Эпизод 8: Очень странные дела. (2/2)

Питер недоверчиво уставился на таинственную фигуру, внезапно возникшую перед ним, клубящийся зеленый туман и темные облака расступились, открывая высокий, внушительный силуэт, облаченный в ниспадающий пурпурный плащ. Голова фигуры была скрыта светящейся полупрозрачной синей сферой, которая, казалось, пульсировала потусторонней энергией, скрывая любые различимые черты лица под ней.

Глаза Питера расширились, когда он увидел это зрелище, его разум лихорадочно соображал, пытаясь разобраться в этом внезапном и причудливом появлении. В последние дни до него доходили слухи о странных происшествиях и жутких феноменах, но он никогда не представлял, что нечто подобное может быть реальным.

«Э-эм...ты ещё кто...? Послушай, чувак, я думаю, здесь произошло недоразумение», — сказал Питер, медленно поднимая руки в жесте капитуляции. «Я не тот, за кого ты меня принимаешь. Я пытаюсь остановить настоящего злодея, стоящего за всем этим, а не сеять еще больший хаос и разрушения».

Но фигура, похоже, был не в настроении слушать. Его голос эхом разносился по пустым улицам, электронные искажения придавали его словам зловещий оттенок.

«Молчать, дурак!» — прогремел неизвестный, его светящийся шлем ярко вспыхнул и замигал, когда он заговорил. «Я — Мистерио, хранитель и мастер древних магических искусств. Я отправился в это царство, чтобы победить силы несправедливости и восстановить равновесие в мире. И, похоже, я прибыл как раз вовремя, чтобы разобраться с такими, как ты».

Мистерио сделал шаг вперед, его плащ развевался позади него, когда он угрожающе указал пальцем на Питера. «Прислушайся к моему предупреждению, так называемый Человек-паук. Немедленно покидай этот город или столкнешься с последствиями своих действий. Я без колебаний прикончу тебя, если ты посмеешь бросить мне вызов».

Питер с трудом сглотнул, осознав серьезность ситуации. Он знал, что должен найти способ отговориться от всего этого, убедить Мистерио в своей невиновности и правде, стоящей за недавними нападениями. Но поскольку полиция все еще была поблизости, а угрожающая фигура преграждала ему путь, он знал, что ему придется быть умнее, чем когда-либо прежде.

Питер не мог удержаться, чтобы не посмеяться над грандиозным заявлением Мистерио, его глаза закатились, когда он слушал самоуверенное заявление фигуры. «Магия? Серьезно? Хочешь в цирке выступать? Так это рядом!» — насмешливо спросил Питер, не в силах скрыть скептицизм и веселье в своем голосе.

Светящийся шлем Мистерио ярко вспыхнул от оскорбления, электронное искажение его голоса возросло до угрожающего крещендо. «Очень хорошо. Значит ты выбрал... СМЕРТЬ!» — провозгласил Мистери, и его слова зловещим эхом разнеслись по пустым улицам.

Драматическим взмахом Мистерио откинул плащ в сторону, обнажив орду странных, гротескных существ, скрывающихся под тканью. Невозможные похожие на волков создания появились с какофонией воплей и инфернальных рычаний, их резкие формы и даже не присоединённые к телу конечности извивались от тревожащей, потусторонней энергии.

Глаза Питера расширились от удивления, когда он внезапно обнаружил, что его со всех сторон окружают кошмарные видения. Действуя чисто инстинктивно, он нырнул в сторону, едва избежав цепких когтей и щелкающих челюстей существ, когда они бросились на него.

Когда Питер вскочил на ноги, он знал, что должен действовать быстро. Он не мог позволить себе недооценивать этих существ, каким бы нелепым ни казался их создатель. Быстрым движением он выстрелил из веб-шутера в землю, дёрнул за нить, вскакивая и уходя из боя со всей скоростью и проворством, на которые был способен.

Человек-паук, сидя на стене, выстрелил нитью паутины в Мистерио, чтобы притянуться к нему. Его глаза расширились от шока, когда его липкий снаряд спокойно прошел сквозь фигуру Мистерио, как будто эта фигура была не более чем миражом. Прежде чем он успел среагировать, Мистерио испарился словно сделанный из зелёного дыма, оставив Питера сбитым с толку и выведенным из равновесия.

Прижавшись к стене, Питер пытался разобраться в причудливом повороте событий. Его сердце бешено колотилось, пока он пытался понять, как Мистерио мог исчезнуть так внезапно и почему его паутина никак не повлияла на таинственную фигуру.

Когда он повернул голову, чтобы осмотреть местность в поисках каких-либо признаков присутствия своего загадочного врага, Питер внезапно почувствовал, как по спине у него пробежал холодок. Прежде чем он успел среагировать, перевёрнутый вверх ногами Мистерио появился у него за спиной, его светящийся шлем нависал над плечом Питера, как мрачный призрак.

