3 (1/2)

Методом исключения, Чонгук нашёл где же живёт этот Чон Хосок. Хоть это и оказался гибрид крупного, бывало волка, на фоне которого Тэхен вообще выглядел мелким ребятишкой, но охотник успел немного расстроиться.

Кто же знал, что охота так задержится. Это начинало выводить из себя.

Зато теперь Чонгук знает, где Тэхен проводит вечера. Крутится волчком вокруг этого Хосока и выглядит совершенно не таким угрюмым, каким пытается казаться перед охотником.

— Тэхен… — имя вкусно звучало из уст, Чонгук не заметил, как уже несколько дней повторяет его просто так.

И каждый раз внутри что-то странное отзывалось теплом. Но причину этого было сложно понять. Они ведь не были раньше знакомы. Или дело в том, как Тэхен агрессивно ведёт себя по отношению к нему, Чонгуку?

Сложно сказать. Приходится просто наблюдать в ответ со стороны, когда этот парень занят своими делами. Хоть и что-то подсказывало, что он тоже ощущал на себе проницательный взгляд охотника.

Утоптанный снег скрипит под ногами, и Чонгук уже привык к этому звуку за столько времени. Он успокаивал и дарил какое-то равновесие, которого иногда в душе не хватало.

Ещё и эти сны…

Ему стали чаще снится голубые глаза и острые пятнистые уши. И после таких снов очень сложно собирать себя в кучу. Словно кто-то ворошится прямо в груди, а наутро просто исчезает, оставляя после себя пустую дыру.

Это было странно.

Тэхен больше близко не подходил, предпочитая держаться на расстоянии. Но и у Чонгука не было желания лезть к нему. Какое ему дело до агрессивного жителя. Такое бывало и раньше. Всё равно некоторые чувствуют опасность больше других и из-за этого часто настроены недружелюбно. Здесь такой же случай.

Чонгук сконцентрировался полностью на своей работе, продолжал слежку, пытался найти хоть какой-то след барса, но всё тщетно. То ли это просто байка, что здесь живёт такой, то ли так умело умеет скрываться.

Хотя, чего ещё можно было бы ожидать от семейства кошачьих, хищника.

Как охотник, Чонгук умел выжидать, умел не сдаваться. Но почти за три месяца ни одного следа и зацепки — это угнетало. И если бы не врожденная настойчивость и упертость, он бы уже через месяц уехал бы.

Но на самом деле его держало здесь что-то большее. Создавалось ощущение, словно ещё немного, и он сможет найти ответы на вопросы, которые давно тревожили душу. Мать и отец не могли знать всего, к тому же мать была немного глупой и даже не умела читать.

Было так много всего, что Чонгуку пришлось изучать самостоятельно. Но он не жалуется на это. Ему дали жизнь — а уже он вправе решать, что делать с ней дальше и сам несёт ответственность за себя.

Что-то было умиротворяющее в бескрайних снежных полотнах, разбросанных вокруг. Иногда казалось, что кто-то просто укрыл своих детей от назойливых взглядов людей. Иначе как объяснить то, что так мало людей знали об этом месте. О других поселениях с гибридами Чонгук слышал регулярно, но об этом…

Оно будто в другой плоскости находилось, хоть они и сотрудничали с поселениями. Например, ближе к весне и лету ответственные за торговлю спускались ниже, где снег не лежал круглогодично. Там они договаривались про обмен продуктами бартером. Чаще всего с Лунного Утёса везли шкуры зайцев, мясо, которое было довольно жирным и на низине его любили. Из-за особого питания козы, овцы и куры здесь имели дополнительную прослойку, что добавляла сытости. И конечно травы, которые никто не мог собрать так высоко в горах, кроме живущих рядом. Взамен получали крупы, овощи и даже немного зелени. Могли купить новый скот.

Так та же самая лунная лапчатка оказывается в крупных городах. Многие не знают о ней, но Чонгук вспомнил, что когда он заболел горячкой, то ему давали какой-то чай из незнакомой травы. Но он помог ему встать на ноги через три дня. И с тех пор он ни разу не болел, хотя прошло около трёх лет и в прошлом году была очень холодная зима, от которой многие слегли с кашлем, кто-то даже умер.

Интересно, у того лекаря был знакомый гибрид, который рассказал об этой траве? Обычно лекари общаются между собой не обращая внимания на род или пол. Главное, чтобы мог вылечить и вытянуть с того света. По факту, с Чонгуком так и случилось. Но это было не суждено узнать — к моменту, когда он вылечился, лекарь уже уехал в другой конец страны.

Во время горячки охотник постоянно видел эти голубые глаза, что обычно приходили ему во сне. Тогда они были тревожными. Хвост дрожал, хотя Чонгук точно помнил, как он его окутывал и дарил тепло.

