Часть 63 (1/2)

Была уже почти полночь, когда их благополучно пропустили через КПП и охранник указал в сторону главного корпуса. Паркуясь возле небольшого строения, Юнги надеялся, что все организационные вопросы уже улажены, потому что три автомобиля корешей уже были на месте. Их встретили дружной гурьбой, вываливаясь из дверей здания и сразу разобрали обниматься и тепло приветствовать. Юнги сунули в руки ключ-карту со схемой, где располагается непосредственно их с Хэл гнездышко. Самая окраина, прямо на берегу. Что ж, приятно.

Пока народ активно опустошал его багажник, распихивая пакеты по всем рукам, что имелись в доступе, Юнги не уловил, в какой момент Преисподняя исчезла, но пошел почему-то подальше от всех, в сторону леса. Там ее и нашел. Она сидела на поляне, прямо на траве, задрав моську в полночное небо и улыбалась ночному светилу.

— Луна сегодня красивая, правда?

— Настолько красивая, что умереть можно, — она повернулась к нему, продолжая улыбаться и протянула руки. Моментально забылись все дела, что еще необходимо было уладить. И снова она подтвердила, что любит. Падая рядом, айдол притянул к себе свою будущую жену, усадил на коленки, не хватало еще, чтобы она там себе все застудила, не лето ж все-таки.

Кутая в руках и теплоте собственного дыхания русалку, Мин который раз за сегодня, погружался в негу этих эмоций. А заглядывая в глаза, в которых отражалось звездное небо, снова ловил эту любовь, что уже на бешенной скорости неслась в его сторону. Эти невероятные эмоции, что лавиной обрушиваются на плечи, но не давят, а будто бы поднимают над землей. Крылья, они снова на месте, расправлены во всю силу и готовы взмыть своего хозяина с его ношей прямо в небеса, поближе к белому диску, что заливает светом почти все вокруг.

— Как же сильно я люблю тебя, — почти прошептал Юнги, ловя губами Верховную и втягивая ее в очередной поцелуй. Ему никогда это не надоест. Раньше все проявления эмоций, тем более такие сильные, были для него чем-то постыдным. Он зубоскалил на все попытки Тэхена его обнять, прилюдно или наедине. Единственный, кому был позволен доступ к телу, это Чимин. Булка лип, как банный лист, но, в отличии от медвежачьих прикосновений Тэ, не раздражал. Он просто позволял Паку греться и нежиться, потому что это его донсен, его маленькая звездочка. Теперь все они оказались максимально далеко, потому что рядом есть она. Замена кислорода, живительной влаги, причина каждой улыбки и каждого биения сердца. Повод закатать рукава, сделать что-то значимое и доказать ей, в первую очередь, что опора в его лице это то, чему можно и нужно доверять.

— Пойдем?

— Пойдем, — гончая поднялась с колен, правда немного замешкалась, вытаскивая что-то из кармана, — вернешь на законное место?

На его протянутую ладонь приземлилось колечко, блеснув надписью по внутренней стороне «Собственность Мин Юнги». Взяв его в пальцы, Мин как мог, торжественно, глядя прямо в глаза Преисподней, натянул его на палец. До сих пор прошибает ознобом от этого действия. И это доверие, что она показывает каждый раз, монолитом заставляет чувства лежать на месте, а не лихорадочно носиться по черепной коробке. Его. Она принадлежит ему. И согласие оформить брак «как полагается» цементирует любые щели для непрошенных переживаний. Мин Хэл. Господи, до сих пор не верится.

— Если не хотим весь вечер проходить под осуждающими взглядами Лексика, пора двигаться к нашим.

— Будь на то моя воля, я бы к ним в принципе не приходил. Но надо уже закрыть этот гештальт. Девки-то, наверное, все уже знают, а вот парни, кажется, пребывают в блаженном неведении.

— Ты зря так. Только Рыжая в курсе, и молчит. Хотя я не просила. Но оно, может, и к лучшему. Меньше нервозности и ажиотажа, — взяв ее за руку, они двинули обратно к административному корпусу.

Найти всю кодлу удалось по звуку — шумности их компании может позавидовать даже сверхзвуковой самолет. Четверка голубезных и замужних окучивала барбекю, пока Хосок разводил костер на специально отведенном для этого месте, вокруг были лавки, выточенные из бревен, с подушками, набросанными хаотическим беспорядком. Чимин кружил Пуму на руках возле колонки, откуда лилась Winter Ahead от Тэхена. Намджун возвращался, держа за руку свое сокровище, судя по всему, из собственного домика. Видок был весьма затраханный. Успели, кролики. Джин что-то шумно обсуждал с Галой, при этом ребята смеялись постоянно. Хён нашел ту, что готова гоготать над его шутками вечность.

Общая идиллия натягивает улыбку с деснами на лицо, пока рука сжимает пальчики Верховной, ощущая прямо под кожей две полоски металла. Уже теплого и такого родного. На одном его псевдоним и дата рождения, на другом – печать принадлежности. Кажется, пока все в сборе, пора оповестить общественность о главной цели их сегодняшнего визита.

— Кхм, товарищи мемберы и их половинки, могу я попросить всех собраться возле костра, что заботливо подготовил Джей-Хоуп? – с нескрываемым удивлением и скепсисом на лицах народ потянулся к огню. Параллельно Юнги достал из пакета пару бутылок шампанского и пластиковые фужеры. Тэхен и Чонгук кинулись было помогать, отбирая попутно друг у друга то бутылки, то стаканы — чуть не разбили. Получили по шеям и дальше каждый из их тусовки получил по формообразователю с пузыриками в алкоголе в руки. Когда все успокоились и встали в круг, Юнги откашлялся:

— Ребят, есть одна важная новость, которой я бы хотел с вами поделиться. Мы бы хотели, — взгляд, полный нежности, брошенный на мандариновую королеву вернулся с троекратной отдачей. — Совсем недавно мне выпал невероятный шанс предложить этой скромной девушке стать моей женой. Знаю, что многие из вас были заведомо в курсе, как она относится к этому мероприятию и понимаю весь сарказм, что окрасил сейчас ваши лица. Но, как вы, наверное, уже заметили, мою рожу не украшают синяки, нет царапин, и вообще я цел и невредим. А все потому, что она, вопреки собственным умозаключениям, ответила мне взаимностью, и согласилась носить мою фамилию. Прошу любить и жаловать, будущая Мин Хэл.