«Ищешь меня, Человек-паук?» — прошептал голос Мистерио, электронное искажение превратилось в зловещее шипение в ухе Питера. «Должен признать, я не ожидал, что ты будешь таким... увёртливым. Но это неважно. Твоя судьба решена».

У Питера кровь застыла в жилах, когда он осознал всю шаткость своего положения. Прижатый к стене и с нависшим над ним Мистерио, он знал, что ему придется быстро соображать, если он хочет избежать этого смертельно опасного положения. В порыве отчаянной силы Питер оттолкнулся от стены, извиваясь всем телом в отчаянной попытке вырваться из рук Мистерио.

Питер попытался ударить Мистерио, но он застонал от боли, когда его кулак столкнулся с тем, что должно было быть шлемом Мистерио. Вместо этого обнаружил, что ударяется о твердую, неподатливую поверхность стены. Внезапный удар вызвал вспышку боли, пронзившую его руку, заставив инстинктивно отшатнуться.

Моргая от звезд, которые вспыхнули у него перед глазами, Питер, не веря своим глазам, наблюдал, как Мистерио снова исчез у него на глазах, фигура растворилась в клубящемся тумане, словно призрачное видение. К тому времени, как круги перед глазами Питера рассеялись, Мистерио уже появился снова, теперь спокойно стоя посреди уже пустой улицы.

«Ты храбро сражаешься, Человек-паук», — сказал Мистерио, и его голос эхом разнесся по пустынной улице. «Но одной храбрости будет недостаточно, чтобы спасти тебя от судьбы, которая тебя ожидает. Я овладел тайными искусствами, и я не потерплю поражения от таких, как ты».

Питер осторожно потер ноющие костяшки пальцев, его мозг лихорадочно соображал, пытаясь разобраться в той невозможной ситуации, в которой он оказался. Мистерио, казалось, мог появляться и исчезать по своему желанию, а его тело, казалось, было неуязвимым к любому воздействию.

Питер с благоговением и трепетом наблюдал, как Мистерио начал жестикулировать руками, вычерчивая в воздухе замысловатые узоры и символы обдуманными, целенаправленными движениями. Когда Мистерио двинулся, каскад светящихся изумрудных рун ожил вокруг него, кружась и танцуя, как миниатюрные кометы.

Прежде чем Питер успел среагировать, Мистерио взмыл в воздух, его плащ развевался позади него, когда он зловеще завис над улицей. Руны вокруг него стали ярче, и пара одинаковых светящихся зеленых колец материализовалась вокруг его запястий, пульсируя потусторонней энергией.

Сердце Питера подпрыгнуло к горлу, когда Мистерио направил свои руки прямо на него, пальцы фигуры светились, как кончики сварочной горелки. Странные, такого же цвета диски с изображением глаза появились перед ними. Обжигающие, лучи зеленой энергии вырвались из дисков, устремившись к Питеру с ослепительной скоростью и яростью, от которых у него перехватило дыхание.

Паучье чутье Питера, его самая надежная защита от надвигающейся опасности, упрямо молчало. От осознания того, что его способности подвели его, по спине пробежал холодок, и он понял, что у него есть лишь доля секунды, чтобы среагировать, если он хочет избежать смерти.

Питер нырнул в сторону со всей скоростью и проворством, на которые был способен, едва избежав обжигающих зеленых лучей, которые с оглушительным ревом пронеслись мимо него. Жар от их воздействия был ощутим, когда он свернулся калачиком и встал на корточки.

Прежде чем он успел прийти в себя, Мистерио уже предпринял новую атаку. Его руки задвигались в шквале жестов, и мгновение спустя из кончиков его пальцев вырвался шквал светящихся желтых отростков. Энергетические шнуры хлестнули, как щупальца какого-то жуткого существа, обвились вокруг ближайшего здания и с тошнотворным хрустом погрузились в кирпичную кладку.

К ужасу Питера, массивная секция стены оторвалась от конструкции, и под весом бетона и арматуры она с оглушительным грохотом рухнула вниз. Питер отпрыгнул в сторону, едва избежав того, чтобы быть раздавленным падающими обломками, но с ужасом заметил людей, которых вот-вот должно было придавить.

Когда пыль осела, Питер, не веря своим глазам, уставился на открывшееся перед ним зрелище. Обломки рухнувшей стены превратились в рой нетронутых белых бабочек, их нежные крылышки мягко трепетали, когда они, не причиняя вреда людям, летели куда-то вверх. Их присутствие резко контрастировало с хаосом и разрушением, которые привели их к существованию.