Из-за своей работы у Чонгука никогда не было домашнего питомца, но он чётко ощущал чьё-то присутствие.

А ещё ему сказали, что в беспамятстве он звал Ирбиса. Кто это такой — непонятно. Даже сам охотник не знал, кого просил прийти.

Знал одно — этот Ирбис — точно тот, кто сможет ответить на все вопросы. Так Чонгук и путешествовал по стране в поисках неизвестно кого и неизвестно где обитающего кого-то. Перерыл кучу книг, но там ни разу не упоминалось кто это мог бы быть.

— Вот покончу с этой охотой и тогда займусь поисками более основательно, — Чонгук закидывает в печь дрова и стягивает перчатки с замёрзших пальцев, осторожно грея руки от жара. Под закрытыми веками снова мелькает белый шикарный хвост с пятнами, словно приглашая поиграть.

Но у жизни свои планы. И часто всё идёт не так, как мы того ожидаем.

✨🔥❤️🔥✨

День начался хорошо. Светило солнце. Метель не предвиделась, даже ветра не было. Идеально.

Чонгук выспался и с чашкой свежезаваренного чая с нескольких местных успокаивающих трав вышел на крыльцо дома, чтобы вдохнуть свежего воздуха. И заодно снять вещи с верёвки, которые после стирки он оставлял немного подсохнуть на ночь.

От такого мороза, что держался стабильно, вода вымораживалась из ткани. Потом нужно занести одежду домой и ещё там немного подсушить, чтобы от тепла помещения она разровнялась и тогда можно было уже складывать в шкаф.

Затылок снова прожигает привычный взгляд, от которого по коже пробегают мурашки. Как бы Чонгук не пытался делать вид, что ему всё равно — всё равно не было.

Но сегодня его ждал ещё один сюрприз, которого он совершенно не ожидал.

На верёвке висели его вещи. Как и положено. Пара свитеров, штаны, шерстяные носки.

Разорванные с особой жестокостью.

Нитки торчали во все стороны, словно кто-то развлекался с особым удовольствием. Сквозь дыры в свитере видно соседний дом и двор. На верёвке остались просто тряпки, которые для ношения теперь точно непригодны.

Чашка в руке задрожала.

Чонгук прикрыл глаза и попытался сделать несколько глубоких вдохов-выдохов, стараясь унять раздражение.

Если от взгляда ещё можно было отмахиваться, то это уже переходит все границы.

Следуя чутью, охотник оборачивается и натыкается на фигуру, прислонившуюся к дому на противоположной стороне улицы.

Тэхен смотрит в упор, не избегая взгляда, и улыбается. Насмешливо, зная, что ему ничего не будет за эту выходку. Потому что это первый раз и обычно за такое прощают.

А Чонгук не из тех, кто будет из-за вещей лезть в разборки.

Они застыли оба, просверливая друг друга взглядами сквозь десятки метров. Бросая вызов друг другу.

Намёк был предельно понятен. Таким образом Тэхен показывал своё недовольство и говорил проваливай. Уже не только словами, но и действиями.

Что ж. Чонгук был бы рад, если бы быстрее смог найти барса. Но поиски затягиваются, а теперь ещё и пакости начинают делать местные. Это точно не к добру. Будто что-то специально постоянно отвлекает его от истинной цели. Но зачем?

Но эта ситуация принесла и кое-что другое. Становится интересно. Это больше не просто заказ. Слишком глубоко под кожу начинает залезать Тэхен и весь Лунный Утёс со своими правилами и размеренной жизнью.

Чувствуя внутри разыгрывающийся охотничий азарт, Чонгук поднимает чашку с чаем и ухмыляется одним уголком губ.

Ни за что он не поведётся на провокацию гибрида. Особенно когда он ведёт себя так вызывающе. Если ему бросают вызов таким образом — он готов дать отпор, если понадобиться.

Тэхен только недовольно фыркает и, слишком резко разворачиваясь на пятках, скрывается среди домов, больше не ведя свою слежку.

Можно было бы порадоваться, но охотник прекрасно понимал, что это только начало. И нужно быть готовым к разным вариантам провокаций. А сегодня он действительно простит Тэхена. Его улыбка, хоть и наглая, но почему-то заставила сердце сбиться с ритма в груди.

Так начались пакости. То подготовленные дрова оказывались сырыми, хотя Чонгук точно помнил, что всё было в порядке.

То мистическим образом пропало полотенце и вещи из предбанника в тот момент, когда Чонгук наслаждался горячей водой, а потом вышел и на скамейке оказалось пусто. Пришлось дожидаться темноты и бежать домой нагишом, а потом греться под одеялом около камина и молиться, чтобы не заболеть.

