должно быть моё сердце. И невыносимо до дрожи, не хочется её оставлять, после такого приятного, живого и волнительного разговора. Если бы не усталость, если бы она уже не так боялась и доверяла мне, то… Нет всё правильно, ведь ещё рано. Мне нужен отдых, и не только от ада, но и от самой Яны. Лучше ещё пару денечков по ней поскучаю, чтобы момент встречи был слаще. Ей в одиночестве тоже многое нужно обдумать. Для лапули это только полезней будет.

Где-то с минуту неотрывно смотрю на неё, как и она на меня. Просто не могу ею налюбоваться. Ах-х, когда же я ещё раз увижу тебя почти обнаженной передо мной? И уж тем более, когда мы вместе окажемся в ванной и будем расслаблять от тяжелых будних дней?

(не сейчас, и может не через три дня, но очень скоро)

(это неизбежно)

Чуть шире улыбаюсь уголками губ и нежно выдыхаю:

— Сладких снов, ангелочек мой, — и сразу отворачиваюсь, чтобы переместиться.

— И тебе приятных выходных, Кроули, — долетает из-за моей спины, за секунду, как я пропаду с её глаз.

О, да, дорогая. Они будут очень приятными.

Но, к сожалению, без тебя.