«Я не могу в это поверить...» — Питер пробормотал себе под нос, в его голосе слышалась смесь изумления и трепета. «Что не так с этим парнем? Он... не иронично маг? Но магии же не бывает... Верно?»

Несмотря на сюрреалистичное и, казалось бы, безобидное зрелище, Питер знал, что больше не может позволить себе недооценивать Мистерио. Эта фигура была явно опасна и обладала силой, которая угрожала подавить даже невероятные способности Питера. Ему нужно было бы быть более осторожным и умным, если бы он хотел иметь шанс противостоять этой мистической угрозе.

«Неплохо для любителя», — усмехнулся Мистерио, его голос сочился снисхождением. «Но ты еще ничего не видел. А теперь стань свидетелем истинной силы моего искусства!». Сердце Питера бешено заколотилось, когда он услышал высокомерное заявление Мистерио, чувство страха охватило его, когда фигура подняла руки в магическом жесте.

Пока Мистерио говорил, мир вокруг Питера начал деформироваться в головокружительном проявлении сюрреалистического хаоса. Здания, выстроившиеся вдоль улицы, начали мерцать и давать сбои, их некогда цельные формы теперь стали искажаться, словно неотрендеренные текстуры в видеоигре. Цвета сцен сместились и сливались воедино, когда-то знакомый городской пейзаж превратился в кошмарный лихорадочный сон о противоречивых оттенках и невозможных ракурсах.

У Питера скрутило живот, когда земля под его ногами начала дрожать и прогибаться, асфальт трескался и раскалывался, как поверхность давно замерзшего пруда. Куски дороги отрывались от своего основания, корчась и скручиваясь, словно одержимые какой-то невидимой силой. Сама ткань реальности, казалось, распадалась вокруг него, законы природы и физики были отброшены в сторону перед лицом мистической силы Мистерио.

Глаза Питера расширились от шока, когда он уставился в небо, недоверчиво наблюдая, как некогда голубое пространство приобретает болезненный фиолетовый оттенок. Облака над головой клубились, их очертания изгибались в гротескные, сверхъестественные формы, которые, казалось, корчились от зловещей энергии. Казалось, сами небеса были готовы рухнуть от колдовства Мистерио, мир вокруг Питера превратился в адский, сюрреалистический пейзаж, который бросал вызов всякому разуму и логике.

Питер знал, что ему нужно действовать быстро, если он хочет выжить в этом странном и ужасающем нападении. Глубоко вздохнув, он бросился вперед, полный решимости встретиться с Мистерио лицом к лицу и положить конец этому глючному, кошмарному адскому пейзажу. Он должен был найти способ прорваться сквозь иллюзии фигуры и разгадать правду, стоящую за его способностями, пока не стало слишком поздно.

Питер бросился на Мистерио со всей скоростью и свирепостью, на какие был способен, его кулак с решительным ревом метнулся к шлему фигуры. Однако, когда костяшки его пальцев коснулись того, что должно было быть стеклянной поверхностью, Питер с недоверием наблюдал, как Мистерио разделился на две идентичные копии самого себя.

Прежде чем Питер успел отреагировать, двойники Мистерио закружились вокруг него, их светящиеся шлемы отбрасывали жуткий, неземной свет. К потрясению Питера, копии начали меняться у него на глазах, их формы менялись до тех пор, пока они не приобрели сверхъестественное сходство с самим Питером.

Питер обнаружил, что его окружает дюжина идентичных версий самого себя. От вида собственного костюма, уставившегося на него со всех сторон, у него по спине пробежал холодок, и он понял, что попал в серьезную беду.

С коллективным криком клоны Человека-паука бросились на него со всех сторон, их кулаки и ноги разлетелись в шквале ударов. Питер уворачивался и уворачивался, его рефлексы и ловкость позволяли ему избегать самых сильных ударов, но огромное количество нападавших делало практически невозможной эффективную контратаку.

Пока Питер сражался со своими собственными двойниками, его разум лихорадочно работал, пытаясь разобраться в той невозможной ситуации, в которой он оказался. Как Мистерио удалось создать эти идеальные копии самого себя? Мысль о том, что он будет ошеломлен своими собственными творениями, вызвала у него волну страха, и он знал, что должен найти способ освободиться от этой извращенной иллюзии, пока не стало слишком поздно.

Питер сцепился со своими двойниками. Они полностью закрыли ему обзор, его кулаки взметнулись в отчаянной попытке отразить безжалостное нападение. Последним, мощным ударом ему удалось сбить последнего из клонов со спины, оставив его задыхающимся и дезориентированным посреди мерцающего сюрреалистического пейзажа.

Когда Питер перевел дыхание, он внезапно понял, что что-то не так. Земля под его ногами больше не казалась потрескавшимся асфальтом, на котором он сражался несколько мгновений назад. Вместо этого она была гладкой, прозрачной и изогнутой таким образом, что у него неприятно скрутило живот.