Но было интересно другое — Тэхен смотрел на него без одежды? Или сделал дело и ушёл к Хосоку, как обычно делал? От мысли, что он мог видеть подтянутое тело с парой мелких шрамов на груди и одним крупным на плече от медведя — становилось тяжело в паху.

Вокруг дома Чонгук постоянно находил свежие следы. Хорошо, что хоть внутрь не заходил, но сон, и без того рваный и неспокойный, теперь стал ещё более беспокойным и поверхностным.

В лесу украли его силок, в котором он пару раз ловил зайцев, пока сам Чонгук задремал оперевшись спиной на своё любимое большое дерево. Глотку не перерезали — и за то спасибо. Но теперь было понятно — о его умениях охотника известно. Но только ли Тэхену или ещё кому-то — спорный вопрос. И это настораживало и заставляло ожидать подвоха от каждого.

И вот когда спустя пару недель таких приключений утром на пороге Чонгук находит связку пряных трав — он понимает, что его положение становится слишком шатким в поселении. И дальше нельзя игнорировать эти знаки.

В руках был пучок трав, среди которых были ярко-синие цветы.

Аконит.

Ядовитый и красивый. Означающий пожелания смерти.

Больше такое оставлять без внимания нельзя. Чонгук ещё дорожит своей жизнью.

✨🔥❤️🔥✨

У Чонгука было небольшое хобби, которым он занимался, когда ему нужно было чем-то занять руки и подумать. Он делал небольшие фигурки из дерева. И, помня о своём обещании поблагодарить за помощь, одним вечером охотник выстругал из хорошего куска древесины фигурку медведя, стоящего на задних лапах с открытой пастью и поднятыми передними лапами.

Если будут задавать вопросы о том, откуда простой человек знает так детально анатомию медведя —решил, что скажет немного правды, приправленной ложью. Что он любил следить за животными в лесу и потом рисовать их. То, что он выслеживал их — правда, но вторая часть немного отличалась. А если в словах есть правда — в это охотнее верят, верно?

Свежеутоптанный снег под ногами мягко похрустывал и слегка налипал на подошвы высоких ботинок. Солнце облизывало верхушку горы, обливая её золотом. Природа заставляла останавливаться и ловить каждое мгновение с придыханием, но сегодня есть дело.

Дом старосты поселения уже показался среди других. Выделялся густым дымом, шедшим с дымохода и звонким смехом Джинхуна, разносившегося на всю улицу. Видимо, Намджун как порядочный отец проводил время со своим ребёнком, дурачась в сугробах свежего снега.

Подходя ближе, Чонгуку посчастливилось увидеть немного больше семейной и счастливой жизни гибридов. Хоть Намджун и староста, но он всё же оставался простым чел… Гибридом.

Охотник слегка нахмурился, сводя брови к переносице, поправляя сам себя в голове.

Слишком много схожестей… Это так усложняет работу… Проклятье.

Прийти в себя помог Джинхун, который с ног до головы был засыпан снегом, шерсть на небольших ушках намокла, но в его глазах сияло настоящее детское счастье. Он осторожно заглядывал снизу-вверх и явно пытался восстановить дыхание.

— Доброго вечерочка, дядя Чонгук. Какими ветрами?

Чонгук мелко вздрогнул и усилием воли расслабился, чтобы не выдавать затянувшийся мыслительный процесс. Он уже понял, что гибриды читают его как открытую книгу. Желание положить руку на рукоять кинжала, чтобы успокоиться, засунул поглубже, не позволяя даже кончиком пальца сделать это.

Намджун закончил струшивать с себя снег и вскоре тоже подошёл, широко улыбаясь и здороваясь.

— Доброго вечера вашей семье, Намджун. Я ведь обещал поблагодарить за помощь. И… — охотник залез в небольшую нагрудную сумку и достал оттуда деревянную фигурку медведя. Протянул её ребёнку, который явно сдерживался с последних сил, чтобы не выхватить раньше времени подарок. — Вот. Надеюсь, что такое не будет считаться неуважением у вас. Я иногда балуюсь ножиком по дереву. И…

— ВАУУ!!! — Джинхун запрыгал на месте и резко бросился к Намджуну, тут же поднимая высоко в руках фигурку, чтобы можно было лучше разглядеть. — Смотри, смотри, отец! Так круто и красиво!!!

— Очень красиво, да, — Намджун не забирал фигурку из рук ребенка, позволяя тому максимально насладится подарком. Он мягко улыбался, а затем подтолкнул в спину сына. — Иди поблагодари…

— Я понял… — Чонгук даже не заметил, как сам искренне улыбнулся. Редко кто-то так радовался его мелким подаркам. Это было очень приятно.