В панике оглядевшись по сторонам, Питер обнаружил, что оказался в ловушке внутри массивной полой стеклянной сферы. Осознание этого поразило его, как удар под дых, и он отшатнулся, его сердце бешено заколотилось, когда он прижал руки к неподатливой поверхности своей новой тюрьмы. «Да вы шутите...»

Словно по команде, сцена за пределами и внутри сферы снова начала смещаться и меняться. Некогда фиолетовое небо потемнело до глубокого, чернильно-черного, а ветер начал завывать с заунывным, почти сверхъестественным воем. В стеклянном шаре начали падать густые, тяжелые снежинки, покрывая землю. Из сугробов стали вылезать гротескные маленькие здания, похожие на известные достопримечательности Нью-Йорка.

У Питера перехватило дыхание, когда он ощутил, как резко падает температура, а стеклянная сфера вокруг него с каждой секундой становится все холоднее и больше покрывается инеем. Внешний мир превратился в замерзшую, безжизненную пустошь, а искривленный миниатюрный городской пейзаж внутри шара, превратился в кошмарную зимнюю страну чудес.

Внезапно сфера содрогнулась и застонала, и Питер обнаружил, что смотрит на пару колоссальных рук в перчатках. Они были почти такими же большими, как сама сфера, и принадлежали высокой безголовой фигуре, которая нависала над ним, как чудовищный безликий голем. Титан поднял сферу, поместив ее на то, что должно было быть его плечами, и начал вращать ее по головокружительному, дезориентирующему кругу.

У Питера закружилась голова, когда мир вокруг него превратился в размытое пятно из белого, черного и зелёного, вращение сферы угрожало вызвать у него рвоту. Он споткнулся и упал на колени, его желудок скрутило, а перед глазами все поплыло.

Но внезапная остановка вращающейся сферы заставила Питера кувыркнуться кубарем, его тело беспорядочной кучей рухнуло на покрытый инеем пол. Пытаясь прийти в себя, Питер обнаружил, что больше не заперт в ледяной тюрьме, а стоит на покрытых линолеумом полу тускло освещенного школьного коридора.

Мерцающие флуоресцентные лампы над головой начали зажигаться одна за другой, отбрасывая жуткие танцующие тени на стены и пол. Некогда знакомый коридор, казалось, тянулся бесконечно, далекие двери и шкафчики сливались во мраке.

Когда Питер поднялся на ноги, он заметил высокую темную фигуру, стоявшую под одним из мерцающих фонарей. Мистерио появился снова, его шлем угрожающе поблескивал в нездоровом флуоресцентном свете. Фигура приняла драматическую позу, его плащ развевался за спиной, как жуткий саван.

«Глупый Человек-паук», — заявил Мистерио, и его голос эхом разнесся по пустому коридору с вновь обретенным чувством самодовольного превосходства. «Ты действительно думал, что сможешь так легко вырваться за пределы моей магии? Я непревзойдённый мастер, а ты всего лишь мальчишка в глупом костюме!»

Рука Питера взметнулась вверх, его палец был готов выстрелить из веб-шутера в высокомерную фигуру. Но когда он нажал на спусковую кнопку, его охватило тошнотворное чувство страха. Вместо знакомого жужжания и шипения его паутины, из небольшого дула вырвалась тошнотворная волна зеленого ядовитого газа, наполнившего воздух едким запахом химикатов.

Глаза Питера наполнились слезами, когда он задохнулся от зловонных паров, его рука упала, когда он, не веря своим глазам, уставился на свой неисправный веб-шутер. Мистерио издал издевательский смешок, звук которого резанул Питера по ушам, как скрежет ногтей по классной доске.

«Похоже, твои маленькие игрушки не идут ни в какое сравнение с моим колдовством, Человек-паук», — злорадствовал Мистерио, его голос сочился жестоким весельем. «Ты абсолютно бессилен передо мной, и скоро весь Нью-Йорк станет свидетелем истинных масштабов моих способностей!»

Питер отпрянул назад, его сердце бешено колотилось в груди, когда мир вокруг него расплылся и сместился в головокружительном калейдоскопе невозможных пейзажей. Сцена изменилась в мгновение ока, только что он был в стерильных пределах школьного коридора, а в следующее мгновение он стоял в жерле тлеющего вулкана, а жар магмы обжигал его кожу. От глубин космоса, до чёрно-белых городских пейзажей городов из фильмов сороковых. От грязной подворотни, до холодной антарктиды.

Несмотря на все это, Мистерио продвигался вперед, не обращая внимания на обстановку, его плащ развевался позади него, как темный призрак, когда он сокращал расстояние между ними. Паучье чутье Питера вопило в его голове какофонией предупреждений, на которые он привык полагаться в моменты опасности. Но впервые сигнал был непохож ни на что, что он когда-либо испытывал. Это было хаотично, непостоянно, и его невозможно было точно определить, как будто угроза его жизни исходила отовсюду и ниоткуда одновременно.

У Питера перехватило дыхание, когда Мистерио протянул к нему руку. И тогда он увидел это - гротескный, пульсирующий глаз появился на ладони колдуна, его взгляд без век впивался в самую душу Питера со злобной, голодной интенсивностью.

Неподдельный ужас, охвативший Питера в тот момент, не был похож ни на что, что он когда-либо испытывал. Это было так, как будто сама ткань его существа была сорвана, оставив его сырым, незащищенным и совершенно беззащитным перед лицом сверхъестественной силы Мистерио. Со сдавленным криком Питер зажмурился, его рука вытянулась вперед, и он отчаянно, наотмашь выстрелил из веб-шутера в надвигающуюся фигуру.

К его удивлению, паутина действительно вылетела и зацепилась за что-то твердое. Питер почувствовал знакомое натягивание нити в руке, когда она зацепилась за какой-то далёкий предмет. Не раздумывая, Питер ухватился за трос, и мгновение спустя он уже мчался по воздуху с захватывающей дух скоростью, ветер ревел у него в ушах, когда его тащила за собой неведомая сила.

Путешествие превратилось в сплошное пятно боли и дезориентации, тело Питера билось о невидимые препятствия и поверхности, когда его несло сквозь постоянно меняющийся ландшафт. Он мельком увидел высокие деревья, выжженную землю бесплодной пустоши и холодную, чернильную черноту космоса, прежде чем все вокруг превратилось в головокружительную, тошнотворную серость.

Наконец, по прошествии, казалось, вечности, Питер почувствовал, что паутина выскользнула у него из рук, и он растрепанной кучей повалился на землю. Пока он лежал, хватая ртом воздух и пытаясь собраться с разбегающимися мыслями, Питер медленно открыл глаза и огляделся.

К своему огромному облегчению, он обнаружил, что находится на знакомой дороге, бетон и асфальт под ним твердые и неподатливые. Город простирался перед ним, небоскребы и здания стояли высокие и гордые на фоне темнеющего вечернего неба. Он заметил уезжающую спортивную машину с приклеенной к бамперу нитью, за которую он держался. Это было зрелище, которое наполнило Питера глубоким чувством облегчения и благодарности, ведь он знал, что наконец-то избежал кошмарной магии Мистерио.

«Боже, храни лихачей...» — сказал Питер, сам не зная, говорит ли он с сарказмом или без.

Со стоном Питер поднялся на ноги, его тело ныло от жестокого путешествия. Он чувствовал боль от бесчисленных синяков и порезов - цену, которую он заплатил за то, что чудом вырвался из лап безумного колдуна. Но, несмотря на боль, Питер знал, что он жив, и на данный момент этого было достаточно.

Стоя там, переводя дыхание и позволяя своему бешено колотящемуся сердцу медленно вернуться к нормальному ритму, Питер не мог избавиться от леденящих душу воспоминаний о том последнем, ужасающем моменте. Глаз на ладони Мистерио, то, как он, казалось, заглядывал в самые глубины его души... это было зрелище, которое еще долго будет преследовать его в кошмарах.

Питер знал, что больше не сможет терять бдительность. Мистерио явно был более могущественным и опасным, чем любой противник, с которым он когда-либо встречался, и если он хотел защитить людей, которых любил, от извращенной магии безумного колдуна, ему нужно было быть на вершине своей игры.

Решительно кивнув, Питер вскарабкался на выступ крыши, наверху он снял маску в попытке отдышаться. Прохладный вечерний ветерок трепал его волосы и одежду. Он смотрел на город, сжав челюсти с новообретенной решимостью. Мистерио, возможно, и выиграл этот раунд, но Человек-паук ещё не проиграл. Он должен был быть готов.

Полицейские с бледными лицами и широко раскрытыми от шока глазами направили свои пистолеты на возвышающуюся фигуру Мистерио. Некогда хаотичная сцена разрушения погрузилась в тишину, единственным звуком было биение сердец офицеров в их груди. Мистерио стоял высокий и гордый, его плащ развевался на ветру, как темное, зловещее облако.

Пренебрежительным, почти высокомерным взмахом руки Мистерио одним властным жестом развеял страхи офицеров. Его пальцы скручивались, и, к изумлению всех, кто был свидетелем этого, разрушенные остатки некогда разрушенных зданий начали восстанавливаться сами собой. Стекло потекло обратно в окна, бетон и сталь слились воедино, и в считанные мгновения улица была восстановлена в своем прежнем, первозданном виде.

Офицеры ошеломленно, не веря своим глазам, наблюдали, как разрушения исчезают у них на глазах, не оставляя и следа от хаоса, царившего всего несколько мгновений назад. Мистерио завернулся обратно в фиолетовый плащ, стоя среди обновленного порядка, его шлем светился в сгущающихся сумерках.

С текучей, неземной грацией Мистерио скользнул к офицерам, его движения были неестественно плавными и непринужденными. Казалось, он скорее плыл, чем шел, подол его плаща развевался за ним, когда он сокращал расстояние между ними. Офицеры напряглись, их пальцы сжались на курках, но Мистерио не обращал на них внимания. У него не было намерения прибегать к насилию.

Приблизившись, Мистерио протянул руку в золотой перчатке с открытой приглашающей ладонью. Офицеры колебались, их инстинкты кричали им бежать, увеличить как можно большее расстояние между собой и этой ужасающей фигурой. Но что-то в поведении Мистерио заставило их задуматься, чувство спокойствия и уверенности, которое, казалось, исходило от самого его присутствия.

«Не бойтесь, добрые граждане Нью-Йорка и его бравые стражи», — провозгласил Мистерио, и его голос прогремел подобно раскату грома. «Я — Великий Мистерио, и я пришел в этот мир, чтобы победить зло несправедливости, которое уже давно преследует улицы ваших многочисленных городов. Хотя мерзкий Человек-паук, возможно, и избежал моего гнева сегодня, попомните мои слова — он не избежит моего возмездия вовеки! Прощайте, ещё увидимся!»

Офицеры слушали, их сердца бешено колотились, когда они пытались осмыслить невероятные слова, которые они слышали. После, Мистерио исчез в клубящемся вихре зеленого тумана, полицейские недоверчиво заморгали, пытаясь осознать удивительный поворот событий, свидетелями которого они только что стали. Некогда высокая фигура просто исчезла... не оставив после себя и следа, кроме слабого, затяжного запаха озона и отдаленных отзвуков своего рокочущего голоса.

Тем временем, Питер Паркер плелся в свою квартиру, его разум все еще не пришел в себя от невероятных событий, свидетелем которых он стал. Образы опустошенных улиц и перепуганных горожан промелькнули в его мыслях, наполнив его глубоким чувством беспокойства. Он знал, что должен найти способ положить конец царству террора этого злодея раз и навсегда.

Сев за свой стол, Питер начал набрасывать заметки и идеи, его ручка бегала по бумаге, пока он пытался осмыслить ситуацию. Он знал, что ему нужно быть на высоте, чтобы перехитрить Мистерио, найти способ раскрыть правду, стоящую за иллюзиями злодея, и привлечь его к ответственности.

Раздражение Питера захлестнуло его с головой, когда он расхаживал взад-вперед по своей комнате, сжимая кулаки от гнева. «И как я должен победить злодея, на которого я даже не могу коснуться?!» — воскликнул он про себя, и его голос эхом отразился от стен. Осознание того, что силы Мистерио не похожи ни на что, с чем он сталкивался раньше, заставило его чувствовать себя беспомощным и подавленным.

Пока он боролся с этим новым вызовом, в голове Питера начала формироваться мысль. «Может быть, Фелиция могла бы помочь...», — размышлял он, вспоминая обширные познания опытной воровки в области обмана. «У нее точно есть талант перехитрить кого угодно. Может быть, она знает пару трюков, которые могли бы мне помочь...».

С удвоенной решимостью Питер дождался глубокой ночи, убедившись, что тетя Мэй крепко спит, прежде чем тихо выскользнуть из своей комнаты. Он надел свой костюм Человека-паука с привычной легкостью, привычное ощущение маски на лице успокоило его истрепанные нервы. Бесшумно он выбрался на пожарную лестницу и взмыл в ночное небо, направляясь сквозь темноту к изящной современной башне, в которой располагался роскошный пентхаус Фелиции.

Приближаясь к возвышающемуся сооружению, Питер не мог не почувствовать укол нервозности. Сближение с Фелицией всегда было риском, тонким балансированием между его обязанностями героя и их неоднозначными отношениями. Но отчаянные времена требовали отчаянных мер, и Питер знал, что ему нужна вся возможная помощь, если он надеется выстоять против потусторонних способностей Мистерио.

Глубоко вздохнув, Питер приземлился на стену пентхауса Фелиции, стеклянные панели которого поблескивали в лунном свете. Когда Питер крался вдоль стены, он заглянул в окно и увидел потрясающую воровку, стоящую в ее гостиной, одетую лишь в прозрачный шелковый халат, облегающий ее изгибы. В одной руке она держала бокал вина и оживленно разговаривала по телефону, ее смех звенел в ночном воздухе, как звон колокольчиков.

Питер на мгновение заколебался, почувствовав укол вины за то, что побеспокоил Фелицию так поздно вечером. Но воспоминание о разрушении, свидетелем которого он стал от рук Мистерио, подтолкнуло его вперед, и он постучал костяшками пальцев по стеклу.

Голова Фелиции резко повернулась, ее глаза расширились от удивления, когда она заметила фигуру в маске за своим окном. Она быстро закончила разговор, с тихим звоном поставив бокал с вином на ближайший столик. Чувственно покачивая бедрами, она подошла к окну и распахнула его, обдав Питера ароматом своих духов.

«Так, так, так», — промурлыкала Фелиция низким и страстным голосом. «Разве ты не загляденье? Чему обязана удовольствием от этого позднего визита, Человек-паук?»

Она и прислонилась к оконной раме, шелк ее халата опасно низко соскользнул на грудь, когда она посмотрела на Питера с игривой ухмылкой. Несмотря на серьезность своей миссии, Питер почувствовал, как его пульс участился при виде нее, а к щекам под маской прилил румянец.

Фелиция приподняла бровь от внезапной серьезности Питера, ее игривая ухмылка сменилась выражением любопытства. «Боже мой, неужели, у малыша Питера сегодня на уме игра с киской?», — поддразнила она, ее голос сочился намеком. «Но учти, я ещё не дала согласия, дорогуша».

«Кошка... Так стоп, не отвлекай. Я пришёл к тебе за консультацией. Во-первых, ты не веришь, что я тогда совершил теракт?» — спросил Питер обеспокоенным и торопливым голосом.

Она на мгновение замолчала, обдумывая вопрос Питера о предполагаемых обвинениях в терроризме. «Нет, я слишком хорошо тебя знаю, чтобы поверить чему-то подобному», — сказала Фелиция, ее тон стал более серьезным. «В тебе есть много чего преступного на самом деле, Питер, но терроризм в их число не входит. Так что можешь вычеркнуть это из списка своих забот».

«Второе, ты знаешь что-нибудь про нового героя? Мистерио» — спросил Питер.

Взгляд Фелиции стал задумчивым, когда она обдумывала следующий вопрос Питера о Мистерио. «Мистерио значит... Не могу сказать, что слышала о нем раньше», — сказала она, пожимая плечами. «Я стараюсь следить за всеми крупными игроками в городе, но новый герой? Это не совсем моя область знаний. Полагаю, Мистерио доставлял тебе неприятности, не так ли? И да, встречный вопрос. Как ты умудрился ему проиграть?»

«Я его не мог даже коснуться-раз. Моё паучье чутьё странным образом на него реагировало-два. И я понятия не имею, как мне его побеждать-три» — сказал Питер

Фелиция наклонилась немного ближе, ее глаза сузились, когда она изучала лицо Питера. «Знаешь, ты можешь быть честен со мной», — тихо сказала она. «Если я могу чем-то помочь, только скажи. По крайней мере, этим я тебе обязана». Голос Фелиции был искренним, и на мгновение игривые, дразнящие нотки исчезли, сменившись искренней заботой о благополучии Питера.

«Если честно, я и не знаю чем ты можешь помочь...» — сказал Питер. «Ладно, я пойду, извини что побеспокоил».

Фелиция внимательно слушала, как Питер выражал свои сомнения по поводу того, как она могла бы помочь ему в борьбе с Мистерио. Она видела разочарование и отчаяние в его глазах, и это тронуло ее сердце так, как мало что может тронуть. Когда он начал отворачиваться, готовый выскользнуть обратно в ночь, Фелиция потянулась и схватила его за руку, ее тонкие пальцы сомкнулись на ткани его костюма.

«Подожди», — сказала она мягким, но настойчивым голосом. «Возможно, у меня есть идея, которая могла бы тебе помочь, Питер».

Глаза Фелиции сузились, когда она посмотрела на таинственного героя, который доставил Питеру столько хлопот. «Из того, что я видела о Мистерио, он кажется настоящим высокомерным ублюдком», — сказала она, скривив губы от отвращения. «У кого-то, кто так уверен в себе, обязательно должна быть слабость, брешь в броне. Тебе нужно найти способ использовать это, против него самого».

Фелиция на мгновение замолчала, нахмурив брови, когда вспомнила кое-что еще, что привлекло ее внимание. «О, и еще кое-что», — добавила она, ее голос стал более серьезным. «Мои маленькие котята, те, что я разбросала по всему городу. В последнее время они заметили какие-то странные помехи, подобных которым я никогда раньше не видел. А кадры, которые показали в новостях? Что-то в магии Мистерио меня не устраивает. Это как... как будто это не совсем естественно, если в этом есть смысл. Просто будь осторожен, ладно? Я не хочу видеть, как ты пострадаешь из-за какого-то урода в шлеме-аквариуме».

«А что в ней неестественного?» — спросил Питер, приподняв бровь.

«Я уже один раз пыталась украсть какую-то побрякушку у магов. Спойлер, не вышло. Но теперь я знаю, как должна выглядеть магия» — сказала Фелиция непринуждённым голосом.

«Ясно... стоп что...? Магия... она... не иронично реальная?» — в шоке спросил Питер.

«Ты этого не понял после драки с Мистерио?» — спросила Фелиция с неловкой улыбкой на лице.

«Я надеялся, что это... технология какая-то...но... Стоп, что за колдуны?» — спросил Питер.

«В здании с красивым витражом, под названием Санктум Санкторум, на улице Бликер-стрит. У меня заказали своровать оттуда... тёмный скипетр какой-то?» — сказала Фелиция. Сначала её голос был весёлым, но после становился всё более и более мрачным, а её глаза стекленели. «Не важно, меня спалил какой-то толстый мужичок, азиатской внешности, а дальше... короче опыт был не из приятных, по итогу он меня пинком под зад выгнал оттуда, буквально. А я когда оказалась на улице, поехала домой на полной скорости, схлопотав с десяток штрафов. После чего села в душе в полном ахере от того, что только что произошло...».

Рука Фелиции крепче сжала руку Питера, ее глаза изучали его лицо со свирепой настойчивостью. «Короче, ты не один в этом, Питер», — мягко сказала она. «Пусть мой опыт и был... травмирующим... но я уверена, что даже мага можно победить. Просто нужно воспользоваться тем, что у тебя безупречно работает и без сил. Твой ум. Ты сильнее, чем кажешься. Не забывай об этом... Человек-паук».

С этими словами Фелиция отпустила руку Питера и отступила назад, давая ему возможность сделать свой собственный выбор. Но ее глаза не отрывались от его лица, в ее взгляде было молчаливое обещание поддержки и солидарности

«Спасибо Фелиция, подкинула мне пищи для размышлений. Всё-таки я не хочу тебя обременять своими проблемами. Почесать языком в час ночи это одно, а средь бела дня что-то делать, подвергая себя опасности быть пойманной полицией... Ну я бы попросил тебя это сделать только в крайнем случае, а это не из таких. Спокойной ночи, не буду больше докучать. И да кстати, шутка про аквариум, надо запомнить!» — сказал Питер, стараясь вести себя оптимистично.

«Полиция говоришь... А ничего что и тебя сейчас ищет полиция? А ты особо скрытнее не стал» — сказала она.

Питер промолчал, слегка краснея и не зная, что ответить.

«Ты, пожалуй, слишком проницательная для типажа роковой красотки...» — сказал Питер.

Фелиция приподняла бровь в ответ на комментарий Питера, кривая улыбка заиграла в уголках ее губ. «Слишком проницательна для роковой красотки?» — повторила она с ноткой веселья в голосе. «Ну, я полагаю, это одна из моих фишек. Да и потом, кто-то же должен держать тебя в узде, Питер».

Она подошла к нему ближе, ее глаза сверкнули с уже знакомой настойчивостью. «И не думай, что я не заметил, как ты уклонился от моего вопроса о полиции. Ты можешь спрятаться от них, но ты не сможешь спрятаться от меня. Я знаю, что ты определённо не живешь жизнью, свободной от опасностей, Человек-паук. Но я также знаю, что ты тоже не из тех мужчин, которые уклоняются от ответственности».

Фелиция протянула руку, ее пальцы слегка коснулись маски, закрывающей лицо Питера. «Ты хороший человек, Питер», — пробормотала она мягким и искренним голосом. «Иногда даже слишком хороший. Но именно этим я в тебе теперь восхищаюсь».

С этими словами Фелиция приподняла маску Питера и поцеловала его в щёку, оставив чёрный след от губной помады. Она отступила назад, опустив и поправив маску обратно. «А теперь, я думаю, тебе пора идти», — сказала она с ноткой решительности в голосе. «Вперед, Человек-паук. Иди и будь героем, которым бы могла гордиться. А я буду здесь, если понадоблюсь».

Фелиция смотрела, как Питер повернулся, чтобы уйти, и ее сердце переполнялось смесью восхищения и привязанности к пареньку под маской. Она знала, что он был человеком, который не остановится ни перед чем, чтобы защитить тех, кого любит, даже если это означало подвергнуть себя опасности.

Когда Питер растворился в ночи, Фелиция закрыла окно и прислонилась к нему с задумчивым выражением лица. Она знала, что какие бы испытания ни ждали впереди, Питер встретит их лицом к лицу. И она будет рядом, чтобы поддержать его любым доступным способом. Потому что именно это и есть настоящая дружба.